Первый секс (встречаетесь).

- Боже, Юнги, у тебя есть салфетки? – кричишь ты из кухни, отстраняя от себя майку, что начинает липнуть к телу от пролитого чая. - Знаешь, я не удивлен, - он стоит в дверях, делая вид, что не испытывает никаких эмоций, хотя тяжелое дыхание от испуга и полета до кухни скрыть трудно. - Так ты принесешь тряпку или нет? - Иди в ванну, кинь в мойку, а я пока принесу свою майку, - парень как всегда холоден, рассудителен и заботлив. Ты следуешь снимать одежду, смотришь на себя в зеркало, где отражается твоя усталость, бледная кожа и огромные глаза. - Стоит на секунду оставить тебя одну, сразу что-то случается, - слышишь, как он бубнит, приближаясь к комнате, в руках белая ткань, опущенный взгляд исследует ее, а затем поднимается, пробегаясь по обнаженным плечам, груди, прикрытой лишь бюстгальтером и открытому животу. Парень сглатывает настолько громко, что этим звуком можно озвучивать мультфильмы, но сейчас тебе не до смеха, пока видишь в нем очевидное вожделение. Конечно, стесняться своего парня как-то странно, но все равно щеки краснеют, пока ты принимаешь его майку. Только вот Юнги не собирается ее отпускать, дернув резко ткань на себя. Приземляешься в его крепкие объятия, пока тот проводит носом по шее к уху, вдыхая ванильный аромат. - Давай представим, что на твои штаны мы тоже пролили чай, - кисть ведет по спине, ныряет под ткань, крепко сжимая ягодицу. Охаешь от неожиданности, смотришь на его точеное лицо и трепетно прижимаешься к губам. Целовались вы, конечно, достаточно много раз, и нежно, и страстно, как угодно, но так откровенно возбуждающе – никогда. Юнги мычит, придвигаясь вплотную, стонет, когда стояк начинает упираться в твое тело, и рычит, пока кусаешь его шею. Руки Юнги – твоя слабость, бледные с переливающимися выступающими венками, они выглядят недостаточно сильными, но сейчас эти же самые кисти поднимают тебя, сажая на стиралку, притягивают за ноги к себе, заставляя их раздвинуть и обхватить ногами торс. Его челка падает на глаза, и то, как он смотрит из-под нее, бьёт точным ударом по узелку возбуждения, пуская корни внизу живота. Волнение придает ситуации огня, но остановитесь вы только под дулом пистолета. Сейчас главное для тебя - его спина, которую можно царапать не стесняясь, наблюдая как мурашки покрывают тело, его шея и ключицы, которые разрисовываешь атласом засосов, а также его руки, что добрались до клитора и активно его раздразнивают. Трясущимися руками тянешься к ширинке, наспех расстёгивая и снимая штаны, точнее, спуская их до колен, где они сами находят путь до пола. А Юнги снова накрывает губы, жарко проникает в рот, ловит касания твоего языка в ответ и почти мурчит приставляя член ко входу. Сил терпеть больше нет, парню жарко, слишком хорошо и приятно, он забывает обо всем на свете, проталкиваясь в твою плоть. Он слышит сдавленный крик, волну мата, непонятной брани на всех языках и резкий толчок твоих бедер навстречу. - Садист, разве можно так с девственницей? Он предпочитает промолчать, кажется, слово «Забыл» плохо воспримется твоей психикой, поэтому, в качестве извинения, увеличивает темп, другой рукой успевая массировать клитор. Целует в уголки губ, одним взглядом прося прощения, а ты своими стонами признаешь, что все уже в порядке, кроме, пожалуй, стиралки под тобой, что вот-вот развалится на составные части. Влажно, узко и до упомрачения хорошо, прекрасно. Юнги слушает твои стоны, мечтая записать их на звукозапись и слушать каждый день. Вставить во все треки, чтобы они собирали миллиарды слушателей. «Студия, там и займёмся в следующий раз» - проносится в голове у парня, пока он проезжает головкой внутри, и снова слышит, как ты томно выдыхаешь. Голова кружится, стоит задуматься, можно ли упасть в обморок после оргазма, но Юнги пока не до этого, пока ты умело двигаешься навстречу, выгибаешься, меняя угол проникновения, сжимаешь его в себе. Юнги понимает, что долго не протянет. Как же он мечтал об этом, хотел тебя, но боялся спугнуть. «Хах, чтобы вот так просто забыть про осторожность и причинить боль» - говорит вредное сознание, которому парень показывает мысленно фак, посылая во все стороны и терзает твои губы. - О Боже, - восклицает он, когда ты сжимаешь его внутри, потому что впервые тебя накрывает яркий оргазм с сотней звезд перед глазами и именем парня на устах. - Юнги~, - выстанываешь мелодично. У него крыша едет, пока в голове безумие ликует, хлопает в ладоши и вопит, Юнги послал бы и его, но от чего-то самая счастливая улыбка расплывается на лице, и парень, накрыв твою руку своей, кончает, бурно, пачкая стиралку, стену, немного твою ногу и смеется слегка. Сейчас вы оба безумны, смотрите в глаза и улыбаетесь бесконечно приторно, сладко, но до одури счастливо.