Ступай осторожно

Гарри вошел в комнату и улыбнулся при виде Северуса, свернувшегося на кровати и уткнувшего свой длинный крючковатый нос в толстый фолиант. — Привет, — сказал Гарри. — Нашел что-нибудь интересное? — он заглянул Северусу через плечо. Книга была древней, и он заморгал, всматриваясь в латинские надписи — там упоминалось что-то о перьях Фачена, слезах Ши и воде из котла… Снейп прикрыл книгу. — Хватит дышать мне в затылок, Фрост, — взвился он. — Я не могу сконцентрироваться. — Извини, — смутился Гарри. Он чуть отодвинулся и застыл, разглядывая бледную шею. Затем он повернулся и подошел к своей кровати, сожалея о том, что в спальнях Слизерина есть только кровати, коврик и камин и нет столов. «Мы живем как монахи», — подумал он. — В ближайшее время мне нужно будет съездить в маггловский Лондон, — сообщил он. Северус сморщил нос. — Для этой гр…магглорожденной Эванс? — Нет, — возразил Гарри, радуясь, что Северус все-таки не сказал того, что собирался. — Мне нужно найти информацию по психологии сна. Снейп издал звук отвращения и презрительно взглянул на него. — Опять эта маггловская чушь? — Это не чушь, — ровно ответил Фрост, хотя мысленно с тревогой застонал. «Я уверен, мы уже спорили об этом», — подумал он, но все же попробовал переубедить Северуса: — В области анатомии и физиологии магглы продвинулись дальше, чем мы. Плюс, они выявили связь между движением глаз, снами и мозговыми волнами, которые, я думаю, могут быть важны. Ты же знаешь, что мозг вырабатывает электричество? Какое-то время Северус молчал, невидяще уставившись в книгу. «Возможно, он об этом и не слышал, — осознал Гарри, жалея, что это не пришло ему в голову раньше. — Вот будет нехорошо…» — Ты размышляешь, — выплюнул Снейп, — как маггл, — он поднял голову и усмехнулся. — Почему ты ищешь решения в маггловских заблуждениях, когда ответ лежит исключительно в области магии, выше моего понимания. Магглы, — медленно проговорил он, как бы объясняя элементарную вещь пятилетнему ребенку, — ничтожны. Они глупы, медлительны, ограниченны. — Некоторые из них, — поправил его Фрост. — Но скажи мне, Северус, ты знал, что сон имеет несколько разных фаз, основанных на мозговой деятельности? Ты знал, что человеческие глаза быстро движутся во время сна? — Это не относится к делу… — Может, да, а может, и нет. Северус фыркнул и вернулся к книге. — Магглы изначально уступают волшебникам, — холодно отрезал он. — Ты должен быть благодарен, что родился не магглом. Гарри молча сел. А затем вытащил кусочек пергамента из сумки и начал рвать его в клочья. Пергамент отличался от бумаги, и юноша чувствовал каждую нить волокна и слабые переплетения магии в нем. Он рассыпал кусочки на каменном полу. — Что ты делаешь? — спросил Северус, захлопнув книгу. — Один из твоих странных маггловских ритуалов? — Иди сюда, — позвал Гарри. Он вынул из сумки перо, но тут же положил его обратно, поскольку оно было хорошее, и взял другое, сломанное. Он трансфигурировал его в стеклянную палочку. — Возьми это, — предложил он, протягивая её Северусу. — Смелее, я не проклинал её, — произнес Гарри. — Серьезно. Снейп отложил книгу и очень неуверенно протянул руку, дотрагиваясь до стержня пальцем. Ничего не произошло. Он очень осторожно взял его, словно ожидал, что тот в любой момент оживет и укусит его. — Потри о свою одежду, — приказал Гарри. — Это смешно, — сказал Северус, держа стержень словно палочку. — Потри, — настойчиво повторил Фрост. Снейп скривил губы, словно говоря всему миру, что это ниже его достоинства, и начал водить стеклянной палочкой по рукаву. — Немного энергичнее, — попросил Гарри, и Северус послушался, раздраженно бормоча что-то себе под нос. — Сильнее! Вот так, хорошо. Теперь медленно проведи ей над кусочками пергамента. Северус поднялся с постели и встал на колени напротив Гарри. — Давай, — подбодрил Фрост, когда Снейп бросил на него подозрительный взгляд. Северус медленно провел палочкой над кусочками пергамента и те смешались, взвились, как осенние листья на ветру, и в конце концов прилипли к стержню. — Это статическое электричество, — тихо пояснил Гарри. Северус замер. — Его открыли магглы. Это поток… некий поток. Так или иначе, человеческий мозг производит что-то вроде этого. Северус презрительно отбросил стержень и сел обратно. — Дешевый маггловский трюк, только и всего, — усмехнулся он. Снейп выглядел немного сердитым. — Когда ты сравниваешь это с магией… — Трюк? — «Ну почему ты такой упрямый?» — зло думал Гарри. — Магглы используют электричество, чтобы сделать свет ярче, чем люмос. — Это совершенно бессмысленно, просто игра… — И летать намного быстрее, чем на метле… — Для дураков. Это совершенно… — СЕВЕРУС! — взревел Гарри. Его голос наполнил комнату, и Снейп напрягся, сжав кулаки. — Ты ослеплен предрассудками. Ты повторяешь то, что отец или мать говорили тебе, — он остановился, осознав, что, возможно, он недооценил силу глубоко укоренившихся мнений и предрассудков. — Посмотри на себя. Ты когда-нибудь бывал в маггловском Лондоне? — Нет, — отрезал Северус. Голос его при этом был очень холоден. — А твои родители, я уверен, привили тебе любовь к магглам. — Мои отец и мать умерли, когда мне был год, — коротко возразил Гарри. Снейп резко поднял глаза. — Я… извиняюсь, — выдавил он срывающимся голосом. Гарри дал ему время подобрать слова. — Я… не хотел быть таким… — Все в порядке, — мягко прервал его Фрост. Он посмотрел на обрывки пергамента. Они напомнили ему фрагменты опадающих листьев, измельченных и жалких. — Я все равно их не помню. — «Во всяком случае, не в присутствии дементоров. Но сейчас я вижу и слышу другие вещи. Не думай об этом. Не думай, не вспоминай…» — он попытался очистить сознание от картин и воспоминаний, и встретился с черными глазами Северуса. Снейп открыл рот, будто собираясь что-то сказать, но так и не произнес ни звука. Взгляд его оставался задумчивым. Гарри отвернулся, прекрасно понимая, как много невысказанных пугающих вещей повисло между ними. Он схватил кусочки пергамента и смял их в ладони, затем посмотрел на пальцы Северуса, тонкие, стройные, спокойно лежащие на колене, и ощутил жгучее желание, чтобы в его руке сейчас находились именно они, а не жалкие клочки пергамента. Фрост потряс головой и резко поднял голову. — Почему ты так уверен в том, что магглы хуже? — Потому что так оно и есть, — автоматически ответил Северус, но на его лице и в голосе не было насмешки. Секунду Гарри молчал, обдумывая. — Это не причина, — сказал он. — Магически они уступают. Это, разумеется, очевидно. Но интеллектуально, и эмоционально, и в других планах... Они такие же люди. Они мало отличаются от нас. Вот почему даже ребенок двух гриффиндорцев может попасть в Хаффлпафф. Или Слизерин. — Это маловероятно, — отрезал Снейп. Он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. — Поступай, как знаешь, Фрост. Иди и ищи свои маггловские штуки, — он сморщил нос. — Не буду тебя останавливать. — Ладно, — Гарри втайне улыбнулся, и темнота начала слабеть. — Северус, — он встал. — Мне нужно разрешение профессора Каментума, чтобы снова отправиться в Лондон. — Надеюсь, тебе хватит ума не упоминать свои маггловские цели? — насмешливо спросил Северус, усаживаясь обратно на свою кровать и открывая книгу. — Я же слизеринец, — улыбнулся Фрост. Северус фыркнул. — Иногда я в этом сомневаюсь. Гарри пожал плечами, про себя удивившись, как сильно это замечание его ужалило. — Есть что-нибудь почитать? Снейп подозрительно на него глянул. — У тебя что, нет своих книг? — Я закончил все домашние задания, а Лили забрала все книги по ритуалам, — пояснил Гарри и тут же вспомнил о книге, которую нашел в библиотеке Цаеса, с пятиугольной розой на корешке, зажатой между учебниками по трансфигурации и зельям. «Я посмотрю её позже, — решил он. — Когда он уйдет или заснет». — Ты сделал Трансфигурацию? — резко спросил Северус. Гарри мысленно вернулся к заданию по трансфигурации. Он симулировал неудачи с заклинанием «спиритус аниманс» и поэтому получил, как и Северус, задание пропустить этот раздел и перейти к менее сложному преобразованию живых существ. — Да, сделал, — подтвердил Гарри. — Это же то задание, где надо трансфигурировать песчанку в растение? Северус ухмыльнулся, не отвечая. «Полагаю, он еще не сделал этого», — подумал Фрост. Снейп протянул руку и подал ему книгу с истертым твердым переплетом. — «Загадка сна без сновидений»? — прочитал Гарри. — Точно. Звучит интересно. Все еще сидя на полу, он достал палочку и постучал по коврику перед камином. Тот немного дернулся и преобразился в большое удобное кресло. — Отлично, — сказал Гарри, похлопав по подлокотнику. Северус пробормотал что-то, подозрительно похожее на «хвастун». Гарри проигнорировал его и развалился на кресле так, что его ноги свисали с одного подлокотника, в то время как голова лежала на противоположном. Он открыл книгу и поднял взгляд. Снейп тут же уткнулся в свою книгу. Фрост поджал губы в попытке скрыть улыбку, чувствуя, как сердце учащенно забилось в груди. Он слегка склонил голову так, чтобы огонь в камине отбрасывал блики на его шею, и пошевелился, шире расставив ноги, будто пытаясь устроиться поудобнее. Наконец он затих и сосредоточился на первых словах вступления. «Мне действительно нужно узнать об этом», — понял он. Книга не была неинтересной. Текст оказался на удивление лаконичным, а вступление охватывало всю информацию, полученную в процессе основных экспериментов по поиску сна без сновидений. «Здесь Кирус «Жестокий» и Менгеле, и какой-то Алюсинор, — отметил Гарри. — Думаю, Северус упоминал первых двоих». Он на секунду отвлекся и посмотрел на Северуса — тот казался глубоко погруженным в чтение. «Так, —Гарри попытался сосредоточиться, — выходит, было трое основных экспериментаторов, вот только ни одно из их исследований не дало точных результатов». Фрост нахмурился. О теории приготовления зелья сна без сновидений он знал очень мало, хотя основные ингредиенты он мог перечислить даже посреди ночи. Он смутно помнил, как Снейп объяснил все нюансы, стоило Гарри начать просить опасно высокие дозы. «Что ж, моя техника игнорируй-слова-старого-ублюдка сработала против меня. Если бы я был более внимательным…» Его мысли прервались. Он почувствовал, что Северус наблюдает за ним. Но стоило ему задержать дыхание, как ощущение чужого взгляда тут же исчезло. Гарри снова сосредоточился на строчках в книге и просмотрел абзац про Алюсинора, не усвоив ни слова из того, что прочитал. «Но кое-что я помню, — подумал он, не дойдя до конца очередного предложения. — Я помню что-то про сны и магию. И то, как Снейп назвал меня болваном». Его брови вновь сошлись на переносице. — Ну как, Северус? — проговорил он, поднимая глаза. — Что, по-твоему, нам следует сделать для того, чтобы приготовить зелье? Снейп пошевелился и закрыл книгу, но его палец остался зажатым между нужными страницами. — Я думал об этом, — начал он. Его хмурый взгляд переместился с потолка на лицо Гарри. — Волшебники и ведьмы нуждаются в снах для того, чтобы поддерживать магию — это доказали эксперименты Кируса. Однако исследования Алюсинора показали, что между снами и магией не существует ни малейшей связи. Я подумал, что, возможно, сновидения действительно оказывают влияние на магию — тем не менее, незначительное. Гарри постучал ногтями по книге и пожелал, чтобы Северус продолжил говорить, чтобы его голос и дальше распространялся по комнате и покалывал спину. — Я думаю, в экспериментах Алюсинора был изъян, — заявил Гарри. Он посмотрел прямо в глаза Северусу. Тот не отвел взгляд. — Он показал, что когда ведьмы и волшебники спали, их магия спала вместе с ними, но он имел в виду только окружающую магию, — он замолчал и на мгновение он чуть не потерял ход мысли под взглядом Северуса. — Есть много видов магии, такие как стихийная магия, или прорицание, так что окружающая магия не критерий. Снейп нахмурился. — Да, — сказал он. — Это имеет смысл. Если сны без сновидений заставляют волшебников терять магию, значит, должна быть связь между сном и магией, — он посмотрел вверх, а затем их глаза снова встретились. Румянец покрыл щеки Северуса, и слизеринец быстро отвел взгляд. Затем он поднялся с постели. — Я пойду в библиотеку, — сообщил он. — Там может быть что-то о неокружающей магии. — Сейчас? — неохотно спросил Гарри. — Да, сейчас, — настоял Северус, и нотка презрения вернулась в его голос. — До закрытия библиотеки осталось меньше часа. Гарри выбрался из кресла: — Давай я схожу с тобой. Северус, шаривший рукой в сумке, замер на долю секунды. — Почему бы и нет, — холодно сказал он и достал пергамент. — Тогда пошли. * * * Когда Гарри вошел в комнату, Северус махал палочкой в сторону горшка с бегонией, бормоча себе под нос проклятья. — Какие-то проблемы? — поинтересовался Фрост, присаживаясь рядом с Северусом на корточки. — Все прекрасно, Фрост, — отрезал Снейп. Гарри остался в таком положении. Огонь камина отливал нежным свечениям на коже Северуса, смягчая его резкую хмурость. — Может, перестанешь на меня пялиться? — холодно попросил Снейп, все еще глядя на коврик перед камином. Он с силой сжал палочку. — Отвлекает. Гарри пожал плечами и перевел взгляд на огонь. — Просто подумал, что тебе может понадобиться моя помощь, — он замолк. — Мне удалось превратить бегонию в терьера с первого раза. Снейп пробормотал что-то себе под нос. — Ты неправильно держишь палочку, — заявил Гарри. Прежде чем Северус смог сказать что-то еще, он потянулся и взял его за руку. Северус застыл, и Фрост придвинулся ближе, чувствуя его тепло. — Надо вот так держать её… — он вытянул вторую руку, чтобы переставить непокорные пальцы Северуса. — Вот так. Затем он убрал руку. — Давай, попробуй, — он прочистил горло, его голос был довольно скрипуч. Снейп чуть подвинулся, но не отстранился от Гарри. Он направил палочку на растение. Оно затряслось и увеличилось в размерах, затем на нижней стороне листьев проросли волосы. — Ты все еще делаешь не так, — сказал Гарри. Северус нахмурился и ткнул палочкой в мутировавший цветок. Тот снова чуть затрясся. — Не напугай его, — предупредил Гарри. — Где твоя книга? Там говорится, о чем думать во время трансфигурации. — Моя книга, — пробормотал Северус, все еще буравя взглядом растение, и остановился. — Там не хватает нескольких страниц. — Ох, — вздохнул Гарри. Вопрос — почему Северус не попросил посмотреть его учебник? — вспыхнул и тут же погас. Гарри понял. Глядя на ожесточенный профиль в свете камина, он знал, почему. — Тогда я загляну в свой, — сказал он. — Я точно не помню, о чем там говорилось. Он встал, чтобы не ползать по холодному камню и, подтянув к себе свою сумку, извлек из нее учебник по трансфигурации. — Вот, — Гарри со щелчком раскрыл книгу. — Это должно быть… Он замолк. — Странно, — пробормотал Гарри, рассматривая страницы. — Моя книга, кажется… исчезла, — обычно черные четкие чернила были угрюмо серыми. Он перевернул первую страницу. Он помнил, что должны быть (как и в любой другой книге) четкие буквы, но сейчас он мог различить лишь их очертания. Северус заглянул ему через плечо, и Гарри снова почувствовал тепло чужого тела. — Что случилось? — тихим голосом спросил Снейп. — Такое ощущение, будто чернила высосаны, — ответил Фрост, глядя на почти пустую страницу. Северус притянул книгу к себе. — Этому должно быть объяснение, — бодро сказал он, листая страницы. Гарри наблюдал за тем, как к концу учебника чернила становились темнее. — Где находилась эта книга? — В моем рюкзаке, — не подумав, брякнул Гарри. «Мой рюкзак». Он застыл. — Все время? Гарри кивнул, не в силах отвести взгляд от рюкзака. — Да… — Дай посмотрю, — потребовал Северус и, прежде чем Гарри мог что-либо предпринять, встал на ноги и направился к рюкзаку. Гарри наблюдал, как Северус засунул руку внутрь… и застыл. «Он нашел её», — подумал Гарри, наблюдая, как Снейп осторожно достает аспидного цвета книгу. «Успокойся», — говорил он себе, пока Северус тщательно рассматривал обложку, его палец двигался по ткани. В книге ничего не было… Северус взглянул на корешок и застыл. — Где ты это взял? — спросил он. Гарри попытался оценить этот голос, низко теплый минуту назад и явно заинтересованный секундой позже, сейчас стал одновременно осторожным, мягким, прохладным и лишенным всякого выражения. — В библиотеке Цаеса, — осторожно ответил Фрост, и спустя секунду добавил : — А что? Северус просмотрел заднюю обложку и пустые страницы беглым взглядом и опять вернулся к пятиугольной розе. — Почему ты выбрал именно её? — Я почувствовал, как она звала меня, — прошептал Гарри. — Знаешь, там есть специальное заклинание… — в тишине Гарри наблюдал как Северус осторожно, кончиками пальцев трогает пятиугольную розу на корешке книги. — Что? Снейп не отводил глаз от книги, и, когда спустя некоторое время он все же ответил, его голос был холоден: — Эта роза — герб рода Снейп. — О, — выдохнул Гарри. — Какое… — он пытался подобрать нужное слово, — совпадение. Уверяю тебя, я не думал о тебе, когда она позвала меня. — «Я думал», — добавил он про себя. Он пытался вспомнить все, о чем размышлял, когда сидел в библиотеке, но ничего особенного не приходило ему на ум. «Но сложно представить, что гербом рода Снейпов может быть дикая роза, а уж то, что я призвал эту книгу с розой на корешке, и что точно такая же роза была вырезана из кости на скелете в Прибежище, еще более странно. Возможно, это был скелет кого-то из рода Снейпов, одного из предков Северуса? Это безусловно возможно. Но как все это связано вместе?» Гарри с тревогой заглянул в лицо слизеринца, пытаясь прочитать его чувства. Северус не поднимал глаз. Но глядя на ястребиный профиль в отсветах пламени, Гарри почувствовал, как его сердце опустилось. Лицо Снейпа выражало подозрение. — Она всегда была пуста? — спросил Снейп. Гарри кивнул, желая поближе сесть к нему: — Да. Неожиданно Северус замер, его глаза застыли на первой странице. — Что это такое? — удивился Гарри, быстро вставая рядом с Северусом. Фрост уставился на страницу. Бумага все еще оставалась неопределенно желтого цвета, но теперь на ней появились слова, слова, которых раньше не было, и когда Гарри взглянул на них, четкая «п» закончила свою петлю: «Значит, ты Снейп». Гарри и Северус переглянулись. А затем Северус отвернулся к сумке в поисках пера и чернил. Гарри посмотрел на книгу и затем — на Северуса. Он вспомнил о дневнике Риддла и об опасности, которую тот представлял, о стычке со смертью из-за его и Джинни бессердечности. Но это… Он наклонился ближе к словам, надеясь почувствовать магию, светлую или темную, или… Снова начали появляться буквы. Строчки оставались неизменными, почерк был довольно резкий — Гарри отчетливо вспомнил, что у Северуса почерк очень похожий. «Ты не Снейп». Гарри поднял взгляд, едва Северус сел рядом с ним на пол — их плечи соприкасались — затем Северус быстро обмакнул перо в чернила. Он прочитал надпись и замер, а потом написал более осторожно, чем обычно: «Я Снейп». Письмена снова появились. «Не ты, он». Фрост вытащил палочку и направил на свой рюкзак. — Акцио перо, — пробормотал он. Перо (к счастью, не сломанное) влетело ему в руку, и он обмакнул его в чернильницу, которую Северус пододвинул поближе, чтобы они оба могли достать до неё. «Правильно, — написал Гарри. — Я не Снейп. Как ты узнал?» Какое-то мгновение книга ничего не писала, а Гарри отчетливо почувствовал быстрое дыхание Северуса, тепло соприкосновения их тел. Снова появились слова. «Какой сейчас год?» Гарри искоса взглянул на Северуса и вытянул руку. «1977. Могу я спросить, кто ты?» Слова появлялись медленно. «Я буду отвечать на вопросы Снейпу. Не тебе». Гарри уставился на послание. — Ха, — воскликнул он и откинулся назад. «Он не доверяет мне», — подумал он и почувствовал, как губы растянулись в тонкую линию. Он заставил себя расслабиться. «Она сообразительна, эта книга, — решил он. — Но опасная». Северус потянулся к книге, и Гарри проследил, как он провел короткие горизонтальные линии, — над F или J. «Он не солгал. Сейчас 1977 год». Слова появились почти мгновенно. «Как тебя зовут?» Северус на секунду взглянул на Гарри, и тот поймал его взгляд. — Не пиши среднее имя, — тихо попросил Фрост. — Просто чтобы быть уверенным. «Северус Снейп», — написал Северус. Он поднял перо и стал ждать. «Где я?» было написано в книге. «В Хогвартсе», — ответил Северус. — Спроси его имя, — сказал Гарри. — Баш на баш. Снейп собрался писать, но снова появились слова. «И ты студент?» «Да, — написал Северус. — Кто ты? Почему ты здесь?» На мгновение повисла тишина, прерываемая слабым треском пламени и мягким дыханием слизеринцев. «Меня зовут Кристольф, я человек из прошлого или, скорее, его отражение. Я его дневник, его воспоминания». Гарри вздрогнул, вспоминая дневник Риддла. Он не собирался позволять истории повториться. «Северус, — написал дневник. — Скажи своему другу отойти. Дай мне поговорить с тобой наедине». Фрост почувствовал, как холодный пот побежал по его позвоночнику. — Нет, — твердо произнес Гарри. Северус резко на него посмотрел. — Я читал о случае, когда дневник, принадлежащий могущественному волшебнику, смог захватить душу молодой девушки. Это может быть очень опасно. — Действительно, — проговорил Снейп. Он обмакнул перо в чернила и спустя мгновение написал: «Он ушел. В чем дело?» Долгое время ответа не было, и Гарри уставился на книгу, желая вырвать её из рук Северуса и проверить её на наличие любой враждебной магии. Вспоминая скелет в Прибежище и странную тягу в библиотеке, он все больше убеждался, что в этом фолианте — сила и эта сила опасна. «Он все еще тут. Ты не сказал ему уйти». Северус и Гарри переглянулись. Снова появились слова: «Северус, пожалуйста, скажи своему… — слова остановились в середине предложения, — любовнику уйти». Гарри застыл, а Снейп напрягся. «Любовнику?» — подумал Гарри, его сердце сделало отчаянный скачок в груди. «Я не причиню тебе вреда, Северус, я тоже Снейп. Клянусь, я не наврежу тебе, — написала книга. Слова появлялись медленно, с непреклонной силой и целью: Я сохач — семи суков Я родник — среди равнин Я гроза — над глубиной Я слеза — ночной травы Я стервятник — на скале Я репейник — на лугу Я колдун — кто как не я Создал солнце и луну?» Фрост неверяще уставился на строчки, чувствуя, как кровь леденеет в жилах. Эти слова были частью заклинания Прибежища! Откуда он их знал? И… род Снейпов? Какая тут связь? Что все это значит? Северус осторожно прочистил горло. — Джонатан, — медленно проговорил он, не торопясь, и Гарри запоздало отметил, что Северус назвал его по имени. — Думаю, я… способен справиться с этим. — О, — беспомощно проговорил Гарри. Повисла тишина. Несколько секунд спустя он пересел на свою кровать, чувствуя, как сжалось сердце, когда Северус сместился так, чтобы Гарри не мог видеть, что он пишет в книге. «Следи за ним, — мысленно приказал себе Гарри, наблюдая, как Снейп читает, слегка нахмурившись. — Посмотрим, что скажет эта грязная маленькая книжонка». Вероятно, он мог бы наблюдать за ним, не вызывая подозрений. «Возможно, я смогу вторгнуться в разум Северуса, — расчетливо подумал Гарри, наблюдая, как Снейп что-то выписывал — мускулы и сухожилия предплечья ритмично двигались под желтоватой кожей. — Одно заклинание, которое совершенно невозможно обнаружить…» Северус снова сдвинулся, и Фрост заметил, как на лице слизеринца появляются цветные пятна. Затем Снейп побледнел и сильно нахмурился. Гарри встал и подошел к другому концу кровати, удостоверившись, что все его движения были естественными, не вызывающими подозрения. Подперев спинку кровати и скосив глаза на Северуса, и сконцентрировался на силе… Северус. Огонь камина мягким светом освещал его лицо. «Я люблю его», — неожиданно понял Гарри, и желание вторгнуться в разум Северуса испарилось, растаяло, словно иней в сверкающих лучах солнца. А затем Снейп захлопнул книгу. Мгновение спустя он поднял глаза, все еще нахмуренный. — Что он сказал? — спросил Гарри, вскакивая с кровати. — Ничего, — отмахнулся Северус, уставившись в камин и избегая взгляда Гарри. «Ничего, как же», — подумал Гарри. — Что ж… И что это за ничего? — продолжил допытываться Гарри. Остались ли слова все еще в книге? «Возможно, нет», предположил он и испытующе заглянул в лицо Северуса, но тот все еще смотрел на огонь. — Ничего — это просто ничего! — резко ответил Снейп. Он встал, оставив книгу на полу. — Это просто чепуха по поводу того, что мы… любовники, вот и все, — Северус схватил волосатую бегонию и, упав на кровать, бросил горшок с дрожащим растением на покрывало и направил на него свою палочку. Фрост потянулся к серой книге, все еще лежавшей на коврике у камина. На мгновение он очень сильно захотел бросить её в огонь, но подавил это желание и открыл её на первой странице. Как он и ожидал, она была пуста. Гарри посмотрел на Снейпа, который казался полностью поглощенным издевательством над своей полутрансфигурированной бегонией. Затем он наклонился и подобрал перо, макая его в чернильницу. «Привет», — написал он. Ответа не было. «Не думаю, что ты расскажешь мне то, что ты сказал Северусу, — Гарри подождал немного. Снова нет ответа. Гарри слышал, как Снейп что-то пробормотал, и краем глаза Фрост заметил, как бегония судорожно дернулась. На мгновение он задумался, а потом написал: — Это ты высосал чернила из моего учебника по трансфигурации?» Нет ответа. Гарри посмотрел на страницу, сверкающе белую в свете камина, и провел рукой по краю обложки. Заложив пальцем первую страницу, он пролистал книгу, позволяя пальцам чувствовать всю ту магию, что была в ней. Он ощущал… скрытую силу, плотно прилегающий под внешним, вроде бы безобидным, слоем щит. Он попытался пробить защиту, но ничего не вышло. Но не успел он закрыть книгу, как в ней появились новые надписи, на этот раз почти плавным почерком, без перерыва на раздумье: "Я вижу, жизнь моя течёт рекой, от смены к смене; побывал я многим: зелёной каплей волн, лучом в скачке с клинка…" — Северус! — закричал Гарри. — Смотри. Северус слез с кровати и присел на корточки рядом с Гарри — рядом, но не касаясь его. Гарри отметил это дистанцию неспокойной частью своего разума. " …нагорной ель, старый раб влекущий тяжёлый жёрнов, а затем - король, сидел на троне златом…" — Йейтс, — пояснил Снейп, невыразительным голосом. Гарри вопросительно взглянул на него. — Что? Северус молча продолжал наблюдать, как появляются слова, не удостоив Гарри ответом. "Теперь ничто я, зрел — и знаю всё. Ах, Друид, столько горьких сетей сокрыто в чёрном мячике смолы!" Гарри перечитал все еще раз, потом медленно, слово за словом пробормотал себе под нос, запоминая. А затем слова стали исчезать, чернила — блекнуть, и, наконец, страница возвратилась к своему изначальному, девственно чистому состоянию. Северус поднялся. — Подожди, — попросил Фрост, с мягким стуком закрывая книгу. — Как ты сказал? Йетис? — Йейтс, — снисходительно поправил Снейп. — Й-Е-Й-Т-С. Ирландский поэт. Это отрывок из одной из его поэм, — он холодно и критически посмотрел на Гарри. — Я думал, ты знаешь его. В конце концов, Йейтс — маггл. — Никогда не слышал о нем, — сказал Гарри. Северус ничего не ответил и снова вернулся к своей кровати и зарылся в кучу забрызганных чернилами записей по трансфигурации. Гарри вздохнул и бросил дневник Кристольфа на свою кровать. Он положил перо сверху и затем собрал перо и чернильницу Северуса. — Это твое, — пояснил Гарри, подходя к слизеринцу. Снейп указал куда-то на пол рядом с его сумкой. — Положи куда-нибудь туда, — пробормотал он, вытаскивая лист пергамента с небольшим эскизом бегонии. Фрост подчинился. — Северус, — снова обратился он к Снейпу. — Что тебе сказала книга? — Я же уже говорил тебе, — выплюнул он, не отрывая взгляд от пергамента. — Ничего. — Северус, — медленно, сурово, повторил Гарри. — Что он сказал тебе обо мне? Снейп хлопнул пергаментом по кровати, и бегония испуганно дернулась. — Ничего! — прорычал он, сверкая глазами. — Совсем ничего! Я уже сказал тебе. — Если бы это было ничего, ты бы так не злился, — спокойно возразил Гарри. Северус поднял смятый пергамент и уставился на него. — Оставь меня, — прорычал он. — Пожалуйста, иди и приставай к кому-нибудь другому, Фрост. — Северус, — повторил Гарри. Он остановился. Они были одни в этой комнате, наполненной тенями. Совершенно одни. Дверь окутала темнота, и единственным источником света служило оранжевое, красное и желтое пламя. Одни. «Я люблю его», — подумал Гарри. Он протянул руку и осторожно коснулся плеча Снейпа. Северус тут же напрягся, и Гарри не шевелился, просто ждал. В комнате воцарилась тишина, и обычно едва заметное потрескивание огня в камине заглушало их и так едва слышное неглубокое дыхание. Он передвинул руку с плеча и поднес ближе к желтоватому лицу, пропустил сквозь пальцы занавес темных волос и дотронулся… Северус отвернулся. Гарри отдернул руку. Он отступил на шаг назад и повернулся. Атмосфера была тягостно тихой. Затем он отошел на свою сторону комнаты и вскарабкался на постель. — Завтра выходные в Хогсмиде, — нарушил Гарри долгое натянутое молчание. — Я знаю, — наконец выдавил Северус. Его голос был немного скрипуч, и он тихо прочистил горло. Отложив пергамент, он притянул поближе бегонию в горшке. — Тебе что-нибудь нужно? — спросил Гарри обычным голосом. Снова долгая пауза. — Да, — произнес Снейп. Он уставился на цветы бегонии, смутно напоминающие Гарри умоляющие глаза терьера. — Я напишу список. Гарри долго смотрел на Северуса. — Хорошо, — кивнул он и не глядя потянулся за книгой. * * * Гарри тихо зашел в комнату. Его щеки раскраснелись от свежего ветра, а ботинки были испачканы грязью. — Привет, — воскликнул он, закрывая дверь. — Погода просто ужасная, но я купил все из твоего списка. Северус, словно тень лежащий на кровати с книгой, что-то пробормотал в ответ. Гарри сел и снял ботинки. Теплота комнаты стирала холод с его лица и шеи, и даже камни пола были слегка теплыми. — Домовые эльфы растопили камин? — спросил Гарри, снимая носки. Снейп перевернул страницу. — Нет, — рассеяно проговорил он. — Мы должны выяснить, почему они избегают нашу комнату, — спокойно заявил Гарри. Он поставил ботинки напротив огня, и подумал о том, что Дамблдор ничего не предпринял, несмотря на то, что домовой эльф, который, возможно, был отправлен следить за ним, практически исчез. «Я полагаю, Дамблдор думает, что все в порядке, — решил Фрост, снимая плащ. — Пусть и дальше так думает». — Куда мне положить твои вещи? — сказал Гарри, доставая крошечные баночки из внутреннего кармана. — Просто поставь их рядом с моей кроватью, — произнес Северус, отрываясь от книги, так что свет от огня заблестел в его глазах. Он опустил взгляд и добавил: — Пожалуйста. Гарри наклонился, ставя баночки на пол. — Фините инкантатем, — пробормотал он, и они с тихим звуком вернулись в нормальный размер. — Сколько это стоило? — поинтересовался Северус с кровати. — Я должен тебе вернуть… — О, не волнуйся, — махнул рукой Гарри и тут же осознал, что это неправильно. — М, пять галеонов, двенадцать сиклей и… Снейп вскочил. — Пять галеонов? — ахнул он. — Что ты… Ты ходил в тот магазин, про который я говорил тебе? Мастер О’Блигус, сразу за магазином Bathory's Bath? Гарри посмотрел на баночки — он был уверен, что купил именно то, что просил Северус. — Э… Да? — Ты идиот! — выплюнул Снейп. — Ты мог бы потратить на них меньше, чем два галеона, а если бы повезло, то вообще один. Что заставило тебя купить по первой же предложенной цене? — Первой… Я… не знаю, — беспомощно проговорил Фрост. Он сел на корточки и взглянул на Северуса, похожего сейчас на горгулью на краю скалы. — Я никогда раньше не торговался, — это было правдой: Дурсли никогда раньше не доверяли ему денег, и после того как он получил наследство, ему не было нужды экономить — слишком часто он имел дела с продавцами, существенно занижающими цены для Гарри Поттера. — Ты никогда не торговался, — неверяще повторил Северус. — Неужели в это так трудно поверить? — спросил Гарри. — Маггловские магазины имеют фиксированную цену, да и я не имел возможность покупать себе вещи. — Что? — ухмыльнулся Снейп. — Ты крал их? — Нет, — ответил Гарри. — Тогда что? Кто тот таинственный благодетель, что покупал тебе все необходимое? — Вообще-то я слишком часто был заперт в чулане, чтобы покупать вещи, — сухо проговорил Гарри. — Моих тетю и дядю нельзя назвать приятными людьми. Северус фыркнул. — Конечно, — но взгляд, который он кинул на Гарри, был пронизан скепсисом. Гарри издал смешок. — Конечно, я всего лишь шучу, — он посмотрел на баночки и задался вопросом, зачем он увеличил их. Это в самом деле было глупо, и сейчас Северус, должно быть, что-то заподозрил. — Знаешь, что я сегодня видел? — Что? — уныло спросил Северус. — Малфой подстриг волосы. И весьма неудачно, — Фрост выдавил напряженную улыбку. — Я видел его выходящим из одного магазина на той же улице, что и паб мадам Розмерты, и его волосы представляли из себя очень странный короткий пучок. Он так рыдал, словно у него мать только что умерла. — Мммм, — промычал Снейп без выражения, глядя на баночки. Гарри внимательно всматривался в его лицо, но ничего не нашел. — С ним был Лейстрейндж, — продолжил Гарри. — Ему удалось заставить парикмахера исправить стрижку. Он сейчас похож на одного из маггловских певцов. Северус в презрении скривил губы. — Действительно, — пробурчал он, удаляясь в тень и возвращаясь к книге. Гарри вдруг осознал, что чуть ли не взволнован вопросом, что вызвало вражду между Северусом и Малфоем. Но сейчас он не мог этого спросить. Воздух словно гудел от невысказанных вопросов. Возможно, это ерунда — обычная школьная неприязнь, и Мерлин знает, Северус мог держать обиду. Но, возможно, за этим крылось что-то еще. — Ты повредишь зрение, если будешь читать при тусклом свете, — упрекнул Гарри. — Не поврежу, — коротко сказал Снейп. — Еще не было ни одного Снейпа без идеального зрения. Это часть нашей родословной. — Генетика, — заявил Гарри. — Что? — раздраженно прорычал Северус. — Ничего, — быстро проговорил Фрост. — Это тебе книга рассказала? Голос Северуса был холоден, когда он ответил: — Нет, вообще-то. Я прекрасно осведомлен о своей семье. И я был бы очень признателен, если бы ты не лез в мои дела. — Твои дела? — недоверчиво переспросил Гарри. — Да, — отрезал Северус, не отрывая взгляда от книги. — Мои дела. «Что ж, — подумал Фрост, — я даже не буду упоминать, что это я нашел книгу и принес её сюда». Он задумался, говорила ли книга с Северусом, пока он ходил в Хогсмид. «Хотел бы я не находить её!» Гарри вдруг отчаянно захотелось увидеть, как эта книга горит в пламени. — Где она? — спросил Фрост. — Я имею в виду, книга. — В твоем рюкзаке, — пробормотал Снейп. — И кстати, я нашел этого твоего парня. Северус раздраженно поднял взгляд. — Какого парня? — Йейтса. Уильяма Батлера Йейтса, — повторил Гарри. Он сунул руку в карман и достал крошечную книгу. — Фините Инкататем, — сказал он, и книга вернулась в первоначальный размер. — Кажется, продавец был в восторге от того, что я купил её. Северус фыркнул. — Магглолюбец, — пробормотал он едва слышно. Но Гарри услышал. — Твой предок тоже был магглолюбцем, — произнес Фрост, убедившись, что его голос спокоен и ровен. — Он даже процитировал последние строфы, представь себе. Северус ничего не ответил. Гарри неуклюже направился к своей кровати. Мерцающее тепло от огня потеряло свой комфорт. Было душно. Гарри заглянул в свой рюкзак и увидел серую книгу, зажатую между учебниками по трансфигурации и зельям. Он достал её и сел на каменный пол. Он хотел вырвать страницы и наблюдать, как они трепещут в огне и сворачиваются, как черная и серая обложка с пятиугольной розой растворяется в смешанном пепле и сметается холодным ветром. Он сел на кровать и открыл книгу Йейтса с тяжелым вздохом. «В лесах Аркадских — тишина, Не водят нимфы круг веселый; Мир выбросил игрушки сна, Чтоб забавляться Правдой голой…»