На десятом ряду партера

Ехать на пассажирском сидении машины господина Обито было странно. Странно комфортно, если можно так выразиться. Она боялась издать лишний звук, боясь, что под стать своему нестабильному характеру - господин Учиха просто вышвырнет её на центральной дороге. — Куришь? - спокойно спросил Обито, протягивая пачку сигарет в сторону Сакуры. — Нет, спасибо, - холодно произнесла Харуно, отвернувшись к окну, попутно рассматривая своё отражение. Ночной город был поистине прекрасен. — Вот и правильно, - подытожил Учиха, подкуривая сигарету. Казалось, что сейчас он выглядел настоящим. Таким уязвимым, что-ли. — Простите за такой вопрос, господин Обито, - аккуратно начала Сакура, — А у вас есть семья? - она медленно развернулась в сторону его лица и замерла в ожидании любой реакции. К слову, она была очевидна. Учиха сжал фильтр сигареты зубами, через силу делая первую затяжку. Приоткрыл водительское окно, томно выдохнул и чуть прикрыл глаза. — Была, - сухо бросил он, даже не посмотрев в сторону розоволосой особы. В какой-то степени, Харуно понимала, что сует свой нос во что-то интимное и личное, но любопытство брало верх, пренебрегая инстинктами осторожности. Повисла неловкая пауза. Сакура уже было хотела перевести тему, но Учиха, неожиданно для себя продолжил: — Была жена, - горько произнес Обито, и Сакура ежесекундно поняла, что зря затеяла этот разговор. — Она разбилась в той самой автокатастрофе, - протяжно сказал он, и сделал паузу, словно боялся продолжения. — По моей вине, - Учиха сделал вторую затяжку, намного крепче и дольше, чем в первый раз, и такая деталь не ускользнула от внимания Сакуры. — Наверное, самое страшное, что может произойти - это выжить в той ситуации, где погиб твой любимый человек, - сглатывая ком в горле, произнесла Харуно, опасаясь, что изрекла вслух что-то не то. Но Обито был непоколебим. При таком серьезном разговоре, где каждый может пробиться на старые эмоции и воспоминания - Учиха лишь сжимал зубами фильтр сигареты. Это было сильно. И Сакура долю секунды восхищалась им. — Согласен, - равнодушно кивнул он, внимательно всматриваясь в зеркало заднего вида, давая понять, что разговор окончен. Харуно и так позволили узнать больше, чем следует. Остальную часть пути они ехали молча, и каждый в своих размышлениях. Тишина была столь уместна, что и говорить нечего. — Этот дом? - спросил Обито, кивком показывая на многоэтажную новостройку. — Ага, - еле слышно отозвалась Сакура, поспешно отводя свой завороженный взгляд от отражения Обито в её окне. Она позволила себе такую вольность только потому что была уверена: он не должен заметить. Так жадно рассматривала его строгие черты лица и грубые шрамы. Но для Харуно их будто не существовало. — Большое спасибо, - напоследок сказала девушка, открывая пассажирскую дверь. Она захотела последний раз взглянуть в его темные глаза и впитать ту самую боль, что он ощутил несколько лет назад. Их взгляды встретились, но Учиха молниеносно отвёл глаза в сторону. — Сакура, - позвал он девушку, когда та уже наполовину вышла из машины, но голос господина Обито заставил её повернуться. — Ненавижу, когда на меня так нагло пялятся, - хмыкнул он, одаривая Харуно пренебрежительным взглядом. Сакура пропустила удар сердца. Сейчас было настолько неловко и стыдно, что захотелось убежать, сгореть или раствориться в воздухе. — Извините, - это всё, что она смогла из себя выдавить. Харуно аккуратно захлопнула дверь машины и осталась стоять на обочине, наблюдая, как чёрная иномарка господина Обито уезжает в неизвестном направлении. Полная рассуждений и недавних воспоминаний, розоволосая двинулась в сторону своего дома, переваривая на ходу полученную информацию. Внезапно, она осознала, что поведение господина Обито - это не более чем защитная реакция. После того, что он пережил - вряд ли захочется испытывать подобные чувства: привязываться к кому-то и жить в страхе потерять этого человека. И Харуно отчего-то захотелось его обнять, успокоить и прижать к себе. Жаль, что это было невозможно. Зайдя в квартиру, она устало сбросила с плеча сумку, ещё раз посмотрела на ссадины, которые получила так же нелепо, как и умудрилась проникнуться чувствами к своему преподавателю театральной дисциплины. Она устало выдохнула, облокотилась на стену и устало прикрыла глаза. Почему-то она не думала о Саске, о том, что они поссорились, об их отношениях, что было более чем привычно. Сакура думала о грозном господине Обито и о том, как заставить его отпустить прошлые воспоминания. На следующий день должна была состояться генеральная репетиция спектакля, который театральная трупа готовила уже пятый месяц. — Яманака? — Здесь! — Узумаки? — Здесь! — Харуно? - чуть запнувшись, спросил Обито, поднимая глаза на выстроившуюся в ряд толпу учеников. Повисло молчание. Учиха гневно окинул взглядом всех прибывших и стиснул зубы от недовольства. — Из-за этой доски он сейчас сорвется на нас, - недовольно выпалила Карин во всеуслышание. Саске, что стоял рядом, лишь ухмыльнулся и устало выдохнул. Его это, честно говоря, мало заботило. Спустя секунду двери большого концертного зала отворяются и с громким шумом, который разлетелся эхом по всему обширному пространству, появилась Сакура Харуно. Окинув взглядов всех присутствующих, и оценив ситуацию, девушка бросилась к сцене, путаясь в огромных пакетах, которые несла в руках. — Прошу прощения, господин Обито, - виновато, и с сильной отдышкой произнесла Сакура. — Платье, которое я забирала из химчистки оказалось не в подобающем виде, поэтому мне пришлось быстро забежать в первый попавшийся магазин и купить нечто похожее, - отдышавшись закончила Харуно, виновато вглядываясь в глаза Обито. В доказательство своих слов, Сакура поспешно достала оба платья, и стараясь показать их в полный рост, чуть было не потеряла равновесие, столкнувшись с одним из пакетов на полу. — Сейчас же переодевайся, - выпалил Учиха, остужая свой пыл. В конце концов - Сакура всегда приходила вовремя, и если у неё была такая весомая причина - то сегодня можно было пропустить ежедневную экзекуцию и оставить всё на своих местах. — Вам всем нужно особое приглашение?! - разорался он, наблюдая за тем, как театральная трупа разбегается в рассыпную, по своим делам. — Бездари, - тихо добавил он и занял своё привычное место в зале. Тем временем, за кулисами творился настоящий бардак: герои переодевались в костюмы, помощники носились с реквизитом, суфлёр с яростью вдалбливал Ино нужную фразу, которую она постоянно забывала произнести, и только Карин и Саске о чем-то шептались в темном уголке сцены. — А ты чего не в костюме? - подсаживаясь к Сакуре, спросила Хината. — Мне всё равно ждать до третьего действия, - Харуно махнула рукой, — А платье жуть какое неудобное, - она слегка улыбнулась своей собеседнице и сосредоточила взгляд на своём, уже практически, бывшем парне. — А вы с Саске всё? - чуть заикаясь, спросила Хината, всматриваясь в ту же точку сцены, что и Сакура. — С чего ты взяла? - спросила розоволосая равнодушно. — Ну, просто он вчера Карин до дома провожал, вот, решила удостовериться, - пожала плечами Хината, — Ладно, скоро мой выход, - шепнула она на ухо Сакуре. — Удачи, - натянуто улыбнувшись, произнесла Харуно, наполняясь гневом. Какого черта?! Они ещё даже не успели расстаться, а этот козёл уже крутит шашни с другой девкой прямо на её глазах?! Да как он смеет?! Кровь пульсировала в висках, руки сами сжались в кулак и решимость Харуно побила все рекорды. — Нужно поговорить, - дернув за руку Саске, бросила розоволосая, обдавая его презрительным взглядом. — Прямо сейчас, - прошипела Сакура, и плевать ей на его новую рыжую швабру, что стоит и в упор не сводит с неё жгучих глаз. — Я на минуту, - обольстительно улыбнулся Саске обладательнице горящей красной шевелюры. Он демонстративно отошел от Сакуры, приглашая пройти вперёд, и, подмигнув Карин, направился следом. — Тишина за кулисами! - послышался рёв господина Обито, но Сакуру это мало заботило. Она аккуратно приоткрыла заднюю дверь со цены и спустилась в гримёрку. — Ты что-то хотела? - артистично зевнув, спросил Саске, медленно переводя взгляд на Сакуру. — Какого черта происходит?! - Харуно и думать забыла про конструктивный план действий. Ей управляли лишь две эмоции: гнев и злость. — Это я как раз хотел у тебя спросить, - чувствуя, что игра становится интереснее, спокойно сказал Учиха. — У меня?! И какое же отношение я имею к вашему спариванию с Карин?! - её лицо побагровело от злости, а Саске, кажется, забавляло. — Не впутывай её, - серьезно произнес Учиха, наблюдая, как Сакура тонет в собственной растерянности. — Ты это что, - тихо произносит она, а её глаза в изумлении раскрываются, — Её защищаешь?! - вот сейчас было действительно обидно. И самое обидное то, что Харуно совершенно не понимает в чём тут дело. — В отличие от тебя, она не спит с моим самодовольным дядькой, - изощрённый словесный плевок в лицо Сакуры. Он бросил это с таким презрением, что Сакура на секунду забыла: каково это, дышать. — Что... Что ты несёшь?! - она действительно заблуждалась в своих доводах всё больше и больше. И это непонимание болью отдавалось в голове, пульсируя в висках. — Любимая, кажется - ты не в себе, - Саске откровенно издевался над ней, заставляя ненавидеть его с каждой секундой всё больше и больше. — Я сразу понял, что у вас что-то есть, осталось только показать это отцу, и моего захудалого дядюшку выпрут отсюда под зад мешалкой, - самодовольно ухмыльнулся он, показывая Сакуре фотографию, сделанную вчера: она в машине Обито, возле своего дома. Лиц не видно, но отчетливо виден её цвет волос. Голова Учиха скрылась в тени, а вот положение тела Сакуры напоминало страстный поцелуй. Будто, Обито схватил её за талию и притянул к себе, прощаясь до завтрашнего дня. — Ты... ты всё неправильно понял, - Харуно действительно находилась в замешательстве. — У нас ничего не было, - и пусть она собиралась с ним расстаться, но принимать на свой счёт компромат, да ещё такой ложный - было жутко как неприятно. А если господин Обито от этого пострадает?! Чёрт, чёрт, чёрт, нужно что-то делать! — Конечно не было, милая, я же слепой, - зверский оскал сделал физиономию Саске более зловещей, чем обычно. Он удалялся из гримёрной громкими шагами, оставляя Харуно в одиночестве и боли, которую она испытывала от несправедливости. Слёзы хотели взорваться диким фонтаном, но, преодолев себя, Сакуре всё же удалось не заплакать. Она молча поднялась за кулисы, посмотрела на сцену, и убедившись, что у неё ещё осталось время - отправилась переодеваться. — Вот мразь, - выругалась девушка, искренне удивляясь, как могла состоять в отношениях с таким ублюдком довольно продолжительное время. Но дар речи внезапно пропал, и руки предательски затряслись, когда Сакура обнаружила в пакете то самое, утром купленное, платье безнадёжно испорченным. Кто-то хорошо постарался забраковать генеральный выход Харуно на сцену.