Гений в кубе

Шел третий день его пребывания в новом мире. Северус сидел и пытался освоить медитацию. Северус мысленно поправлял себя, каждый раз, когда вспоминал собственное имя — теперь у него другое. Северус не выходил на улицу — там все еще была кровь, пыль и удушающая атмосфера смерти. Рядом заваривалась лапша быстрого приготовления, найденная в самом-самом углу одного из шкафов на кухне. Еда подходила к концу. Дом зарастал пылью, но С…аске было не слишком важно его благосостояние. С собственным бы разобраться. Как опытный, прошедший обучение у Мастера менталист, Саске знал, как нужно качественно и быстро потрошить сознание. Даже свое собственное. Когда он проснулся в комнате родителей, был уже поздний вечер. Вся ночь ушла на то, чтобы разобраться в собственных воспоминаниях, которые, начиная с обрывков младенческих и заканчивая возрастом семи лет, нещадно двоились и дублировались. Саске осмотрел дом, осмотрел кабинет отца и собрал документы. Он не нашел ничего лучше, как спрятать их в щель под половицей и сделать невинное лицо. «Есть ли смысл ребенку предъявлять права на что-то?» Учиха Саске не был знаком с подобными законами своего мира. А законы Магической Британии тут не действовали. Не действовали и заклинания. Невербальные, вербальные — все впустую. Магия, здесь же чакра, подчинялась совсем иным законам и командам, как уже знал Саске, однако руны, насколько он понимал, здесь должны были работать. Адаптированные чары тоже вполне могли оказаться жизнеспособной идеей, а вот о трансфигурации придется, скорее всего, забыть… но была у него мыслишка на этот счет. Не получится ли сделать трансфигурацию — реальной иллюзией? Для зелий здесь было огромное количество растений. И они были в прекрасном состоянии, и множество из них были очень редкими… а вот, чем Мордред не шутит, котлов не было. В этом доме — точно. Тьфу.

***

Прошло шесть дней с момента его попадания в этот мир. Саске прибрался в доме, освоился в нем, завязал лезущие в глаза и мешающие волосы невнятно-длинной маминой лентой, что смотрелось весьма комично, учитывая основную «челку», которая была пока слишком коротка. Но это абсолютно не трогало его, как и в целом не важен был для Саске внешний вид сейчас и ранее. Ладно, это было настолько убого, что он все же повязал черную косынку вместо ленты. Просто он ее сначала не нашел. Надел единственные подходящие под сезон длинные штаны, затолкав подальше шорты, надевать которые, оголяя колени, собирался только под страхом смерти, опробовал странные и чуждые для себя «бинты на ноги», весьма оценив их удобство. Черную водолазку он нашел весьма быстро, но, посмотревшись в зеркало, поморщился. Нужно будет выбрать что-нибудь другое, хотя пока — сойдет. Осознав, что никто не собирается приходить в квартал и… даже не собирается проверять его самого, живого али мертвого, Саске все же взял происходящее в свои руки. Под покровом ночи он совершил несколько вылазок в соседние дома, захватив с собой столь полезную вещь, как запечатывающий свиток. Обучался бытовым вещам нового мира он быстро. Нашел и перетащил себе все бумаги — в первую очередь, деньги — во вторую, и еду, в основном крупы — в третью. Это заняло весьма много времени, а впереди было еще очень-очень много домов. Но, зная, что бывает с заброшенными домами, он стремился успеть раньше мелких воров. И поражался, что АНБУ не успели раньше него. Судя по тому, что он — единственный законно зарегистрированный чистокровный Учиха, этот квартал — полностью принадлежит ему. А учитывая, что Род, то есть, Клан был весьма обеспечен… Саске очень хотел уладить все дела и жить в свое удовольствие, сдавать дома в аренду кому-нибудь и безбедно жить, собирая травы и исследуя их в свое удовольствие, но… военное напряжение не отпускало его, заставляло профессионально шариться по тайникам в домах Учиха. Зачем? Только на седьмой день, вымотавшись с этой суетой окончательно, но так и не поняв, стоит ли ему выходить за пределы квартала, Саске решил устроить себе выходной. Он чувствовал себя лет на девять морально и понимал, что если и дальше продолжит потакать подобным замашкам самого себя — вовсе деградирует. Нужно было вновь собраться с мыслями и внятно оценить ситуацию, расставив приоритеты. Нужно было зацепиться хотя бы за что-нибудь. Как оказалось, свобода — это еще не все. Цели существования не было. Не получалось держать себя в тонусе и собирать ежедневно мозги в кучку. Жизнь двойного шпиона казалась уже не такой плохой. У него, по крайней мере, были мысли о том, как же ее прожить и зачем. На рассвете очередного дня Саске проскользнул под лентой ограждения, даже не думая срывать ее и что-то менять, как-либо заявлять, что Клан не вымер полностью. Еда у него, в принципе, была. Хотелось, конечно, фрукто-овощей, которые нещадно кончались и портились, да и хлеба было бы неплохо купить, но это было делом второстепенной важности. Путь Саске лежал в сторону Резиденции Хокаге. Добрый дедушка был на месте и у новоявленного Учихи незаметно дернулся глаз от столь… знакомого образа старика, но он решил не судить сразу же. Престарелые политики все похожи. Спустя определенное количество часов Саске получил красивую бумажку, которая заменяла разом все другие бумажки, которые он успел собрать. Часть капиталов Клана уже куда-то ушла из-за нукенина-Итачи и… чего-то еще, что Саске так и не понял, но о чем догадался по блестящим глазам попадавшихся на глаза клерков, по приказу Хокаге объясняющих юному наследнику его финансовые дела. Радовало, что большую часть он все-таки смог отвоевать у родного селения. Финансы, земли, дома. Клан Учиха имел долю в нескольких предприятиях, вроде ресторанчика-данго. Отчисления шли теперь на общий счет. Все счета Саске объединил в один, не желая после ломать себе голову. Согласился часть привалившего состояния положить под процент, но… До получения жилета Чуунина или до совершеннолетия Учиха Саске не может распоряжаться своими капиталами, что замораживаются и опечатываются. Или же может через посредника-опекуна, если желает оформить опеку, от которой, как последний представитель Клана, может отказаться. Конечно же он отказался. К черту процент, и так шикует. На сиротское пособие… Это было до одури смешно. Саске не хотел становиться шиноби. Кем он точно не хотел больше быть — убийцей, шпионом. Действовать по указке… мерзко. Ловя на себе сочувствующие, жалостливые, презрительные и — ох, Мерлин! — восхищенные (!!!) взгляды, Саске отказался от затеи идти за покупками, сразу направившись в квартал. Учихи были весьма предусмотрительны, так что разворовать имущество и сами дома у незадачливых грабителей не получится, однако и убраться в квартале — тоже не выйдет. Чем ограничения домов влияют на уборку улиц — Саске не знал. Нанять, что ли, генинов для уборки? Ага, на пособие. — Тадайма*, — бросил Учиха-Снейп, входя. Дом ответил весьма приветливым скрипом половиц. А он, тем временем, уже около недели бессовестно прогуливал школу… Академию Шиноби. Пользоваться положением, конечно, можно еще долго, учитывая его возраст, но… может, получится забрать документы? Никто тактично не напоминал ему про занятия, но бывшему профессору было несколько неуютно от подобного безразличия к образованию. От своего собственного безразличия к образованию. Прогуляется в лес и подумает позже. Следует все-таки уделить внимание местным растениям и их пригодности. Эх, а котел-то Саске забыл купить. Где-то вдали заорала кошка. Подул ветер, его пропустила неплотно прикрытая дверь. Учиха тут же подвинул ее, закрывая покрепче, и обреченно опустился на пол, садясь прямо там, где стоял. Без магии и палочки он чувствовал себя чертовски беззащитным. Сиротливо лежала на пороге сумка с кунаями и сюрикенами, ненавязчиво напоминая о том, что не так уж Саске, уже в семь лет, беззащитен. В голове всплывал образ огромного огненного шара, который, благодаря «чакре», можно выдуть, сложив «печати». Но травы… Как много всего.