Я ненавижу тебя.

Не умирают. Кажется, это самое ужасное, не иметь возможности умереть - так думал Романовский, только попав сюда, да и на протяжении жизни, нет, существования здесь, в общем. Надо хвататься за жизнь и ее возможности! Так оно, конечно, и должно быть, но сейчас Союз не думал так. И сидя под этим дубом, немного прищурившись, смотря на Рейха, нет, он не ждал ответа, не ждал его содержания, просто ждал ответит он или нет, ждал появления какого-либо звука. Но тщетно. Сухая ухмылка на советском лице. Теплый июльский ветер, нагоняющий тучи. Медленно начинает свое шествие дождь. Радостный смешок, Иван поднимает голову к небу. -Совсем с катушек съехал, - легкий взмах руки - выброс сигареты и Рейх скрывается в здании, может от дождя, может от Союза, может от всего, чем окружен. Ему явно докучает славянин, что уж говорить, он до сих пор презирает его, вот только сейчас они один на один, в одинаковом положении и почти одинаковом состоянии, а может и в одинаковом. Резко опускается рука на плечо Рейха, он, конечно, не дрогнул. Рейх не из тех кого просто напугать, удивить. -Рейх, пойдем чая выпьем? - такая широкая, добродушная улыбка снова сидела на лице Ивана. Откуда в Совете столько задора? Кто знает, может приберег со старых времен, а может характер у него такой. В любом случае, Рейху хотелось, чтобы этой улыбки не было, хотелось содрать, нет, скрести эту улыбку с его лица. Непонятно. Почему он счастлив сейчас? Когда все потерял? -Я чай не пью, спасибо. - Убрать руку Союза с плеча, двинуться дальше, по коридору. -Но, но, Рейх, хотя бы посиди со мной, это ведь, знаешь, так отвратительно, пить чай в одиночестве. - Голос вопрошающий, тихий, сказано на выдохе. Конечно, у Рейха три пути: вернуться в свой подвал, самостоятельно изучать здание, пойти с Союзом. Может последний вариант не самый приятный, но все же самый полезный, ведь узнать от Союза можно многое. Как понял немец этот сумасшедший давненько расхаживает тут и, естественно, знает где, что и как расположено, а таить он вряд ли что-то станет. "Видно же как его распирает от нехватки разговоров, ну что ж, поговорим, друг мой, поговорим" - ,решил про себя Адольф. Кроткий кивок, жест рукой, приглашающий пройти вперед, ни одного слова не обронил ни один из них. Все-таки они так похожи и так различны. Дождь бил по стеклам, в здание проникала легкость и свежесть, а обстановка казалась до тошноты серой, в ней выделялось всего два персонажа, такие разные, такие противоречие, когда-то бывшие врагами, сведенные судьбой, похожие, Третий Рейх и Советский Союз.