"Мы в ответе за тех, кого приручили."

***

Собственно, с чего я хотел бы в этот раз начать изложение истории моей жизни и происходящих в ней событий? Мое стремление сейчас направлено на описание происходящего всё тем же вечером, который проходил в компании моего детектива и под уютным крылом моего дома. Итак, мне удалось целиком и полностью абстрагироваться от внешнего мира, сконцентрироваться на работе мозга и, следуя напутствиям лучшего друга, я смог наконец приступить к повторному построению и восстановлению своей логической цепочки размышлений.

***

— Думаю, что для тебя уж точно не является секретом, что вся история началась с моей первой находки возле дома — котёнка с синей лентой. И вот тут я в первую очередь обратил внимание именно на мелкие детали — цвет ленты в тон твоего шарфа, что, наверное, глупо, но не ушло из моего вида — внешний облик, а далее, уже присматриваясь к его поведению у себя дома, я смог заметить, что он сразу же приучился к домашним условиям, сначала я, конечно, подумал, что это просто совпадение и глупая случайность, но когда я начал связывать это с чередой последующих событий, то сразу же увидел несомненную связь, — аккуратно веду я свое повествование. В ходе своей речи я смог понять, что слегка переоценил свои возможности, к сожалению, гением ума мне родиться было не суждено, потому я всё-таки не до конца абстрагировавшись от действительности, сбиваюсь после анализа уже первого этапа своего расследования и намереваюсь узнать мнение Шерлока относительно моих успехов в этой сфере. — Ну, что можешь сказать? — неловко интересуюсь я, прерываясь. — Окончательные выводы ещё делать очень рано, но пока ход мыслей выглядит весьма неплохо. Не прерывайся впредь: подробный анализ в конце или комментарии относительно услышанного я тебе точно гарантирую, — бесстрастно произносит Шерлок, лишь приподнимая бровь вверх, когда я опрометчиво ухожу в сторону от своих рассуждений. Тем самым, конечно, он дал мне понять, что отвлекаться сейчас не нужно, а сосредоточенно-серьезное выражение его лица по-прежнему неизменно сохраняется и в каком-то плане помогает мне вновь мотивироваться, чтобы продолжить. — Хорошо, как скажешь, — лишь произношу я на его комментарий, — Далее в моей жизни появился Редберд… Я больше стараюсь не употреблять выражений вроде «для тебя не секрет, что…» или «ты сам прекрасно знаешь», догадываясь, что это неуместно и нужно постараться вести свое изложение максимально на независимой основе — так, будто я и правда один в комнате и лишь конструирую план будущей схемы, которая поможет мне раскрыть дело.

***

— Здесь я, естественно, в первую очередь хочу выделить внешнее сходство с собакой твоего детства. Сопоставив два образа в своей голове и убедившись, что пёс, подошедший к моему дому — копия той собаки, я взял в обращение и факты прекрасной дрессировки, казалось бы, уличного, на первый взгляд, пса, редкость клички и его моментальное освоение нового имени — так, будто это имя не было для него новинкой, помимо того, основываясь на приобретенных мной знаниях психологии поведения животных, мне без труда удалось выделить и отметить особенности поведения Редберда, как с моим первым домашним питомцем, так и с котёнком, что в результате позволило объединить их на карте расследования, воссозданной на стене красной нитью… Мне безумно хочется добавить «думаю, карту ты наверняка видел», но я удерживаюсь, опираясь на прошлые ошибки и недочёты, постепенно снова возвращая уверенность своей речи. — Далее — только проще. Прочитав по рекомендации своего психолога книгу, я получаю настолько большое впечатление, что открыто излагаю свои мысли в блоге, где упоминаю о своем намерении познакомиться с произведением Экзюпери и практически сразу приобретаю его в виде находки на лестнице у дома — отправитель неизвестен, но на другой день во время прогулки я встречаю знакомый мне силуэт, собираюсь проверить свои догадки, но меня внезапно останавливает Редберд. И здесь я снова позволяю задействовать свои знания в сфере психологии животных и предположить, что резкое отличие поведения моей собаки не является простым совпадением, то есть, да, прозвучит странно, но он будто бы точно знал, что делает. И в заключение — встреча с девочкой в автобусе и её подарок для меня — ручка с красной нитью, что, в свою очередь, позволяет мне связать всё происходящее: во время прогулки, после того, как я вижу силуэт, озвучиваю достаточно громко мысль относительно недостающей нити и сразу же на другой день приобретаю желаемое и, конечно, не упускаю из вида то, что пишущий предмет тематически связан всё с тем же произведением Экзюпери, то есть девочку, скорее всего, кто-то попросил передать предмет. И да, она знала мое имя и сама подсела ко мне в транспорте, а если связывать все события и цветовую гамму, как несомненную символику… Да, совсем забыл упомянуть про цвет банта, повязанного на книгу — тоже синий. Итак, после получения ручки с красной нитью, я, следуя по твоим стопам, создаю схему на стене, распутывая каждое событие и анализируя его по отдельности, отыскивая связь. Схему я могу тебе продемонстрировать ещё раз, к сожалению, я не настолько умело и профессионально способен изложить свои размышления и точно представить собеседнику картину происходящего. Признаю, что получилось несколько запутанно, но вывод заключается в том, что, да, безусловно, все осуществляемые события — дело рук одного и того же человека: не может быть простым совпадением такая сильная и прочная связь во всем происходящем. Опять же цветовая гамма, знакомый стиль и особенности предоставления мне соответствующих улик, а также своеобразие их символичности позволяет мне окончательно убедиться, что это дело рук не просто моего кумира или поклонника, а личности, которая явно стремилась к тому, чтобы проведя собственное расследование, я смог опознать её. То есть речь идет, естественно, о тебе, Шерлок: ты не мог сразу появиться и подарил мне целый ряд намеков, заранее продумав и обыграв в своей голове всю ситуацию, наверняка точно зная, на что я обращу внимание в первую очередь, — завершаю я наконец, пожалуй, один из самых длинных анализов, озвученных мною вслух, — И да, к слову, в завершение и подтверждение всего ты объявляешься собственной персоной и даришь мне предмет опять-таки с тематикой, объединяющей большинство событий и несущей в себе определенную символику… Я всё же позволяю себе задействовать в своем размышлении обращение к самому детективу. «Теперь уже, наверное, можно. Всё равно я выполнил свою задачу и подвел собственные итоги. Теперь в игру вступает Шерлок Холмс — я смело готов передать ему эстафету в рассматриваемом вопросе.» — Ну, в общем, это всё правда, я, конечно, возможно, что-то упустил из виду и забыл озвучить, но я ведь не ты — я не способен легко конструировать логические цепочки на ходу, мне подобное, к сожалению, просто не дано, так что, пожалуй, на этом я и закончу. Что скажешь? — нетерпеливо поерзав на кресле, спросил я у своего друга, приготовившись выслушать его мнение насчет всего, сказанного мной выше. — Ты безусловно делаешь успехи, Джон, — начал свой ответ Шерлок. И пока он сделал первую паузу, я уже успел мысленно порадоваться, но, естественно, ошибся в своем суждении: радоваться было ещё слишком рано. — Определенно, у тебя прекрасно получается анализировать детали, — продолжает детектив, — Но что насчет вывода и заключения? Я сразу немного теряюсь: вроде как всё слишком очевидно, так что ему ещё хочется от меня услышать? — Твое возвращение, Шерлок, — говорю я, потому что других вариантов и исходов события я просто не представляю, — Выводом и заключением является твое появление в моей жизни вновь, а череда предыдущих событий, бесспорно, приводит к этому, — говорю я, но уже не так уверенно, словно ожидая какого-то подвоха. Мои ожидания, к сожалению, оправдываются: Шерлок Холмс опять ставит меня в новый тупик. Что же, ничего не остается, кроме того, как попытаться найти выход.

***

— Нет, Джон, мое появление — это всего лишь жалкий факт, ты совершил грубейшую ошибку, сделав упор на конкретные факты, но не рассматривая ничего больше. Впрочем, это было весьма предсказуемо, все спотыкаются именно на этом, главный вывод сделать тебе так и не удалось, — заканчивает свой комментарий относительно моего анализа Шерлок. — Так, может, объяснишь, что я упустил из виду? — я сразу задаю вопрос в упор, совсем не понимая, что здесь может быть неверно. — Как я уже сказал, ты прекрасно справился с анализом всех деталей и правильно составил логическую цепочку. Всё действительно так: твоя первая находка жила изначально у меня — отсюда приученность к домашним условиям. Синяя лента и синий бант — несомненно являются отсылкой. Редберд, как ты уже мог догадаться, также жил у меня и раньше — отсюда и хорошая дрессировка и его логичная реакция на кличку, придуманную тобой. Бесспорно и то, что книгу тебе подложил я, во время прогулки ты видел именно мой силуэт, а встреча с девочкой в автобусе, естественно, не случайность. Но ты, тщательно проанализировав предложенные твоему вниманию детали, не заметил одного важного связующего звена — тематики, используя которую в ходе размышлений, ты не стал анализировать должным образом, а потому потерял ключевой смысл всей составленной тобой логической цепочки, — медленно и спокойно разъясняет мой друг, безусловно понимая, о чем он говорит, но, как всегда, не посвящая меня в суть происходящего и оставляя теряться в догадках. — Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь, Шерлок, — честно признаю я свое поражение. Мой друг глубоко вздыхает, но что поделать: как я уже говорил выше, не всем суждено родиться гениями ума. — Именно об этом я и хотел поговорить с тобой, Джон, чтобы между нами не осталось никакого недопонимания и никаких недомолвок, — начинает детектив, — Почему ты, например, не обратил внимание на то, что находки изначально представляли собой домашних животных, а затем — книга, ручка и блокнот, полностью соответствующие этой тематике? И, конечно же, ты не мог предположить, что твой психолог не просто так сконцентрировал твое внимание на подобной литературе, а по моей прямой наводке, — не торопясь, продолжает свое повествование мой друг. — Что же, о последнем я в жизни бы не догадался. Но зачем это было нужно, Шерлок? — действительно продолжаю не улавливать особой связи я. — В том-то всё и дело. Помнишь, сегодня я мимолетно пустил в ход фразу «все мы склонны к самоуничтожению» и слова относительно того, что мы изголодались за это время друг по другу? — спрашивает меня детектив. — Да, — снова почему-то напрягаюсь я. «Не понимаю, к чему это он опять упоминает, и к чему он вообще клонит.» — Тематика Экзюпери, Джон Ватсон, — твердо произносит Шерлок, — Раскрывая все карты, я хочу тебе сказать, что ты, прочитав книгу по рекомендации, по моей собственной логике, должен был немедленно переключить свое внимание на Экзюпери: я всё рассчитал — ты так и поступил. Одна из главных фраз и мои действия по отношению к тебе: я не мог появиться раньше, но постоянно рисковал своей собственной жизнью и безопасностью, что, конечно, прозвучит эгоистично, но эгоизм в той или иной степени присущ нам всем. Я рисковал собой не просто так — мне действительно было важно знать, что с тобой происходит, как ты живешь без меня, что делаешь, как проводишь досуг и что тебя привлекает. И именно к этому я употребил фразу «все мы склонны к самоуничтожению». Я в каком-то плане самоуничтожался, потому что появляться в Лондоне всё это время для меня было равносильно угрозе собственной жизни. Преступная сеть Мориарти была на тот момент в самом разгаре своих активных действий — если бы меня заметили и выяснили, что мне удалось выжить — всё было бы кончено. Но я просто не мог поступить иначе. И что касается слов «мы изголодались друг по другу» — ты соотнес это с тематикой какого-то сериала, но я, узнав информацию о нём, тоже увидел соответствующий намёк и подтекст. Так может быть, ты не просто так создал в своем сознании именно эту ассоциацию? Ключ к разгадке — фраза из книги, которая, кстати, находится и на обороте тетради, но ты наверняка упустил это из виду. Вывод и заключение ты можешь сделать на основании всех моих слов, действий, намеков, поступков и моего пристального внимания к твоей персоне, внимания к деталям твоей жизни, твоим вкусам и пристрастиям, позволяющим мне время от времени создавать в твоих глазах приятное впечатление от моих действий. Я вернулся не просто так, а с определенной целью и намерениями. Но я всё ещё продолжаю рисковать, потому что преступная сеть, созданная руками злодея-консультанта ещё не обезврежена на все сто процентов, именно поэтому я не сказал, что всё в полном порядке. Но тем не менее я здесь, полностью в твоем распоряжении и теперь, когда все карты раскрыты — мне остается только надеяться, что ты поймешь сам, о какой фразе всё это время шла речь и что я хотел тебе предложить, до сих пор будучи неуверенным, что это имеет хоть какую-то долю смысла. Но, к сожалению, конкретно в этой сфере я слабоват и, кстати, вновь возвращаясь к словам про самоуничтожение — «сантименты — химический дефект, ведущий к проигрышу», думаю, что здесь связь проста и понятна. Итак, у тебя остались какие-то вопросы касаемо нашего дела? — спрашивает наконец Шерлок, до этого не прерывая свою речь ни на секунду и произнося всё буквально на одном дыхании. — О, теперь мне всё предельно ясно, — говорю я, широко улыбаясь.

***

«Да, Шерлок, тебе вновь удалось удивить меня этим вечером и преподнести ещё один подарок судьбы. От кого угодно, но от тебя я такого ожидать точно не мог. Но удивил ты меня приятно: ещё никто не излагал мне свои чувства в подобной форме. Оригинальность подхода — однозначно твой конёк. И, что ни говори, ты помог мне усвоить несколько новых жизненных уроков и понять свои собственные ощущения — ты прав, я не просто так провел ту ассоциацию и совсем неспроста постоянно прославляю тебя в своем блоге и просто в мыслях. Но понять всё это я смог только благодаря череде конкретных действий с твоей стороны: без них я бы ни за что не справился. Однако ты и правда неповторимый гений ума, в чем мне удалось убедиться в очередной раз. И, конечно же, мой ответ на твое предложение очевиден.» Безусловно, этих мыслей вслух я не озвучиваю: они лишь пролетают в моей голове потоком радужных лучей, оставленных после очередного лондонского ливня в знойную жару. Но на мой взгляд, это было бы и лишним: слов произнесено и так предостаточно, даже, пожалуй, слишком много. Наступило время конкретных действий, который и станут окончательным заключением из всего происходящего. Именно поэтому, отбросив все сомнения прочь, я, больше не обращая внимания на глупые условности — спасибо уроку от Шерлока Холмса, просто встаю с кресла, подхожу к моему детективу и ненавязчиво, но уверенно, давая своим действием окончательно понять мое отношение к происходящему, целую его в губы, приобняв за шею. Мой поцелуй не глубокий, зачем теперь спешить, если все сундуки истины уже раскрыты, а нам удалось восстановить все потерянные на дороге жизни красные нити? Завершив свое утвердительное действие, я аккуратно отстраняюсь от Шерлока: было вполне очевидно, что он не будет против, но всё равно приятно удивило, что на поцелуй он ответил весьма уверенно, особенно если учесть, что это был наш первый настолько близкий контакт. «Видимо, опять рассчитал всё заранее. Прекрасно.» — Мы в ответе за тех, кого приручили, — говорю я с улыбкой, больше не отходя слишком далеко от детектива. — Я рад, что мы наконец смогли друг друга понять и недомолвок больше не осталось, — говорит тот в свою очередь и тоже улыбается, хоть и не столь открыто. И вновь целует меня. Красная нить горизонта теперь не зияет вдалеке: отныне она лежит между мной и моим детективом. Разве что-то ещё нужно для счастья?