Ещё раз

В день, когда Дазай покинул Мафию, его голосовая почта перестала работать, а машина Чуи взорвалась. За две недели до этого Чуя задал дурацкий вопрос: - Эй, пустая трата бинтов, тебя хоть что-нибудь делает счастливым? Он спросил это после того, как Дазай целый час ныл по поводу буквально всего – их последнего задания, назначения на следующее задание, связанное с какими-то новыми эсперами, тренировках Акутагавы, должности исполнителя и желания умереть. Дазай замолчал на середине предложения (он жаловался на отвратительное поведение Акутагавы) и уставился на него. - Что? - Счастливым, - повторил Чуя. – Ты вообще знаешь такое слово? И что оно означает? - Я просто счастлив, когда ты орешь на меня, Чуя! - Заткнись. Забудь, что я спросил. - А что? Чуя хочет сделать меня счастливым? – Дазай противно улыбнулся. Чуя фыркнул, но что-то неприятно сжало горло. Он не делал его счастливым? Он подумал об улыбках Дазая, которые никогда не выглядели искренними. Кроме тех раз, когда он возвращался из бара поздним вечером. Эта мысль оставила странный горький привкус у него во рту. - Хмм, - Дазай перестал улыбаться, обдумывая вопрос. – А ты счастлив, Чуя? - Я первый спросил, - отрезал Чуя. Это было по-детски, но он ненавидел, когда Дазай вот так переводил стрелки. - Моменты, когда я счастливее всего… - вздохнул Дазай, откидываясь на спинку дивана и смотря в потолок, - …это моменты, когда я ближе всего к смерти. Когда я буквально чувствую, как жизнь покидает мое тело, когда я едва могу думать или держать глаза открытыми… С каждым его словом руки Чуи все сильнее сжимались в кулаки. Конечно же, Дазай принялся болтать о самоубийстве. О том, чтобы исчезнуть. Чуя скрипнул зубами и схватил Дазая за ворот рубашки. - Замолчи. Дазай встретился с ним взглядом, сжав губы в прямую линию. - Ты сам спросил. - Нет ничего в этой жизни, - прошипел Чуя, - что делает тебя счастливым? Дазай чуть склонил голову вбок. - Тебя это заботит? Дазай этого не знал. Он не знал, что часть Чуи всегда ожидала известия об обнаружении его безжизненного тела. Дазай постоянно думал о самоубийстве, а Чуя постоянно ожидал похорон, которых отчаянно не хотел. У Чуи не было подходящих слов, чтобы спасти своего напарника, он не знал, как убедить его не умирать. Все, что ему оставалось – только отмахиваться от бесконечных суицидальных высказываний Дазая и убеждать себя, что все это не по-настоящему. Но когда Дазая не было рядом, Чуя никогда не мог быть полностью уверен, что он еще жив. Ему требовалось видеть своего напарника, чтобы знать, что он до сих пор не сделал чего-нибудь с собой. Он ненавидел каждое слово, которое вылетало изо рта Дазая, когда тот говорил о смерти. Ненавидел оружие, которое Дазай носил с собой. Противников, с которыми Дазай сталкивался. Он ненавидел саму смерть. Что-то изменилось в выражении лица Дазая, и Чуя понял, что в его вопросе прозвучало отчаяние. Он открыл рот, намереваясь сменить тему, но тут Дазай произнес: - Одасаку. - Что? – сначала это показалось бессмыслицей, но потом Чуя вспомнил человека с каштановыми волосами. Это было имя. - Я повстречал его в баре, мы выпивали вместе, - сказал Дазай. – Его работа очень проста, я тоже хотел бы так работать. И он настолько нормальный – наверное, вообще самый нормальный человек в Мафии. До странного нормальный. Мне нравится с ним разговаривать. - Одасаку, - медленно повторил Чуя. Дазай кивнул. Чуя медленно расслабил пальцы, и он отодвинулся. - Доволен? Чуя закатил глаза и отвернулся. - Меня просто достало твое нытье. - Но, Чуя, ты же считаешь мое нытье очаровательным! - Вот еще! Человек. Дазая делал счастливым другой человек. Через две недели Ода погиб, и Дазай ушел. Чуя нашел счастье в бутылке Петрюса. Он говорил себе, что это именно счастье. Это не могло быть ничем иным. _____ - Наверное, я идиот, раз продолжаю видеться с тобой. Дазай подарил Анго свою самую широкую улыбку и сделал глоток кофе. Кафе на первом этаже здания, где располагалось Агентство, было не самым идеальным местом для встреч, но времени на разработку плана оставалось мало, так что пришлось довольствоваться этим. Он положил ладони на столешницу. - Здесь ты в безопасности, Анго. - Рядом с тобой нигде не безопасно, - ответил Анго. – Чего ты хочешь? - Сразу к делу? Вот что мне в тебе нравится! – воскликнул Дазай. Анго нахмурился. – Значит так. Некто таинственный похитил кое-кого из Портовой Мафии. Исполнителя Портовой Мафии, собственно. Я подумал, это может тебя заинтересовать. - Я заинтересован. Но пока что не вижу, почему из-за этого нам нужно было встречаться лично. - Скажем, этот некто таинственный выдавал себя за меня, - продолжил Дазай, - с целью заставить исполнителя покинуть Мафию. Мори узнал об этом, как и я, поскольку этот незнакомец отправил нам обоим их переписку сразу после похищения. Если Мори найдет исполнителя раньше меня, то казнит его за предательство. - И кто этот исполнитель? - Накахара Чуя. - А. – Анго снова поправил очки. - Мне нужно, чтобы ты задействовал свои ресурсы и определил, кем и откуда были отправлены эти сообщения, - сказал Дазай и положил на стол свой телефон. – И я хочу, чтобы ты сделал это из нашего офиса. - Почему? - Потому что у Портовой Мафии появится такая же идея. Я бы не хотел, чтобы они схватили тебя с моим телефоном и сделали все, что им вздумается. - Хмм… - Анго взял телефон. – А что ты собираешься делать с Накахарой, когда вернешь его, интересно знать? Дазай и сам раздумывал над этим и пока что не нашел ответа. К сожалению, как бы он ни был хорош в составлении планов, гораздо сложнее, когда другой человек непредсказуем. Появляется слишком много неизвестных переменных. - Я разберусь с этим, - ответил он. - Ты предложишь ему место в Агентстве? Дазай почти что ненавидел Анго за эти вопросы. Это была первая идея, пришедшая ему в голову. Предложит ли он ему место? Захочет ли этого Чуя? Пройдет ли он вступительный тест? Хочет ли Дазай этого? - Если и так, то что? Анго пожал плечами. - Правительство будет недовольно, если человек с опасной Способностью окажется предоставлен самому себе. Накахара опасен. - Если тот, кто похитил его, найдет способ им управлять, он будет еще более опасен, - возразил Дазай. – Так что, думаю, мы должны добраться до него первыми, нет? – он поднялся из-за стола и махнул Анго, чтобы тот следовал за ним. – Я покажу тебе наш офис. Анго тоже встал, но он явно колебался. Дазай улыбнулся ему. - Не волнуйся, Анго. Я не могу рисковать твоей безопасностью, ведь у тебя есть очень важное дело, которое нужно выполнить за очень короткое время. Анго ссутулился. - Ну, спасибо. - Всегда пожалуйста, дружище! _____ Пол под ногами Чуи окрасился красным. - Если ты думаешь, - отрывисто произнес он, - что таким образом заставишь меня ненавидеть Дазая, то зря стараешься. Я и так его ненавижу. - Знаю. – Фёдор улыбнулся. – Он когда-нибудь говорил тебе, что ты слишком преданный? - Неужели? - Сколько еще крови ты можешь потерять? Сколько можешь выдержать боли? Сколько времени нужно, чтобы ты понял, что никто не придет за тобой? Всю жизнь ему говорили это – Дазай, Коё, Мори, все, кого он до этого встречал на улицах – что не нужно рассчитывать на других людей. Но при этом сама природа его Способности предполагала, что он должен полагаться на кого-то. Вот так жестока жизнь. Он хотел полагаться на самого себя. Фёдор продолжал вкалывать ему седативное через равные промежутки времени. Чуя считал часы и ждал, когда его похититель допустит ошибку. Даже ночью он пытался спать как можно меньше, хотя чувствовал себя очень усталым из-за успокоительных – нужно было оставаться бодрствующим, на случай, если представится возможность. Он лишился Способности и едва владел своим телом, но у него оставался разум. Если он хочет выбраться отсюда, нужно сохранять бдительность. Нужно держаться так долго, как это возможно. Он понимал, что был бы уже мертв, если бы сказал Фёдору то, что тому было нужно. Но он явственно ощущал, что времени остается все меньше. - Ты, похоже, знаком с этим ублюдком, - сказал Чуя. - Мы пересекались. - Так дело в нем? Это вроде мести ему за что-то, что он сделал? Вместо ответа Чуя почувствовал, как между костей на предплечье проникает нож. Фёдор, похоже, прекрасно знал, где располагаются все важные вены и артерии, так что нельзя было ожидать, что он убьет его случайно. Чуя постарался никак не отреагировать на нож, вспарывающий его руку. Фёдор работал не спеша, разрезая кожу и мускулы так медленно, что Чуя отчетливо чувствовал, как лезвие проходит по руке сантиметр за сантиметром. И так было каждый раз. - Люди глупы, - сказал Фёдор, очарованно разглядывая его руку. – Я хочу очистить мир от них. - И для этого ты приехал в Японию? – голос Чуи дрогнул. - Нам всем нужно с чего-то начинать, - вздохнул Фёдор. – Но почему именно Йокогама источник всех бед? Вы постоянно в осаде. Мимик. Гильдия. В этом городе находятся три организации эсперов, и вы защищаете его друг от друга. Почему вы защищаете его на самом деле? Чуя прикусил губу. Потому что они любят этот город. Потому что это их дом. Потому что им нужен контроль. Нет, люди не начинают войн из-за этого. Всегда существует другая причина. Фёдор что-то знал. Дазай что-то знал. Мори, вероятно, тоже. И только Чуя, как всегда, оставался в неведении. Если Фёдор избавится от главной помехи своим планам, вся Йокогама окажется у него на ладони. Нож остановился. Чуя подумал, что он, наверное, наткнулся на кость. - Советую тебе больше не задавать вопросов, - сказал Фёдор. Чуя хотел сказать, что Фёдору не повезло - он знал еще меньше, чем Фёдор думал, что он знает. Он был бесполезен. Но Чуя промолчал. Это позволяло выиграть немного времени – пока Фёдор был занят кем-то менее важным, остальные могли что-то сделать, чтобы принять контрмеры. В очередной раз Чуя оказался пешкой. Но, по крайней мере, он мог сыграть свою роль хорошо.