Ещё раз

Где-то в районе полудня Фукудзава не заметил, как кто-то столкнулся с ним на оживленной улице. И он не услышал хныканья, которое за этим последовало. Он нес продукты для ужина и доставил их домой без каких-либо происшествий. И не заметил синяка, формирующегося под одеждой. _____ - Я могу дать тебе возможность управлять Порчей. Никто не обещал ему этого прежде, но Фёдор вошел в комнату и сказал это так обыденно, словно сообщил, что пьет кофе по утрам. Чуе не нравилось, в каком направлении все это шло. - Как? – спросил он. Фёдор побарабанил пальцами по стене, сохраняя безмятежное выражение лица. Чуя отметил, что у него, похоже, были беспокойные руки. Фёдор мог стоять на месте, но его руки всегда находились в движении. - Если я устрою так, чтобы ты смог контролировать Порчу, сделаешь кое-что для меня? - Нет. - Так я и думал. Но это ничего. - В самом деле? – прищурился Чуя. Фёдор опустился на колени перед ним, смотря все так же бесстрастно. - Кью справляется весьма неплохо… Но я предпочел бы пока не раскрывать карты. – Он положил руку Чуе на шею. Пальцы были холодными. - О чем ты говоришь? Фёдор подцепил его чокер и рванул на себя. Чуя едва не ударился головой в его грудь, а спрятанный на чокере жучок, конечно, сломался. Фёдор сжал в руке оторванный ремешок и, прежде чем Чуя успел опомниться, другой рукой схватил его за волосы, прижимая его лоб к своему. - Я знаю, - прошептал он ему в ухо. Чуя удержался от того, чтобы потереть шею. Он ничего не сказал, но сердце тревожно заколотилось о грудную клетку. Все, что он задумал, улетело в трубу. Знал ли Фёдор о втором прослушивающем устройстве? - Ну так выкинь это, - сказал он через мгновение. – И объясни, что ты имеешь в виду. Я же не могу заключать с тобой сделку, не зная, о чем речь. - Наверное, я должен чувствовать себя преданным, - сказал Фёдор, отпуская волосы Чуи и отталкивая его от себя. – Но это было бы так скучно, если бы твои намерения были искренними. Мне нравится играть с тобой. Он встал и вышел из комнаты. Чуя пригладил волосы, скорее для того, чтобы как-то успокоиться, чем привести в порядок свой внешний вид. Фёдор вскоре вернулся и снова уселся на полу напротив. - Как, по-твоему, я могу помочь тебе контролировать Порчу? – спросил он. - Ты упомянул Кью. Кью сможет управлять мной, если усовершенствует свое проклятие, но не самой Порчей. - Я уверен, что к тому времени, как я закончу проводить тесты с Кью, тобой можно будет очень легко управлять. Тебя уже не будет беспокоить ни Порча, ни то, что я у тебя попрошу. - Тогда зачем ты спрашиваешь? - Просто формальность. И мне интересно узнать, насколько сильно ты этого хочешь. - Ты так мне ничего и не объяснил. Конечно, я не стал бы соглашаться. - Это не имеет значения. Я узнал ответ, просто наблюдая за тобой после своего вопроса. Ты этого хочешь. Больше, чем чего-либо еще, ты хочешь контролировать часть себя, которая кажется тебе настолько чудовищной. Ты даже не ощущаешь, что это часть тебя, но тебе этого хочется. В то же время ты ее боишься. Если ты сможешь управлять Порчей, оставаясь в сознании, то сам станешь тем монстром, в которого она тебя превращает. Тебе может это понравиться, и тогда в конечном итоге не будет никакой разницы, она управляет тобой, или ты ею. Чуя втянул воздух, не решаясь разорвать зрительный контакт. - Неверно. Ты что, решил, что ты телепат какой-то? - Я преуспел в чтении эмоций других людей, потому что сам я пуст внутри, - сказал Фёдор. Он встал. Чуя хотел спросить, что он имеет в виду. Пуст. Однажды он слышал, как так же сказал о себе Дазай. Но тут же снова вернулся мыслями к Порче, словно разрушительная темная сторона его дара уже снова начинала захватывать его разум. Он едва услышал, как Фёдор сказал: - Тебе нужно просто подождать. Все случится само собой, Чуя. Комната казалась слишком тесной, а воздух – слишком плотным. Чуя ударил кулаком по стене. _____ - Дазай-сан! Акутагава повернулся и широко распахнул глаза, осознав, кто только что похлопал его по спине. Расёмон поник. - Развлекаешься шоппингом в выходной? – спросил Дазай. Пакеты с покупками Акутагавы валялись на земле. Дазай заметил выглядывающий из пакета край белой рубашки, аналогичной той, что и сейчас виднелась из-под черного пальто Акутагавы. Акутагава прищурился и отступил назад. - Зачем вы дали мой номер тигру? - А почему бы и нет? – Дазай сунул руки в карманы. – У меня есть к тебе вопрос. - Так спрашивайте. - Насколько тебе небезразлична судьба Чуи? Акутагава вытаращился на него. - Что? - Чуя. Насколько он тебе дорог? Он больше не часть Портовой Мафии. Он не сотрудник Агентства. Сейчас он сам по себе. Но… - Дазай сделал паузу. – Ты был его подчиненным. Ты несколько раз работал с ним. И я знаю, он пытался тебя как-то социализировать, научить получать удовольствие от жизни помимо работы. Может, сейчас у тебя и есть приказ убить его, но как ты к нему относишься? - Он предатель. Он ушел. - Как и я. Почему ты не пытаешься убить меня? Расёмон дернулся. - Вы знаете, почему, - прошипел Акутагава. - Возможно, у Чуи были другие причины уйти. У него и нормальных причин-то не было. Но он нужен этому городу. - О чем вы говорите? Дазай хмыкнул. - Пожалуй, я не стал бы уважать человека, который убивает только из-за слепой преданности. Кажется, твои покупки испачкались. – Он повернулся и пошел прочь. Взгляд Акутагавы жег ему спину. _____ Фукудзава стоял посреди улицы. Он мог поклясться, что совсем недавно была ночь и он отправился спать, но сейчас он стоял на улице, а солнце сияло в небе, растягивая по асфальту его тень. Он поднял взгляд и резко втянул воздух. В паре метров от него стоял Мори, держа руку на плече рыжеволосого мальчика. Мальчик выглядел смутно знакомым, словно он когда-то знал его, но забыл. Кровь покрывала его лицо, одежду, стекала под ноги. - Хотел бы я, чтобы мне не пришлось просить у тебя помощи, - сказал Мори, недовольно скривившись. – Но этот ребенок нуждается в том, что Портовая Мафия предоставить не может. Фукудзава пытался вспомнить имя мальчика. Имя крутилось на кончике языка. - Я не могу помочь ему. Мальчик всхлипнул, его ноги ослабели, и он стал оседать на землю. Мори схватил его за руку, заставляя стоять прямо. - Думаю, что можешь, - сказал Мори. – У него не получается контролировать свою способность. Она разрушает его, и я ничего не могу поделать. Ее приходится нейтрализовать с помощью другого эспера. - Не знаю, чего ты от меня хочешь, - ответил Фукудзава. Хотя он знал. - Он страдает, - прошипел Мори. - Тебе же нравится, когда твои люди страдают. - Но не из-за своих способностей. Если ты не поможешь, однажды его дар убьет его, и это будет на твоей совести. Потому что ты единственный, кто может что-то сделать. - Кто он? - Согласись, - потребовал Мори. Фукудзава посмотрел на дрожащего мальчика. Помогать тем, кто не мог помочь себе сам, было делом его жизни. В конечном счете, это и отличало его от Мори. Когда-то они не так уж и различались, но теперь ему нужно было быть тем, кем Мори никогда бы не стал. - Я не знаю, смогу ли действительно ему помочь, - сказал Фукудзава. - Мой дар – не панацея от всех проблем, вызываемых чужими способностями. - Ты согласен? – спросил Мори, резко и нетерпеливо. - Да, я помогу. – Фукудзава активировал свою способность. – Кто он такой? Мальчик впервые поднял взгляд от земли и посмотрел на Фукудзаву. Его глаза оказались голубыми, как лед. - Ты всегда помогал своим больше, чем я – моим, - сказал Мори. – Однако пока что я его забираю. Мальчик смотрел на Фукудзаву еще мгновение, прежде чем отвернуться. Фукудзава заметил, что Мори больше не заставлял мальчика держаться на ногах. Тот уже самостоятельно шел рядом с ним. Улица, мальчик и все остальное исчезло, и Фукудзава проснулся, тяжело дыша. Подробности сна уже начинали стираться из памяти.