Who I am?
29 марта 2020 г., 13:55
Эльза пыталась навести порядок в документах, а заодно и в мыслях. Ехидная усмешка Ханса все никак не уходила из головы, и чувство тревоги не покидало девушку.
Почему он был так уверен в себе? Почему был так доволен?
Девушка раздраженно откинула мешающие волосы со лба и вытащила из ящика кипу документов. Родители погибли, и теперь им с сестрой предстояло возглавить компанию, а для этого стоило разобраться в документации. Эльза открыла папку и пролистала несколько файлов. — Ох, это наши документы, — девушка мельком взглянула на свидетельства о рождениях, сертификатах и дипломах, которые с заботой собирали родители. Ее внимание привлек небольшой конверт, и она уж было собралась достать его, но в комнату влетела Анна. — Эльза! Ты должна это увидеть! — сестра выглядела взволнованной, косы растрепались, а щеки покраснели от быстрого бега. Анна с трудом дышала, облокачиваясь на дверной косяк. — Что стряслось? — Эльза подскочила, отбросив папку в сторону. Вместо ответа Анна мотнула головой, призывая сестру следовать за ней.***
Ничего не предвещало беды. Рапунцель потянулась, щурясь от ярких лучей солнца, которые проглядывали сквозь приоткрытые занавески. Девушка чуть приоткрыла глаз и огляделась: Мерида с Джеком сопели, лежа на диване, Иккинг уснул, скрючившись в кресле. Фрост зашевелился, проснулся и сонными глазами обвел взглядом комнату, после чего попытался встать, но понял, что этого не получится сделать, не разбудив Мериду. Девушка лежала у него на плече, закинув ногу на Джека, и мирно дремала. Джек улыбнулся, с нехарактерной для него теплотой во взгляде. Он разглядывал ее веснушки, которые рассыпались по всему личику спящей. На рыжих ресницах замер лучик солнца. Тихо-тихо он наклонился и поцеловал девушку в лоб. Фрост остался лежать, чтобы не разбудить Мериду. Рапунцель улыбнулась и встала, чтобы умыться. — Доброе утро, — прошептала она Джеку. Тот покраснел, осознав, что подруга видела его порыв нежности. В ответ он лишь быстро кивнул головой. Следующим проснулся Иккинг, которому пришло уведомление на телефон. Не открывая глаз, он нащупал на полу телефон и выключил звук, потянулся, вытянув ноги, и зевнул. Джек, усмехнувшись, дотянулся до подушки и бросил ее в друга. Иккинг открыл глаза. — Нет, ну ты адекватный? — шатен уставился на Фроста с укором. — Не ори, — шикнул на него Джек, кивнув на спящую Мериду. — Придурок, — Иккинг встал и бросил подушку в лицо гитаристу. — Яичницу будешь? — Можешь на всех приготовить? — Я приготовлю, — Мерида проснулась и встала с Фроста. Она зевнула, потянулась и встала с дивана, после чего направилась в ванную. — Заказы принимаются через пятнадцать минут. Доброе утро, мальчики! Девушка улыбнулась и скрылась в коридоре. — Я рад, что у вас всех хорошо, — Иккинг поставил чайник и упал в кресло напротив Джека. — Знаешь, это так странно, — задумчиво протянул Фрост, тревожно жуя губу. — Почему? — У меня никогда и ничего не идет хорошо, Ик. И мне страшно. Я боюсь все испортить. — Не неси чепухи. Хотя, признаться честно, это действительно странно. Сказал бы мне кто пару месяцев назад, что ты и Мерида будете вместе, то я назвал бы его сумасшедшим. — Хах, ты прав, — Джек усмехнулся. — А ведь в чем-то же была причина ваших «искрометных» отношений? — Иккинг громко хлопнул дверцей шкафчика в поисках кофе. — Я ненавидел ее, каюсь. Меня бесил тот факт, что у нее все есть, она буквально выиграла билет в счастливую и беззаботную жизнь, но скатилась до моего уровня, — укол стыда заставил Фроста заткнуться. — У нее ведь тоже не так все облачно, как ты бы мог подумать. Не знаю, говорила она тебе или нет, но ее родители разводятся. Отец изменил матери с двадцатилетней девчонкой. Мерида выследила ее и устроила крепкую взбучку, — Иккинг помрачнел. — На самом деле я сам не могу понять ее порой. Не могу понять, какая она на самом деле. — Слабой ее точно не назовешь, — Джек внимательно прислушался к болтовне девчонок в ванной. — Это точно, — Иккинг улыбнулся и протянул Фросту чашку с кофе. — Хорошо все-таки, что у нас все хорошо. — Точнее не скажешь. Спасибо, — Джек улыбнулся в ответ. В коридоре послышались шаги, из ванной вернулись Мерида и Рапунцель. — Кто хочет тосты? — девчонки тут же оккупировали кухню и наполнили квартиру легким щебетом бессмысленных фраз. — Кому сколько яиц? Глазунью или омлет? — В тосты добавить моцареллу? Рукколу? — Кто не убрал за собой кофе? — Мальчики, включите музыку, а то в тишине как в склепе. Джек скорчил мину Иккингу, мальчишки обреченно замотали головой. — Не поверите, но тишина пропала, стоило вам только войти в комнату, — заметили парни и тут же об этом пожалели. — Ах вот оно как, — Мерида тут же заняла стойку а-ля «руки в боки», грозно держа лопатку, которой она переворачивала на сковородке тосты. — Рапунцель, ты слышала? — И не стыдно вам? — девушка театрально закатила глаза и схватилась за сердце. — Нет, Мерида, это конец. Сначала они называют нас болтушками, и вот мы уже стоим с чемоданами за дверьми собственной квартиры. — Иккинг! Включай музыку! — скомандовал Джек, предчувствуя надвигающуюся грозу. Юноша подорвался и включил радио. Мерида усмехнулась и, махнув хвостом, вернулась к готовке. — И все-таки все мальчишки несносные, — прошептала она так, чтобы услышала только Рапунцель. — Ты права. Но без них было совсем тоскливо, — девушка подмигнула подруге, чуть пританцовывая. - Эй! После завтрака на репетицию? Вместо ответа мальчишки подняли большие пальцы вверх.***
Эльза перескакивала через ступеньки, стараясь успеть за сестрой, которая уже скрылась за углом коридора. Босые ноги скрипели о налакированный пол, дышать было некогда. Девушка залетела на кухню, увидела косички Анны, которые уже исчезли на пути в прихожую. — Анна! — Эльза не на шутку перепугалась таким встревоженным поведением сестры, а эти догонялки ввели ее в полную растерянность. Девушка, наконец, настигла беглянку.- Что, черт возьми, ты дела… Эльза резко выпрямилась и замерла, громко дыша. В дверном проеме стояла дрожащая от гнева девушка с длинными золотыми волосами. Во взгляде ее изумрудных глаз бушевала ярость. — Где он? — пугающе равнодушным тоном спросила гостья. Анна взглянула на растерявшуюся Эльзу.***
Большая Четверка шла по школьному коридору, направляясь в зал. — Господи, мне кажется, что этот конкурс длится уже целую вечность, — пробубнила Мерида, закидывая через плечо рюкзак. — Согласна, а ведь прошел только месяц, — Рапунцель поздоровалась с пробегавшей мимо девчонкой, с которой она вместе ходила в класс искусств.- Но уже завтра мы узнаем, с кем нам предстоит бороться за победу. — Я видел в твиттере несколько достаточно сильных команд, — задумчиво протянул Иккинг. — Думаю, нам стоит уже продумывать номер на финал, если мы пройдем, конечно же. Но у нас было бы больше времени, чтобы подготовить настоящую пушку. — Смеешься что ли? Конечно мы пройдем в финал! — Фрост по-дружески толкнул парня плечом.- Мы же «Большая Четверка»! Люди нас любят. — Ты прав, — Рапунцель толкнула дверь в зал, и та с легкостью поддалась. Девушка нахмурилась. — Мерида, а ты разве не запирала зал вчера? Рыжая девушка беззаботно пожала плечами. — Может, уборщица забыла закрыть? — она впорхнула в зал и, скрипя кедами по начищенному полу, направилась к кладовой.- Эй, ну вы идете? Нужно вытащить аппаратуру! Джек с Иккингом направились за девушкой, чтобы помочь той дотащить тяжелые колонки, Рапунцель осталась стоять у двери, нервно перебирая пальцами локон. Под ложечкой засосало. — Но ведь вчера был четверг, — прошептала девушка, не переставая хмуриться.- А зал убирают по понедельникам и субботам. Это была не уборщица. В кладовой раздался шум. Рапунцель подпрыгнула от неожиданности и бросилась к ребятам. Она залетела в комнатку и замерла как вкопанная. На пыльном полу лежала гитара Фроста, представляя из себя жалкое зрелище: треснувшее древко, разорванные струны, разбитый вдребезги гриф, регулятор тембра был вырван с корнем. Джек стоял, не шевелясь. Его выдавали лишь дрожащие кулаки, сжатые до побеления костяшек, да пульсирующая на шее вена. Первой от шока отошла Мерида. Она тихо подошла к Джеку и медленно положила руку тому на плечо. — Джек…- ее голос нервно дрогнул. Она закрыла глаза, сглотнула, взяла себя в руки и продолжила.- Все будет хорошо. Она чувствовала его дрожь. И ей было страшно. Это была не дрожь отчаяния или горя. Это была клокочущая внутри ярость, грозящаяся вырваться наружу. Мерида боялась дышать, прислушиваясь к дыханию Фроста. Она знала, насколько ему была дорога его гитара. Рапунцель боялась нарушить оцепенение, в котором оказалась их команда. Она так и стояла в дверном проеме, прижав похолодевшие ладошки к груди. — Мы узнаем, кто это сделал, — вкрадчиво говорила девчонка, делая вид, что понимает его потерю, его горе. Только была одна проблема. Она нихера не понимала. Эта гитара, его малышка, его сокровище… Она была единственным его светлым лучиком многие годы. Она была продолжением его души, частью его жизнью, неотъемлемой и необходимой, словно воздух. — Ты не закрыла двери, — прорычал Фрост, медленно разворачиваясь к Мериде. Она испуганно отступила на шаг, заглядывая ему в глаза. Он читал в этом взгляде страх, непонимание, но Джек знал, что она признает свою ошибку, которая обошлась ей слишком дорого. — Джек, прекрати, я сам видел, как она заперла двери! — Иккинг схватил Фроста за плечо, но тот лишь небрежно сбросил его руку, надвигаясь на Мериду грозной стеной. — Не прикрывай эту тварь, Иккинг. Все мы прекрасно знаем, какие вы прекрасные друзья, — Джек хищно оскалился.- Тупая, тупая сука. Он нарочито нежно провел ладонью по ее взъерошенным кудрям. Она не отводила от него перепуганного взгляда. — Ты хоть понимаешь, что наделала?! — заорал Фрост, треснув стену в паре сантиметров от лица девушки. Эта тварь даже не зажмурилась. — Я закрывала двери, Джек, — этот сучий взгляд. Смотрит на него, прожигая его своими злющими глазами. — Мою малышку разъебали! — Фрост орал прямо на нее, нависая над ней и размахивая руками, вновь и вновь впечатывая в стену кулак, на котором уже появилась тонкая струйка крови. — И все из-за того, что ты, Мерида Данброх, забыла закрыть ебучую дверь! — Успокойся! — Иккинг схватил его руку и заломал ее, заставляя Фроста болезненно согнуться. — Она не виновата! Нам нужно всем успокоиться, Джек! Рапунцель испуганно наблюдала за происходящим, боясь сказать хоть слово. Их идиллия рушилась подобно карточному домику. Мирные отношения Джека и Мериды канули в лету. Девушка нервно кусала губу, заставляя себя снова и снова возвращаться к вчерашнему вечеру.Вот они убрали инструменты в кладовку. Направились к выходу из зала. В руках Мериды звенели ключи. Рапунцель ждала ее в паре метров, в то время как мальчишки уже шли по коридору, уходящему вправо. Мерида говорила Рапунцель о джинсах, которые увидела в магазине.
Она слишком долго стояла у двери. Она ее точно закрывала. Думай, Рапунцель, думай!
Рапунцель зажмурилась, сжалась, силясь вспомнить все детали.Точно!
Помимо болтовни Мериды, она услышала шаги прямо за углом. Тогда она решила, что это кто-то просто задержался в школе, но что если этот кто-то и пробрался в зал, попросив у охранника ключи?
Рапунцель распахнула ресницы и громко вскрикнула, увидев разворачивающуюся перед ее глазами картину: Джек вырвался из рук Иккинга и подлетел к Мериде, занеся руку для удара. Она даже не дрогнула. Стояла, гордо расправив плечи и испепеляя взглядом Фроста. — Нет! — Рапунцель вздрогнула. По щекам ее потекли слезы. Перед глазами стояло сегодняшнее утро, когда Джек нежно поцеловал ее подругу в лоб, когда Мерида заботливо наливала ему в кофе молоко. И теперь она видела, словно в замедленной съемке, как Джек наотмашь бьет ее подругу, а она, сжав зубы, не произносит ни звука. Рапунцель дрожала, крепко обняв себя дрожащими руками. — Нет, нет, нет! — повторяла она, зажмурившись. Все рушилось. Все возвращалось назад, словно кто-то очень злобный поставил их жизни на перемотку. Мерида, пошатнувшись, осела на пол, сплюнув кровь. Иккинг бросился на Джека, повалив того и прижав голову к пыльной доске. — Ты в край ебанулся?! — Иккинг не выдержал. Он сорвался. Он кричал на него, дрожа от гнева, боясь выпускать разбушевавшегося Фроста. Но Джек лишь злобно скалился, глядя на то, как Мерида, шатаясь, встает, вытирает кровь, капающую с губы, как она, закрыв глаза, выдыхает, сжав кулаки. — Ну же! Давай, моя хорошая! Как в старые-добрые, устрой мне взбучку, — Джек постарался вырваться, но Иккинг крепко его держал. — Рапунцель, найди бинты! — крикнул он, но девушка его не услышала. Мерида нервно повела плечами. — Знаешь, я думала, ты и вправду лучше, чем кажешься, — она обернулась, глядя на распластавшегося на полу Фроста.- Но похоже, я ошибалась. Джек оставил попытки вырваться, удивленный реакцией Мериды. Она не набросится на него? Не плюнет ему в лицо? Да и похер! — Иккинг, отпусти его, — девушка вышла из кладовки, бросив прощальный взгляд на юношу. Внутри Джека все сжалось.Ему нужна была ненависть, ярость, злость от этой паршивой девчонки, а она подарила ему сочувствие в своем взгляде. И усталость, которая словно копилась в ней веками.
Иккинг медленно слез с Фроста, готовый в любой момент вновь повалить того на пол. Джек сел, отряхнулся, глядя вслед уходящей Мериде. — Это все ты! Ты лишила меня всего! Рапунцель подошла к Джеку, села напротив него и подняла на него глаза. — Нет, Джек.Ты лишил нас всего.Ты лишил каждого из нас надежды, — девушка встала и ушла, направляясь вслед за Меридой. В кладовке остались лишь Джек и Иккинг. — Чего это с ней? — удивленно бросил Фрост. — Да пошел ты, — Иккинг устало выдохнул, потирая переносицу. Незнакомое до сегодняшнего дня чувство зашевелилось на задворках души Фроста.Он остался один.
I'm a saint, and I'm a sinner Я святой, и я грешник, I'm a loser and a winner Я проигравший и победитель, Without faith and a believer Лишён веры и верующий, I am true and the deceiver Я честен, но и лжец, I'm a hero and a villian Я герой и злодей, I'm a myth, and I'm a legend Я миф, и я легенда, Without strength and a contender Лишён сил, но достойный соперник, I am real and the pretender Я настоящий и притворщик.
***
Рапунцель бежала по школьным коридорам, прижимая к груди сумку, чтобы та не мешалась. Девушка тяжело дышала, кеды скользили по линолеуму. Она бежала к охраннику. Сейчас это было для нее просто необходимо. Рапунцель влетела в маленький кабинетик, заставив задремавшего охранника подскочить. — Что такое? — он разочарованно причмокнул губами, потирая заспанные глаза. — Мистер Грейвс! У Вас вчера брали ключи от зала?! — Рапунцель, взъерошенная и покрасневшая от бега, заставила охранника удивленно поднять брови. — Ну так вы вчера и брали, — он встал и пошел к кофейнику, чтобы взбодриться. — А после того, как мы вернули вам ключ? Кто-то еще приходил? — надежда медленно угасала в сердце девушки. Получалось, что Мерида и вправду забыла закрыть двери. — Ну…- Мистер Грейвс лениво открыл сливки. — Умоляю Вас, быстрее! — не выдержала Рапунцель и крикнула на охранника. Тот разлил сливки и нахмурился. — Так приходил еще один мальчишка из вашей группы. Сказал, что забыл в зале зарядку, — пробурчал мистер Грейвс, вытирая разлитые сливки. Рапунцель замерла, покрепче сжав лямку сумки. — Как он выглядел? — Высокий такой, носатый, — мистер Грейвс показал на себе длину носа вчерашнего гостя и усмехнулся.- Скользкий типок, я бы его в команду не брал. Рапунцель пыталась анализировать, кто бы это мог быть, но под такое описание подходила добрая половина школы! — Да я его тебе на камере могу показать! — хлопнул себя по лбу охранник и поковылял к компьютеру. — Вот он, смотри! Пошел в кладовку. Рапунцель оттолкнула мистера Грейвса, быстро щелкая мышкой, она пыталась отследить путь гостя. — Сошлось! — вскрикнула девушка, переключившись на камеру, которая снимала коридор справа от зала. Вчера она слышала там чьи-то шаги. Рапунцель внимательно вглядывалась в размытое изображение и замерла.Ханс!
Она запомнила этого скользкого парня с конкурса. Ярость закипала в венах Рапунцель. Не попрощавшись, она выскочила из кабинета и, быстро забив в навигаторе нужный адрес, бросилась прочь из школы. Дом Эренделлов было легко найти. Две сестренки и не пытались скрыть свой адрес, да и их родители были известными шишками. Рапунцель, не останавливаясь, попыталась набрать Мериде, но та не брала трубку.Я уничтожу этого ублюдка.
***
Рапунцель, тяжело дыша, смотрела исподлобья то на одну сестру, то на другую. — Где он? Девушки растерялись, Рапунцель, закатив глаза и осознав, что они не телепаты, переформулировала свой вопрос. — Где Ханс? Эльза помрачнела. — Он заходил к нам вчера, но сегодня мы его еще не видели, — девушка посмотрела на сестру. — Он что-то натворил? — Анну пугала эта девушка. Она часто ее видела в павильонах, только там эта девчушка всегда была такой милой и доброжелательной… Что с ней могло произойти? — Он сломал инструмент одного из наших участников, — Рапунцель, наконец, привела дыхание в норму. — Он… Что сделал? — Эльза не могла поверить, что Ханс мог такое провернуть. Она подозревала, что он — гнилой человек, но не в таких масштабах. — Он разъебал гитару моего друга! — на глазах Рапунцель выступили слезы. Сегодняшний день был полон переживаний.- Простите, обычно я не матерюсь, но своим поступком он разрушил жизнь не одного человека. — Анна! Ставь чайник и найди мои успокоительные! — Эльза нежно обняла Рапунцель за плечи. — Мне очень жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах, милая. Но, обещаю тебе, мы сделаем все возможное, чтобы исправить положение. Эльза завела гостью в дом и закрыла двери.Им нужно всем немного успокоиться.
***
Мерида влетела в дом, хлопнув дверьми, проскочила вверх по лестнице к себе в комнату и, схватив свой рюкзак и выпотрошив все содержимое, принялась складывать туда вещи. Руки девушки дрожали, в глазах застыли слезы. В дверь комнату постучались. — Мерида? — вошла мама и, увидев кровоподтеки на лице дочери, испуганно всплеснула руками. — Малышка… Что стряслось? — Я улетаю! Мне плевать, мам, я здесь умру, мне нужно в Шотландию! — Мерида носилась по комнате огненным торнадо, кидая вещи на кровать.- С тех пор, как мы сюда переехали — все покатилось к черту! Отец ушел, ты страдаешь, я страдаю! Мам, умоляю, давай уедем отсюда! Мерида подошла к матери и взяла ее за руки. — Ох, милая, ты вся дрожишь! — Элеонор крепко обняла дочь, гладя ее по голове. — Чщ, все будет хорошо, малышка… — Нет! Ничего не будет хорошо, — горячие слезы текли по щекам девушки, заставляя свежие царапины щипать. — Давай присядем? — Элеонор мягко подтолкнула дочь к кровати. Мерида в бессилии села на полу, положив голову на колени матери. — Я устала, мам. Я так устала, — девушка сжалась, словно котенок, уткнувшись носом в сорочку матери. — Все пройдет, милая, — женщина медленно гладила дочь по макушке. Она тихо напевала мелодию. — High in the halls of the kings who are gone (высоко в замках королей, которых уж нет,) Jenny would dance with her ghosts (Дженни танцевала со своими призраками). Мерида всхлипнула, сжав ткань сорочки. Мама пела колыбельную из ее детства. Песню, которая корнями уходила к истории Шотландии и ее древних королей. — The ones she had lost and the ones she had found (с теми, кого потеряла и обрела), аnd the ones who had loved her the most (и с теми, кто любил её больше всего), — Элеонор наклонилась к дочери. Дрожь медленно отступала. Элеонор закрыла глаза. Перед ней стояли дремучие леса, в которых она и сама провела свое детство, собирая ягоды и скача верхом на верном коне, который давно уже умер. Ей вдруг показалось, что ветер фьордов встрепал ее тяжелые косы.The ones who'd been gone for so very long С теми, кого не было уже так давно, She couldn't remember their names Что она не помнила их имён. They spun her around on the damp old stones Они кружили её вокруг сырых развалин, Spun away all her sorrow and pain Унося прочь её печаль и боль.
And she never wanted to leave, never wanted to leave Но она не желала уйти, никогда не желала уйти. Never wanted to leave, never wanted to leave Никогда не желала уйти, не хотела уходить… They danced through the day and into the night Они танцевали и днём, и в ночи, Through the snow that swept through the hall В заснеженном замке короля, From winter to summer then winter again От зимы к лету, и снова к зиме, Til the walls did crumble and fall Пока стены те не рухнули вовсе.
Страх и злоба отпускали Мериду, на смену им пришло умиротворение и смирение. — And she never wanted to leave, never wanted to leave (но она не желала уйти, никогда не желала уйти), — печально затянула девушка, подпевая Элеонор.Never wanted to leave, never wanted to leave Никогда не желала уйти, не хотела уходить. And she never wanted to leave, never wanted to leave И она не желала уйти, никогда не желала уйти. Never wanted to leave, never wanted to leave Никогда не желала уйти… не хотела уходить…
Две потерянные и невероятно сильные девушки пели тихо свою грустную песню, открыв друг другу свою печаль. Мать и дочь. Совершенно разные, но родные по крови и в своем горе. Скучающие по свободе и ветру в волосах. Два тихих и печальных голоса, спрятавшиеся в коробке, называвшейся домом. И нет в той коробке ни уюта, ни счастья.High in the halls of the kings who are gone Там в замках королей, которых уж нет, Jenny would dance with her ghosts Дженни танцевала со своими призраками: The ones she had lost and the ones she had found С теми, кого потеряла и которых обрела… And the ones she had loved her the most И с теми, кто любил её больше всего.
Мерида шмыгнула носом. — Думаю, мы уже здесь засиделись, — Элеонор нежно поцеловала дочь в лоб и убрала мешающиеся кудри с ее лица. — Возьми побольше теплых вещей. Женщина улыбнулась. — Я куплю билеты на самолет.
