Кем бы ты ни был

Нейт — Нам придётся остаться сегодня у вас, Александр, если вы располагаете таким гостеприимством, — мрачно объявил я за ужином. Маркиз заинтересованно поднял брови, а тётушка очень обеспокоилась. — Господин Рейвен совсем занемог, да, ваше высочество? — Он не привык к нашему климату, ему нужен отдых. Дорога во дворец займёт добрые полночи, я бы не хотел подвергать его такому стрессу, — юлил я. А что еще мог сказать? Что мой кровосос давненько ни к кому не прикладывался? — О, что вы, что вы! В вашем распоряжении все гостевые спальни! — Александр почему-то воодушевился и, маниакально сверкнув глазами, добавил: — И о ваших слугах мы тоже прекрасно позаботимся! Под его вилкой хрустнул панцирь радужной креветки — и Гидеон, прислуживающий за столом Эльзе, нервно сглотнул. — Надеюсь, мы вас не стесним… — нетвердо продолжил я. — Даже не думайте! А вообще, для большей уверенности, что всё будет хорошо, предлагаю остаться в поместье до полной луны. Слышал, на вампиров она действует воодушевляюще! — не без лёгкой придури в глазах сказал Александр. — Это лишнее, маркиз. Определенно. — Ну, как знаете. — Я тогда полетела собирать пыльцу красных зубаток! Это надо сделать до заката. Прекрасное средство от вампирского обезвоживания… — радостно прошелестела тётушка, уносясь с прытью молодой девицы. — Как рано мне снаряжать экипаж, ваше высочество? — Эм… — О, не торопитесь, Гидеон! Пусть их светлости нормально отдохнут! — опять вмешался Александр. — Гидеон. — Да, ваше высочество? — После ужина помоги мне сервировать стол для жениха в гостевой. — Я отсрочил начало ночной охоты на шкуру Гидеона. Но в его взгляде не было ни капли надежды. — Чего ему от тебя надо? Гидеон устало вздохнул. На перекатном столике звякали приборы и тарелки с горячей едой. — Мы были знакомы с Александром еще до поступления в гимназию. Вы ведь знаете, я только наполовину эльф. Мама — полуночник и очень умелая травница. Маркиза Гелия долго боролась за жизнь своего супруга и часто приезжала в нашу деревню специально за травами к моей маме. И как-то так выходило, что мы много времени проводили вместе с Александром, у нас было много общего, я так думал. Это он заразил меня идеей поступить в королевскую гимназию. Мы договорились, что я попробую и он постарается мне помочь… И я поступил. Я был окрылён мыслью, что вольюсь в его мир, он казался мне таким интересным и просветлённым! А вот Александр сошелся с компанией себе подобных аристократов, и увлечения у них, мягко говоря, оказались странными. Они издевались над полукровками и не давали спокойной жизни тёмным. Особенно простолюдинам и ребятам из крестьянских семей вроде меня. — Полуночникам палец в рот не клади. Что ж там были за бессмертные аристократы? — Александр выбрал странный способ доказать преданность братству. Он сживал меня со свету всеми возможными способами. Караулил у кампуса, отправлял первогодок будить меня в шесть утра. Вечно запирал в туалете и устраивал всякие подлянки. В общем, я по коридору не мог спокойно пройти, чтобы не услышать его ругательств в мою сторону. И в один момент его враждебность дошла до крайности, после которой он полностью перестал существовать для меня как личность. Поверить не могу, что когда-то мы могли нормально общаться и даже дружили. После выпуска я узнал, что большинство его дружков присягнули дампирам. — Александр никогда не был на стороне дампиров. Его отец, даже будучи смертельно больным, сдерживал осаду городской часовни, в которой шла свадебная церемония полуночников. Все знают, он погиб как герой. Александр не мог осквернить его честь… — Да, он никогда не помогал дампирским паладинам и охотникам после, не занимался и геноцидом тёмных. Но это не отменяет его… предпочтений. Простолюдинов он ненавидит. Особенно меня. Стоит оказаться с ним в одном помещении, и он взглядом выжигает во мне дыру. — Вы с тех пор хоть раз нормально разговаривали? — Не как господин и слуга? Нет, ни разу. Да и о чём? Идя по коридору, мы завернули за угол. Я замер. — Что-то не так? — Чувствуешь запах? — Я принюхался. — Нет… Эльфы-полукровки не обладали таким острым нюхом и слухом. И я пошел на запах. Он привел к двустворчатой двери пустого кабинета. В вечернем сумраке штора у открытого окна вздымалась как парус. В комнате было очень холодно. — Может, это с улицы тянет? — Скорее всего… — бездумно ответил я. Запах, знакомый до чёртиков, сильно тревожил. Напоминал о чём-то неприятном, жутком, беспокойном. И не было такого уже давно. — А чем пахнет-то, ваша светлость? — выглянул из-за моего плеча Гидеон. — Паленым. Ессэн встретил ужин в лучших вампирских традициях: в позе опечаленного графа, провожающего взглядом восходящую луну, как в последний раз. — Кхм. Не то чтобы я вот сейчас на что-то намекаю там… ну, или… — Короче, — буркнул Рейвен с набитым ртом, уже приступив к трапезе. — Короче, вот чисто теоретически, если бы на замок напали дампиры… ты бы мог с ними справиться? — Теоретически? — напрягся Рейвен. — Теоретически. — Если бы их было двое или трое — да. Но среди дампиров, к сожалению, не так много идиотов. Много конченых садистов, моральных уродов и убийц, но не идиотов. Никто не стал бы штурмовать такой здоровый замок втроём. Тут нужны как минимум семеро. Но это если учесть, что они готовились и выслеживали меня. И знают заранее, что с нами, кроме дюжины слуг, никого нет. А если не знают — то их было бы пару дюжин. Иначе это так себе диверсия. Скорее, самоубийственные трепыхания от бессилия и злобы. — Что тебе нужно, чтобы справиться с двумя дюжинами? — Ненадолго присосаться к чьей-нибудь бледной шейке. — Валяй. — Я, рванув на себе рубашку, оголился до самой груди. — Сдурел? — Засиявшие красным глаза Ессэна округлились. — Кроме шуток. Ням-ням подано. — А сам стоял у двери и ближе подойти боялся. Хоть Рейвен и отнекивался, но взгляд его загорелся жадно. И я старался в лицо ему вообще не смотреть — страшно было. Он подошел ко мне и натянул рубашку обратно. — Что на тебя нашло? Ты хоть понимаешь, что предлагаешь? — С перерезанной глоткой мне будет всё равно, сколько из меня выльется крови: больше или меньше. — Ты кого-то видел? — Чувствую. Я чувствую их запах. Это порох и гарь, от них всегда пахнет гарью сожженных. Эта вонь тянется шлейфом, она никогда не выветрится, и ее ни с чем не перепутать. Я чувствую. — Послушай, — Рейвен взял меня за плечи, — я ценю твою жертвенность, но в момент опасности у меня хватит сил защитить нас. Даже если во мне останется одна лишь капля крови. — Тут Эльза, — прошептал я. — Я не хочу, чтобы с ней… — Со мной вам ничего не грозит! — настоял Рейвен, упрямо глядя мне в глаза. Он схватил меня, как обычно, чуть сильнее, чем нужно. Но ладони были приятно тёплыми. — М-м, ну… ладно тогда. Я пойду, раз ты так уверен. — Я почему-то очень смутился. Покраснел как помидор, заёрзал под его тяжёлым взглядом, стал искать повод уйти. Рейвен поставил руки по обе стороны от меня. — Если… если тебе неспокойно, можешь остаться сегодня со мной. — Вот еще. — Как хочешь. Кто знает, сколько Александр закопал на заднем дворе тех дампиров. А они о-очень любят становиться зомбаками. Особенно дампиры-убийцы. От них после смерти воняет порохом еще сильней, может, их вонь ты как раз и слышишь, — спокойно рассуждал Рейвен. — З-зомбаки? — Да-да. — Дампиры-убийцы… — Дохленькие такие. Но они, кстати, после смерти вовсе не добреют. — Ладно! — Я не понял, зачем Рейвен запугивал меня, но ему же будет хуже! Это он с трудом держал зубы под контролем. Но, судя по возбуждённому взгляду, он находил в этом что-то приятное. — Надеюсь, ты не храпишь. — Надейся, — ухмыльнулся он. В конце концов, рано или поздно это должно случиться. Мы обручены и будем спать вместе. Пора привыкать друг к другу. К его дурацкой манере всю дорогу носить перчатки, принимать только душ, а не ванну. К его тяжёлому кавалерийскому шагу и к тому, что он вечно сверкает голыми сосками после омовения. Намытый и причёсанный, я устроился на середине большой кровати и делал вид, что сплю. На самом деле старался не попасться на подглядывании за обнаженным торсом: Рейвен расхаживал туда-сюда по гостевой спальне. Пару раз он подходил к постели, заглядывал мне в лицо. Медленно вдыхал, будто наслаждаясь запахом. «Угомонись уже и ляг!» — злился я про себя. Его взгляды заставляли меня нервничать. Но это цветочки по сравнению с тем, что случилось с моим неугомонным сердцем, когда погас свет и Ессэн забрался под общее пуховое одеяло. В темноте тёплой спальни, после того как вампир наконец умостился, стало отчётливо слышно моё частое дыхание. Тело горело, я покрылся мелкой испариной, и пришлось вылезти из-под одеяла. В конце концов я часто и тяжело задышал открытым ртом, ожидая, что возбуждение пройдёт само собой. Я испуганно всхлипнул, когда Ессэн развернул меня к себе за плечо. — Я никогда не беру чужого без спроса. — Он скалой нависал надо мной. Хотя мы были примерно одного роста, в темноте Ессэн казался огромным и мощным. — И я не просил тебя ничего предлагать. Но ты так и не взял свои слова обратно. Мне казалось, что его тихий голос вибрирует где-то у меня внутри. Я старался охладить бушующее воображение: возбуждение, которое испытываю я и которое испытывает Ессэн, — две абсолютно разные вещи. И хоть умом я это понимал, даже несмотря на жадно горящие красные глаза, моё тело таяло от желаний. И этот, главное, все прикидывался приличным, а теперь вон как слюной капал! Ессэн повернул мою голову набок и пригладил волосы к подушке. Его глазные зубы зловеще заблестели в темноте. И я испуганно зажал рот вампира рукой, когда он стал клониться. Тихо хмыкнув, он убрал мою ладонь и плотно прижал меня к себе за талию, чтобы не ёрзал. — Больно будет только секунду. — Ессэн попробовал меня успокоить заезженной фразой лживой зубной феи. Ай, ладно. Чего тянуть? Сам искушал его, а теперь в кусты? И я самоотверженно зажмурился, подставляя шею. Но вздрогнул от приятного мягкого касания. Это что, поцелуй? — Ой-ёй! — пискнул я, задеревенев от острого укола. Кожа податливо раскрывалась, словно под идеальным лезвием. Потом опять тепло, а по руками волнами разошлись мурашки, превращая мои движения в судороги. Меня накрыло такое резкое удовольствие, что я выдохнуть не смог, беззвучно охая. Моя кровь во рту вампира смешивалась с его ядом; я испытывал очень-очень длинный экстаз, от которого тело выгибалось дугой. Впрочем, Ессэн прижимал меня плотно. Наслаждение раскрывалось все сильней, как радужный веер. Перед глазами плавали блики. Мне было так хорошо, что я даже не мог контролировать слюноотделение, как в ярком, затяжном оргазме. Вот почему их называют «кровавые шлюхи». Ах, так вот почему этого нельзя! — Ах! Ах! Ессэн коротко слизывал с моей шеи выступающую кровь, и от каждого движения я впивался пальцами в простыню. Он обдавал моё лицо горячим дыханием, любуясь последствиями своего преступления. Я был как натянутая струна, только что не звенел. Весь мокрый от пота. — Возьми меня, — услышал я свой хриплый голос. Рейвен прижался лбом к моему, с аппетитом облизываясь. Я услышал хлопок по двери и так резво подскочил, что Ессэн еще пару секунд недоумевающе пялился на вмятину в матраце под собой. — Ты чего? — Молчи! — велел я, еще не отдышавшийся, но уже очень взволнованный. — Там кто-то ходит. — Никого там быть не может. Ночь-полночь. Я максимально тихо выглянул в щелочку приоткрытой двери. Ессэн приблизился сзади, приобнимая меня за пояс. Нет, ну каким же всё-таки приличным он прикидывался! «Да я, да мне этого не надо, ля-ля-тополя». А самому лишь бы зубы в ход пустить… — Отойди от моей задницы. — Только что ты, наоборот, умолял войти в… — Смотри, там! — Я ткнул пальцем на тень. В полумраке фигуру в плаще было почти не разглядеть, и я скорее слышал ее, чем видел. — Отойди-ка. — Ессэн выпрямился и, отодвинув меня в сторону, уверенно шагнул в коридор. В его руке вспыхнуло пламя, ослепившее на пару секунд и меня. — О небо, что так ярко-то? — прикрываясь рукой, недовольно спросил Александр. — Александр, это вы? — Добрейший вечерочек. — Извините, я принял вас… я… — За кого? Дампирского выродка? Я вас умоляю, кому я нужен? На этот замок и в смутные времена никто не посягал, а сейчас он и подавно никому не сдался. О нет. Если и остались тлеющие угли от этой войны, они уж точно не придут сюда. Скорее, они бы попытались взять эльфийский дворец. Или настигнуть вас, граф, где-нибудь в вылазке, или… Хм. — Александр нахмурился и замолчал. — М-да. — Не хотите осмотреть со мной угодья? Принцу Натаниелю что-то не очень спокойно этой ночью. — Я с вами! — с готовностью выскочил из своей спальни Гидеон. — Ну да. Как подать мне чаю, так ты крепко спишь. А как идти ловить дурацких дампиров-убийц, так э-ге-гэй, — прошипел Александр. На что Гидеон невозмутимо улыбнулся. — Прекрасно. Только накину что-нибудь, — мрачно согласился вампир. Он моему чутью не доверял и, похоже, был раздосадован. — Я тоже пойду! — Ты лучше отдохни пока. — Ессэн толкнул меня на кровать, вышел и закрыл за собой двери спальни на ключ.