A plus For Complications

Йен не злился на Микки за неожиданный уход, а чего ещё ему было ожидать? Что они сядут за стол, обычно используемый для учебных целей, чтобы позавтракать кофе и блинчиками? Отрицая, что это было именно то, на что он надеялся, Йен проживал этот день в терпеливом ожидании сообщения от Микки. Несмотря на то, что брюнет смылся этим утром, Йен был уверен, что они уже прошли ту стадию, когда можно было пустить по пизде все их… отношения, или что там между ними было, только из-за одного неловкого инцидента. И он не ошибся. Вечером Микки написал ему с просьбой назначить занятие на следующий день, и Йен почувствовал приятный огонек удовлетворения. Он подождал пять минут, прежде чем ответить простым «окей», изображая абсолютное спокойствие. Йен был не единственным из их пары, кто пытался вести себя «расслабленно», но единственным, кто был хоть как-то близок к этому в действительности.

***

Микки расхаживал по гостиной своего дома со скоростью около мили в час. Какого хуя произошло прошлой ночью? Он помнил, как вчерашние переживания окончательно поглотили его, заставив направиться от могилы Игги к ближайшему бару – но после этого? Вжух. Ни единого воспоминания о том, как он связался с Галлагером, как пришел к нему… что он говорил или делал. И это беспокоило парня. Не облегчала ситуацию и голова, раскалывающаяся из-за огромного количества спиртного, употребленного прошлым вечером. Были некоторые вещи, которых он еще не делал и не говорил Йену, трезвым или нет. Например, не признавался Йену, что он действительно ему нравится, что он хочет проводить с ним время помимо занятий без глупых предлогов типа выполнения домашки, и никогда не целовал его. Парня тревожило, что он не имел ни малейшего ебаного понятия, сделал ли он что-то из этих вещей. Ведь с последствиями подобных действий брюнет не готов был мириться. Блять. Он обязан узнать, что случилось. Он написал Йену. Микки обрушился на диван и глубоко втянул воздух. Он думал, что Йен ответит в течение минуты, однако неожиданно обнаружил себя пялящимся на желтые пятна от дыма на потолке гораздо дольше. Брюнет мгновенно ощутил невольный страх, что он сказал прошлой ночью что-то, что Галлагер не хотел слышать, и теперь рыжий игнорирует его. Но паника оказалась преждевременной, и Микки поспешно схватил телефон, как только почувствовал вибрацию. [Тощий ботаник - 19:07] Окей. Какого хуя? Микки издал громкий стон разочарования, прежде чем написать другое сообщение. [Я - 19:07] Хочешь накуриться? Брюнет поднялся с дивана, собираясь раскурить самокрутку вне зависимости от решения приглашенного, и прошёл в свою комнату за заначкой. Он не знал, почему прятал её, будучи единственным обитателем этого дома, но от старых привычек тяжело избавиться. Как только Микки отодвинул половицу под своей кроватью, телефон вновь завибрировал. Он вылез обратно и согнулся в три погибели, пока снимал блокировку телефона. [Долбаеб Дэймон - 19:10] Кокос! И через секунду: [Долбаеб Дэймон - 19:10] Кок*. Ебаная авто-коррекция. Микки фыркнул, невольно признавая, что рад перспективе увидеть лучшего друга. Десятью минутами позже Микки валялся на диване с контроллером в руке, полностью вовлеченный в жесточайшую схватку с CGI-зомби. Входная дверь открылась, впуская в дом Дэймона, который стянул ботинки мысками ног и снял пальто с шапкой-бини, освобождая взъерошенную копну каштановых волос. Он свалил все свои вещи на полу и подошел к Микки, тяжело плюхаясь рядом со своим лучший другом, заставляя диван проехать назад, царапая деревянное покрытие. - Йо, - поприветствовал Микки, не отрывая глаз от экрана. - Как ты? – спросил Дэймон, шаря по карманам своих джинсов в поисках зажигалки, - Сто лет тебя не видел. Чуваки начинают кипишить. - Занят был, - наполовину солгал Микки. Он действительно был занят с Йеном, но спокойно мог найти время для друзей. - Окей, с новой девушкой? – Дэймон внимательно следил за реакцией друга, который лишь кивнул, притворяясь все еще слишком поглощенным игрой. Но Дэймон не купился. Он знал, что происходит. Микки был в крайне опасной ситуации, и Дэймон даже думать не хотел о последствиях, которые возникнут, если эта информация попадет к неправильным людям. Он мог представить, что для Микки он сам был «неправильным человеком», но все было не так. Микки был его лучшим другом, и он всегда подозревал что-то такое, наблюдая, как парень пытался максимально беспалевно заценить футболистов, бросая на них короткие взгляды сквозь трибуны, когда их банда сидела под ними. Слава богу, это было не очень заметно, однако лучшие друзья обращают внимание на такие вещи. Но то, что Дэймону были безразличны сексуальные предпочтения Микки, не значило, что он хотел услышать о них от самого парня. Не потому, что ему было бы некомфортно узнавать нюансы гомосексуальных отношений (он и так знал, что к чему), а потому, что так было намного безопаснее. Для него и Микки. Если каким-то образом, не дай бог, это дойдет до Коула, молчание Микки пойдет ему на пользу. Так он будет иметь союзников, способных отговорить Коула от принятия поспешных решений. Дэймон ухмыльнулся. Иногда ему казалось, что он довольно умен. - Че ты лыбишься то бля? – внезапно спросил Микки, вырывая Дэймона из потока мыслей. - Ебаная графика, чувак, это же говнище. - Заткнись, а? – Микки выглядел пораженным тем фактом, что Дэймон посмел критиковать игру, - Как будто кто-то из нас может позволить себе что-то покруче COD5. Вот зомби-нацики говнище, - сказал Микки, издавая низкий рык негодования, когда его персонаж умер от множественных укусов вышеупомянутых зомби-нациков. Дэймон лишь хмыкнул, наклоняясь и отбирая контроллер у Микки. - Чувак, ты позвал меня накуриться. Так че, начнем, или мне самому под половицу лезть? – Микки закатил глаза и отправился за травой и бумагой, пока Дэймон начинал новую игру.

***

Следующим вечером Микки поднимался по задним ступенькам дома Галлагеров и чувствовал себя так, будто собирается открыть дверь в львиное убежище. Микки до сих пор не знал, что он сделал или сказал, и односложный ответ рыжего на смс убедил парня, что ничего хорошего. Время, проведенное с Дэймоном, заставило брюнета забыть обо всей этой ситуации с Галлагером и немного успокоило его нервы. Однако сейчас, стоя на ступеньках, он чувствовал, как эмоции вновь накатывают на него, устремляя сердцебиение куда-то в зону горла. Глубоко вдохнув, он дважды постучал в дверь. В течение секунды Микки действительно рассматривал возможность побега, но затем он услышал шорох по ту сторону, означающий, что уже слишком поздно. Из-за открывшейся двери показался Йен в облегающей белой футболке, серых спортивных штанах (этот вид никогда не перестанет возбуждать Микки) и с улыбкой на лице. - Хэй! – радостно сказал он и отошел от двери, оставив ее открытой для Микки, - Как себя чувствуешь? Не удивился бы, если бы у тебя до сих пор был отходняк, - Микки неуверенно перешагнул порог. Реакция Галлагера на его прибытие удивила парня, может, все было не так плохо. - Эм, ага, вчера утром было тяжеловато, чувствовал себя, как будто под грузовик попал, - Йен ухмыльнулся ему, занимая свое место за столом, вновь покрытым всевозможными распечатками стихов. - Ну, неудивительно, ты же был реально в жопу. - Ммм… да, на счет этого… - начал Микки, снимая пальто и перебрасывая его через спинку своего стула, - Что, эм… что произошло? Йен одарил его сухим взглядом. Обычное поведение Йена. Обычное. - Ну… что ты помнишь? - Эм… зашел в бар по пути от… - Микки во время удержал себя от нежелательного рассказа об Игги, что не осталось незамеченным другим парнем, - просто зашел в бар. Йен странно посмотрел на него, прежде чем притвориться, что эта оплошность была ему безразлична. - Ну, ты написал мне, требуя тебя впустить, а, когда я вышел, ты просто запрыгнул мне на спину и не слезал минут двадцать. Микки буквально чувствовал, как его кидает в жар от смущения и стыда. «Какого хуя, мужик?» - спрашивал он себя. Но это было еще не все. - Потом ты пытался меня трахнуть, а когда я отказался, потому что ты был неебически пьян, ты продолжил клясться мне в вечной любви. Микки определенно почувствовал, как его сердце остановилось. Глаза расширились сами собой, а лицо приравнялось по цвету к свекле, пока Йен не произнес: - Бля, мужик, я же шучу, - он одарил брюнета смущенным, но в то же время нахальным взглядом. Сердце Микки установило бешеный ритм, пока Йен продолжал, - Почему… разве ты… ты что, поверил мне? «Блять?! Теперь он подумает, что я влюблен в него, потому что я поверил, когда он сказал, что я сказал, что я влюблен в него» - Микки прокрутил это предложение в своей голове около трех раз, прежде чем действительно понял его суть. - Отъебись, - сымпровизировал парень, не зная, что еще сделать, - Я не поверил тебе… определенно, - однако Микки не мог игнорировать мимолетную мысль, возникшую в его голове: он был даже расстроен, что не сказал чего-то подобного, пока был пьян. Йен скептически уставился на Микки, прежде чем продолжить. - Ну конечно, не поверил. Ты, кстати, говорил на другом языке. Ну, я на девяносто процентов уверен, что говорил… - Он поднялся и обошел стойку, направляясь к холодильнику, - Может ты просто нечетко произносил звуки или… - Нет, - сказал Микки. Похоже, единственной личной вещью, которую он раскрыл, стал родной язык, - Это наверняка был украинский. Йен обернулся, делая большой глоток Sunny D (марка сока – прим. пер.), прежде чем воскликнуть: - Да?! - Ага… - сказал Микки, теперь то он мог ему рассказать, - это язык моей матери, нас воспитывали на нем. - Правда? – спросил Йен, - Ну, век живи – век учись. Микки знал, что сейчас будет, и он не собирался этого делать. Йен задумался, прежде чем подтвердить предположения брюнета. - Скажи что-нибудь… - Нет, - перебил Микки. - Ой, да ладно, Мик! – протянул Йен, огибая стойку с наглой ухмылкой и подходя к брюнету, выставившему руки вперед и готовому оттолкнуть Галлагера, - Просто скажи мне что-нибудь. Что-то сексуальное, - сказал Йен низким голосом, как-бы намекая. - Нет, Галлагер. Отъебись! – смеялся Микки, отбиваясь от Йена, старающегося потрогать любую доступную часть тела хулигана. В конце концов, Микки оказался прижатым к стене рядом с входной дверью. Вскоре брюнет сдался, позволяя Йену вжаться в себя всем телом, его дыхание стало прерывистым, когда рыжик начал тереться об него. - Ну же, Мик, просто скажи что-нибудь… - прошептал Йен, прежде чем втянуть мочку уха брюнета в рот. Он собирался заставить Микки произнести что-нибудь на украинском. - Блять, - Микки потянулся руками к штанам рыжего. Йен усмехнулся, своим легким дыханием на шее посылая тысячи мурашек по его спине. Затем рыжик отзеркалил движения Микки, расстегивая его джинсы и обхватывая член, другой рукой сжимая задницу брюнета. Они продолжали в таком же духе, пока Йен не решил, что ему это надоело. Он вынул руку из штанов Микки и развернул парня спиной к себе. Руки брюнета также были извлечены из штанов рыжика во время поворота и теперь упирались в стену. Йен скользнул одной ладонью под рубашку Микки, второпях сплевывая на другую и разрабатывая партнера. Микки пыхтел от совершаемых Йеном маневров, но совсем скоро потерял терпение. - Ну же, мужик. Трахни меня уже. Йен усмехнулся и игриво укусил Микки в шею. Рукой, что находилась в штанах брюнета, он схватил его за бедро и оттянул от стены, подводя к столу, все еще усыпанному разборами поэм. - Наклонись, - скомандовал Йен низким, хриплым голосом. Микки сделал, как ему было велено, и теперь его торс покоился на столе. Йен тем временем стянул джинсы парня, оголяя его подготовленное и жаждущее отверстие. Ухмылка тронула лицо Йена, когда рыжик посмотрел на Микки, такого послушного и готового его принять. Не медля ни секунды, он несколько раз провел рукой по своему члену, прежде чем нагнуться и ворваться в столь тесный жар. Оба парня простонали, пока Йен полностью погружался в брюнета, однако, едва возникнув, это ощущение тут же испарилось. Рыжий вышел из Микки, он непременно хотел заставить его сказать что-то. Что угодно. И лучшим стимулом в данной ситуации казался беспощадный секс. Он пристроился и снова резко вошел в парня. Микки хватал воздух ртом, руками сжимая края столешницы до побелевших костяшек. На этот раз Йен не вышел, устанавливая умопомрачительную скорость с целью как можно скорее найти простату брюнета. По истечении двух минут в таком темпе Микки вдруг издал громкий непрошеный стон в перерыве между тяжелыми вздохами и Йен понял, что нашел «джекпот», что несказанно обрадовало парня, не способного продержаться долго в установленном им же самим ритме. Вскоре Микки уже извивался под ним, сходя с ума от постоянного стимулирования простаты. Его рука накрыла листок, и он сжал кулак, чувствуя, как бумага мнется внутри. Рука Йена нашла и с силой сжала бедро брюнета, затрудняя дыхание парня еще сильнее. Рубашка Микки задралась, и Йен краем глаза ухватил окончания двух длинных линий, протянувшихся вдоль его спины к бедру, он догадывался, что это было. Однако парень отбросил эти мысли и сконцентрировался на выполняемой задаче. Рыжик еще ближе наклонился к Микки, его торс теперь был тесно прижат к спине парня. Он оставил невесомый поцелуй на плече брюнета, прежде чем без предупреждения укусить поцелованное место. - Чорт візьми! – прокричал Микки, содрогаясь и кончая на стол под собой. Лишь звук произнесенных парнем слов заставил Йена кончить следом, тяжело дыша и все еще лежа на его спине. Они оставались в таком положении какое-то время, прежде чем Микки попытался встать. - Тебе лучше подняться, пока моя сперма не высохла на этом столе. Ты тут ешь. К тому же ты весишь тонну, ебать, - Йен выпрямился, рубашка Микки насквозь промокла от пота обоих парней. Микки вытер сперму с деревянного стола подолом своей рубашки, разворачиваясь к Йену с недовольным лицом. - Это что было?! – негодовал он, поднимая рубашку, чтобы продемонстрировать красные отметины, оставленные Йеном на его бедре прямо перед оргазмом. - Расплата за это! – ответил Йен, потянувшись куда-то за Микки, чтобы отыскать анализ «Рыбака», который Микки сжал в своей руке, - Эти заметки покорили меня навсегда, говнюк. Микки фыркнул, и Йен поднял на него взгляд… брюнет не мог до конца понять, что он выражал, но был счастлив догадаться, что, скорее всего, рыжик находил его самым удивительным человеком на свете. - Украинский сексуален, я кончил только услышав, как ты разговариваешь на нем, - многозначительно сказал Йен, пристально рассматривая Микки. Брюнет всеми силами сдерживал улыбку, опустив глаза на свои руки, в данный момент бессмысленно перебирающие разбросанные парнем бумаги, и покраснел. - Может, я тебя научу, - сказал он, и Йен удивленно вздернул брови. - Я с удовольствием, - честно ответил он, и Микки обнаружил, что с нетерпением ждет возможности проводить с рыжиком больше времени. Йен уже открыл было рот, чтобы продолжить, но звук открывающейся входной двери перервал его. Он посмотрел на Микки, ожидая, что парень сгребет свое барахло и сбежит, как он делал раньше независимо от невинности обстановки, в которой их застукивали. Но Микки стоял на месте, обратив взор к гостиной, ожидая увидеть пришедшего домой человека. В поле зрения показалась Фиона, укутанная в пальто и шарф поверх делового прикида и уставившаяся в телефон. Парни молчали, и она, не поднимая головы, вошла в кухню, открыла холодильник и достала молоко, делая глоток прямо из упаковки. Микки скорчил гримасу отвращения. - Иу, - сказал он, и Фиона вскрикнула от страха, разворачиваясь на месте и роняя все, что держала в руках: телефон, кошелек и упаковку молока, которая упала на пол, забрызгивая все вокруг белой жидкостью. - Ебать! – кричала она, прижимая руку к груди в области сердца, - Никогда, блять, так больше не делай! – сказала она, Йен и Микки снова молчали, первый поджал губы, а второй зажал нос в попытке остановить порыв смеха. Не удалось. Микки выпустил громкий смешок и Йен не смог больше сдерживаться. Оба парня сотрясались от хохота, пока издаваемые ими звуки не стали больше походить на вой. - О Боже, - сказал Микки, его живот заболел и он ухватился за стул, пытаясь устоять на ногах. - Это самая смешная вещь, которую я когда-либо видел, - выдал Йен, отчаянно пытаясь сделать вдох и опираясь на стену. - Ага-ага, смейтесь, - сказала Фиона, хватая рулон салфеток со стойки и нагибаясь, чтобы вытереть пролитое молоко, - Коробка была практически полной. Мы могли бы сделать достаточно теста, чтобы его хватило до следующего похода в магазин, а теперь мне придется покупать новую. На этом смех парней сошел на нет. Йен закусил губу, прежде чем поспешить обойти стойку и помочь сестре в уборке. Он склонился над полом наполовину для того, чтобы облегчить задачу Фионе, наполовину для того, чтобы скрыть румянец стыда, проступивший на его лице. Он знал, что никто на Южной стороне не жил в достатке, но ему было неловко говорить о том, насколько сильно его семья нуждается в деньгах при посторонних. - Не беспокойся, Фи, - тихо сказал он, - Я принесу еще со своей следующей смены. - Ничего, - сказала она, выпрямляясь и бросая мокрые салфетки в корзину, - Останешься на ужин, Микки? Лип сказал, что принесет нам немного макарон с сыром из университета. - Не, я в порядке, - ответил парень, собирая свои вещи со стола, - Я должен идти, увидимся, Галлагер. - До встречи, - в унисон произнесли Фиона и Йен, после чего уставились друг на друга в полном непонимании, почему второй откликнулся на общую фамилию. Микки, однако, этого не заметил и ушел прежде, чем кто-то из них мог что-то сказать. Йен вновь подошел к кухонному столу и стал собирать собственные работы. Фиона уперлась рукой в стойку, аккуратно изучая брата взглядом, и рыжий уже знал, что за этим последует. - Он мне не нравится, - сказала его сестра, и он закатил глаза. - Круто, - насмешливо сказал рыжий. - Я серьезно, Йен. Он грубый, резкий и никогда не остается на ужин. Что он за парень тогда? - Он мне не парень, - ответил Йен, не смотря на Фиону и продолжая раскладывать и убирать листы. - Я догадалась по тому, как он вылетает отсюда как летучая мышь из ада, когда я прихожу, - сухо произнесла Фиона. - Это не только с тобой, он всегда так делает, - сказал Йен, спеша защитить Микки, если это вообще можно было назвать защитой. - Как будто это улучшает ситуацию. Я видела его татуировки, Йен. Он не доведет до добра. Вся его семья не доведет до добра. Йен не удивится, если заработает какую-нибудь форму нистагма, так часто закатывая глаза. - Ты не знаешь его семью, у его братьев легальный бизнес по продаже авто. Ничего противозаконного, - сказал рыжик. Он вообще не должен был объяснять ей такое. - Ничего противозаконного?! – неверующе воскликнула она, - Слушай, я знаю, ты думаешь, что он нравится тебе, - Йен громко вздохнул, - Но после того, что Терри Милкович сделал… Это просто должно было сломать человека, родной. У тебя может не получиться… Я не знаю, исправить его. Глаза Йена слегка сузились при упоминании Терри. Микки до сих пор не рассказал, как его отец получил от двадцати до пожизненного, но Фиона каким-то образом знала причину… - Что сделал Терри… - начал Йен, но был прерван стуком распахнувшейся задней двери, заставившим обоих собеседников подскочить от удивления. - Ебаный пиздец, только не снова, - простонала Фиона, испугавшись до чертиков уже второй раз за день, - Стоп, Лиам?! Карл, что случилось?! Карл вел за руку Лиама, лицо которого было в крови, но изображало неподдельное удовольствие. Фиона мгновенно потянулась за телефоном. - Он упал с велика, кровь носом пошла, - оповестил Карл. - У меня к-овь госом пошга, - воскликнул Лиам, заставляя Йена улыбнуться. - Хэй, Ви, это Фи. Лиам упал с велика, и у него довольно сильное кровотечение, можешь зайти? – пауза – Окей, спасибо. Жду. Внезапно развернувшаяся драма вытеснила мысли о Терри, пожизненном заключении и непростительных преступлениях из головы Йена.

***

Невнимательному человеку Нэд Лишман мог показаться идеальным мужем. Верный, богатый и заботливый. Однако те, кто знал его немного лучше, понимали, что он даже не близок к этому званию. Хищник, наживающийся на каждом молодом и невинном человеке, встречавшемся ему на пути. На каждом, кто был достаточно наивен, чтобы поверить, что этот производящий впечатление, опытный мужчина испытывает к нему подлинные чувства. Нэд Лишман всегда знал, что делает. Его не волновала боль и печаль бесконечных поклонников, затронутых его разрушительной волной, лишь кураж и удовольствие от борьбы. Однако он всегда держал все под контролем. Он подбирал их и бросал, когда сам хотел, ни одна из его «побед» не обрывала связь самолично. Поэтому, когда один из его любимчиков – Йен – написал ему простое «надо поговорить», Мистер Лишман понял, что его контроль может быть сломлен, но он не мог позволить этому случиться. Пока он сидел на заднем сиденье своей городской машины, проносясь по Северной стороне Чикаго, к нему приходило осознание, что его чары над рыжеволосым мальчиком угасают. Лишь на секунду мужчина позволил себе разозлиться. Он водил парня в «Четыре сезона», и тот считает, что имеет право покончить с этим? Ну что ж, нужно просто пробудить в нем старые чувства. Возродить его привязанность любой ценой. Достаточно просто… но насколько широкий жест для этого необходим? И тут он ухмыльнулся сам себе, идея пришла в голову, пока он наблюдал через окно на реку Чикаго, которая переливалась от того, что называлось в этом городе светом.

***

[Н – 22:09] Окей, встретимся на Нэви Пиер (пирс на берегу озера Мичиган – прим. пер.) завтра в 20:00. Йен нахмурился, глядя в телефон, и почему это Нэд захотел встретиться на пирсе? Единственными местами, куда они когда-либо выбирались, были темные клубы Бойзтауна или шикарные 4-5-тизвездочные отели на Северной стороне. Но Йен просто забил на эти мысли, он в любом случае собирался расстаться с Нэдом, так что долго он там не пробудет. Лиам был абсолютно возбужден своим носовым кровотечением и даже попросил Ви оставить кровь у него на лице, однако Фиона немедленно отвергла эту идею. Йен лишь усмехнулся и убедил малыша вместо этого посмотреть с ним мультики. Лиам воспринял предложение с энтузиазмом, поэтому в итоге Йен просматривал повторы Симпсонов с крепко спящим у него на коленях братом. Фиона заметила двух парней на диване, но вид мирно посапывающего на коленях рыжика Лиама заставил ее воздержаться от команды «по кроватям». На следующий день, Йен начистил свое пальто и отправился на Нэви Пиер, снова и снова прогоняя в голове речь, которую собирался произнести. Он был так сконцентрирован на этом, что не замечал холодного ветра, бьющего по лицу и голым рукам на ручках старого велосипеда. Он прибыл на пирс ровно в 19:59 и пристегнул велосипед к ближайшим перилам видавшим виды замком, который достался ему от Липа. Убедившись, что транспорт в безопасности, он повернулся и пошел по пирсу, окруженному лодками с обеих сторон. Было немноголюдно, но все же он не был единственным на пирсе. Он завистливо уставился на увлекшуюся парочку, они смотрели друг другу в глаза, облокотившись на ограду, и не замечали никого вокруг. Йен надеялся, что однажды тоже полюбит кого-то настолько сильно. Он оторвал глаза от счастливой пары и стал искать вокруг какие-либо признаки седых волос. Он понятия не имел, где именно находится Нэд на пирсе, как далеко ему надо идти и приехал ли мужчина вообще. Он остановился и обернулся вокруг своей оси, выкручивая шею, чтобы обнаружить его. Оставшись ни с чем, он опустился на лавочку неподалеку, доставая из рюкзака пачку сигарет. Он продолжал бесцельно оглядываться по сторонам, ожидая появления Нэда. Затем он достал из кармана телефон, чтобы проверить время, и обнаружил, что было уже двенадцать минут девятого. Он открыл их с Нэдом переписку, готовясь напечатать, что ждал достаточно долго и ушел, когда почувствовал, как кто-то сел рядом. - Привет, Йен, - сказал Нэд, и рыжий изо всех сил постарался замаскировать удивление. Мужчина знал толк в эффектных появлениях, - Я бы хотел, чтобы ты бросил это, - сказал он, указывая на наполовину скуренную сигарету у Йена в руках, - Ненавижу вкус сигарет на языке. Йен покраснел, но решил не ходить вокруг да около. - Нам нужно поговорить. - Да, ты уже говорил, - Нэд сложил руки вместе и смерил Йена уверенным взглядом, будто то, о чем они собирались «поговорить» ничего не изменит, - Но позволь мне сначала накормить тебя ужином. Йен боялся этого, он знал, что не сможет сопротивляться великолепию, которое Нэд ему предоставит. Хотя… Он мог просто сходить на ужин, а потом покончить с этим, в конце концов, он ничего не должен мужчине, так почему не поесть приличной еды, прежде чем навсегда лишить себя гламурного образа жизни? Йен уставился на свои поношенные кроссовки, обдумывая все, а затем выбросил сигарету и раздавил ее, кивая. - Отлично, - Нэд не колебался ни минуты. Он знал, что парнишка собирается ему сказать. Предложи мальчику с Южной стороны вкусную еду, и он растает в твоих руках. Он встал и подождал, пока Йен сделает то же самое. Йен поднялся на ноги и закинул рюкзак на плечи, оборачиваясь к началу пирса, предполагая, что он заберет свой велик, и они направятся в какой-нибудь отель. Однако Нэд положил руку на нижнюю часть спины Йена (несмотря на то, что на парне было зимнее пальто, это движение разожгло в нем желание) и направил его в противоположном направлении. Йен озадачено посмотрел на Нэда, указывающего на конец пирса. Там, покачивающаяся во всей своей красе стояла лодка яхтенного типа, усыпанная яркими огнями и буквально источающая богатство в воздух вокруг себя. Рыжик восторженно уставился широкими глазами на это великолепие. Нэд ухмыльнулся такому выражению лица парня, зная, что тот отбросил любые «нам надо поговорить», как только увидел лодку. Миссия выполнена. - Это для нас? – спросил Йен, не веря своим глазам, позволяя Нэду направлять себя к плавающему судну, соединенному с пирсом металлическим мостиком… - Все для нас, - сказал Нэд, украдкой оглядываясь вокруг, прежде чем взять Йена за руку, - На всю ночь, - Йен закусил губу, не отпуская руку мужчины, пока они проходили по мостику и забирались на лодку.

***

Следующим утром Йен взобрался по задним ступенькам своего дома, пристегнув велик к перилам на крыльце, и открыл дверь. Захлопнув ее, он закрыл глаза, прислоняясь к дереву и проигрывая в голове события прошлой ночи, наполненной роскошью, хорошей едой и сексом. И тут он услышал, как кто-то аккуратно покашлял. Он распахнул глаза, обнаруживая старшую сестру с кружкой кофе в руке и яростным выражением на лице. - Где ты был? – спросила Фиона. И хотя ему было уже почти семнадцать, страх, который внушала ему старшая сестра в состоянии гнева, не потускнел с детских времен. Он почувствовал, как пульс ускорился, а голову покинули все разумные мысли. - Я был у Микки, - солгал Йен. Он знал, что даже такой ответ является рискованным, ведь Фиона явно выразила свое неодобрение относительно парня пару дней назад. - Правда? – спросила Фиона, не мигая смотря на брата, и он почувствовал, как уменьшается. - Ага, - ответил Йен, также неспособный отвести взгляд. Фиона встала из-за стола и отвернулась, обходя стойку, чтобы налить себе еще кофе. - А вот теперь это интересно, - сказала она, и Йен испытал мини-инфаркт, - Ведь Микки приходил сюда прошлым вечером, разыскивая тебя. Йен понял, что врать больше нет смысла. Он должен был просто принять на себя ее гнев. Однако она выглядела слишком уставшей, чтобы разгребать его дерьмо. Она только вздохнула, и аура разочарования, излучаемая сестрой, заставила Йена почувствовать себя полнейшим мудаком. - Он оставил это, - сказала она, указывая на упаковку молока на стойке, которую Йен до сих пор не замечал. На этом она повернулась на каблуках и прошла в гостиную, поднимаясь на второй этаж и оставляя Йена в одиночестве. Он осторожно подошел к стойке и увидел, что к молоку прилагалась простая записка, сделанная корявым почерком Микки. «Извини за вчерашнее, возвращаю молоко, которое я вам технически должен». Йен прочитал эти слова несколько раз, каждый из которых ощущался как удар ножа в живот (и поражал грамотностью). И вдруг на Йена обрушилось ужасное, непреодолимое чувство вины.