01:27

у куньхана дурацкая привычка никогда не закрывать форточки. то ли он просто делает вид, что не замечает этого, то ли все в действительности так и есть, но юкхей, который в эти самые форточки курит, со временем просто прекращает беситься. они три месяца как съехались, а любовь, как известно, живет три года, так что времени у них еще – с огромным запасом. юкхею приходится свыкнуться с тем, что они носят совершенно разную одежду, и стиралку, соответственно, загружать приходится в два захода и на совершенно противоположных программах. куньхан практикует веганство и пишет об этом в блог, он любит свой плюшевый розовый свитер и поцелуи в уши, а еще больше – когда юкхей губами снимает с них клипсы. зимой куньхан часто не целуется в губы нарочно, потому что они трескаются от мороза и ветра. его сладковатый женский парфюм этими самыми морозом и ветром разбавляются – необычно, но не сказать, что неприятно. он пахнет и ночью, и жасмином, и холодом, и щеки у него горят, когда он заходит в квартиру, отряхиваясь от снега. потом, смыв с себя это все в пенной ванне, он пахнет чистой кожей, а его пижама – кондиционером для белья. юкхею иногда думается, что без куньхана эта квартира, пускай и вроде как их совместная, была бы просто пустой коробкой с грязно-серыми стенами. когда они занимаются любовью, это вообще иная история. юкхею кажется, что он слишком грубый снаружи, даже если пытается – наоборот; и слов он не находит, чтобы объяснить, как у него от радости щекочет в грудной клетке всякий раз, как он доводит куньхана до предела. словно то, что происходит между ними – одно большое вселенское таинство под вуалью запаха пены для ванн, чистоты, геля после бритья, которым всегда пользуется юкхей. куньхан улыбается устало, мягко, как-то землянично; трет глаза, зевает, потягиваясь на подушке. юкхей посматривает на него тайком, как будто все еще нельзя, и считает секунды до того, как влюбится в тысячный раз. потому что куньхан умный. нет, правда, у него целая вселенная в голове, хоть и в глазах зачастую – меланхоличная безмятежность, кажущаяся пустотой. куньхан говорит, когда его спрашивают. куньхан молчит все остальное время. а кричит он – всем своим естеством – только когда они с юкхеем целуются. юкхей вообще не привык чувствовать себя меньше кого-то. еще бы. но порой кажется, что куньхана он и правда попросту не может постичь. в свой заслуженный выходной тот регистрируется на сервере какой-то онлайн игры – космоопера, графика будущего, титанически огромные шаттлы и крохотное скромное хендери в темно-синем окошке ввода ника. куньхан отвлекается. большая вселенная поглощает маленькую. а юкхей иногда заходит в комнату и смотрит поверх чужой спины, пожевывая фильтр незажженной сигареты. куньхан, когда устает, откидывается назад – и ненарочно попадает прямиком в его объятия. юкхея веселит это ровно в той же мере, в которой и трогает. он вытаскивает изо рта сигарету и мнет ее, ломает в ладони; и весь такой – высокий, уставший, табачный, еще как следует не отогревшийся после улицы, – наклоняется, чтобы поцеловать хендери в макушку. – ты абсолютно бездарен в том, чтобы быть милым, ты в курсе? – посмеивается тот, но отстраняться не спешит. юкхей хмурится, все еще касаясь губами чужих светлых волос, пахнущим шампунем и, в принципе, всем, чем обычно пахнет куньхан. домом, теплом, светом. – но я стараюсь, – и юкхей наконец отстраняется, неуверенно укладывая одну руку на чужое плечо. его запястья тут же касаются мягкие пальцы куньхана и проворно ныряют под рукав толстовки. – разве не видно?.. куньхан улыбается как-то нечитаемо. компьютер на столе переходит в спящий режим, монитор прекращает отбрасывать голубоватую тень на чужое лицо. и тогда куньхан смотрит юкхею в глаза. – видно, – все еще не отпуская его запястья, но кивая куда-то в сторону. – закроешь форточку, пожалуйста?.. я немного промерз. привычки зачастую никуда не деваются и даже не меняются, а лишь, если позволено так сказать, совершенствуются. вот у хендери привычка без конца проветривать комнаты, пускай даже не всегда осознанно. а юкхей пусть и с опозданием, но находит привычку собственную. каждый раз, когда куньхан засыпает раньше, юкхей смазанным, но теплым касанием целует его висок.