Россыпью

Ария сидит на диване, задрав ноги на стол, и листает пальцем файлы в инструментроне. Она хмурится. Лицо у нее лиловое и блестящее от пота. Система вентиляции то и дело обваливается – на войне как на войне. – Ну привет, Ария, – Йонду заходит в кольцо из диванов. Телохранители встают, и Йонду откидывает полу плаща. В кобуре блестит стрела. – Ты же не убивать меня пришел? – Ария лениво смотрит на Йонду поверх файлов. – Если нет, то хватит выделываться. Садись и выпей чего-нибудь. – А я говорю, зачем ссориться, если можно быть друзьями, – Йонду улыбается Арии. На его зубах играют блики светомузыки. Охранники расходятся и он садится, поддернув штаны, вытягивает ноги. – Цитадель нанимает Опустошителей. Дела идут хуже некуда, раньше на вас натравили бы турианцев. – На меня натравливали турианцев. Горят и падают так же, как и все остальные. Йонду показывает батарианцу три пальца, и тот кивает. Йонду кладет руку на подлокотник, локоть тонет в подушках. Ария разглядывает его, а он разглядывает ее в ответ. – Так значит ты теперь трахаешь Шепард и подсасываешь Альянсу? – спрашивает Ария. – А ты больше не трахаешь свою турианку? Говорят, когда ты возвращала себе станцию, многие полегли, – Йонду берет у батарианца стакан и ставит его себе на колено. – Прах к праху, а. Ария хрустит пальцами. – Шепард умрет. А мы будем жить. Герои умирают, для этого их и держат. Йонду пожимает плечами. – Все рано или поздно сдохнут. Жнец сожрал мой корабль у меня на глазах. Твоя станция как раз на пути. Самое время задуматься о том, чтобы подсосать Альянсу. – Альянс уже сделал тебе корабль, команду и кредиты, – Ария ставит стакан себе на живот. – И что ты собираешься делать дальше, драться на нем со Жнецами? Или сбежать, когда станет слишком жарко? Йонду молчит, прокручивая стакан на колене. – Она все равно умрет. Ты ей не поможешь. – Это уже не твое дело, головастик, а мое.