Я буду ждать тебя в Валиноре

Трандуил не опоздал ни на минуту. На нём была обычная походная эльфийская одежда, за спиной виднелся лук и колчан со стрелами. К поясу был пристёгнут короткий кинжал, а через плечо перекинута дорожная сумка. – Только меч? – король удивленно приподнял брови, окинув взглядом Элронда, но, осёкшись под взглядом владыки Имладриса, продолжать не стал. – Идём. Трандуил быстрым шагом пересёк террасу и направился в небольшой переулок. Тот петлял из стороны в сторону и в итоге вывел эльфов к небольшому зданию. – Что это? – поинтересовался Элронд. – Псарня, – бросил через плечо Трандуил, не замедляя шага. – Ты собираешься искать сына… собаками? – владыка Имладриса скептически хмыкнул. – А это не слишком? – Леголас правильно написал, – дёрнул плечом Трандуил. – Он мастерски скрывается от погони. А у меня нюх всё же слабее, чем у собаки. – Неужели? – еле слышно пробормотал Элронд, заходя за лихолесским королем внутрь. Тот же уверенно проследовал куда-то вбок и, обменявшись несколькими фразами с эльфом – то ли хозяином псарни, то ли одним из его подручных – через несколько минут уже держал в своих руках веревку с привязанным за ошейник огромным чёрным псом. Пёс чем-то напомнил Элронду варга – то ли плоской мордой, то ли слишком широкой – не по-собачьи широкой – грудью. – Это Охтар, – с этими словами Трандуил потрепал пса по холке, отчего тот завилял хвостом, похожим на стальной прут, и блаженно прикрыл жёлтые глаза. – Лучший нюхач. Если он не сможет найти запах, то… – король осёкся. – Идем, нам нельзя терять время. Трандуил и Элронд вышли на террасу, после чего спустились по недлинной лестнице и почти сразу же оказались в лесу. Охтар вёл себя спокойно, только помахивал изредка хвостом да поводил носом. Трандуил придержал пса за ошейник и опустился перед ним на корточки, после чего достал из сумки рубашку. – Нюхай, Охтар, нюхай, – король поднес предмет гардероба к самому носу зверя. – Ищи. Пес принюхивался долго, так долго, что Элронд успел заскучать. Но вот Охтар рванулся в лес, настолько резко, что Трандуил не удержался на ногах – ошейника, впрочем, он умудрился не выпустить. Быстро поднявшись, король перехватил верёвку, и пес потащил его в лес. Элронд поспешил за ними. Бежать было неудобно. Леголас, казалось, специально выбрал самую заросшую тропу – через каждые несколько футов она обрывалась, и начинался такой густой подлесок, что пробираться сквозь него было удовольствием ниже среднего. Но Охтар, казалось, не замечал этого – он пёр напролом, раздвигая кусты мощной грудью. – Где вы достали такого красавца? – поинтересовался Элронд у Трандуила. – Нашли щенком в лесу, – откликнулся тот. – Мне кажется, что у него в роду были варги, – продолжил Элронд. – Скорее всего, – согласился Трандуил. – Но это и делает его непревзойденным нюхачом. – А что будет, если он встретит орков? Или своих сородичей? – Не знаю, – после некоторого молчания откликнулся Трандуил. – Надеюсь, что ничего страшного. Элронд промолчал, скользнув по мускулам, перекатывающимся на спине пса. «Надеюсь» – повторил он про себя. Эльфы бежали долго. Где-то в середине дня Элронд заикнулся было о привале, но Трандуил, не раскрывавший рта с самого утра, сухо бросил через плечо, что чем скорее они найдут Леголаса, тем лучше. Остановились они только вечером, да и то только из-за того, что Охтару такая гонка явно перестала нравиться. Он бежал всё ленивее, пока в итоге не плюхнулся на мох, отказавшись двигаться дальше. Элронд подошёл поближе к Трандуилу, явно возмущенному таким поведением пса. Король тянул Охтара за верёвку, призывая встать и искать дальше, но тот на это никак не реагировал. Он опустил лобастую голову на передние лапы и прикрыл глаза, став похожим на большой чёрный камень. – Оставь, – Элронд тронул плечо Трандуила. – Ему нужен отдых. Мы бежали целый день. Король Лихолесья мученически вздохнул и перестал тянуть верёвку. Потом привязал Охтара к одному из деревьев и обратил взгляд на владыку. – Тогда привал, – произнес он тоном, в котором слышалась вселенская покорность судьбе. Когда на землю опустились сумерки, посреди небольшой полянки, где они остановились, весело трещал костерок. Трандуил убрал в дорожную сумку остатки трапезы – лембас и флягу с водой. На какое-то время воцарилось молчание, изредка прерываемое негромким похрапыванием Охтара. Первым его прервал Элронд. – Не было бы счастья, да несчастье помогло, – задумчиво проговорил он, глядя в огонь, а потом поднял взгляд на сидящего напротив Трандуила и едва заметно усмехнулся. – Когда ещё доведется вот так выбраться в лес? Трандуил чуть нахмурился и тему развивать не стал. – Я попробую позвать Леголаса мысленно, – произнес он и прикрыл глаза. Элронд сдержал тяжёлый вздох и снова уставился в огонь. Через некоторое время, когда Трандуил вернулся с небес на землю, стало ясно, что его попытки успехом не увенчались. Высокий лоб эльфа прорезала глубокая вертикальная морщина, сделавшая его лицо очень суровым. – Не получается, – проронил король в ответ на молчаливый вопрос, застывший в глазах Элронда. – Что-то мешает. – Тебе лучше поспать, – откликнулся Элронд. – Я посижу в дозоре. Трандуил хотел было возразить, но промолчал и пожал плечами, мол, поступай, как знаешь. Потом закутался в плащ и улегся на мох, который, благодаря тому, что осадков не выпадало уже довольно давно, был сухим, с тем, чтобы отдохнуть. Трандуил ни за что бы в этом не признался, но марш-бросок по лесу измотал его сильнее, чем король мог предположить. Ноги, казалось, налились свинцом, в ушах шумело. После ужина неприятные ощущения во всём теле несколько отступили, но попытки ментально связаться с сыном вызвали страшную головную боль, которая, как казалось Трандуилу, раскалённым обручем сжимала его виски. Она не давала королю заснуть, и он то и дело менял позу, пытаясь хоть как-то облегчить страдания. Полностью сосредоточившись на боли, король не услышал, как Элронд поднялся со своего места и подошёл к нему, усаживаясь рядом. – Не спится? – раздался голос владыки, и в правый висок Трандуила вонзился огненный болт. Король сдавленно что-то прошипел. – Да… нет, – более внятно проговорил он, подтягивая колени к груди. – Голова немного болит. Прохладная рука Элронда легла на пылающий лоб Трандуила. Владыка что-то зашептал, и король невольно вслушался в слова эльфа. Постепенно бессвязные поначалу слова сложились в тихий мелодичный напев: – Я слышал, ты едешь на ярмарку в Тайн? Зверобой, ромашка и хмель… Спой песню о той, что прежде жила там, Она ведь была любовью моей… Трандуил слушал песню, журчащую, как горный ручей, и чувствовал, как боль постепенно отступает. – Скажи, пусть возьмет тончайшего льна, Зверобой, ромашка и хмель… Сошьёт мне наряд без единого шва, И вновь она будет любовью моей. Он чувствовал себя клинком, вытащенным из горнила, который мастер-кузнец положил остужаться – не сунул сразу в ледяную воду, а поместил в прохладное место, чтобы лучше закалилась сталь. – Пусть наряд сполоснет в роднике за холмом, Зверобой, ромашка и хмель… Что сух, и воды век не видели в нём, И вновь она будет любовью моей. Трандуил блаженно прикрыл глаза – когда головная боль окончательно его покинула, ушла и ломота во всём теле, оставив после себя лишь блаженную истому. – На иглы тёрна, что старше земли, Зверобой, ромашка и хмель… Положит сушиться наряд до зари, И вновь она будет любовью моей. Уже засыпая, король чувствовал руки, которые мягко поглаживали его волосы. – Землю найдешь и построишь дом, Зверобой, ромашка и хмель… Меж пеной морскою и белым песком, Иль тебе не бывать любовью моей…