Я буду ждать тебя в Валиноре

Когда солнце встало, эльфы были уже на ногах. Потушив окончательно догоревший костер, они наспех перекусили лембасом и продолжили путь в том направлении, куда вёл их Охтар. И уже к полудню заметили чьи-то следы. – Здесь были орки, – наклонившись к ним поближе, сообщил Элронд. – Никак не меньше десятка. – Это плохо, – лоб Трандуила прорезала небольшая морщинка. – Поспешим. Совсем скоро им попалась полянка, явно послужившая орочьим лагерем – пепелище от костра, вытоптанная трава, кучка костей не оставляли в этом сомнений. – Они ушли несколько дней назад, – поделился наблюдениями Элронд. Мы их вряд ли догоним. Но я думаю, пленников у них не было… – Sercë… – не дослушав владыку, пробормотал Трандуил, вглядываясь в тёмное пятно на самом краю поляны. Подойдя поближе, он присел и коснулся его пальцами. – Кровь… – Скорее всего, животного, – пожал плечами Элронд. Внезапно из дальних кустов послышался сдавленный стон. Трандуил мгновенно вытащил лук и стрелу из колчана и встал наизготовку, целясь в источник звука. – Á pusta, – шепнул Элронд, придерживая его руку. Эльфы тихо двинулись на голос. Когда же Трандуил раздвинул ветки… Лук выпал из рук короля. Трандуил на миг замер, и краска схлынула с его лица. А потом он кинулся туда, где лежал Леголас. Да, это был именно он. Принц Лихолесья был без сознания и явно не чувствовал себя хорошо – он тихо стонал, не открывая глаз, лоб его был покрыт испариной. – Леголас, – Трандуил кинулся на колени и, осторожно приподняв тело сына, прижал его к себе. – Лайквалассэ… Элронд присел рядом. На глазах лихолесского короля блестели слёзы. – Что с ним? – спросил Трандуил с мукой в голосе, всё еще не выпуская сына из объятий. – Не знаю, – ответил Элронд. – Но я скажу точнее, если ты позволишь мне взглянуть. Трандуил очень осторожно уложил сына на траву, не выпуская его руки. Элронд коснулся ладонью лба принца и будто к чему-то прислушался. Потом приподнял тунику Леголаса, и эльфы увидели, что его бок неумело, но аккуратно перевязан какой-то тканью, бывшей, по всей видимости, чьей-то рубашкой. Когда владыка Имладриса снял повязку, то взорам открылась широкая рваная рана на боку Леголаса. Она ужасно воспалилась и причиняла принцу страдания – тот глухо стонал всякий раз, как к ней прикасались. Трандуил сжал руку сына, глядя прямо перед собой. Ему казалось, что он попал в какой-то кошмарный сон, где все ненастоящее, и только ладонь Леголаса убеждала его в обратном. – Нанесена явно орочьим клинком… – начал было Элронд, но тут на поляну выскочил гном. Трандуилу тотчас бросились в глаза его рыжие лохмы, а когда королю удалось сморгнуть навернувшиеся на глаза слёзы, то он разглядел всё остальное – тёмные глаза, отсутствие рубашки – на гноме была только жилетка – и какие-то листики, зажатые в ладони. С минуту они молча глядели друг на друга, а потом на гнома обратил внимание Элронд, до этого шептавший что-то Леголасу. Принц не очнулся, но, по крайней мере, перестал метаться в агонии, и за одно это Трандуил был готов расцеловать владыку. – Кто вы? – обратился к гному Элронд, как бы странно не звучал такой вопрос в данной ситуации. – То же самое могу спросить и у вас, – чуть грубовато ответил тот, пряча листики за спину. – Полагаю, Леголаса ты знаешь, – не обращая внимания на тон гнома, проговорил эльф. – Я Элронд, владыка Имладриса, хотя тебе он, скорее всего, известен под именем Ривенделл. А это Трандуил, король Лихолесья и отец Леголаса. Позвольте теперь узнать ваше имя, господин гном. – Гимли, сын Глоина, – уже более учтиво ответил он, скрывая смущение. Трандуил чуть наморщил лоб – Глоин… Где же он слышал это имя? – Мой отец участвовал в походе к Одинокой горе, – подсказал Гимли. Трандуил едва заметно кивнул, но тут Леголас снова застонал, и внимание двух эльфов и гнома вновь обратилось к нему. – Элронд, ты можешь что-нибудь сделать? – с мукой в голосе проговорил Трандуил, сжимая руку сына. – Я могу только немного облегчить его боль. Чтобы вылечить Леголаса, нужно доставить его во дворец. – Это моя вина, – внезапно произнес Гимли. В его голосе слышались слёзы. Трандуил метнул на него раздражённый взгляд. – Я с удовольствием выслушаю эту историю, – сухо произнес он, – но не прежде, чем жизнь моего сына будет вне опасности. Гимли кивнул, и по его щекам потекли слёзы, теряясь в спутанной бороде. – Вот… Мы, гномы, используем это средство против ран… – гном подошел ближе и протянул Элронду листья, которые сжимал в руке. – Арника? – оглядел листья эльф и вздохнул. – Увы, тут она бессильна. Воспаление уже началось. Гимли вцепился руками в свою бороду, явно намереваясь её вырвать. – Впрочем, я могу попробовать сварить из неё обезболивающее, – чуть подумав, продолжил владыка. – Но сейчас мне бы не помешал ателас. – Что это? – поднял голову Гимли. – Никогда о таком не слышал. – Это довольно действенное средство. Если сварить из него мазь, то мы вполне сможем довезти Леголаса до дворца. – Я найду, – встрепенулся Гимли. – Как оно выглядит? – Трандуил знает, – ответил Элронд, доставая из дорожной сумки флягу с остатками воды и небольшой котелок. – Он вам покажет. – Я сам могу найти ателас, – поднялся с колен король, искоса взглянув на гнома. – А как же делиться опытом? – хмыкнул Элронд. – Тем более, господин гном хотел тебе что-то сказать. Думаю, это личное, и мои уши тут будут явно не к месту. Трандуил хотел было возразить, но потом взглянул на сосредоточенное лицо владыки, уже разведшего костёр, бледное лицо сына и тяжело вздохнул. – Идём, – бросил он Гимли и направился в лес.