For a one night?

POV Harry Когда яркий свет, нещадно ослепив глаза, осветил комнату, спросонья я смог разглядеть девичий силуэт. И все бы ничего, если бы в очертаниях фигуры в мешковатой одежде я не узнал Эмму. — Да ладно? — для того, чтобы убедиться в том, что мои глаза не врут, я подошёл поближе. — Неожиданная встреча. Девушка вяло улыбнулась и многозначительно пожала плечами. Я видел её растерянный взгляд и прекрасно осознавал тому причину. Чтобы светить своим телом как можно меньше, я быстро натянул сложенные на спинке дивана джинсы, а после накинул какую-то наволочку на костлявый зад ковыряющегося с подушками Малика. — Стайлс, что за хрень ты на меня повесил? — Зейн недовольно хмыкнул и, сделав пару движений тазом, скинул с себя тряпку. — Да прикройся ты наконец! Не выдержав, я прикрикнул, и уже в следующую секунду на меня было обращено две удивлённые пары глаз. Кажется, у парня даже задёргалась венка на шее от такого неожиданного возгласа, ну, а Эмма лишь принялась тихонько посмеиваться, не сводя глаз с лица возмущённого Малика. — Если тебя так парит мой внешний вид в половину первого ночи, то закрой руками глаза и жди, пока я уйду в спальню. А Барнетт, уж поверь, далеко насрать на то, как я выгляжу. Собственно, как и мне самому. Толкнув речь, Зейн как ни в чем не бывало продолжил копаться в нижнем отделении: — Тоже мне, благородная девица в кружевных панталонах, — бурча, Малик никак не унимался. — Был бы такой правильный, не спал бы сейчас в моей квартире, а храпел бы под мышку со своей белобрысой подопечной. Не знаю, на что он рассчитывал, и в каком свете хотел выставить меня перед Эммой, но ему однозначно удалось завоевать её внимание и расположение в данной ситуации. Она едва сдерживала смех, смущённо косясь на меня и как бы подтверждая слова Зейна рассеянным взглядом в мою сторону. — Заправь свою постельку и укладывайся обратно. А мы ушли, — парень подхватил белье и двинулся из комнаты, в то время как я мысленно обдумывал про себя, куда именно он решил определить Барнетт. Эмма непонимающе глянула на Малика, все так же удерживая руки в карманах брюк, и неуверенно потопала за ним, пожелав мне напоследок спокойной ночи. Когда я увидел, что Зейн направился в свою спальню, во мне что-то переклинило, и уже через считанные секунды я был в его дверном проёме. — Ну что опять я не так сделал? — устало сбросив одеяло на матрас, он развёл руками в стороны. Барнетт же, оперевшись о стену, устало выдохнула — наверное, я действительно замучал их всех, но я же не для своего блага стараюсь. Хотя… Некоторое время спустя — Хорошо лежим. — Зейн, не начинай, — я натянул одеяло до груди и приподнялся к изголовью. Рядом со мной, на другой половине широкой кровати, гневно посапывал Малик, скрестивши руки на груди. Я понимаю, что спать с другом не так приятно, как с подругой, но увы. — Ты уверен, что не захочешь под утро изменить Луизе со мной? — издёвка в его голосе подстегивала мое неустойчивое состояние, и я с трудом сдерживал свой язык. — Я что, похож на гея? — Есть немного. Его слова пришлось расценить, как неудачную шутку — хитрая злорадная полуулыбка и игривая интонация позволяли не принимать это всерьёз. — Да иди ты. На какое-то время наша болтовня стихла, и даже было слышно тикание антикварных часов в прихожей, но вот только продлить эту тишину и уснуть мирным сном нам не удалось. А точнее, Зейн в очередной раз счёл своим долгом поддеть меня и отпустить едкий комментарий, когда я, укладываясь поудобнее, нечаянно набрел своей ногой на его кости. — Может ты все-таки оденешься? А то вдруг у тебя ночью на меня встанет. Неловко будет, — он взбил руками подушку и улёгся лицом ко мне, нахально щурясь. — Ты не в моем вкусе. Слишком тощий и болтливый. И вообще, долго ты будешь подбрехивать? Мои слова, кажется, доходили до Малика дольше положенного, потому что среагировал парень всего лишь через пару минут. Видимо, вопрос требовал тщательного размышления и взвешенного решения. — А че тебе на диване не спалось? Вот только мужика мне в кровати не хватало, — его реакция была ожидаемой, потому что, понятное дело, коротать ночь с хрупкой девушкой, которая займёт от силы четверть кровати, в разы приятнее, нежели с двухметровым мной. — А ты бы спал с Эммой?! — надеюсь, она не слышит нашего глуповатого диалога. — А ты ревнуешь что ли? — Зейн, подобно невинному ребёнку, подложил ладони под щеку и теперь говорил на полтона тише. — Она мне такой же друг, как и ты, если уж на то пошло. Да и вообще, с чего такие волнения, а? Я немного помедлил с ответом и, собрав в руках края одеяла, устроился на краю скрипучего матраса. Господи, сколько же всего повидала эта постель. — Просто это было бы неправильно. Наверное, — я озвучил это едва слышно в надежде, что Зейн уже отключился и меня не услышит. — Неправильно, Гарри, то, что ты изо всех сил стараешься быть ей приятелем, а на деле уже давно влюбился, — после его слов прошла минута. Две. А он не продолжал. Хорошую ноту ты выбрал, парень, чтобы закончить разговор.

***

Наутро мне пришлось встать нескольким раньше остальных, так как сон не клеился ни в течение ночи, ни сейчас. От незнания, чем занять себе в чужой квартире в половину седьмого утра, я полистал ленту в фэйсбуке, очертил небольшими шагами широкий балкон и долго, очень долго сидел в плетёном кресле с открывшимся видом на две полные нераспечатанные пачки сигарет. Соблазн зажать в губах похрустывающую бумагу и сделать пару-тройку затяжек был неоспоримо велик, но потом эти минуты слабости стоили бы мне большего. Да и пусть запах табака будет приятен исключительно сегодня, но кто даёт гарантию, что я не поднесу зажигалку к лицу завтра? Эта затея казалась привлекательной лишь в первые минуты, но потом она сделалась столь же безразличной, как и мысль о продолжении беседы с Маликом. Возможно, он ляпнул вчера, не подумав, или из вредности, но остался какой-то осадок от им сказанного. Дабы пресечь все догадки и домыслы, я решил, что будет лучше, если от моего бодрствования будет хоть какая-то польза. Оказавшись на просторной светлой кухне, которой, до сих пор помню, когда-то заправляла миссис Малик, я принялся как можно тише осматривать содержимое холодильника и шкафчиков. Ничего съедобного или хотя бы похожего на еду, ясное дело, у Зейна не было — его перекусы и ужины в забегаловках когда-нибудь точно скажутся на его желудке. Но зато мне удалось откопать макароны с ещё не истёкшим сроком годности и банку томатной пасты. Думаю, и из этого можно сообразить что-нибудь. К моменту, когда большая пиала уже пестрела ярко окрашенной в красный пастой, на кухню подтянулись друг за другом только пробудившиеся Эмма с Зейном. — Я думал, мы позавтракаем в кафе, — парень лениво уселся на один из свободных стульев и недоверчиво заглянул в высокую тарелку, — ну под пару сигарет и это будет неплохо. Он потянулся к стоящей на столе пепельнице. Мне же пришлось негромко кашлянуть и обратить внимание Зейна на Барнетт, которая задержалась в прихожей. Малик сначала непонимающе пожал плечами, но после все же отложил сигареты в сторону. — Давно ты таким порядочным стал? За столом не куришь, и мне не даёшь, завтраки готовишь, монашкой по ночам притворяешься. Какая первокурсница тебя покусала, Стайлс? И первокурсница ли? — парень вальяжно откинулся на спинке и зачем-то глянул в сторону дверного проёма. — Надо поговорить. — Мы поговорим с тобой, только, пожалуйста, помолчи сейчас. Мне больше всего не хотелось, чтобы Эмма вклинивалась в разговор или даже слышала его. — Да не со мной, а с Лу, — наложив ложкой себе некоторое количество клейкой пасты, Зейн поднёс первую вилку к губам. — Если боишься, что она заколет тебя своей пилочкой для ногтей или обольёт тональным кремом, то так уж и быть я постою за дверью, — он начал неторопливо пожёвывать, и было видно, по скривившемуся лицу, что завтрак не удался. — Все, прекрати. Дабы он и далее не распускал язык и не взболтнул лишнего, я показательно отвернул голову в сторону вошедшей Эммы. Выглядела она несколько непривычно, но все равно довольно привлекательно для девушки, недавно поднявшейся с кровати. В чёрной мужской футболке, которую для сна дал ей вчера Зейн, и бесформенных шортах, опускавшихся ей по колено, её внешний вид не остался без нашего внимания. — Доброе утро, — опустившись на стул и поджав одну ногу под себя, Эмма не без улыбки оглядела каждого из нас. Мы, в свою очередь, кивнули ей в ответ и уткнулись кто куда. Парень, дабы не поддаться искушению и не озвучить очередные мысли, пялился в окно и время от времени скрёб прибором по посуде. Мне же этот завтрак дался тяжелее всех, так как осознание настигнувших реалий и трудности ситуации потопили меня безвозвратно. Спасибо тебе, Зейн Малик.