For a one night?

POV Emma — Выходи давай уже! Может тебя прижало, и уже невтерпёж, — Зейн пнул меня коленом под партой и указал на выход. — Как я с сумкой пойду в туалет?! — удерживая в руках свои вещи, я глядела на преподавателя и ждала, когда он уже займётся своими бумажками и отвлечется хоть на минуту. — Ты девчонка, может у тебя там прокладки лежат или ещё что. — Можно было ещё громче об этом сказать? Наши словесные дебаты завершились редким смехом в аудитории, и теперь мне уже самой захотелось поскорее уйти. Еще задолго до пары мы с Зейном договорились свалить через минут двадцать после ее начала, чтобы успеть на вокзал к приезду моей сестры. Причём тут Зейн? Бэт — не единственная моя племянница, двадцатилетняя Клодетт — старшая дочь в их семье. Несложно догадаться, что причина рвения Зейна отнюдь не желание составить мне компанию. Все разы, когда Клодетт приезжала сюда, Малик старался почаще наведываться ко мне в гости. Нельзя сказать, что она нравилась ему, скорее, ему было интересно с ней, не знаю, в физическом плане или ментальном, но им было интересно друг с другом, по крайней мере, ему точно. Я много раз спрашивала ее, почему Зейн не приезжает к ней хоть иногда, на что я слышу в ответ одну и ту же фразу: «Мне сейчас не до этого». Я поднялась со своего места и как можно непринуждённее прошагала к двери. Преподаватель метнул в мою сторону вопросительный взгляд, но не стал заострять внимания и вернулся к черчению на доске. Я не хотела заработать очередной пропуск, поэтому мне было на руку, что староста уже всех отметил, а преподаватель черканул подпись в журнале задолго перед моим уходом. Покинув аудиторию, я прошла в рекреацию и теперь дожидалась Зейна. Он не заставил себя ждать и уже через пару минут показался в дверях. — Прежде чем мы пойдём, мне реально надо отлить, — Зейн отдал мне свой потрёпанный рюкзак и ушёл в уборную. По возвращении он застегивал ширинку прямо на ходу, и эта выходка заставила меня скорчиться. — Не самое приятное зрелище. Ты хоть руки помыл? — На, — Зейн встряхнул ладонью на пол, демонстрируя мокрые руки, — будешь убеждаться, что это вода? Я отрицательно мотнула головой и вернула ему рюкзак. Мы в скором темпе покинули вуз и дождались своего автобуса. Зейну было настолько невтерпеж, что он предложил вызвать такси, но это была уже излишняя мера, так как мы успевали к прибытию поезда. Заняв сидячие места в автобусе, каждый из нас уткнулся в экран телефона. Малик принялся строчить кому-то в усиленном темпе, разведя ноги в стороны и уперевшись локтями в колени. Я же решила отправить коротенькое сообщение Гарри. На самом деле, мне не стоило отвлекать его, но я не удержалась, мне необходимо знать, что у него все хорошо. Когда дело касается длительных поездок на автомобиле, у меня всегда двоякие чувства на этот счет и навязчивые неприятные мысли. Сегодняшней ночью Стайлс уехал в Норфолк вместе с отцом и вернется только утром. Малик и Луи в один голос твердили, что мне надо было напроситься третьей, но это для меня слишком, тем более мне эта поездка была уж точно без надобности. Гарри не знал о том, что сегодня снова придет Бетти — в прошлый раз они неплохо поладили. Меня всегда радовало то, что близкие мне люди находят общий язык и мы собираемся в одну большую компанию. Когда наша остановка приближалась, я окликнула Зейна, и тот вгляделся в окно: — Еще километр ехать, рано, — тем не менее, парень убрал телефон и забросил рюкзак на спину, — ладно, пошли. Зейн встал у дверей, облокотившись спиной о поручень, и наблюдал за дорогой через лобовое стекло. Я выходила из автобуса следом за ним и только сейчас присмотрелась к его задним карманам джинс. Они не были скрыты за футболкой, так как та была заправлена, и поэтому их содержимое хорошо просматривалось по контурам. Из левого кармана почти наполовину выпирал телефон, правый же очень сомнительно шуршал. Я пригляделась повнимательнее, чуть ли не щурясь, и расслаблено выдохнула, когда поняла, что это были всего лишь сигареты. Просто меня настораживало то, как сильно Зейн рвался к Клодетт, опережая меня. Я сравнялась с ним шагом и не отставала более, иначе со стороны выглядело, словно меня заставили сюда приехать из-под палки. — Успеваем-успеваем! — Зейн косо взглянул на меня и резко набрал скорость. — Вон они идут! Уже даже не на перроне. И правда, навстречу нам шли трое, держась друг за дружку, и первой нас заметила, конечно, Бэтти. Она отцепилась от мамы и побежала прямо в мои объятия. Я раскинула руки в стороны и крепко прижалась к племяннице, сцепив ладони за ее спиной. — Как я скучала по своей старушке, — Бэт сильнее сжимала меня в объятиях, буквально поглощая собой. Она не сразу переключила свое внимание на парня рядом, и лишь скромно помахала ему рукой, когда мы закончили обниматься. Зейн же тоже не сильно зацикливался на ком-то кроме Клодетт и беседовал с ней вовсю, отведя немного поодаль от остальных. Краем глаза я наблюдала за ними и тем, как сильно они сдерживали самих себя, чтобы не засмеяться во весь голос. Сестра передала мне сумку Элизабет, мы в спешке расспросили друг друга о насущном, и она вернулась в вагон, так как ей предстоял ещё час пути. Зейн и я в компании девушек покинули вокзал, далее Малик яро отказывался идти на остановку. Клодетт и Элизабет — в особенности последняя — похвалили «инициативного парня» и уселись на скамью неподалёку. Когда автомобиль приехал, Зейн, впервые в своей жизни, сродни джентльмену, взял сумки. Правда пронёс он их недолго — всего лишь до багажника и потом до квартиры. Девочки сильно удивились, когда не увидели знакомых окрестностей и дома со скрипящими ручками. Я никому не говорила о том, что съехала от Хоруэлла, поэтому для них стало удивлением мое нынешнее место жительства. Им, безусловно, очень понравилось то, что они видели: просторные комнаты, панорамные окна с жалюзи, относительно новая мебель. Это, по их мнению, был отличный вариант для «холостячки». Клодетт с сожалением посочувствовала мне, узнав о расставании с Грэгом, но она знала его недостаточно для того, чтобы понять, что моральная поддержка излишняя. Зейн только успевал усмехаться в моменты, когда меня ободряюще похлопывали по плечу или убеждали, что все наладится. Да, этот засранец едва сдерживал свой рот на замке. — Ты останешься на чай, или у тебя дела? — Останется, — и хотя я зала вопрос Зейну, ответ прозвучал из уст Клодетт, которая стояла позади сидящего парня, держась за его плечи. Малик самодовольно улыбался, подымая голову вверх время от времени и встречаясь взглядом с девушкой. — Бэт тебе поможет с чаем, — Клодетт подмигнула сестре, и та неохотно поднялась с дивана. — Только громко не целуйтесь. Тут дети, — Элизабет бросила колкую фразу в ответ, за что в неё прилетело близлежащей мягкой игрушкой. Я, вроде, должна бы поругать ее за такие слова, но вместо этого дала девчонке пять. Бэтти попросила меня не торопиться с чаем и дать этим двоим выплеснуть свои гормоны. Не став спорить, я села на стул рядом с ней и придвинула к ней вазу с фруктами: — Погрызи чего-нибудь если хочешь. Вообще, по-хорошему, вас надо покормить, но лучше закажем что-то, так как у меня в холодильнике пустота. — Ты чем питаешься? Такое ощущение, что тебя вообще дома не бывает. Там даже цветы уже на гербарий похожи. От кого, кстати? — племянница кокетливо подперла ладошкой лицо и хитро прищурилась? — Извинения от того болвана? Не знаю, что он сделал, но ни в коем случае не прощай его. Зачем он вообще тебе сдался? Бэт и без меня хорошо развивала диалог, пусть и сама с собой, я лишь успевала одергивать ее, чтобы она не сказала лишнего. Заговорившись, мы едва вспомнили про то, что нас, маловероятно, но все же ждут. Она взяла чашки, а я заварочный чайник. Наше появление в комнате было громким — Бэт дала знать о себе, громко прочистив горло. Клодетт и Малик вели себя более чем достойно, спокойно общаясь друг с другом. Я поставила чашки на столик и предложила каждому обслужить себя самостоятельно. Чай остался нетронутым. — Эмма, а где мы будем спать? — Клодетт переключила внимание на меня, почти незаметно пощипывая Зейна за руку. Я уже заранее знала, что она хочет услышать, но мне придется ее разочаровать. — Ты и Бэт ляжете в спальне, а я на диване. — Ты уверена, что места хватает? — голос Клодеттт стал более настойчивым. — Просто, если вдруг… — Эмма, пусть она сваливает, — Бэтти придвинулась ближе ко мне и закинула ногу на ногу, при этом откинувшись на спинку, — я не скажу маме, что ты спишь с парнями, — во время выдержанной девушкой паузы каждый сидящий в комнате удивленно вскинул брови вверх, — в одной квартире, имеется в виду. Да, это было слишком, но, черт, как же мне нравилось, что она буквально озвучивает за меня мои мысли. Я ни в коем случае не поощряла ее поведение, да и Элизабет сама понимала, что где-то перегибала палку, но мы оставались лояльны друг к другу. У меня нет таких доверительных отношений с Клодетт, как с младшей племянницей, но тем не менее я делала вид, словно могу претендовать на то, чтобы мои слова были услышаны. Когда «чаепитие» подошло к концу, Зейн и Клодетт, как и ожидалось, ушли вдвоем под обоюдное недовольство моим ханжеством. Я уже догадалась, что ее можно не ждать до завтрашнего утра. Заранее пригрозив Малику, я сказала ему, что буду звонить вплоть до того момента, пока не усну сама. На мои эмоциональные реплики он реагировал лишь короткими спешными кивками, так как ноги уже сами несли его куда-то. — Она в поезде с ним переписывалась. Лучше бы я не заглядывала в ее телефон, — Бэтти вернулась на кухню вместе со мной, драматично придерживая ладонь у виска. — Совсем все плохо? — Отвратительно, Эмма, — она с отвращением посмотрела на меня, — у тебя кроме Гарри вообще нормальных друзей нет? Кстати как у него дела? Мы увидимся ещё раз? Я пожала плечами и отвернулась к плите, дабы не навевать сомнения своей несдерживаемой улыбкой. Элизабет не унималась, поэтому я что-то буркнула ей, и ответ ее удовлетворил, больше этого вопроса она не задавала. Мы в очередной раз попили чай, пока дожидались доставки еды, потом недолгий ужин — и время уже близилось к ночи. Мы провели весь вечер за разговорами, и совсем неожиданно выяснилось, что Элизабет звонила Грэгу недавно. Она хотела узнать что-то про меня, чтобы сделать приятное, но, как теперь рассказала племянница, он просто-напросто положил трубку. — Я думала он как всегда сонный у тебя, поэтому и не подумала ничего плохого. Во всяком случае, подарок накрылся — маме понадобились деньги до зарплаты, пришлось выворачивать карманы. — В следующий раз звони мне, если что-то будет нужно, даже если мама будет возмущаться. Мы с ней потом разберёмся, — в процессе разговора я стелила Элизабет на диване, так как она не захотела спать в комнате без телевизора. — Да не критично же, просто немного не рассчитали с расходами, — Бэт подтянула пижамные штаны и забралась на простыни. — Так все-таки, что у вас произошло с ним? Ты сама его бросила, надеюсь? — Когда ты станешь чуть постарше, я расскажу тебе, чтобы это послужило не только историей, но и уроком. Девушка согласилась и окончательно улеглась, забравшись под одеяло. Когда я оставила ее одну в гостиной и ушла в свою спальню, я услышала как тут же включишься телевизор, а дверь моей комнаты закрылась. «Гости гостями, а личное пространство превыше всего» — последнее, что я услышала, и мне было чертовски приятно, что Бэт сделала такой шаг в мою сторону. Я так же не стала беспокоить ее более и поудобнее устроилась в постели. Сон склеился довольно быстро — наверное, сказалась утомительная компания. Я настолько глубоко погрузилась в дрему, что не сразу услышала, что в мою дверь настойчиво тарабанили. Придя в себя, я быстро приподнялась на кровати и крикнула Бэт, что та может войти. — Там в дверь звонят, мне открыть? — Бэт, полусонная, заглянула ко мне в спальню. — Ох, черт, — я мысленно сетовала на то, что сон оборвался таким глупым поводом, но тем не менее встала с кровати и пошла в прихожую. Элизабет наблюдала, стоя поодаль, в то время как я открывала многочисленные замки. Открыв дверь, в проеме я увидела Гарри. Моя реакция была быстрой для сонного человека, но я тут же выбежала за порог, босиком, и закрыла дверь. Стайлс удивлённо смотрел на меня, удерживая в руках полную розу с почти метровым стеблем. Босиком было стоять не очень комфортно и я поднялась на носочки, в парне же наконец появился дар речи: — Думал, приеду, сделаю сюрприз, — он удивлённо осмотрел меня с ног до головы и покосился на дверь, — а тут, похоже, сюрприз ждет меня. Ты скрываешь там китайскую мафию или просто решила похлопать дверьми посреди ночи? Видно было, что Гарри немного негодовал, в голове уже надумав всего, чего можно, но я тут же развеяла все его гадкие мысли. — Там Бэт. Она приехала сегодня. Моя племянница, если помнишь. Я не хочу, чтобы она раньше времени знала что-то. Прости, но я тебя не пущу сегодня, — я сделала два шага навстречу к нему и облокотилась о его тело, уткнувшись губами в шею. — Но она очень хочет тебя увидеть. — Я тоже буду рад увидеться, — Гарри обнял меня и прижал к себе крепче, аккуратно удерживая розу большим и указательным пальцем. — Завтра напиши утром, приеду и где-нибудь отдохнём втроём, а сейчас иди и не мёрзни. Гарри надавил на ручку двери и отошёл в сторону, пропуская меня. Он оставил розу у себя, за что ему большое спасибо. Я попросила его написать по возвращению домой, и после этого мы попрощались. У Элизабет, как ни странно, не возникло лишних вопросов, и она молча ушла обратно на диван. — Однако, это — лучшее, что могло с тобой случится, Эмма. Ее голос прозвучал мне в след, и девушка выключила телевизор, отвернувшись к спинке дивана.