Семен Семеныч!

      Как же я был рад, когда настало время обеденного обхода! Я ничего не хочу дурного сказать про Альфис, но она не совсем худая и не очень умная. Проще говоря, она полная дура. Ну кто будет считать, что в детских мультиках отображена реальная история человечества, особенно в аниме?! (приношу свои извинения всем любителям этой ветви японской культуры)       Еле вырвавшись от Альфис, я решил еще раз обойти свои «владения». Но стоило мне только ступить на раскаленную землю Хотленда, как тут же мне под ноги метнулось что-то белое.       — Ух ты, Надоедливый Пес! — удивился я, — Что-то я тебя в последнее время не видел, чудо ты лохматое.       «Лохматое чудо» не отреагировало на мои слова: он схватил меня за штанину и начал дергать в сторону Вотерфолла, приглашая следовать за мной. Я насторожился:       — Что-то случилось, песик? Куда ты меня тянешь?       В ответ пес лишь зарычал и стал сильнее дергать мою штанину. Я забеспокоился еще сильнее:       — Хорошо, веди, — пес отпустил мои джинсы и затрусил в Вотерфолл. Я последовал за ним.       Мы шли долго. Наконец мы добрались до той части Вотерфолла, где идет дождь. Хорошо, что добрые люди поставили перед ней подставку с зонтиками, а то бы я весь вымок до последней ниточки. А учитывая, что я направляюсь в Сноудин, это было бы нежелательно. Фух, наконец-то мы вышли из зоны тропических ливней!       Надоедливый Пес продолжал бежать впереди меня, иногда останавливаясь, чтобы подождать меня. Мы шли все дальше и дальше… но вдруг мой проводник остановился и начал прыгать и бешено лаять на статую какого-то чела, закутанного в плащ. Ну, учитывая, что потолок над этой статуей дырявый и на него льется вода, не удивительно, что бедняга в плаще. Даже несмотря на то, что это всего лишь каменная статуя, мне стало ее жалко. Я достал уже ненужный мне зонт и раскрыл его над статуей. Между рук этого чувака было достаточно пространства, чтобы вставить туда ручку зонта, что я и сделал. Вдруг пещеру заполнила милая и чарующая мелодия. «Та-та-та та-а, та-ра та» пели камни под аккомпанемент капель воды, ударяющихся об зонтик. Песик перестал кидаться на статую и снова потащил мою штанину в сторону. Я последовал за ним, на последок помахав статуе рукой.       Я без понятия, в какую глушь завел меня этот Сусанин-герой. Этого места не было на той карте, что выдал мне Догго, и как отсюда выбраться, я не знал. А мой поводырь все так же трусцой бежал впереди меня, так что единственное, что мне оставалось, это идти за ним. Он свернул вправо, нырнув под какую-то арку. Она была довольно маленькой, так что пришлось становится на карачки и таким макаром пролезать под ней. Слава богу, та комната, что была за ней, оказалась с более высокими потолками, так что я смог выпрямиться. Правда, все равно моя макушка доставала до потолка.       Эта комната была пустой, не считая старого пианино и Надоедливого Пса, крутящегося рядом с ним.       — А теперь чего? — спрашиваю его, — На пианино колыбельную тебе сыграть?       Пес утвердительно тявкнул. Я ошалело уставился на него:       — Чего?! И ты притащил меня сюда для того, чтобы послушать музыку в моем исполнении??!! Ты издеваешься?!       Пес обиженно тяфкнул, словно сетуя на то, что я не понимаю элементарных вещей.       — Знаешь, я не Моцарт, на фортепиано учился играть всего два года, потом бросил, — предупредил я, — так что если не понравится, не обессудь.       Я сел за фортепьяно и уставился на клавиши.       — Ну, чего тебе сыграть? — спросил я с пса, — полонез Огинского? Танец маленьких утят?       Он мотнул головой и вновь разразился заливистым лаем. Как там, у статуи…       Ты что, хочешь, чтобы я сыграл тебе ту мелодию, что была возле статуи?       Утвердительное тяфканье. Я почесал затылок:       — Нда… и как я тебе сыграю ее? Я же даже нот той мелодии не знаю… На слух, что ли?       Я попытался вспомнить ту мелодию. Вы когда-нибудь пытались на слух повторить мелодию на пианино? И не пробуйте. Это настоящий ад, особенно с моим «музыкальным» слухом. Я промучился полчаса, пока нашел ноты из первой фразы. К счастью, этой фразы оказалось достаточно: как только я сыграл ее целиком, послышался шум. Я поднял глаза от черно-белых клавиш и обнаружил проход в стене, возле которого вертелся Надоедливый Пес.       — Так вот к чему ты меня вел, — усмехнулся я и полез в этот проход вслед за радостным псом. Там оказалась еще одна комната, в которой стоял мраморный постамент, на котором возлежал какой-то шар, диаметром примерно в двадцать сантиметров. К постаменту была прикреплена какая-то металлическая пластинка, на которой было что-то написано, но из-за пыли было не разобрать, что именно. Я протер ее рукавом своего многострадального пальто и прочел:

Легендарный артефакт

Открывает доступ к режиму «разработчик» для поиска и исправлений ошибок системы и неполадок. Может создать связь с миром игрока и другими параллельными и перпендикулярными мирами.       Может быть использован только самим разработчиком и/или выбранным им игроком. Размер можно регулировать.       Ценный прибор. Беречь от дебилов. Не использовать на морозе.       Для кого я это пишу? Все равно никто в этом мире этим артефактом воспользоваться не сможет

      — Хм, — я потянулся к шару, — легендарный артефакт, значит? Может, он меня вернет обратно домой? — я осмотрел его со всех сторон, — А… инструкция к нему не прилагается?! Вы серьезно?! И как его активировать?       Шарик как будто ждал этого вопроса: он подскочил вверх над моей рукой и завис, освещая комнату яркими неоновыми цветами.       — Прикольно, — хмыкнул я, — его, оказывается, еще можно использовать как диско-шар.       Такое предложение ему не понравилось: он сразу потух и, съежившись, рухнул мне в ладонь. Теперь его диаметр уменьшился в четыре раза, так что он вполне мог уместиться в моем кармане, куда я его и сунул, решив разобраться с ним потом.       — Ну, — я обернулся к Надоедливому Псу, который тут же радостно завилял хвостом, — завел меня сюда, теперь выводи. Мне, знаешь ли, в Сноудин надо, а то Папс мне башку открутит. И чем скорее, тем лучше. Понял?       А в ответ лишь радостное тяфканье.

***

      К моему удивлению, до деревни мы добрались достаточно быстро. И, как я и ожидал, там меня встретил очень злой Папайрус:       — Семен! — заорал он, увидев меня, — Мне Альфис три часа назад сообщила, что ты ушел от нее в Сноудин. И где, позволь спросить, тебя черти носили все эти три часа?!       — Ну, что делать, — развел я руками, принимая самый невинный вид, — заблудился, с кем не бывает. Хорошо еще Надоедливый Пес нашел меня и вывел, а то б я там до ночи бродил.       Папайрус смерил меня презрительным взглядом и уже более спокойным голосом спросил:       — Ну, как дежурство? Никаких нарушений не заметил? Людей не видел?       — Нет, — я покачал головой, — тишь да гладь да Божья благодать.       — Ясно, — Папайрус казался недовольным этим ответом, — где же может прятаться тот человек? Точно не в Руинах, иначе Альфис сообщила бы мне, что человек прошел туда. Если конечно, она не в сговоре с ним.       — Бездоказуемо, дорогой профессор, бездоказуемо, — ответил я ему фразой Шерлока Холмса.       — Это еще почему? — уставился на меня рослый скелет.       — У тебя нет доказательств этого, да и вряд ли ты их найдешь, — пояснил я, — скорее всего, человек еще здесь, но ведет себя осмотрительно, — да, помогаю ловить самого себя, — наверное, прячется где-нибудь.       — И как ты думаешь, где? — насмешливо поинтересовался Папс, однако было очевидно, что ему интересно мое мнение.       — Ну, если бы я был на его месте, — да я и так на его месте, — то я бы постарался бы спрятаться там, где меня, скорее всего не будут искать. Впрочем, это логично. Может, он поселится в каком-нибудь пустующем доме… или… — у меня чуть с языка не слетело «замаскируется под монстра», но я вовремя удержался.       — Или где? — прищурился Папс.       — Или еще где-нибудь, — пожал я плечами, — знаешь, пока этот человек ни на кого не напал, меня он мало волнует. Лучше не будить лихо, пока оно тихо. Извини, я с этими блужданиями совсем оголодал — ты не будешь против, если я перекушу у Гриллби?       — Да что вам всем так нравится эта дыра? — возмутился Папайрус.       — Да то, что там можно поесть, не заморачиваясь, — ответил я и упругим шагом направился к бару.