Bittersweet

Соболий мех не обогреет ног И моя ложь становится банальной Ты не успел, но понял мою суть И что ж? Ты угадал, хотя бы и случайно (с) А.Ахматова

Сцепив пальцы в замок и опершись о них подбородком, Сашка вполуха слушала преподавателя, что-то требующего от сонных студентов, которым совершенно не улыбалась четвертая по счету пара, оказавшаяся английским. Идея вырубиться пересиливала все остальные, мозг не желал внимать занудной речи, требуя отдыха. Готовая вставлять в глаза спички и глушить энергетики девушка нахмурилась, упорно прокручивая в сознании случившееся и пытаясь решить, что ей делать дальше. Эдик, как и требовалось от него, передал одногруппнице материалы еще после второй ленты, когда таки соизволил притащить свою протрезвевшую тушку в альма-матер. Поинтересовавшись у друга тем, насколько продуктивно прошла его ночь, Сашка поблагодарила начинающего алкоголика, пообещав проставиться, когда получит развод. Она сильно надеялась, что это сработает. Конечно, как и положено, у нее был еще минимум один запасной план, и тоже с участием друзей. Но все же… его применять, честно говоря, не сильно хотелось. Нет, супруга жаль не было, но под раздачу попасть могла и она сама. Буркнув в ответ на вопрос семинариста любимое и заезженное всеми, кому не лень, «ай донт ноу», даже не пытаясь понять, что мужчина от нее хотел, Сашка с тоской бросила взгляд на электронные часы, отображающиеся на дисплее ноутбука. Вещи уже были собраны, горло замотано шарфом – оставалось только закинуть в сумку технику и забрать в гардеробе шубку: она намеревалась слинять во время перерыва. Во-первых, Ёсе, как называли за глаза сухонького Иосифа Зигмундовича студенты, может придти в голову еще не раз спросить молчаливую девицу, которая не готовилась к занятию, во-вторых, она непередаваемо устала и хочет спать. Хотя, нет. Судя по тому, что внутри бушует нетерпение, уснуть не выйдет до тех пор, пока наследница многомиллионного состояния не узрит на лице мужа ужас и желание разорвать их брак. И, она надеялась, что этот момент наступит очень скоро. Выворачивая с университетской парковки и сдавленно матерясь на слабоумного, поставившего свою развалюху вплотную к ее транспорту, Сашка увеличила громкость случайно выбранной радиостанции, наполняя салон бодрой иностранной песенкой и подпевая несуществующими словами из разряда «как слышу, так и пою». Может, хоть так за рулем не будет носом клевать. К сожалению, это был финальный повтор припева, после которого динамичный мотив сменился чем-то лиричным и смутно знакомым. Полминуты потребовалось на то, чтобы идентифицировать исполнителя и стиснуть зубы: именно под его трек она вчера изображала из себя восточную обольстительницу. Ну, правильно, полдня провела спокойно – хватит. Теперь, пожалуйста, вспомни все в красках и «похвали» себя. Кстати, надо будет хоть видео просмотреть, чисто с профессиональной целью. На наличие косяков. Тем более, там все равно нет ничего особо интересного. До высокорейтинговых сцен они не дошли; правда, что-то подсказывало девушке, что благодарить нужно было вовремя проснувшиеся зачатки разума. Потому, что распаленная местью, идея которой так ровно и легко воплощалась в жизнь, танцовщица едва не потеряла контроль над собой, желая получить как можно более подробные доказательства. Опомниться ей удалось лишь в момент, когда она подловила себя на том, что уже сама прижимается к собственному супругу, послушно выгибаясь в его руках. Нет, улетевшая к чертям рубашка входила в ее планы, но расстегнутый и внезапно оказавшийся лишним лиф немного выходил за рамки требующегося. Какого черта ее тело так реагирует на него, когда должно быть совершенно равнодушно - ведь она сама ненавидит человека, что сейчас умудряется одними поцелуями довести ее до сумасшествия. Прекрасно вжилась в роль, надо признать. «Оскара» вручать пора. Фотографии и видео получатся шикарными. Нет, мучить себя всем этим Сашка не собиралась, и это ничего не поменяет, просто, когда что-то выбивалось из составленной схемы, она начинала нервничать. Привыкшая жить по четкому графику, получающая внезапное поле для импровизации она терялась. Несмотря на творческую часть своей натуры, в первый момент она выглядела беспомощным и оттого обозленным на весь мир ребенком. Конечно, чуть позже, найдет, куда приложить эти внеплановые обстоятельства с наибольшей выгодой. Но конкретно сейчас, злясь на такую подлянку от собственного тела, могла только генерировать планы мести один за другим и мысленно подвергать супруга все новым и новым пыткам. Как же она его ненавидела! С силой сомкнув пальцы на кожаной обивке руля, так, что побелели костяшки, Воронцова завернула на вымощенную камнем дорогу, сбавляя скорость и притормаживая в ожидании, когда массивные железные ворота, выкрашенные в темно-синий цвет, наконец, разъедутся, позволяя хозяйке вкатить машину внутрь. Охрана работала, как всегда, оперативно. Будет прекрасно, если и кухарка уже успела приготовить обед, чтобы не доводить её желудок до гастрита.

***

Кирилл вдумчиво изучал документы, полученные час назад, сводя брови к переносице и подслеповато щурясь: зрение не то что бы совсем сравнялось с плинтусом, но уже откровенно халтурило. Или здесь и впрямь закралась ошибка? Яркое пятно монитора в темноте спальни резало по глазам: блондин и не заметил, как за окном день сменился вечером – зимой вообще смеркается рано. За это он и не любил холодное время года. Цифры на экране плясали, не желая выстраиваться ровными четкими рядами, буквы потихоньку порывались последовать их примеру. Кривые на графиках перетекали в творения художников-абстракционистов. Мозг сигнализировал о необходимости перерыва, желудок вторил ему, выводя рулады и закручиваясь в узел. Пожалуй, стоило отправить внутрь что-то существеннее утренней чашки кофе. Только сейчас, стянув очки и помассировав переносицу, парень осознал, что непередаваемо голоден. И, самое веселое заключалось в том, что у него осталось меньше недели на то, чтобы насытиться: потом они, наконец, переедут в квартиру, и, что-то ему подсказывало, что там он совсем отбросит коньки. Вряд ли супруга станет борщи варить, да картошечку запекать. Скорее предложит ему цианида. Хотя, гуманные смерти не в ее духе. Так что, оставит на произвол судьбы, наблюдая за тем, как он будет хиреть и чахнуть. Вот ведь… хозяюшка. Словно в ответ на столь воодушевляющие мысли тяжелая дубовая дверь резко отворилась, ударившись о стену. Носа коснулись ароматы жареных грибов, тушеного мяса и пирожков с капустой: кажется, Галина сегодня в хорошем расположении духа. Желудок, который неожиданно раздразнили, усилил свои требования. Но его никто не желал слушать, ибо мозг был занят анализом поступившей от зрительного органа информации: на пороге стояла донельзя довольная собой благоверная, держащая руки за спиной. Серые глаза сверкали в предвкушении, наспех натянутая домашняя майка сползла с одного плеча, из вязаного теплого носка проглядывал ноготь большого пальца, выкрашенный ярко-зеленым лаком. Но хозяйку особняка мало заботил ее внешний вид. Здраво рассудив, что дом ее, в чем хочет, в том и ходит, она моментально определила местонахождение искомого объекта, который, едва удостоив ее взглядом, вернулся к работе. - Я требую развод, - захлопнув за собой дверь, не желая ходить вокруг да около, сразу же перешла к делу Воронцова. - Это самая оригинальная причина, которую я слышал от девушки, ввалившейся в мою спальню, - оценил Кирилл, вновь отрываясь от ноутбука – пришлось согласиться с необходимостью трехминутного перерыва. Вряд ли их разговор затянется сильнее – им попросту не о чем говорить. По истечении указанного времени в ход пойдут мелкие предметы, готовые изображать из себя Боинги и соревноваться в скорости. - Вот на тех девушках и женись. Думаю, там тоже найдутся более-менее обеспеченные. А наша семейная жизнь подошла к законному концу после этого, - она швырнула конверт на кресло, всем своим видом выражая отвращение и оскорбленное самолюбие. - В противном случае, сначала материалы попадут к папе, а потом – в прессу, - расчет был стопроцентно верным: если кому-то будет недостаточно грозы, что разразится, когда родитель узрит предоставленные материалы, то уж выставленный напоказ образ неверного мужа вряд ли ему придется по душе. - Вперед, - Кирилл лениво вскрыл предложенную упаковку, пролистал карточки и так же равнодушно вернул их на место. Словно не его уличили в измене, а Ваську с пятого подъезда, для которого это было нормой. Там, скорее, стоило подозревать, если алкоголик целую неделю дома ночевал. Или же для благоверного это не впервой? Об этом она как-то не подумала. - Если ты полагаешь, что фото – результат работы с графическими редакторами, так у меня еще видео есть, - скрестив руки на груди, непреклонным тоном объявила Сашка, готовясь праздновать победу. - Думаю, Михаил Сергеевич будет только рад узреть такую близость, - хмыкнул Кирилл, с тщательно скрываемым удовольствием отмечая вытянувшееся от удивления лицо. - Прости - что? Она, признаться, не совсем поняла, о чем говорит супруг. До него не дошел смысл ее условия и компромата, или как? Кирилл отставил ноутбук в сторону и поднялся с кресла, вкрадчиво двигаясь по направлению к супруге. Та с подозрением наблюдала за его действиями, нахмурившись. Эта ситуация нравилась ей все меньше и меньше. Он выглядел так, словно что-то задумал, и это нечто однозначно готовится выйти ей боком. - Поганый из тебя конспиратор, Алекс, - обходя замершую на месте Воронцову и останавливаясь слева от нее, выдал свое мнение муж, - или же, - он чуть склонил голову, понижая голос до доверительного шепота, - мне называть тебя «Элоиза»? Стоило большого труда не подавиться собственным вдохом и сохранять спокойствие. Особенно, когда на плечи легли теплые руки, сжимая до боли. - Ты с утра ничего не принимал подозрительного? – как можно более недоуменно осведомилась Сашка, моля всех известных богов, чтобы ей удалось удержаться в рамках. Он не может ничего не знать. Не может. Скорее всего, блефует, пытается вытянуть из нее информацию, заставить проиграть. Не выйдет. У нее были прекрасные учителя. - Хотя, конечно, попытка засчитана, но провалена, - вопрос был проигнорирован; липкая паутина, завлекающая ее сейчас, как это делала она сама вчерашней ночью, плелась ниточка за ниточкой. - Одной смены внешности и голоса недостаточно. Ты этого не знала? – яд и сочувствие слились в одно, не давая возможности вычленить главенствующую составляющую. - Ты даже смогла изменить манеру речи, но об одном забыла Она не перебивала возражениями, чувствуя, что сейчас это бесполезно. Во-первых, он ее не послушает, во-вторых, кажется, она действительно где-то прокололась. Хотя, существовал другой вариант, пусть и с низкой степенью вероятности: ее могла сдать Ритка. В конце концов, он ее брат, а кровное родство сильнее, чем узы крепкой дружбы. Но все же… вряд ли подруга бы так поступила. - И чего же, по-твоему, было не достаточно? – горло все еще немного першило, отчего голос отдавал нездоровой хрипотцой. Или виновны были ощущения, возрождающие воспоминания вчерашней ночи, и эта чертова музыка, тихо-тихо играющая из динамиков ноутбука? Какого дьявола он это слушает? Вчера мало было? Широкая лямка скользнула еще ниже, повинуясь движению руки и обнажая матовый сатин верхней части бюстгальтера. - Татуировка, - после намеренного минутного молчания с целью потрепать женские нервы все же сообщил Кирилл, касаясь оголенного участка кожи, где внаглую задралась майка-алкоголичка, заставив Воронцову мысленно выругаться. Правда, неясно – на себя или на чью-то догадливость, совершенно упустив из вида действия благоверного. Отец сколько лет не замечал набитую внизу живота лилию, оплетающую крест, сделанную классе в одиннадцатом по мимолетной прихоти. А этот… Что б его! Меньше трех месяцев совместной жизни, а уже успел все изучить. Когда, спрашивается? Да он ее в неглиже-то видел от силы раза три, а на сцене Динка почти всегда ей умудрялась перекрыть рисунок красками. Неужели вчера последняя деталька прибавилась, когда она появилась почти без боди-арта, понадеявшись на вуаль и сильный макияж лица? Идиотка безголовая. Вот вам и «фейские штучки». Удача по мановению волшебной палочки? Как бы не так. Кирилл усмехнулся, видя замешательство супруги. Как он и предполагал, все сработало отлично. Надо признать, это было интересно. Оба знали, и оба дурачили друг друга. А как все спокойно начиналось-то. Он действительно увидел танцовщицу впервые в сентябре, на встрече с друзьями, еще до того визита в клуб, после которого его планы на жизнь приняли иной оборот по воле обстоятельств. Впервые его зацепила незнакомая девчонка, да так, что он всерьез задумывался о новом посещении увеселительного заведения. Да, причина была банальнее некуда: внешность. Но он обычно внимание только на это и обращал. И, наверное, ее скрытность. Не удавалось узнать совершенно ничего: ни истинного имени, ни возраста, ни хоть каких-то контактов. Она ускользала каждый раз после выступления, в гримерную к ней не пускали, пообщаться не было никакой возможности. И это лишь сильнее распаляло парня. Он сам и не заметил, как втянулся в игру «попробуй поймай». А потом тот инцидент с сестрой, который окончательно настроил против клубов, в частности, против этого. И перевернувший жизнь. Когда в ней появилась девчонка совершенно не его типа. Таких, как Александра Воронцова, он пытался избегать. Не выносил на дух, испытывал к ним отвращение, смотрел свысока. А ее постоянные противоречия и связь с Ритой, переходящая границы «женской дружбы», родили искреннюю ненависть. Он не исключал своей вины в навязанном браке – нечего было в казино сидеть, но, все же, первой кашу заварила именно Алекс, а значит, он имеет полное право на презрение. Он сам не мог сказать, когда конкретно сложил два образа и получил один-единственный. Когда заметил слишком много схожестей в Элоизэ и Александре, когда понял, что его жена и та мистическая танцовщица – одно лицо. Наверное, сначала он изучил объект своего пристального внимания, а потом уже, в совместной жизни, начал отмечать какие-то детальки, наталкивающие на мысль: как ставит ноги, как двигается, как держит голову. Татуировка, скорее всего, стала последним элементом, потребовавшим более детального вмешательства. Именно ради этого он заказал приват, давшийся с таким трудом – ее стоимость явно переоценивали, - надеялся поговорить и выявить еще какие-то одинаковые черты. И, самое интересное, что в первый момент, когда в его голову закралось подозрение о подработке супруги, ему хотелось все прекратить. Шутка ли – увлечься собственной благоверной, которую он на дух не переносит. Той, до момента освобождения от которой, считает дни и часы. А потом расчетливый ум предложил более занимательную задачку: ведь если она узнала его и, тем не менее, продолжала танцевать, значит, либо ничего не боится, либо имеет какой-то план. Последнее точно грозило пакостническими действиями в его сторону. Каким наслаждением стало бы в самый последний момент разрушить все и увидеть ее разочарованное и потрясенное лицо. О да, пожалуй, ради этого стоило не останавливаться на половине пути. Ну и, конечно, что греха таить, если все же его гипотезы не подтвердятся, он будет рад продолжить общение с танцовщицей в более неформальной обстановке. Ведь когда-то развод он получит и освободится от девчонки. А Элоизэ могла стать той самой эффектной женщиной, которую он хотел бы видеть рядом. Они неплохо развлеклись в этой игре. Надо отдать должное друг другу: им удалось скрасить два с лишним месяца за попытками одурачить соперника. Жаль, конечно, что брак таким образом разорвать бы не вышло, но хоть не скучно было. И, если он действительно неплохо изучил супругу, она на этом не остановится. А значит, игра продолжается. - К слову, если на твоем месте ночью представлять кого-либо другого, этот брак вполне можно пережить, - «добил» её Кирилл, вырывая ее из воспоминаний и терзающих мыслей. Фыркнув, она все же рванулась вперед, наконец-то ощутив себя свободной. И почти раздетой. - С тобой не поможет даже это, - возвращая лямку на законное место и поправляя вырез майки-алкоголички, Воронцова сверкнула глазами. Пообрубать бы кому-то излишне распущенные конечности, дабы неповадно было. - Прости, но вынужден скопировать Станиславского: «не верю», - Кирилл пожал плечами, возвращаясь к ноутбуку. Работа ждать не будет, особенно сейчас. Если в документах и впрямь ошибка, это может ударить по нему, и очень сильно. - Ты столь высокого мнения о себе? Жена не хотела просто и молчаливо уйти, оставив его в покое. Она явно желала перевести разговор в перепалку, но ему было не до нее. Что угодно, хоть война, но после того, как он, наконец, проверит все данные. Ему плевать на ее детские пакости, но если он потеряет работу, да еще и получит неутешительные рекомендации, которые проще назвать черным пиаром, ему потом светит только вакансия дворника. Там-то с цифрами не напортачить и не подвести все под откос. - Скорее твое тело. Хотя я тоже заниженной самооценкой не страдаю, - согласился Кирилл, всем своим видом показывая, что беседа завершена, и он не намерен с ней сейчас общаться. Шумно выдохнув и сосчитав до трех, Сашка покинула спальню, напоследок громко хлопнув дверью и надеясь, что хотя бы штукатурка осыплется где-нибудь. Этот идиот ее довел окончательно. Не получилось деликатно решить проблему? Переходим к тяжелой артиллерии. Печально, конечно, что она сама рискует от этого пострадать, но слишком велик соблазн. Она заставит его подать на развод.