Дочь Генерала (Книга Ностурне - 1)

      Туалет я покидала с осторожностью. И хотя Стаса, как и других членов команды, нигде не было видно, все равно не хотелось бы попасться. Выйдя в коридор, я подобрала юбки и побежала, чем дальше, тем лучше. Вообще-то у меня была идея переждать шумиху в какой-нибудь пустой аудитории, но мне вдруг попалась боковая лестница, и я полетела вверх. Мне почему-то казалось, что чем выше, тем безопаснее, и вскоре стало ясно, отчего так.       Этажи кончились, лестница тоже, и две последние двери, ведущие на чердак и на крышу, оказались заперты. Испытывая какую-то детскую обиду, я прислонилась к двери, ведущей на чердак, и подумала, что хорошо некоторым: им любые препятствия не помеха, а вот я стою тут и ничего поделать не могу. Странно, но эта мысль будто оказалась заклинанием, и я едва не вскрикнула, когда ощутила, что моя спина теряет опору, и я куда-то проваливаюсь. Вместо этого я всплеснула руками, пытаясь удержать равновесие, но это было не нужно – кто-то подхватил меня сзади, придерживая.       Честно, оборачиваться я боялась. Вдруг повернусь, а там кто-то страшный. Профессор Лит, например. Вот и что тогда мне делать?       - Ашья, что случилось? – услышала я вдруг знакомый голос Ностурне.       И как у него получается всегда появляться вовремя, но в самых неожиданных местах? Или я просто снова пошла туда, куда ноги несли, вот и привели меня они к нему? Надо подумать над этим, позже.       Я восстановила равновесие и обернулась. В дверном проеме стоял мой Пробивающий, скрестив руки на груди. Стоял он против света, а там, где находилась я, было довольно темно, поэтому я сощурилась, но все равно его лица не разглядела.       - Все в порядке, - на полном серьезе уверила я.       - Но почему вы не на обеде?       Я вздохнула.       - Мы с моим командиром кардинально расходимся во взглядах, и нам лучше не встречаться за трапезой, - я немного подумала, а потом добавила: - и мне кажется, что во взглядах я расхожусь со всей Школой.       Ностурне на это ничего не сказал, а только посмотрел на меня серьезно, будто решал, стоит мне поверить или нет, но на самом деле он сверялся с сигнатурами – уж я-то знала, как это работает. Потом он отошел в сторону, открывая проход на крышу.       - Тогда посидите со мной, Ашья. Отсюда открывается прекрасный вид.       Вид с крыши открывался, действительно, прекрасный. Мало того, что было видно все три корпуса, еще даже кусочки полигонов (со стороны боевого что-то дымило, что было совсем неудивительно), а еще открывало бесконечные просторы леса, далекую линию горизонта и синее-синее небо. Я вдохнула эту свободу полной грудью и улыбнулась – все, что меня тревожило, отступило, стало неважным, незначительным, решаемым.       - Хотите чаю? – крикнул мне Ностурне, когда обходила крышу по периметру, разглядывая открывшиеся красоты.       - Хочу.       Я ведь сегодня с утра еще ничего не ела и неизвестно, буду ли я еще ужинать. Если Разел будет лютовать, даже не знаю, что делать. Но ладно, подумаю об этом потом.       Я наблюдала за Ностурне. Как он садится на каменную крышу, как с его пальцев срываются чернильные спирали кода. Миры, которые были ниже четвертой линии (Гебура была на третьей) использовали коды, записанные на бумаге или на какой-то еще поверхности. А вот на Гебуре подобного не нужно было, коды можно было использовать с помощью нехитрых манипуляций, а в первой и второй линии (мир Кетер – Владыки и Его детей, а так же миры Хохма и Бина) можно было и без манипуляций обходиться – подумал и все. А сейчас я видела, как коды скручиваются, материализуясь во что-то. Зрелище это красивое, завораживающее и немного чудесное, когда из чистой энергии и Императива ты получаешь что-то. В данный момент: чайник, две чашки и вазочку с печеньем.       - Прошу, - Ностурне сделал приглашающий жест. – Простите, но столы делать не умею, так что будем так.       - Не страшно, - я махнула рукой и приземлилась напротив. Ностурне взял чайник и наполнил мою чашку, себе налил совсем немного.       - Вы не голодны? – поинтересовалась.       - Голоден, но этот рацион мне смертельно надоел, - пожаловался. – Я пробовал готовить через кулинарные сигнатуры, что что-то делаю не то, и код вечно выходит нестабильным. Только и научился, что чаю с печеньем.       Я отпила горячего и ароматного напитка и прожевала печенье. И то и другое казались на вкус божественными, но когда питаешься только им неизвестно сколько, даже божественный вкус надоедает, хочется простых человеческих радостей. Кислая мина Ностурне была тому доказательством.       - А что вы пытались научиться делать? - поинтересовалась.       - О, что я только не пытался, но все не получалось. Трудно управлять силой, которой слишком много и которая больше подходит для разрушения.       Говорят, что Пробивающие просто не умеют ее дозировать. Насколько правда – не знаю. Ностурне был первым Пробивающим, с которым я имела дело. Если не считать заочного знакомства с мачехой, конечно.       - Может, посмотрим вместе? – предложила.       Ностурне заулыбался, и на его щеках появились ямочки. Смотрела бы и смотрела на них, улыбаясь в ответ.       - Конечно. Как насчет сегодняшней ночи?       Тут я нахмурилась.       - Вы опять меня приглашаете.       - Да, - ответил он, хотя я не спрашивала. Я утверждала, потому что никак не могла понять, в чем подвох. Отчего он таскает меня к себе по ночам. Уж явно не от того, что пытается соблазнить. Хотел бы, сделал уже, я ведь асур, и неважно, сколько у меня опыта, я такие вещи чувствую, можете мне поверить на слово. Тут дело было в чем-то другом.       - Зачем я вам? – спросила, и его улыбка померкла, лицо разгладилось, ямочек больше не было. Я даже пожалела об этом.       - Скучно.       - И только поэтому? – приподняла брови.       Ностурне взял свою чашку и задумчиво в нее посмотрел, будто по плавающим там чаинкам пытался что-то прочесть.       - Что вы знаете о Пробивающих, Ашья? Ну, помимо известных фактов и мифов о силе, Императиве и полной неуправляемости.       Я пожала плечами. Не так уж и много я знала об этой расе, ведь по ним информации почти не было. Или, может, просто мне не давали нужные сигнатуры, я не знаю. Когда отец женился, я пыталась узнать что-то о своей мачехе, но в итоге ничего путного не нашла. Все какие-то сказки были.       - Что вы рождаетесь из уничтоженных миров, - ответила. Это, кстати, было одной из сказок: так объяснялось, откуда у Пробивающих столь колоссальная разрушительная сила. Их всегда противопоставляли Владыке, который был силой созидательной, а свою разрушительную часть отдал детям, Пробивающим.       Я думала, что Ностурне фыркнет на это, но он молчал. Смотрел на меня серьезно. Доверял или нет? Был ли он единственным существом в этой Школе, кто доверял мне? Потому что ему я доверяла. Может, даже больше, чем собственному брату. Странная мысль, если честно.       - Нет, мы так не рождаемся. Нас так выкармливают, как молоком младенцев.       Я бы хотела, чтобы он шутил. Шуткой это не было – по глазам видела, поэтому отпила чаю, чтобы скрыть неловкость и уйти от ответа. Я не знала, что отвечать на такое.       - Теперь вы, наконец, меня боитесь? – спросил Ностурне спокойно, будто уже знал свой ответ на вопрос, и был он положительным. Мне захотелось фыркнуть от такой самоуверенности, но вместо этого я задала другой вопрос.       - А что вы знаете об асурах?       Он хмыкнул, понял, что те, кто запечатлеваются с демонами, от природы не столь пугливы ко всяким ужасам. Демоны – это демоны, они порой творят страшные вещи. Мы стойки к такому от рождения. Наши страхи другие, порой смешные до колик: открытые или замкнутые пространства, толпа, новые знакомства – у всех по-разному. Мои вы, впрочем, знаете.       Мы молчали, и я думала о том, что имел в виду Ностурне, когда спрашивал о том, что я знаю о Пробивающих. Скорее всего, ждал от меня какого-то понимания, но какого? Как же все сложно!       Я допила чай и со счастливым вздохом откинулась назад, подставляя себя солнцу.       - Эта Школа – странная, - нарушила я молчание. Ностурне посмотрел на меня поверх своей чашки, в которой снова что-то рассматривал, чуть вопросительно приподнял густые брови, и я продолжила: - у меня ощущение, что здесь все друг друга используют. Ничего не происходит просто так. Вот, например, сегодня ко мне подошел вероятник, чтобы поддержать, потому что урок кодов был сложным, а потом оказалось, что ему просто хотелось посмотреть на меня поближе. А если бы ему не хотелось посмотреть, разве он подошел бы?       - Вряд ли, - ответил Ностурне, который внимательно меня слушал.       - Вот и я о том же. Но почему он не подошел ко мне просто так? Разве я бы прогнала его, если бы он честно признался, что у него интерес исследовательский?       Ностурне отставил чашку в сторону. Похоже, гадания завершились. Немного запоздало я осознала, что то не гадания были, это он просто заставлял себя пить надоевший до смерти чай.       - Это другой мир, Ашья. Вы выросли и привыкли к другой обстановке. Среди драконов находиться и проще, и сложнее. Они обладают немалым Императивом, но только поэтому им не нужно заниматься тем, чем занимаются тут – бороться с ним любыми способами.       Я нахмурилась, плохо понимая услышанное.       - То есть они это делают потому, что у них недостаток Императива?       - Нет, их так учат. И вас, кстати, тоже научить пытаются, но мы с вами – птицы другого полета, нам с этим проще и сложнее одновременно.       - Не понимаю, - честно призналась.       - Пока и не поймете, - подхватил Ностурне. Он перевернулся, вытянул длинные ноги, тряхнул головой, рассыпая непослушные волнистые локоны по плечам, поморщился, будто никак не мог с ними справиться и быстро смахнул их с лица.       - А правда, что на Кетере у Пробивающих нет тел? Что вы там просто духи бестелесные? – спросила. Меня этот вопрос интересовал особенно, просто задать его стеснялась. Когда-то прочитала, но поверить не смогла. Впрочем, и моя родная Бина уже существенно отличается от Гебуры. Там может жить лишь Верхушка, потому что там нет смены дня и ночи, не нужен прием пищи или не нужно спать, чтобы восстанавливать энергию своей оболочки, как это здесь. А не у каждого существа конго-кай (люди это зовут душой, хотя это не совсем так) достиг такого уровня развития.       - Правда.       Значит, если он привык быть без тела, то представляю, как ему сейчас неудобно. Тело ведь всегда – это определенные ограничения, но они нужны. Для чего? Понятия не имею, просто нужны. Но, глядя на Пробивающих, этого не скажешь. Иногда, глядя на Ностурне, мне казалось, что он существо другого уровня. Даже отец был более понятным, хотя он второй по силе в Скайфоле.       - Почему вы все ждете, что я вас начну бояться?       Ностурне покосился на меня немного удивленно, словно не ожидал, что я такое спрошу.       - Хороший вопрос.       Я улыбнулась. Главное – правильный.       - Но я, действительно, рад, что этого не происходит, - добавил он. Ну вот и как с ним разговаривать? Он ведь на мои вопросы не отвечает, а если и отвечает, то как-то странно. «Потом поймете», - ответ, конечно, универсальный, но обидный до ужаса.       Мы просидели так почти до самого вечера, разговаривая о всяком. Иногда Ностурне рассказывал забавные истории, иногда что-то припоминала я. Я рассказала ему о Разеле и о преподавателе Лите, на что получила напутствие «не брать в голову», рассказала о том, что у меня никак не получается наладить контакт с командой, на что получила успокоительное «прошло не так много времени, а доверие просто так не дается, его нужно зарабатывать», а еще я рассказала о том, как сорвала своему командиру вызов на бой другой команды. Над этим уже Ностурне хохотал.       - Так ему и надо, - сказал он. – Но будьте готовы понести наказание за такое.       - Он может меня наказать? И ему это позволят? – я посмотрела на Пробивающего с сомнением.       - Позволят, конечно. Он же ваш командир. И даже ваш брат не сможет в это вмешаться.       В тот момент я поняла две вещи: что влипла крупно и что Мэл вмешаться может, во что угодно, да только станет ли. Наказание… вот и где мне спрятаться от Разела, пока его гнев не поутихнет? Впрочем, зная Разела легко можно понять, что гнев его не поутихнет, сколько бы времени ни прошло.       - И как он меня накажет? – поинтересовалась. Вопрос был, конечно, глупый, и я это поняла сразу, когда Ностурне на меня красноречиво посмотрел. Я сразу засмущалась собственной несообразительности и вжала голову в плечи, а он улыбнулся снова своими умопомрачительными ямочками.       - Поверьте мне, Ашья, этого вам лучше не знать, - и голос был такой… не знаю, что в нем было такого, но мурашки прошли по телу от внезапного неприятного предчувствия.       Говорю же – крупно я влипла.