Глава 16
20 мая 2017 г., 12:20
И все же оставлять свой проводник в туалете — это как-то несерьезно. Мало ли уборка какая-то случится, ищи потом, поэтому я приняла решение его перепрятать. И перепрятаться самой — знала я хорошее местечко, туда указатели не ведут, а значит, найти меня там будет очень сложно хоть с браслетом, хоть без него. Главное только, чтобы Мэл снова не прискакал, а то будет мне еще веселая жизнь в том числе и от него. Спасибо, мне и так весело.
Время было уже позднее, мы с Ностурне провели почти весь день на крыше, но даже мне надо было и честь знать — вот под вечер, умяв еще одну порцию чая с печеньем, ведь на ужин я не пошла, решила, что для фигуры полезно, мы и разошлись. Он отправился куда-то по своим делам, а я ушла по своим.
В коридоре, который вел именно в ту уборную, которая мне была нужна, было тихо. Уже начало темнеть, в коридорах зажглись тусклые лампы, и того скудного света, что давали они было достаточно, чтобы понять — здесь никого нет. Наверное, обыскивали эту уборную вдоль и поперек, и остается только надеяться, что браслет не нашли. Иначе мне как на занятия ходить? Уроки учить? И вообще сообщения получать? Нет, терять такую вещь нельзя, но и использовать тоже — сразу же засекут. Мне еще повезло, что над Школой это самое блокирующее поле стоит, если бы его не было, координаторы бы быстро меня отыскали, а Стас тот вообще бы шел в первых рядах. Представляю, как он сейчас на меня злится.
К счастью, браслет не нашли. Он был по-прежнему за бачком, завернутый в туалетную бумагу. Я разворачивать его не стала, чтобы он не среагировал на мою кожу и не включился, а запихнула в карман юбки и по памяти пошла к своему другому убежищу, пыльному и немного жутковатому, но самому надежному — уж я-то была уверена. Там посижу почти до отбоя, я потом прокрадусь к себе в комнату. Там уж за асуровой дверью буду в безопасности. И окна открывать не стану. Или вообще выдавать свое присутствие в комнате не стану, правда, еще не знаю, как я это сделаю. С этими мыслями я и добралась до своего убежища. Сделала я это осторожно, меня совсем никто не заметил — в этом я уверена, потому что использовала методику Ностурне, которую он применял во время нашего путешествия к Елене. Я шла, будто крадучись, пряталась в тени ниш, старалась не оставаться на открытом пространстве, и потому добралась благополучно.
В склеп тот идти не хотелось, но разве у меня был выбор? Я посмотрела на лестницу, ведущую в этот странный подвал, который отчего-то любила Хелли. А у меня от него мурашки были по коже.
«Ладно, нет там ничего страшного», — сказала я себе и пошла вниз. Даже дети не боятся там находиться, а я почему должна?
Я вошла внутрь и поняла, что темно тут хоть глаз выколи. Конечно, и днем тут особо светло не было — в маленькие окошка из мутного стекла много света проникать просто не могло, а ночью тут опустилась совсем тьма кромешная. Боялась бы темноты, давно б уже ускакала из комнаты с криками, но в комплект моих фобий это не входило. А знаете почему? Потому что один из немногих кодов, которые я знала — это коды на огонь.
Когда рядом с тобой постоянно ошивается набор огнедышащих душек а-ля драконов, а ты огнем дышать не умеешь, становится обидно. Начинаешь придумывать альтернативные варианты, чтобы доказать, что ты ничем от них не отличаешься и заслуживаешь их дружбы (и дернул же меня какой-то демон попытаться снискать дружбы у огненных). Варианты, как ни странно находятся — это коды на огонь. Правда, попались мне самые безопасные, которые используются, когда надо зажечь свечи или разжечь костер или камин, а больше ни на что не годные. Палить направо и налево, как у драконов с ними не получалось, но это и неважно, со мной дружили и без этого умения. А вот сейчас мне знание этого кода очень пригодилось.
Я щелкнула пальцами, вспоминая о том, что среди «сокровищ», что мне недавно показывала Хелли, была свеча, и я даже держала ее в руках. Так что хоть одна загореться должна. Я не ошиблась, лучше того — свечей оказалось не одна, а целых пять. И стояли они отчего-то на полу, образовывая пятиугольник. Ладно, подумаю об этом позже. Я прошла внутрь, не боясь теперь споткнуться или утонуть в местной тьме, и осмотрелась. Мрачный каземат так и остался мрачным казематом, но при теплом свете свечей все же выглядел гораздо приятнее. Я задрала голову, глянула на сводчатый потолок, не особо высокий кстати, но из-за этих сводов выглядевший каким-то бездонным — игра света и тени пророй бывает невероятно причудливой. Прищурившись, посмотрела в один из углов, где мне казалось, что сидела летучая мышь, но конечно же то было лишь мое воображение, никаких мышей там и в помине не было. Откуда им взяться? А потом принялась осматривать уже пол. Нет, все же эти свечи странно стоят, будто на пентаграмме. Чуть присмотревшись, я заметила, что под слоем пыли и правда что-то такое нарисовано, попыталась смахнуть пыль с рисунка рукой, но был он большой, пыли много, а рука моя метлой не являлась. Поэтому и бросила я это бесполезное занятие. Прошла к постаменту, и каково же было мое удивление, когда я увидела, что на подставке лежала какая-то книжка, запыленная донельзя, как и все остальное в этой комнате.
— Или я ошибаюсь, или в этой комнате творилось какое-то мракобесие, — произнесла я вслух задумчиво. Набрала побольше воздуха в легкие и дунула на запылившуюся страницу. Пыль поднялась серым облачком, и я чихнула, когда она защекотала нос.
— Ну точно мракобесие, — продолжала бубнить я, глядя на нарисованные демонические печати на странице. Уж эти печати я наизусть знала, могла нарисовать с закрытыми глазами (хотя делать мне это запрещали, но знать заставляли), а вот с текстом, что шли под печатями, дела обстояли хуже. Написано это было на каком-то языке, смутно знакомом. Я его читала с сигнатурами, точно помню, а тут сигнатур не было, но можно попробовать прочитать. И начать можно с… Астарота! Будущий он мне супруг или кто?
Я полистала книгу, нашла печать своего суженого и принялась читать. Говорить вслух в этом мрачном месте мне понравилось, тогда создавалось впечатление, что я тут не одна и не так жутко было на душе, поэтому я и читать принялась не про себя. Слова были какие-то корявенькие, но некоторые я все же узнавала, и смысл получался примерно такой:
«Я заклинаю тебя, Астарот, злой дух, словами и силой Владыки, всесильным Богом, Его Детьми и Его Хранителями, Четырьмя Генералами Небесными; тайной Метатрона, я заклинаю тебя… Не пренебрегай моими приказами, не отказывайся явиться…»
— На вызов похоже… — пробормотала я в пустоту задумчиво и вскрикнула, когда поняла, что контур под пылью загорелся. И хуже того, теперь на полу угадывалась демоническая печать, которая… была активирована.
Поздно я осознала, что печать среагировала на мой голос, на мой Императив и на нашу еще не активированную, но, несомненно, уже существующую связь. Это же надо было быть такой дурой! Это же надо было мне так сглупить! Похоже, по неосторожности я полезла, куда не следует, сделала, что не следует, и вызвала своего будущего супруга сюда.
Нужно позвать кого-нибудь на помощь! Потому что если Астарот материализуется здесь, если откликнется на призыв, он меня убьет. Я ведь к запечатлению еще не готова! Я ведь еще мелковата, еще не созрела, и он мне с удовольствием сломает шею, лишь бы я не выросла и его на себе не повязала. Я бросилась к двери, с ужасом вспомнив, что если буду звать Мэла в этой комнате, меня он никак не услышит, но уже у самого порога, как это всегда и бывает, запуталась в юбках и грохнулась на пол, спеленатая. Сзади раздался какой-то шум: то ли треск, то ли шелест, то ли вовсе чьи-то когти скребли по каменному полу, то ли было то все вместе и сразу — понятия не имею. Я обернулась, и лишь мельком увидела мощную фигуру, крылья за спиной, как у дракона, оперенные руки, и отчаянно потянулась к юбкам, выпутывая себя из юбок, чтобы подняться, чтобы сбежать.
— Кто звал меня? — услышала я голос демона. Кажется, сейчас я должна стать «в дрова», или это мне ему в глаза посмотреть надо? Понятия не имею. — А, асур, юный, несозревший…
В голосе его скользили довольные нотки, будто он решил, что ему принесли меня в жертву. Жертвой бы я была неплохой — по меркам демона, а по моим — обойдется, нам еще запечатляться, поэтому я подскочила и бросилась к двери. Но открыть ее не смогла: оперенная лапа демона уперлась в дверь, и сдвинуть ее теперь для меня не представлялось возможным.
— Куда это ты собралась? — все так же мурлыкал демон. От его голоса у меня дрожь по телу шла, странная такая, сладкая, но щедро приправленная страхом. Внутри все сжималось, и я не знала, что делать, поэтому продолжила ломиться в запертую дверь, так отчаянно и бесполезно. — Ласточка, прекрати. Лучше на меня взгляни… ты ведь красивая. Кого ты мне напоминаешь? Дай посмотреть…
Глядеть на него я отказалась, повернуться отказалась — пока я его не видела, больше шансов оставалось сбежать, ведь если взгляну, то все, разум потеряю. Ситуация с Гаапом меня многому научила, поэтому на слова демона я просто упрямо покачала головой. Ему это не понравилось.
— Смотреть! — рявкнул он, схватил меня за волосы второй рукой, больше грубо, чем больно, потянул, заставляя повернуться и запрокинуть голову. Я противиться его силе была не в состоянии, но смотреть на себя он не заставит! Я зажмурилась так крепко, что цветные круги поплыли перед глазами. Демон зарычал от досады, пока я… я шарила рукой по полу, пытаясь нащупать что-нибудь подходящее. — Открой глаза!
Но я не подчинилась, я лишь крепче сжала в руке одно из сокровищ Хелли — увесистый кубок, который попался мне во время моих исканий. Его, конечно, было недостаточно, чтобы победить демона, но мне этого и не нужно было.
— Астарот… — произнесла я, отвлекая его от своей руки. В голове мелькнула мысль, что сон мой недавно сбылся: печать демона, кубок, и я зову своего демона по имени, и тут же растворилась под звуки его голоса. Когда он говорил, мне вообще было трудно соображать. Но если я открою глаза, станет еще хуже.
— Что, ласточка? — спросил он почти ласково, но все равно угадывалось в его голосе что-то животное, рычащее. Что-то темное, запретное, мое.
Я же в ответ только пролепетала свое любимое: «Э-э-э», — и ударила кубком в то место, откуда доносился колдовской голос. Похоже, подобное оказалось столь неожиданным, что даже хватка ослабла, и я ужом извернулась и рванула ручку.
«Дорогая Ашья, скажите нам, какие именно коды были наложены для восстановления на вашу дверь?» — вспышкой озарения в моей голове промелькнул вопрос Лита, ненавистного преподавателя кодов, который издевался над всеми своими учениками. И самое главное, что сейчас я знала ответ. Более того, в тот момент, когда я выбегала за дверь, я знала две вещи: первая — я не смогу убежать, Астарот настигнет меня, в любом случае; вторая — я полностью помню код на асурову дверь. Я видела его столько раз, просто внимания не обращала, а он мне запомнился.
Спасение было только в одном, и, захлопнув дверь перед носом Астарота, вложила весь свой Императив и всю свою ману в этот код. Дверь вспыхнула черным, по ней поползли черные змеи, и демон, уже распахнувший старую дверь, готовый броситься за мной, остановился. Я старалась на него не смотреть напрямую, но боковым зрением все же замечала, как он стоит, выпрямившись.
— Да, ласточка, ты выбрала единственно верную тактику, — я знала, что он улыбается. — Создала именно то препятствие, которое не может обогнуть демон. Но так даже интереснее — убивать тебя быстро будет слишком скучно…
И как только он договорил, код завершился, «дверь» встала на место, массивная, с кованными узорами и явно тяжелая для такой маленькой асурки, как я — сразу видно, что маны в нее было вложено немеряно. Оставалось лишь надеяться, что для демона она вообще непреодолима.
Обессилев, я сползла на пол. Мое тело дрожало, мои глаза смотрели на это тяжелое полотнище, за которым остался демон, что был мне предназначен. Которого я вызвала по ошибке, по собственной глупости.
— Мэл, — тихо позвала я, зная, что он меня услышит. — Мэл, приди. Я…
Раскаиваюсь, что совершила. Я глупая, маленькая, и я не знаю, что теперь делать. У меня нет сил встать, нет сил идти дальше, а там, за дверью…
Но брат меня не услышал или предпочел не слышать — ведь столько раз приходил, когда ситуация казалась несерьезной, и спасал меня. Теперь, наверное, решил я снова напрасно его зову, а он все-таки занятой. Вместо него пришел другой, тот, кого видеть я сейчас хотела меньше всего. Хотя нет, меньше всего я хотела видеть все же запертого демона.
— Вот ты где, асурка.
Разел стоял у подножия лестницы, скрестив руки на груди, его ноздри раздувались. Он был зол, как тысяча демонов, и я поняла, что худший поворот событий придумать сложно.
Мой командир оказался рядом в мгновение ока, схватил за шиворот и вздернул на ноги. Ноги не держали, подкашивались, губы были непослушными, я не могла, никак не получалось сказать, чтобы он позвал на помощь, ведь я вызвала демона, он незапечатлен, в общем корпусе, в месте, куда не ведут указатели. Но вымолвить я не смогла ни слова, обессилила.
— Я тебя предупреждал, чтобы ты не ставила мне палки в колеса! — процедил Разел сквозь зубы. — Я говорил, что накажу тебя. Что ты пожалеешь. Но ты не верила мне. Что ж, я покажу тебе!
Он схватил меня, поволок наверх, к выходу. Я пыталась упираться, но слишком много энергии потратила на сотворение кода, и теперь шевелилась еле-еле. Кажется, я даже что-то лепетала, что он совершает ошибку и что нельзя все так оставлять, слушал бы еще кто меня.
Вскоре я увидела остальных членов моей команды. Они ждали Разела вместе со мной. С надеждой взглянула на Стаса, но тот был хмур и зол — я от него сбежала, где мне ждать жалости? Я, кажется, снова звала своего брата, но он предпочел молчать. Ну что ж не везет-то так! Вместо этого Разел надавил на мои плечи, да так сильно, что ноги мои подогнулись, и я упала на колени, а потом он взял меня за подбородок, заставив поднять голову, посмотреть на него.
— Ты ослушалась моего прямого приказа, — произнес он. — И я имею право на наказание. Для тебя я выбрал неподвижность.
Неподвижность? Что это? Я понятия не имела, что это такое, но вскоре познала на своей шкуре, когда вдруг вокруг меня закрутились черные цепи кода, обвили меня, как плющ обвивает дерево, и впитались. А потом я поняла, что не могу пошевелить ни рукой, ни ногой. Не могу произнести ни слова.
— Откуда тебе знать, что это такое, да? Так вот, это наказание было придумано специально, чтобы карать строптивых асуров, и в Школе использовать его разрешено. После активации кода, твое тело будто покрывается каменной коркой. На вид ты становишься похожа на статую. Ты можешь слышать, можешь видеть, но шевелиться не можешь. Твое тело скоро устанет, но твои каналы маны будут заблокированы, поэтому тебе придется терпеть боль в уставших мышцах. Обычно наказанных асуров ставят во внутреннем дворе, и они не выдерживают боли и начинают плакать. Ты ведь уже видела статуи плачущих асуров? И теперь — ты одна из них.
Прав был Ностурне, когда сказал, что мне лучше не знать, как меня накажут. Наказание оказалось… жестоким.
— В следующий раз подумаешь, прежде чем решишься мне перечить, — сказал Разел самодовольно. А мне захотелось ему расквасить нос, как никому до этого, но пошевелиться я не смогла. Я уже покрылась каменной коркой или еще нет?
Когда я осознала всю серьезность ситуации, я едва не зарыдала. Меня превратили в статую, я не могу шевелиться и не могу говорить, а ведь за дверью по-прежнему сидит Астарот. И вряд ли он будет там сидеть дальше. Есть же окна, в конце концов, не все же дверями пользоваться.
Что мне делать?
