Любимец Смерти

      Что-то щекотало ему нос. Сириус попытался смахнуть это, но не смог, на руке его лежало что-то тяжёлое, мягкое и тёплое. Пришлось попытаться снова, на этот раз другой рукой. Щекотка исчезла. Сириус почесал подбородок, вздохнул и вновь начал погружаться в сон.       Невесть откуда взявшийся солнечный зайчик начал светить ему прямо в глаза. Сириус зарычал, перевернулся на бок и прижал к себе тёплое, мягкое и уютно сопящее нечто, такое приятное и знакомое, что… Солнечный зайчик внезапно вернулся. Сириус вздохнул, вновь перевернулся на спину и прикрыл глаза рукой.       - Гарри, какого чёрта? – спросил он, наконец.       - А какого чёрта ты спишь?       Блэк с трудом разлепил глаза, приподнял голову и посмотрел на часы.       - Сейчас пять часов утра, - прохрипел он. Фригг завозилась и глубоко вздохнула, мужчина сдержал порыв и со стуком захлопнул рот. Продолжил говорить он уже громким шёпотом, почти шипя, - пять часов, Гарри!       - Почему ты дрыхнешь в свою первую брачную ночь? – светским тоном спросил Гарри, раскорячившийся на потолке с маленьким зеркальцем в руке, - и ты до сих пор одет, вы чем тут занимались вообще?       - Никто не занимается любовью в брачную ночь, - закатил глаза Сириус, - сил на это не остаётся после свадьбы.       - М-мм… - протянул Поттер, мягко спрыгнул на пол и, присев на тумбочку, подпёр голову кулаком, - а чего ты сейчас не спишь тогда?       Сириус молча уставился на крестника. Взгляд парня был чистым и невинным, точно у младенца. А рука его с зеркальцем, в то же самое время, поднялась вверх и вновь послала Сириусу в глаза солнечный зайчик.       Медленно выдохнув, Сириус закрыл глаза и досчитал до десяти.       - Гарри, я пожалуюсь твоей маме.       По спальне пролетел ветер. Солнечный зайчик исчез, а ещё странно скрипнули паркет и потянуло непонятным, но смутно знакомым запашком. Сириус приоткрыл один глаз и невольно вздрогнул. У самого изножья кровати, водружённая на богато украшенный резьбой щит из эбенового дерева, возвышалась голова дракона. Шипастая, страшная, с широко распахнутой пастью и злобно поблескивающими глазами.       - Свадебный подарок, - Гарри вышел из-за щита, прислонился к голове и похлопал её ладонью по бронированному носу, - сделан с любовью и вниманием вот этими руками.       Гарри взмахнул руками и ловко пошевелил пальцами, взгляд Сириуса смягчился.       - Спасибо. Правда. Но ты не мог бы… - Сириус указал взглядом на хмурящуюся во сне Фригг, а затем посмотрел на дверь.       - Позже, да? Хм-м… Тут такое дело… - почесав макушку, Гарри несколько мгновений рассматривал извлечённую из волос веточку, а затем встряхнулся и повёл плечами, - лучше уж тебе узнать обо всём сейчас.       - О чём ты?       Гарри скользнул взглядом по спящей подле Сириуса женщине, потом посмотрел в сторону и, оттолкнувшись от драконьей головы, бесшумно пошёл к двери в коридор.       - Поговорим у тебя в кабинете, - коротко ответил он, перед тем, как скрыться за дверью.       Коротко выругавшись сквозь зубы, Сириус откинулся на подушки и уставился в потолок. Как-то сама-собой появилась мысль, что потолок пора бы переделать, может цвет поменять, или зеркал добавить. Да и стены тоже… Подняв руку, мужчина потёр глаза, а затем медленно, так, чтобы не разбудить жену, стянул с себя одеяло.       - Да какого вообще чёрта? – пыхтел он, выбираясь из тесных объятий, - мне что, заняться нечем? – вопрошал он у потолка, - стены вон не крашены.       - Жена не глажена, - пробормотала сквозь сон Фригг.       - Не глажена, - кивнул Блэк, - а Гарри же мне опять навалит работы.       Не открывая глаз, Фригг шлёпнула мужа по заднице и, перевернувшись на другой бок, закуталась по самый нос в одеяло.       - Иди уже, - буркнула она, - только не задерживайся.       Сириус кивнул, поднявшись на ноги тихо крякнул, потёр колени и, разминая поясницу, пошёл к сложенной стопкой на стуле одежде. Заботливые домовики за ночь собрали её, выстирали, выгладили и вернули хозяину. Всего спустя пару минут недовольного кряхтения и одну громко сдувшуюся подушку-пердушку, таки подброшенную в спальню вредным стариком, Сириус был готов.       К кабинету своему он подходил уже проснувшимся.       - Ты не торопился.       Гарри сидел на подоконнике, спиной к открытому настежь окну, выходящему на площадь Гриммо и неспешно чистил яблоко. Ножом он орудовал быстро и умело, снимая шкурку одной длинной, тонкой полоской. Небо за окном уже начало розоветь, но нож в его руках все так же блестел потусторонним голубым светом.       - Ты пришёл в неподходящее время, - не остался в долгу Блэк и с размаху рухнул в своё кресло. С душераздирающим звуком сработала под ним очередная подушка-пердушка, - вот ведь, старый…       Зарычав, Сириус подскочил на ноги и с первобытным рыком вышвырнул подушку в окно. Кувыркаясь в воздухе, та пролетела по крутой дуге и шлёпнулась прямо на голову одинокому констеблю, что шёл по улице внизу и, легкомысленно посвистывая, крутил в руках дубинку. После такого хорошее утреннее настроение покинуло служителя фемиды и тот начал орать и бегать кругами, выясняя кто же тут посмел швыряться мусором.       - Отличный бросок, - протянул Поттер, вздёрнув брови.       - Что ты хотел мне сказать? – Сириус выдохнул и пригладил растрепавшиеся волосы.       - Фон Фокс заколдовал твою задницу. Он просил не рассказывать, но ты бы всё равно догадался к обеду.       Блэк прикрыл глаза и медленно выдохнул через нос. Гарри дочистил яблоко и принялся нарезать его на ровные дольки. Констебль за окном наконец определился с направлением и принялся долбить в дверь соседнего дома.       - Он даже заплатить предлагал.       Сириус распахнул глаза и удивлённо уставился на крестника.       - И ты не взял?       - Я не принимаю шоколадные монеты в качестве оплаты.       - Тогда понятно.       Подойдя к шкафчику красного дерева, Сириус извлёк наружу пузатую бутылку и стакан, взмахом палочки сотворил кубик льда, придирчиво осмотрел кресло и только после этого сел. Небо над городом, ещё десяток минут назад свинцово-серое, подсвеченное вдалеке оранжевым светом фонарей, начало светлеть, приобретать розовато-фиолетовые оттенки. За окном орали. С тяжёлым вздохом, Сириус отпил из стакана и поглядел на крестника.       - Спасибо, конечно, но чую я, совсем не это ты мне хотел рассказать.       - Мда.       Гарри доел последнюю дольку яблока и, не глядя, вышвырнул остатки в окно. Только утихший спор на улице вспыхнул с новой силой. Багровея щеками и срывая с шеи яблочные очистки, констебль снова пошёл в атаку на не менее багрового, заспанного мужика в пижаме и с роскошными бакенбардами. А пока они, надрываясь и временами срываясь на фальцет, орали друг на друга и потрясали в воздухе кулаками, Гарри поднялся с подоконника и сел в кресло напротив Сириуса.       - Я знаю, как погиб твой брат. ***       На голых скалах выдающегося в море утёса не росло ничего. Не было тут ни травы, ни деревьев, ни даже лишайников, а только серые камни, да выброшенные морем на берег водоросли. Пахло тут йодом и солью и жили здесь разве что чайки, облюбовавшие эти голые камни, но сейчас улетели даже они.       Сириус обвёл взглядом безрадостный пейзаж, глянул на разбивающиеся о берег волны и низкое, стальное небо, а затем обернулся к стоящим в нескольких шагах позади Гарри и Джеймсу.       - Здесь?       - В пещере, - Гарри указал на голую каменную стену.       Не слишком торопясь, Сириус полез в карман, слегка подрагивающими пальцами достал сигарету и, прикурив, глубоко затянулся. Несколько минут он просто молча курил, взгляд его скользил по ничем не примечательному участку возносящегося вверх утёса. Гарри с Джеймсом ему не мешали.       - Ты знаешь, как открыть проход?       Гарри кивнул и шагнул вперёд, но Джеймс остановил его, положив руку сыну на плечо.       - Подожди. Что если Реддл узнает?       - Было бы очень хорошо, узнай он об этом, - парень повёл плечами и Джеймс убрал руку, - а ещё я рассчитываю узнать о том, вернётся ли Томми сюда для проверки своей заначки. И вы мне в этом поможете.       Мужчины переглянулись. Джеймс нахмурился, а вот Сириус просто пожал плечами и продолжил буравить тяжёлым взглядом неровные камни утёса. Хоть какой-то интерес к происходящему он проявил только тогда, когда Гарри полоснул ладонь ножом и плеснул кровью на стену.       Первые несколько секунд ничего не происходило. Затем камни дрогнули. Посыпалась вниз белёсая пыль вперемешку с мельчайшими кристалликами морской соли, а потом стена пришла в движение. Со скрипом и шелестом, стуча и высекая друг из друга искры, валуны раздались в стороны, открыв взгляду резко идущий вниз проход.       Мужчины подошли к Гарри и встали по обе стороны от него. Из непроглядной, чернильной тьмы внизу тянуло сыростью и гнилью, а ещё смертью, старой и застоявшейся. Гарри достал пачку чипсов и оглушительно, в повисшей тишине, зашуршал упаковкой.       - Тягостное молчание затягивалось, - произнёс он замогильным голосом, - один лишь вид подземелья заставлял седых, лысеющих ветеранов покрываться испариной. В темноте внизу скрывалось зло, его дыхание обжигало лицо и заставляло колени дрожать. Но лидер группы, юный герой, был непоколебим, он поднял руку…       Гарри вытянул руку вперёд и указал на вход.       - …и отдал приказ. «Вперёд, мои воины, вперёд! Именно вам выпала честь идти первыми, ведь моя жизнь слишком ценна!»       Сириус выдохнул дым и закатил глаза, Джеймс же отреагировал иначе.       - Что за дьявольщина?       - Не обращай внимания, - уничтожив окурок, Сириус огляделся и вернулся обратно к берегу, - развесим сети и пойдём дальше.       Джеймсу оставалось только вздохнуть, закатать рукава и присоединиться к работе. Опыта у них хватало на десятерых, недостатка в грязных приёмах тоже не было, а уж чутьё за годы работы на грани обострилось до такой степени, что им можно было резать сталь. Поэтому покурив, похмыкав и обменявшись многозначительными междометиями, они приняли единственно верное решение.       - А Дамблдора-то ты почему сюда не привёл? – спросил Джеймс.       - Боюсь, что старый полезет хлебать жижу, - Гарри высыпал в рот крошки чипсов и смял пустой пакет, - вы работайте, не отвлекайтесь.       - Лучше чем Дамблдор мы всё равно не справимся.       - Томми будет искать заклинания Дамблдора, а вот чего-то тупого он не ждёт.       - Ну спасибо, за такое высокое мнение о нас, - саркастично протянул Блэк.       - Ты сам мне рассказывал, как вы шутили в школе, - Гарри достал ещё одну пачку чипсов и смерил крёстного насмешливым взглядом, - и это до сих пор кажется тебе смешным. Закрыть Снейпа в доме с оборотнем, подмешать слабительное к запасу лекарств мадам Помфри, трансфигурировать разъярённого енота в копию протеза профессора Кеттлбёрна и подсунуть ему, пока он спит. Мне продолжать?       - Даже по уголовным делам того времени срок давно уже вышел.       - Зло преходяще, идиотизм вечен, - философски заявил Гарри, - и я не слышу возражений по сути.       - Справедливо. – Сириус испарил ещё один окурок и скосил взгляд на Джеймса, - давай думать.       Надумали они много чего, но остановились в итоге на заклинании, следящем за чайками. Птицы ведут себя как обычно? Оно не активно. С птицами что-то не так? В голове у Гарри начинают громко звенеть колокольчики. А если это было ложное срабатывание, то ничего страшного, Гарри парень молодой, активный, не то, что «седые и лысеющие старики», ему не трудно лишний раз перенестись к пещере и всё проверить.       Когда заклинание было завершено, а любые следы надёжно спрятаны, троица начала спуск вниз.       - Кстати, Гарри, - вполголоса обратился к крестнику Блэк, - о какой жиже ты говорил наверху?       - Пыточное зелье, оно причиняет боль и заставляет пережить худшие моменты жизни. Достать крестраж можно, только выпив его, - Гарри пожал плечами и пинком отправил вниз, во тьму, небольшой камешек, - Волдеморт для этого использовал Кричера, Дамблдор в других мирах пил его сам.       - Кричера… - Сириус нахмурился, а потом тряхнул головой и с недоумением уставился на парня, - погоди ка. В других мирах?       - Ты думал, я так вырос за лето?       Оба мужчины помычали задумчиво и смерили взглядом возвышающуюся над ними фигуру Гарри.       - И сколько ты там провёл?       - Больше двух лет. И, предупреждая ваши вопросы, да, миров много, они все разные. Нет, события здесь и там не обязаны отличаться, если они исходят из одних и тех же предпосылок. Волдеморт всегда прячет здесь крестраж, потому что если бы он рос в другом месте и в других условиях, то не стал бы собой.       Десяток секунд они шли вниз молча. Мужчины размышляли, Гарри вырезал ножом на каменных стенах обидные надписи. Почерк был идеальным, буквы ровными, а слог изящным. Гарри прошёлся по всем, и по самому Волдеморту, и по его родителям, и даже по василиску, сапоги из шкуры которого, красовались сейчас на его ногах.       - Значит именно эта пещера важна? – прервал молчание Джеймс.       - Здесь он пытал детей из приюта в котором жил. Весь его жизненный путь ведёт сюда, и если он не оказывается здесь, то значит и Волдемортом он не стал.       - Основательно ты за него взялся, - Сириус поскользнулся и, чертыхнувшись, схватился за стену, - с-сыро, Мордред.       - Я не понимал его. Чем больше о нём узнавал, тем меньше представлял что он будет делать дальше, и чего он вообще пытается добиться.       Джеймс фыркнул.       - Это не секрет. И он и прихлебатели его пытались добиться превосходства чистокровных во всём. Мерить достоинство магов по тому, сколько у них поколений волшебников в предках. Они из-за этого начали войну и угробили кучу народу, того же самого они пытаются добиться и сейчас.       - Да уж, это понять не трудно, - проворчал Сириус, вглядываясь в темноту внизу, - далеко нам ещё?       - Принюхайся, - хмыкнул в ответ Гарри, - и вы оба ошибаетесь. Никто не принёс чистокровным больше вреда, чем Волдеморт. Все его действия – это бессмысленное злодейство, ранящее всех без исключения. Он даже сам себя изуродовал и снова непонятно зачем, вся эта возня с крестражами – обман, в других мирах может и имеющая смысл, но не в нашем, ведь умереть ему не даёт его хозяин.       - А служит он Злу, - мрачно проговорил Сириус.       - Я всё ещё считаю, что это чудовищно пошло, - вставил свои пять кнатов Джеймс.       Гарри в ответ на это пожал плечами.       - Поправь меня, если я понял неправильно, - внизу блеснул неверный, изумрудный свет и Сириус ускорил шаг, - ты утверждаешь, что нам не нужно знать планы Реддла, только планы его начальника.       - Мы не можем узнать его планы, он воплощения Зла. Так что да, понял ты неправильно.       - Так что же, - раздражённо процедил Джеймс, - хочешь сказать всё бесполезно?! Надо руки опустить, смириться и сдаться на милость этого… - мужчина замешкался на мгновение, а затем сплюнул, - Зла?       - Ты тоже понял неправильно, - Гарри протянул руку и неуловимо быстрым движением щёлкнул отца по носу, от неожиданности тот пошатнулся и едва не сел на задницу, - воплощением Зла и его планами пусть занимается мой дед. Это их божественные дела, они сильно выше нашего уровня и думать о них совершенно бессмысленно. Нам нужно сосредоточиться не на том, что Волдеморт сделает в будущем, а на том, что он делает сейчас. Он должен ошибаться и каждую его ошибку нужно использовать. Можете для этого больше людей выделить?       - Этим и так уже занимается слишком много людей, - выдохнул Сириус, - но если у тебя есть конкретные предложения, то я могу попытаться хоть что-то узнать.       Гарри крутанул нож в пальцах и высек на каменной стене несколько восклицательных знаков.       - Ладно. Мне нужно знать, как пожиратели держат связь с Волдемортом.       Мужчины сделали ещё несколько шагов вниз и упёрлись в спину замершего на месте Гарри. Не сразу, но они поняли, что спуск кончился. Взгляду их открылась обширная пещера, залитая неприятным, зеленоватым светом, а прямо у их ног стояла абсолютно неподвижная, тёмная, точно чернила, вода.       - Ни шагу дальше, - обронил Гарри, когда Сириус шагнул к озеру, - не тревожь воду.       - Это ловушка? – Сириус застыл, а затем, стараясь идти след в след, отошёл назад.       Гарри коротко кивнул.       - Твой брат погиб там, - Гарри указал на остров по середине озера.       - Как… - Сириус сглотнул и сгорбился, запустив руки в карманы, - как это произошло?       - Регулус выпил пыточное зелье, передал крестраж Кричеру, но не справился с жаждой и отпил воды из озера, - Гарри достал из кармана горсть набранной на берегу моря гальки и взмахом руки рассыпал её вдоль кромки озера. Оглушительно щёлкая в тишине пещеры камушки разлетелись кругом, но ни один так и не попал в воду, - на дне спрятаны инферналы, которые убивают каждого, кто потревожит воду. Вот как он погиб.       Гарри позволил словам повиснуть в воздухе. Сириус достал сигарету и закурил, не отрывая взгляда от поверхности озера. Никто ему не мешал.       - Сколько их там? – спросил Блэк, выдыхая вверх сизый дым.       - На нас троих хватит, - ответил Гарри и взмахом палочки раздул гальку в размерах, а затем, словно выплетая в воздухе кружево, вытянул её вверх и в стороны частоколом острых, хищно шевелящихся клинков.       Сириус сделал затяжку. Посмотрел на свою руку, а затем, не говоря ни слова, щелчком запустил сигарету вверх. Оставляя за собой в разбавленной зелёным светом темноте шлейф ярких оранжевых искр, огонёк прочертил в воздухе длинную дугу и с шипением погрузился в воду.       - Спалим тут всё, - произнёс Сириус и, достав палочку, прошёл назад сквозь расступившийся перед ним в стороны лес мечей, - Fiendfyre.       Взревело пламя. Вода, освещённая его нестерпимо ярким светом, пошла мелкой рябью. А затем, то, что пряталось внизу, в вечном мраке, рвануло на поверхность. Затрещала, сгорая, плоть. Взвыли и захрипели мёртвые глотки.       Ревел, бросая из стороны в сторону гигантского, сотканного из пламени пса, Сириус.       Мёртвые сотнями умирали вновь. ***       Джеймс подошёл к окну, отдёрнул в стороны занавески и распахнул окно. Внутрь комнаты ворвался порыв свежего ветра и мужчина замер на мгновение, жадно втягивая носом прохладный, сырой воздух. Стало полегче.       - А-аа, Мордред, - без запала выругался Сириус и, скривившись, просунул палец в сквозную дыру на рукаве своего новенького, дорогущего кафтана, - ненавижу это заклятье.       Джемс фыркнул и, подняв целую тучу пепла, рухнул в кресло рядом с окном.       - Что делать будем?       Вместо ответа, Блэк достал палочку, небрежно взмахнул ей и замер с вытянутой вверх рукой, а спустя пару секунд в ладонь ему влетела увесистая бутылка тёмного стекла, сопровождали которую пара стаканов и ведёрко со льдом. Не вставая с кресла, он подвинул поближе к себе приземистый столик, грохнул стаканами по деревянной поверхности и разлил виски.       - Сначала мы выпьем за Рега, - заявил он, поднимая бокал, - за то, что он до конца остался человеком. Пусть спит спокойно.       Не сговариваясь, мужчины опрокинули в себя виски.       - А теперь будем думать, - вновь наполняя стаканы произнёс Блэк. Голос у него всё ещё был хриплым и тихим, но прежнего надрыва в нём уже не чувствовалось.       На столик рядом с бутылкой легли два медальона. Подлинник и фальшивка. Были они абсолютно неотличимы друг от друга, усыпаны одинаковыми изумрудами и увиты узорами, в которые сколько не вглядывайся, всё равно не увидишь разницы. Потрясающе тонкая работа и чудовищно бессмысленная жертва. Отличались они лишь в одном – настоящий медальон был разрезан на две равные половинки, так ровно, что в срезе можно было увидеть своё отражение.       - Теперь мне даже немного стыдно, - хмыкнул Сириус.       - За что?       - За то, как я относился к Кричеру. Эта безделушка много лет сводила его с ума, но он упорно пытался выполнить приказ хозяина. А я даже не заметил. Я мог бы раньше узнать, что случилось с Регом.       Сириус замолчал, погрузившись в мысли. В комнате воцарилась тишина. Ненадолго впрочем. Джеймс прикончил содержимое своего стакана и, поставив его на стол, ненавязчиво постучал ногтем по стеклу.       - Ты ждёшь, что я тебя пожалею?       Вздёрнув удивлённо брови, Блэк уставился на друга, а когда тот отряхнул плечо и расправил складки на своём пострадавшем в пещере пальто, подозрительно сощурился.       - Жилеточки у меня нет, но ты поплачь, - Джеймс снова похлопал себя по плечу и раскрыл объятья, - давай. Хочешь обниму?       Несколько секунд Блэк смотрел на друга испытующе, затем потёр шрамы на щеке и, совершенно неожиданно заржал.       - Ты чего?       - Да так, - перейдя на глупое хихиканье, выдавил Сириус, - просто фамильное сходство в глаз попало.       Джеймс задумался на мгновение и собирался уже что-то сказать, как дверь в комнату, в которой они сидели сорвало с петель. С душераздирающим грохотом она упала на пол, проехала ещё пару метров, оставляя на раритетном паркете глубокие борозды и затормозила у ног Блэка. Оба мужчины вскочили из кресел и выхватили палочки, но почти сразу же опустили их и скривились, будто от зубной боли.       В дверном проёме появилась сияющая лысина.       К лысине этой, конечно же, был прикреплён старик неприятной наружности, однако в глаза в первую очередь бросалась именно она – голая и блестящая кожа на макушке, без единого следа растительности.       - Это совершенно недопустимо, Швайнхунд! В доме полно тёмномагических артефактов! – с порога заявил фон Фокс, утвердился по центру комнаты и стукнул тростью по полу, - и они все протухли, ни один не работает! – немец вытащил из кармана облезлую лапу макаки и помахал ей перед лицом Сириуса, - как мои внуки будут расти в таких условиях?!       Джеймс медленно перевёл взгляд на Блэка и, не говоря ни слова, поднял одну бровь. Сириус страдальчески возвёл очи горе.       - Я обязательно от них избавлюсь.       - Папа, - с плохо затаённым злорадством произнёс фон Фокс, - я обязательно от них избавлюсь, папа.       Сириус прижал руки к груди, словно собирался покаяться, но затем зажмурился и с силой потёр виски.       - И не смей их выбрасывать, - немец вновь стукнул тростью по полу и вставил в глазницу выпавший монокль, - здешние недоучки слетятся на них, wie Fliegen auf Scheiße. Лучше продай.       - Кому нужны протухшие тёмные артефакты?       - Armleuchter! – рявкнул фон Фокс, - мы сами их заново проклянем! На этом можно хорошо заработать и спровадить на тот свет нужных böse Arschlöcher. Ты точно Блэк? Если представитель самого тёмного рода вашего островка настолько беззубый, то мне придётся заняться воспитанием внуков самостоятельно.       Сириус замер и уставился перед собой. На лице его отразилась нешуточная работа мысли. А когда он, наконец, отмер, взгляд его метнулся вниз и прикипел к оставленному на столике медальону.       - А знаете, - произнёс он, медленно облизнув губы, - это отличная идея, папенька. Давайте устроим аукцион.       - Sehr gut! – выпучил глаз за моноклем фон Фокс, - ты начал думать в правильном направлении.       - Да-да, - рассеянно отмахнулся от него Блэк, - и господа, - он отвёл взгляд от медальона и посмотрел сперва на Джеймса, а затем на тестя, - какие самые грязные и подлые проклятья вам известны? ***       Крошечные фигурки, что вот уже несколько минут стояли на берегу Чёрного Озера, засуетились и прыснули прочь. В воздухе над самой водой материализовался гигантский каменный куб. Грузно и величественно он рухнул вниз, на воду, с оглушительным хлопком, таким громким, что ощущался он не только ушами, а всем телом, точно удар мягкой подушкой и, подняв вверх целую тучу брызг, скрылся в глубинах озера. Вода колыхнулась лениво, разбились о берег поднявшиеся ненадолго волны, а затем всё стало также, как прежде.       В тихом, спокойном безветрии, таком нерушимом, что не шевелились даже листья на деревьях и только далёкие облака продолжали свой путь по небу, маги, с расстояния казавшиеся не больше муравьёв, вернулись к берегу и продолжили размахивать своими крохотными палочками.       Это был уже не первый каменный куб, что они материализовали из воздуха, и, скорее всего, не последний. Что-то они строили там, под водой, вдали от любопытных глаз. Что-то, что обратится обратно в воздух, когда сила трансфигурации, придающая ему иную форму, развеется.       Гарри потёр яблоко о рукав и, продолжая глядеть в окно, принялся жевать.       Происходящее в классе было не слишком интересно. Строго говоря, единственным умеренно любопытным феноменом было то, что скучно было абсолютно всем. Даже Гермиона уже перестала пытаться записывать и рассеянно черкала на полях тетради каракули. Вот уже третье занятие подряд, китаец вырисовывал на доске схемы и на ломаном английском объяснял студентам, что непростительные заклинания – это плохо и по возможности нужно избегать попадания под их действие.       Откровенно говоря, сейчас метод Крауча младшего казался Поттеру лучше. Жизнь членистоногого была малой ценой за столь мощный театральный эффект, а уж лёгкие, щадящие пытки непростительными ещё никому не вредили. Гарри встрепенулся и вновь прокрутил в голове последнюю мысль, повертел её так и сяк, признал её слегка ненормальной, после чего, с выражением глубокого удовлетворения на лице наградил себя воображаемым орденом за успешную социализацию. Ещё не так давно мысль о ненормальности собственного воспитания появилась бы у него куда позже.       - Хм-м, - Гермиона улеглась на парту и, повернув голову к окну, тоже стала смотреть на озеро.       Гарри улыбнулся одними уголками губ, скользнул взглядом по её ладной фигурке, а затем коснулся пальцами ложбинки между её лопатками. Гермиона вздрогнула сперва, но подниматься не стала, а продолжила следить за происходящим возле озера. Пальцы его, тем временем, опустились ниже, очертили линию позвоночника, игриво потрепали край свитера и коснулись кожи поясницы. Нежно и медленно, они очертили небольшой круг и отправились вверх. Кожа на спине у девушки была нежной и тёплой, Гарри облизнул губы так, будто его мучала жажда, жест получился каким-то очень естественным и инстинктивным, такая потеря контроля даже отрезвила парня на мгновение, но вместо того, чтобы остановиться, он только прищурился и запустил под одежду девушки уже всю ладонь.       Гермиона остановила его, когда свитер начал задираться. Придержав его руку, она приподняла голову, повернулась к нему и сердито округлила глаза. Поттер хихикнул тихонько и мотнул головой в сторону окна. День был на удивление погожий, может быть последний тёплый день в этом году, а травка зеленела так приятно, что в неё так и хотелось завалиться.       Гарри показал пальцами вышагивающих человечков и вновь мотнул головой в сторону окна. Гермиона прищурилась и указала на установленные над дверью песочные часы. Времени до конца урока оставалось до неприличия много. Мир послушно замедлился, а затем и вовсе остановился, свет выцвел, солнце превратилось в тусклый, покрытый хаотичными переливами диск, с чёрной точкой пятна у самого края. Струйка песчинок в часах замерла.       Вытащив палочку, Гарри просчитал воздействие и скупыми движениями, так, чтобы не тревожить воздух, расширил горловину часов и собрал песок в нижней чаше аккуратной пирамидкой. Малфой, одновременно с ним провалившийся в замедленное время, закатил светящиеся багрянцем глаза и фыркнул.       - Ну не завидуй, - сложив губы трубочкой, прошелестел Гарри, - с тобой я тоже погуляю, только не сегодня.       Малфой прищурился и, не торопясь, показал ему оттопыренный средний палец. Время возобновило свой ход. Гарри поймал взгляд Гермионы и большим пальцем ткнул в сторону часов. Девушка в ответ отрицательно помотала головой.       - Я тебя похищаю, - уведомил её Гарри шёпотом.       - Гарри!       - Обсуждаете что-то интересное? – прервал лекцию профессор, как обычно жутко коверкая слова, - поделитесь с классом.       - Я её похищаю, - произнёс на всю аудиторию Гарри, поднялся, взвалил возмущённо сопящую Гермиону на плечо и пошёл к выходу, - чемпионская необходимость. Нужно готовиться ко второму испытанию, - добавил он, уже стоя в дверях, - ну да вы понимаете. Гермиона, попрощайся с профессором.       - Доброго вечера, - без энтузиазма отозвалась девушка.       Китаец несколько секунд сверлил их недовольным взглядом, а затем просто пожал плечами и отвернулся. Мучительная тирада про круциатус продолжилась, а Гарри, больше не останавливаясь, углубился в лабиринт переходов и лестниц Хогвартса. Гермиона попыталась слезть пару раз, но безуспешно, так что оставалось ей только устроиться на плечах парня поудобнее, да ждать.       Несколькими головокружительными подъёмами по вертикальным стенам и леденящими душу падениями в кажущиеся бездонными колодцы спустя, Гарри всё же замедлился, открыл ажурную дверку, вышел наружу и бережно поставил Гермиону на отполированные до блеска доски пола. Девушка огляделась, сжала было губы в тонкую линию, но затем, против воли выдохнула и, улыбнувшись, обняла Гарри.       Невозможно было возмущаться и злиться, когда сам замок будто бы оказался у твоих ног, стоя под лучами солнца, что разбивались о поверхность Черного озера тысячами мерцающих самоцветов и дыша нежным запахом живых цветов, расставленных кругом в горшках и резных кадках.       - Тут очень красиво, - Гермиона подняла голову и, уперев подбородок между ключиц парня, улыбнулась ему, - спасибо.       Гарри наклонился и нежно поцеловал её в губы. Отстранившись, Гермиона хихикнула и упёрла пальчик ему в грудь.       - Ты, Гарри Джеймс Поттер, украл меня с середины урока. Благодаря тебе я теперь прогульщица, это недопустимо, - отчеканила она, пакостно улыбаясь, - объяснись.       - Мнэээ… - остроумно протянул Поттер, - чемпионская необходимость?..       Гермиона прищурилась, затем кивнула и, сев на изящную лавочку, закинула ногу на ногу.       - Отлично, - она похлопала ладошкой по сиденью рядом с собой, - давай готовиться. Ты уже узнал каким будет испытание?       - Конечно же нет.       Упав на скрипнувшую под его весом лавочку, Поттер приобнял девушку за плечи, но та, хоть и не стала отстраняться, но независимо вздёрнула носик, всем своим видом показывая, что обижена. Гарри вздохнул, протянул руку к появившейся рядом дверце, и достал из-за ней золотое яйцо. Несколько секунд он крутил его так и сяк, будто любуясь сверкающими под лучами солнца гранями и сложным орнаментом, а затем обхватил его и провернул исполненный в виде совиной головы замок.       Яйцо открылось, но ничего не произошло.       В ничем не нарушаемой тишине, Гарри закрыл лепестки, открыл их снова, постучал ногтем по молочно-белому камню служившему яйцу сердцевиной, а затем, потерев подбородок, с задумчивым видом поставил то на перила.       - Это что-то новенькое.       Гермиона убрала ладони от ушей и недоверчиво уставилась на приз первого тура. Яйцо не орало. Поднявшись на ноги, Гарри отряхнул ладони, закрыл раскинутые в стороны золотые лепестки и принялся изучать покрытые сложным орнаментом золотые бока. Девушка посидела мгновение, а затем присоединилась к процессу, чуть оттерев Поттера в сторону, и даже достала из захваченной с собой сумки лупу. Гарри негромко хмыкнул.       - Нашёл что-то?       - Нет, узор такой же, как и на остальных.       - А может?..       Начала Гермиона, но замолчала, помотала головой и вернулась к изучению орнамента.       - Что? – после недолгого молчания спросил Поттер.       - Может отсутствие подсказки - это и есть подсказка? – неуверенно протянула девушка.       - Похоже на то, - Гарри распрямился, хрустнул шеей и раздражённо крякнул, - только вот понятнее всё равно не стало.       Гарри достал палочку, материализовал из воздуха объёмистый таз, наполнил его водой и, вновь раскрыв яйцо, засунул его под воду и сунулся следом сам. Несколько секунд он не выныривал, но затем всё же сдался и поднял голову над водой. Получив в лицо струю горячего, сухого воздуха, он встряхнулся, взъерошил волосы и запрыгал на одной ноге, пытаясь вытряхнуть воду из уха.       - Молчит, - вздохнул он, в ответ на вопросительный взгляд подруги, - придётся действовать по старинке.       - Мы пойдём в библиотеку? – робко спросила Гермиона. Молчание парня было слишком красноречиво, - нет. Конечно же мы не пойдём в библиотеку.       - Мы пойдём путём криминала. Шпионаж, подкуп и шантаж – вот чем я займусь, но сперва, - Гарри убрал яйцо и жестом фокусника извлёк из воздуха маленький столик, накинул на него скатерть, выставил чайник и пару чашек, а затем, положил подле них старый, даже с виду дорогой томик.       - Тернистый путь к власти, или тринадцать лет в кресле министра. Мемуары и жизнеописание первой женщины-министра магии, Артемизии Лафкин. Коллекционное издание… - Гермиона трепетно провела кончиками пальцев по корешку книги, - Гарри…       Она порывисто обняла парня и, схватив книгу, уселась на лавочку. Парень усмехнулся, сел рядом с ней и, чмокнув девушку в макушку, обнял её за плечи и заскользил взглядом по первой странице предисловия. Они уже перешли к первой главе, когда Гермиона вздрогнула и подняла взгляд на парня.       - Ты же не забрал её у какого-нибудь покойника?       - В этот раз, - Гарри наполнил чаем чашку и подвинул поближе к девушке, - я её купил.       Гермиона улыбнулась, прильнула к парню и вновь заскользила взглядом по странице. ***       - Печеньку?       - Давайте.       Гарри протянул руку и, дождавшись, когда Дамблдор положит ему в ладонь печенье, съел его за один укус. Старик тоже не стал ждать и сам, откинувшись на спинку своего трона, начал жевать, но совсем не так, как Гарри, а очень вежливо, маленькими порциями. Погода испортилась, за окном башни видно было только туман, да изредка липнущий на стекло даже не дождь, а водную пыль. Невесть откуда взявшийся на такой высоте листок застрял в раме и трепетал на стылом ветру.       - Лаксатив, как мило. Должно быть отлично помогает с назойливыми гостями.       - Я совсем не молод, Гарри. Эти печенья бывают довольно полезны.       - Охотно верю, - Гарри скушал ещё одно печенье, - но вкусно, конечно, с этим не поспоришь.       Дамблдор улыбнулся и, пошевелив усами, откинулся на спинку трона. В окно вновь забарабанили капли, их дробный перестук причудливо вплетался в ритмичное щёлканье артефактов, расставленных по стеллажам. За дверью в личные покои директора недовольно топал Фоукс, время от времени он останавливался и издавал раздражённую трель, а затем продолжал бродить. Пока в небе висела Гаруда, чудище со стальными мышцами и куриными мозгами размером с птеродактиля и нравом приставучей пятилетки, хорошенько поколотить Поттера по башке феникс не решался.       - Так чем я обязан визитом?       - Мне кажется, моё яйцо сломано, - Гарри выставил на стол приз первого тура и подвинул его к Дамблдору, - нужно его заменить.       Директор важно покивал, покрутил яйцо в руках и так и сяк, пооттопыривал нижнюю губу и даже задумчиво похмыкал.       - Оно в полном порядке, - вынес он вердикт, возвращая яйцо Поттеру.       - То есть оно работает так, как должно?       - Гарри, - старик вытянул вверх указательный палец и стал им помахивать, так, словно ставит невидимые восклицательные знаки после каждого своего слова, - Турнир Трёх Волшебников – это празднество сотрудничества и спортивного духа. Три школы магии должны сойтись в состязаниях не ради победы, а ради того, чтобы узнать друг друга и проникнуться атмосферой…       - Борьбы за жизнь, - влез в его монолог парень.       -…партнёрства и взаимопомощи, - как ни в чём ни бывало продолжал Дамблдор, - именно поэтому я ни словом, ни делом не буду давать тебе подсказки, ведь я верю своим коллегам и знаю, что они поступят также.       Гарри моргнул.       - Премного благодарен!       - Не понимаю о чём ты, - степенно кивнул Дамблдор.       Когда Гарри уже почти ушёл, старик окликнул его.       - Кстати говоря, Гарри, как обстоят дела на факультете? Чем живут твои соученики?       Поттер замер перед дверью и прикрыл на мгновение. Вспоминать всегда было легко, временами воспоминания даже являлись непрошенными и тогда их приходилось изгонять из разума силой. А вот перетряхивать их в поисках нужного было уже сложнее, на то, чтобы найти в чьих-то словах двойное дно, или увидеть зацепки прежде оставшиеся без внимания всегда требовалось время. Вот и сейчас Гарри мысленно возвращался в прошлое, рыская там в поисках того, что могло заинтересовать директора.       - Они чуть более напряжены, некоторые боятся, кто-то даже боится не меня. Но в этом нет ничего неожиданного.       - Что ж, хорошо. А что старшие курсы, Гарри, мой мальчик?       Мой мальчик?       - Что-то не так? – обернувшись к старику, спросил Поттер.       Тот только кивнул как-то удовлетворённо и сверкнул таинственно стёклами очков. Фокусы для заигравшихся детей. Тонкая насмешка над теми, кто упускает нечто очевидное и ведёт себя не так, как следует.       - Я что-то упускаю. Что именно?       - Оба мы упустили слишком многое, - вздохнул старик, - иди, разберись в этом сам. И не торопись, всё, что могло произойти, уже произошло. И Гарри…       - Да?       - Любовь прекрасное чувство, место которому должно быть в сердце каждого, но не позволяй ей отвлекать тебя… Слишком уж сильно.       Гарри почесал макушку, щелчком пальца отправил в полёт к камину застрявший в волосах камушек и задумчиво потянул носом воздух. Старик подвинул к себе стопку свитков и надел очки для чтения. В окно ударил тугой порыв ветра, звякнули под его напором стёкла, по кабинету прошёл сквозняк. Парень вздохнул и открыл дверь.       - Я учту.       Гарри дёрнул за ручку и вышел на крышу донжона. В лицо ему тут же ударил сырой ветер. Закрыв за собой проход, он выбрал местечко посуше, присел и уставился в затянутую туманом мглу. Сквозь густеющее с каждой минутой марево с трудом пробивались очертания башенок замка, погода продолжала портиться. Над головой парня раздался пронзительный птичий крик, а в следующую секунду на крышу рядом с Поттером шлёпнулась оленья туша, да и сама Гаруда не заставила себя долго ждать.       Стимфалийская птица спикировала вниз, лишь в последний миг перед ударом о крышу распахнула крылья, один взмах которых взбаламутил окружающий туман и, выбив из черепицы искры своими изогнутыми когтями, каждый длиной с хороший кинжал, вразвалочку подошла к своей добыче. Размером питомица Гарри была уже с человека, перья её, цвета мокрой стали, набрали прочность и, с каждым её движением издавали мелодичный звон.       - Партнёрство, взаимопомощь, сотрудничество… - протянул парень, поглаживая урчащую от удовольствия птицу между кошачьих ушей, кисточки на концах которых то и дело довольно подёргивались, - с французами. Какая мерзость.       Гаруда квакнула и принялась расклёвывать оленье брюхо. Повозившись немного, она выдрала алую печень и, преданно моргая, протянул хозяину. Гарри хихикнул.       - Спасибо, моя хорошая, - произнёс он, почесал птицу за ушком и, приняв подарок, незамедлительно в него вгрызся.       В воздухе над озером появился ещё один каменный куб. С шелестом разрываемого воздуха рухнул он вниз, громыхнул своим колоссальным весом об воду, глухо, словно сквозь вату и скрылся. Корабль Дурмстранга шевельнулся, точно просыпаясь ото сна, а затем плавно повернул и встал килем к волне. Качнулся раз, другой, поводил оснасткой, размял паруса и вновь замер в неестественной неподвижности.       - Сотрудничество, так сотрудничество, - Гарри доел печень, облизнулся и скользнул взглядом по светящимся в опускающейся на горы ночи окнам капитанской каюты.       Поднявшись на ноги он потянулся и исчез, только чтобы появиться мгновение спустя уже совсем в другом месте. ***       - Эй, детишки, хотите увидеть голую женщину?       - Кто здесь?!       Крам крутанулся на пятках и наставил палочку на дверь, движение за ним повторили Стефан и Дитрих. Славемел пожевал губами и медленно подняв руки, протёр пальцами стёкла очков. Крам не удержался и на мгновение закатил глаза.       - Покажись! – потребовал он, - кто ты есть?       Из теней коридора под заливающий просторную каюту тусклый свет свечей, шагнул некто огромный. Наклонившись, чтобы не удариться лбом о косяк, он ступил на жалобно скрипнувшие доски палубы и ухмыльнулся, поведя могучими плечами. Лицо его и руки были заляпаны начавшей уже высыхать кровью. Крам невольно отступил на полшага и взглянул поднял взгляд на лицо гостя.       - Вечер добрый, - промурлыкал Поттер и улыбнулся ещё шире, продемонстрировав белоснежные, ненормально крупные зубы. Особенно цепляли взгляд длинные, острые клыки.       - Vampir… - едва слышно прошептал Стефан. Рука его, в которой была зажата палочка, мелко задрожала.       - Хм-м…       Поттер глянул на свои руки, задумчиво облизнул губы, а затем вперил в Стефана насмешливый взгляд. На мгновение Краму почудилось, что в глубине его ярко-зелёных глаз что-то шевелится, какие-то крошечные точки и чёрточки. Но затем наваждение исчезло.       - Нет, я просто кушал.       - Vampir! – уже увереннее отчеканил Стефан.       - Печень кушал, - легкомысленно наклонил голову в сторону Поттер, - её нужно есть исключительно сырой.       - Правда? – встрял в разговор Славемел.       - Клянусь честным именем министра Фаджа!       - Чью печень? – твёрдо спросил Крам.       - Если скажу – будет не интересно, - с пакостной улыбкой ответил Поттер.       - Чью? – повторил Виктор.       Улыбка медленно сползла с лица англичанина, а черты лица его будто бы закаменели о обострились. Вся его фигура будто бы начала источать угрозу. Крам стиснул в кулак заведённую за спину руку и заставил себя вдохнуть и выдохнуть. Как в момент перед пике.       Поттер внезапно напружинился, присел и резко выпрыгнул вперёд на полшага. Стефан заорал дурным голосом и, зажмурившись, пальнул искрами в стену, Дитрих упал на задницу, а сам Крам застыл, не в силах оторвать взгляда от оскаленных зубов Поттера.       - Хс-ссс! – громко зашипел тот, скрючил пальцы на манер когтей и преувеличенно комично замолотил по воздуху руками, - я есть буду пить вся ваша кровь!       Заорал он, как мгновение спустя, с растущим возмущением понял Крам, его же собственным голосом, с жутким акцентом и нарочно коверкая слова.       - Да, парни, - Поттер упёр руки в бока и покачал головой, - я, в принципе, не удивлён что чемпионом стал он, а не вы.       Англичанин указал на Октябрина. Тот даже не поменял позы с начала разговора. Долговязый, нескладный чемпион Дурмстранга так и стоял у стола, слегка ссутулившись, придерживая одной рукой очки, а другой теребя тесёмку мантии. На Поттера он глядел не слишком внимательно, а отвлечённо и словно бы насквозь, точно за спиной у того было что-то много более интересное, а мутные, замусоленные пальцами линзы очков лишь завершали образ, жирным шрифтом выделяя некое присущее ему благородное безумие.       - Итак, коллега, - обратился Поттер к Славемелу, - хочешь ли ты увидеть голую женщину.       - Д-да?       - Тогда пойдём, - Поттер прошёл мимо Крама, походя шепнув ему на ухо: «оленью печень», а затем панибратски приобнял чемпиона за плечо и повлёк того в сторону выхода, - яйцо же с тобой, да? Где, говоришь, в твоей комнате? тогда мы за ним зайдём по пути. Кстати говоря, как тебе наша школа? У вас дома всё также устроено?..       Чемпионы удалились и Крам, выругавшись сквозь зубы, убрал палочку. Стефан помог Дитриху подняться, после чего уставился на Виктора.       - Он ел оленину, - сам не зная, зачем, пояснил Крам.       - Он сам так тебе сказал? – саркастично спросил Стефан, - и ты ему поверил?      - А тебе так хочется верить, что он жрал человечину? – проворчал Дитрих, отряхиваясь.       Возразить на это Стефану было нечего. Он только набычился и принялся сверлить злым взглядом дверь в тесный коридор, где скрылись чемпионы.       - Что будем делать?       - Я пойду за ними, - вздохнул Виктор, - что бы лаймы не затеяли – это не к добру. Нужно проследить за ними. Стефан, ты со мной. Дитрих, иди к директору и расскажи о произошедшем.       Придавив Стефана тяжёлым взглядом, Крам призвал метлу и, сутулясь, вышел из каюты. Нужно было торопиться, пока слышны ещё были голоса удаляющихся чемпионов. ***       Флёр выдохнула, закрыла глаза и медленно погрузилась под воду. Её окутала ватная тишина, в тёплой темноте она слышала только стук собственного сердца, становившийся всё быстрее и быстрее с каждой проходящей секундой. Пена сомкнулась над её головой и стало совсем темно, приглушенный свет больше не пробивался под поверхность. Вытянувшись во весь рост, девушка зависла в воде, словно в невесомости.       Мир будто исчез, не было больше ни ванны, ни стен, ни украшенного вычурной лепниной потолка. Одна лишь вода вокруг. Грудь начало жечь, но Флёр оставалась неподвижна, только ладони её неспешно загребали воду.       Постепенно движения её становились всё медленнее и медленнее, пока не остановились вовсе. Мгновение спустя она коснулась дна, а затем, выбросив руки вверх, ухватилась за края ванной и выбросила себя вверх. Первый глоток воздуха отозвался в груди тянущей болью и бурлящим удовольствием, заполошное биение сердца барабанной дробью отдавалось в ушах, тёплая вода ласкала кожу и все эти чувства постепенно истончались и смешивались, обращаясь в ленивую, расслабленную негу.       Флёр убрала с лица мокрые волосы и, не открывая глаз, обессиленно откинулась на пологий бортик ванной. Впрочем, отдых прервался очень быстро, ровно в тот момент, когда девушка услышала чьё-то тяжёлое дыхание.       - Кто бы ты ни был, - всё также лёжа с закрытыми глазами, размеренно произнесла Флёр, - лучше иди и сдайся мадам Максим сам.       Сопение не исчезло, но к нему добавился какой-то непонятный звук, то ли щёлканье, то ли хруст.       - Тогда наказание твоё будет лёгким, - протянула Флёр уверенным, как ей хотелось бы верить, голосом. Но блефовать дальше было уже не нужно, она смогла наконец незаметно нащупать на стоящем возле ванной стульчике свою палочку и рывком повернулась на звук, беря незваных гостей на прицел.       Магический светляк сорвался с кончика палочки и резко поднявшись вверх выжег из комнаты все тени. У двери, прислонившись плечом стоял Поттер. Флёр ахнула.       - Ты?! – от растерянности она даже замерла, раскрыв рот и не думая прикрываться, но затем на неё снизошло понимание. Приложив тыльную сторону ладони ко лбу, она откинулась на бортик ванной и соблазнительно выгнулась, удостоверившись, что пена стекает по её телу именно так, как надо, - ты… ты пришёл, чтобы надругаться надо мной? Иди же, и возьми своё, варвар.       Поттер, не скрываясь, хохотнул. Хруст повторился, только теперь его сопровождало что-то совсем уж непонятное, но очень похожее на стук зубов. Флёр подождала ещё немного, а затем приоткрыла один глаз и посмотрела на чемпиона Хогвартса. Тот стоял и с совершенно безразличным видом жрал семечки. Что несомненно возмутило бы её, если бы не ещё один посетитель.       Славемел тоже был тут, голова его торчала из-за плеча Гарри, а сам он, стуча зубами, смотрел прямо на неё.       - Скажи своим сиськам, - медленно произнёс Поттер, не сводя с неё взгляда, - чтобы они перестали пялиться мне в глаза.       Подняв тучу брызг, Флёр нырнула в ванную.       - Пахнет дипломатическим скандалом, - невозмутимо прокомментировал происходящее Поттер, - как волнующе.       - Что вам нужно?! –Флёр высунула голову наружу и ткнула зажатой в руке палочкой в парней, - и отвернитесь же, наконец! Merde!       Поттер хмыкнул и повернулся к ней спиной.       - Пусть он тоже отвернётся, - слегка истеричным тоном приказала Флёр и ткнула палочкой в русского.       Неторопливо вытянув руку, Гарри постучал ногтем по очкам Славемела, запотевшим до полной непрозрачности. Тот же этого жеста даже не заметил, а просто продолжил стоять немного скособочившись, стуча зубами и странно подёргивая ногой.       - Наш друг выключился минут десять назад.       - Пусть отвернётся!       Поттер тяжело вздохнул. Флёр не видела его лица, но всё же могла поклясться, что он закатил глаза. Впрочем, упираться Поттер не стал, а просто поднял Славемела за шкирку, одной рукой,  легко, словно котёнка и поставил на пол лицом к стене. Такая небрежная демонстрация силы заставила девушку вздохнуть чуть глубже и чуть засучить ногами, борясь с растекающимся по телу жаром.       - Так зачем же вы пришли, ‘арри?       - Мне нужна вы…       Слова его заставили её сердце замереть в груди, а затем забиться с новой силой.       - …ваше сотрудничество, и ваше яйцо, - насмешка. Это была насмешка. Сейчас он совершенно точно ухмылялся.       Мерзавец.