Bloody "Dolls"

Первая бригада сумела вернуться обратно в организацию лишь ближе к ночи. Работы было очень много. Они долго гонялись по городу за приговорёнными преступниками, ни на минуту не присели, а, когда закончили всю работу, то даже не заметили, как часы пробили десять. Находясь в раздевалке Токкея, только-только выйдя из душа в одном единственной обмотанном вокруг талии полотенце, Тецуя стоял возле своего именного шкафчика, суша мокрые волосы и обтирая тело от воды. Его вид был очень поникшим. Он сильно устал, гоняясь за преступниками по всему городу. В этот момент он услышал вибрацию своего телефона. Ему прислали СМС. “Кисе-кун?” – Тецу был очень удивлён, увидев столь знакомое имя у себя на дисплее, – “Зачем он пишет мне? Да ещё и так поздно? Хотя для Кисе-куна нет неподходящего времени.” Сняв блокировку экрана, Куроко открыл сообщение: Адресат: Надоеда. Тема: Я узнал последним!! - “Куроко-чи, я только что узнал об отъезде Момо-чи. Печалька! Я плачу!”– в конце послания стоял грустный смайлик, так что чувства блондина были очевидны. - Тц…, - голубоглазый парнишка нахмурился. Ему неприятно вспоминать о произошедшем с их бывшим менеджером. Фантом поспешил написать ответ: Тема: Мне жаль. - “Кисе-кун, не расстраивайся. Уверен, Момои-сан, будет хорошо в новом доме.” Ответ пришёл очень быстро: Тема: Ты не расстроен? - “Куроко-чи, неужели ты не переживаешь за Момо-чи? Почему она так внезапно решила уехать?” Лицо убийцы скривилось. - “Наверное, это было необходимым для неё.” - напечатал парнишка, продолжая вытираться. “Я не могу признаться в том, кто я. Пусть лучше всё остаётся так, как есть сейчас. Хоть я и злюсь на Аи, но эта проблема лишь между ним и мной, другим я не позволю влезать между нами. Я поступлю с ним так, как посчитаю нужным. Мы разберёмся с этой проблемой сами, как и прежде справлялись со всеми бедами, но боюсь, что внезапный переезд Момои-сан вызовет волну подозрений и недовольств среди всего Поколения чудес. Это может стать проблемой для меня. Не хватало ещё, чтобы ПЧ что-то заподозрили на мой счёт. Вот, почему я злюсь на Аи, потому что он сначала делает и лишь после думает. Мне не нужны лишние подозрения и слежки за мной по ночам. Думал, хоть в школе могу ненадолго отдохнуть от тяжёлой работы, но нет, теперь придётся ещё и за бывшими сокомандниками приглядывать, чтобы те ничего не натворили.” – захлопнув шкафчик, Тецуя стоял в одних лишь брюках, держа голубую рубашку с короткими рукавами в руке. Свою рабочую форму Токкей он спрятал от людских глаз вместе с медальоном, подтверждающим его ранг и звание. - Эх, проблемы лишь увеличиваются, – Фантом тяжело выдохнул, потирая лоб, - С тех пор, как я начал учиться в Сейрин, они лишь усугубляются и растут. Надев рубашку, он застегнул её. Собрав свою сумку и надев ботанские очки, чтобы скрыть усталый взгляд, поплёлся к выходу, перед этим на прощанье кинув, – До свидание, ребята! Я домой! - Пока-пока, вице-капитан, – весело крикнул в ответ Иуда. Танабэ же просто печально вздохнул. Обычно Аи всегда подвозил при любой удобной возможности своего давнего товарища и то, что сейчас Куроко просто молча ушёл, говорило о том, что он действительно обижен на него. “Может мне ему вечером позвонить и снова попытаться примириться с ним?” – сам же Аи весь день ходил, как тень неприкаянная, грустный, с поникшим видом, – “Всё, чего я хочу - это лишь место в сердце Тецу. Я ведь так люблю его. Мне тяжело видеть, как он отвергает меня и отворачивается. Я сглупил, когда не поделился своими подозрениями на счёт школьной жизни и дружеских отношений с гражданскими с ним самим. Я переживал за него, потому что по себе знаю сколь сильна боль, когда ты находишься в окружении людей, к чьему обществу ты, к сожалению, не принадлежишь. В такие моменты я всегда чувствовал себя паршивой вороной с ободранным, заляпанным кровью своих жертв оперением среди роскошных лебедей. Убийцу никогда и нигде не примут, как равного. Кто бы какие высокопарные речи не произносил, но такова правда. Убийцы не являются частью цивилизованного общества, нам нет места среди простых людей. Мы не можем войти в их круг общения и жизни, а они в наш. Иначе никак. Что тут скажешь - тут нечем гордиться, однако наша с Куроко работа – это не просто “возьми и убей”, даже мы обязаны придерживаться строжайших правил в нашей работе. Хоть Токкеевцы и имеют неограниченные полномочия, но это касается лишь преступников, мы не убиваем невинных людей. Думаю, мы пусть и по своему, но можем гордиться собой, ведь мы очищаем страну от прогнивших людских душонок. Мы избавляем мир от преступности, вырезаем всю гниль из цивилизованного общества и пусть самих нас никогда не примут туда, не причислят к добропорядочным гражданам, но есть одна истина, которую нельзя изменить никому - без нас этого самого общества никогда бы и не было. Именно такие, как мы, поддерживаем в нём порядок. Мы честно исполняем свой долг, работая на Токкей. Мы упорно трудимся и долго, скрупулёзно и очень тяжело обучаемся. У нас порядки ещё строже, чем в армии. Мы очень требовательны к себе. Иначе, как после мы сумеем вершить казнь над другими? Сам факт того, что я никогда не смогу стать роскошным лебедем, удручает меня ежедневно. Токкеевцы вынуждены жить с этой правдой до самого конца своей никчёмной жизни. Уверен, Тецу тоже это понимает и чувствует тоже самое, что и я. Его это мучает так же, как и меня, и Иудаи, и остальных членов Токкея. Вороне никогда не стать лебедем.

***

Приехав домой на автобусе, Тецу завалился на диван в гостиной. Ему всё продолжал строчить СМС-ки Рёта. Адресат: Надоеда Тема: Хочу тебе сказать. - “Куроко-чи, мне одиноко~о. Момо-чи уехала и теперь мне не с кем поговорить.” “Он продолжает ныть. Ему, что заняться больше нечем?” – недовольное лицо Куроко говорило само за себя. Он был очень уставшим, измотанным, с красными от холодного ночного ветра глазами. Отправитель: Куроко Тецуя Тема: Мне всё равно. - “Прекрати доставать меня, Кисе-кун.” Буквально через секунду пришёл нудный, выводящий Фантома из себя, ответ: - “Куроко-чи, ты злой. А что, если с Момо-чи что-то случится в Мексике? Я ведь не смогу её там защитить.” Тецуя приподнял бровь, обвиняя своего собеседника, – “Ты себя для начала научись защищать, Кисе-кун. В Токкей того, кто не может постоять за себя, обычно сразу вышвыривают из организации.” Быстро напечатав СМС-ку с содержанием, - “Момои-сан уже не ребёнок. К тому же она уехала не одна, а вместе с семьёй. Волноваться не о чем.” – Куроко быстро её отправил, а сам пошёл к автоответчику, на котором высветилось два похожих друг на друга аудио-сообщения. Нажав на кнопку, он начал поочерёдно их всех слушать: - Заяц, прошу тебя не игнорь меня! – жалобные вопли послышались из телефона, - Я в отчаянье. Ещё чуть-чуть и я наглотаюсь таблеток или под песню Сердючки спрыгну с крыши к чёртовой матери. Я серьёзно! Я погибну! Неужели в тебе не осталось ни капли сочувствия ко мне? Я осознаю, что облажался с той девкой. Я виноват! – истерично крикнул убийца в трубку, - Я буду гореть в Аду за этот поступок, да-да, я, презренный человечишка, буду гореть в преисподней, – быстро протараторил невнятные речи Танабэ. Навряд ли он сейчас вообще понимает, что говорит, но Куроко это забавляло, – Прошу перезвони мне, как только прослушаешь это молящее послание суицидника. Тецуя улыбнулся. Каждый раз, когда инициатором ссоры являлся Танабэ, автоответчик Куроко заполнялся вот такими вот идиотскими, но в тоже время очень милыми сообщениями. Голубоглазый считал такие моменты своим сокровищем. Где ещё можно было услышать столь яркие, непохожие ни на что другое послания с извинениями? Нажав кнопку на телефоне, он начал слушать второе незабываемое голосовое сообщение, – Тецу~ууу, - и снова взывающий вопль отчаянья. Имя растягивалось, будто сладкий мёд. Вместе с этим расползались и губы мальчика-“призрака”, – Я взываю к тебе из могилы, – его голос был настолько серьёзным, что Куроко просто не мог не прохихикать, – Я винова~ат, хнык-хнык, - начал плаксиво гундеть беловолосый в трубку. Он специально пародировал слёзы, чтобы разжалобить голубоволосого, но напрасно, это лишь забавляло его, а после и вовсе заставило рассмеяться во весь голос. Такого даже он не ожидал, – Ты мучаешь меня. Тебе всё равно, что я страдаю? Мне одиноко~о. Позвони мне, ну, позвони~ии. - Ха-ха-ха-ха!!! – громко рассмеявшись на весь дом, голубоглазый держался трясущийся рукой за живот, – О Боги, это так смешно. Я не могу… остановиться. На самом деле Фантом уже давно не злился на друга. Он просто хотел преподать ему урок, дабы тот впредь не пакостил в тайне от него. Мальчишка и не думал долго обижаться или игнорировать старого товарища. Они слишком давно знали друг друга, чтобы ссориться по таким мелочам. Да, Тецуя считал произошедшее мелочью, потому что уже долгое время жил двойной жизнью, и более значимой и первостепенной для него являлась жизнь в роли Токкеевца, в то время как вторая его жизнь школьника и спортсмена едва ли могла тронуть сердце беспощадного убийцы. Куроко жил так, как хотел, ни на кого не равняясь и нисколько не жалел о сделанном когда-то выборе. Ему едва исполнилось пять, когда он предпочёл спокойной жизни жизнь убийцы. Он с гордо поднятой головой нёс своё бремя, ни на что и ни на кого не жалуясь. Возможно, его могут назвать чересчур холодным или равнодушным по отношению к Поколению чудес, но сам Куроко так не считал. Сами баскетболисты: Акаши, Шинтаро и остальные в ПЧ были достаточно сильными, чтобы пережить расставание с Фантомом. У каждого из них была яркая, наполненная красками, светлая жизнь. Тецу был для них не настолько важен, чтобы тот начал печься о каждом из них. Куроко считал их крепкими ребятами. “Переживут.” – так он думал, глядя на ребят из своей прошлой баскетбольной команды. У настоящего него, известного прежде под именем Каташи Итояма, есть лишь Танабэ и Иудаи. Он посвятил свою жизнь борьбе с преступностью. Все людские благи для него чужды: школьная жизнь, шуточные перебранки с одноклассниками, тревоги за сдачу экзаменов, переживания за спортивные успехи в баскетболе и ещё много всего, чего был лишён этот юный мальчик с голубыми, как небо, глазами. Он был вынужден от всего этого отказаться и забыть о нравственности и морали. Он пожертвовал своей жизнью, своей юностью, отдал душу и свою невинность, поддерживая свой выбор, своё решение. POV Тецуя Куроко: Я далеко не святой. У меня есть грехи. Они настолько велики, что даже, если я буду молиться день и ночь всю оставшуюся жизнь, я всё равно не добьюсь прощения. Да, мне оно и не нужно собственно. Я сам выбрал свою судьбу. Мне не нужна ничья помощь или сострадание. Я не нуждаюсь ни в чьей жалости и уж тем более в ПЧ или Кагами. Моя жизнь – моя работа. Я не хотел быть таким, меня заставила судьба. Я “умер”, когда на моих глазах испустила вздох моя сестра, когда были убиты мои родители. Тогда я выплакал все слёзы, что у меня были. Я перечеркнул своё светлое будущее и свою надежду. За место этого мной завладела месть. И именно её я жаждал больше всего. Я утопал в своём несчастье. Я тот - кто сотворил из собственного тела оружие. Примеряя различные маски на себя, я сумел влиться в общество, стать полноправным его членом, но это лишь ширма, скрывающая мои истинные чувства. На самом деле я несчастен. Само моё существование - это пытка для меня. Никто не смеет осуждать меня, не зная моей истории, не понимая моих страданий. Вот почему я не прошу прощение за свои поступки ни у кого другого, кроме Бога. Лишь Он имеет право меня судить. Никто более. END POV Тецуя Куроко. “Я пожалуй не буду перезванивать Аи. Пусть ещё немного попереживает.” – гаденько ухмыльнулся голубоглазый, стирая все телефонные сообщения с домашнего телефона. В этот самый момент на его мобильный пришло очередное сообщение от Рёты: - “Куроко-чи, давай завтра погуляем вместе?” Лицо Токкеевца напряглось. Он быстро напечатал, - “Кисе-кун тебе настолько скучно?” Ответ пришёл мгновенно: Тема: Ты не хочешь??? - “Ну, позя-зя!” – съуродничал Кисе, ставя в конце СМС-ки плаксивый смайлик. Фантом тяжело выдохнул, держась ладонью за отяжелевшую голову, - “Вообще-то завтра у меня выходной. Его организовал для первой бригады наш директор по случаю сегодняшней большой вылазки. Мы совершили казнь над четырьмя преступниками в один день, поэтому завтра мы отдыхаем, переводим дух, так сказать. Я хотел сходить за покупками, прикупить что-нибудь по мелочи, а теперь вижу, что не видать мне спокойного отдыха. Сразу понятно, что Кисе-кун от меня не отстанет, пока не добьётся моего согласия. Придётся целый день выслушивать его нытьё по поводу уезда Момои-сан и притворяться добрячком с куриными мозгами и слабым телом. Что за жизнь у меня такая?” Самобичевание Куроко закончил тем, что он просто отправил одно единственное сообщение: Тема: Не спорь. - “Хорошо. Завтра возле станции, ровно в 10:00. Не опаздывай!” Лишь сам Тецу знал сколько внутренних сил ему понадобилось, чтобы преодолеть себя и самолично отказаться от столь редкого при его работе выходного. Тема: Я счастлив. - “Ура! Спасибо, Куроко-чи!” - Да-да, – скучающе пробубнил он, читая СМС-ку. Тецу зевнул от усталости и медленно поплёлся к себе в спальню, совершенно позабыв о мобильном.

***

- Куроко-чи!! – яркий блондинистый парень налетел с улыбкой и крепкими объятьями на бедное, едва колышущееся на ветру тело, это был Куроко. Его лицо было хмурым с едва заметными синяками под глазами. Парень совершенно не выспался, хоть и проспал довольно долгое время, – Я так рад тебя видеть!! - Кисе-кун, не будь столь энергичным, – возмолила к совести товарища “Тень”, старательно отталкивая блондина от себя. Рёта нехотя отпустил своего “заложника”. Только когда модель увидел усталость на лице Тецу, тот стал более серьёзным, – Куроко-чи, с тобой всё в порядке? Ты выглядишь как-то потрёпанно. - Кисе-кун, прошу, не стоит так обильно осыпать меня "комплиментами". Это излишне, – язвительно подметил Фантом, старательно приглаживая свои растрёпанные, замасленные локоны, торчащие во все стороны. Он сильно ворочался ночью, это было его некой отличительной чертой. - Хех, прости, – внешний вид заспанного мальчишки перед собой радовал его. Редко можно было увидеть Тецую в таком состоянии. Мальчик-“призрак” в отличии от стильно одетого Рёты был одет в более простую одежду: джинсы, старые кеды на липучках и голубая мешковатая кофта. Он специально надел не очень дорогую одежду, какую обычно носил в своей обыденной жизни, чтобы не выпячивать на показ свою обеспеченность и по-прежнему оставаться "невидимкой". Мало кто из окружения паренька знал, что Тецу обладает отменным, тонким вкусом. Он предпочитает стильные, модные вещи и в основном отдаёт своё предпочтение известным брендам. “Я обязан играть роль бедного студента, живущего на пенсию бабушки.” – подумал голубоглазый, отстранённо глядя на от чего-то покрасневшего Рёту. “Куроко-чи, такой милый. Его не уложенные волосы и детская наивность делают его очаровашкой.” - Куроко-чи, давай…, - только он хотел, как всегда с весёлой улыбкой до ушей предложить голубоволосому зайти в кафе, как тот его резко перебил. - Кисе-кун, сначала я хочу купить молочный шейк, а уже после пойдём туда, куда ты хочешь, ладно? – Тецу лениво почесал затылок. Казалось, будто ему совершенно не интересна эта прогулка, но Рёта, привыкший лицезреть лишь его безъэмоциональное лицо, совершенно не заметил безразличия в голубоглазом. Настоящего Тецу вообще мало, кто знал и понимал. - Д-да, конечно, – Рёта не стал возражать, но от резкого тона Фантома улыбка модели всё же уменьшилась. Они зашли в ближайший супермаркет. Что больше всего удивило копировальщика так это то, что Тецу, совершенно обо всём позабыв, расплатился платиновой банковской карточкой. “Откуда у Куроко-чи столько денег? Стоп, вроде Момо-чи что-то говорила об этом… А, ну и ладно.” – всё-таки блондин решил промолчать, списав всё на недоразумение и непонимание. Медленно потягивая молочный напиток, Куроко наконец-то сказал, – Теперь говори. Рёта опустил печально голову, – Когда Момо-чи неожиданно уехала, я опечалился. Я слышал, что у неё были какие-то проблемы в семье, – Тецу дёрнулся. Он был единственным, кто знал правду. - Действительно? – однако, лицо голубоглазого по прежнему оставалось неизменным. Он казался абсолютно безразличным, – Я и не знал об этом, – ложь выливалась из его рта абсолютно естественно. Он привык врать, – Как бы там ни было, я надеюсь, она будет счастлива, живя в другой стране. - Я тоже на это надеюсь, но мне всё же грустно от того, что Момо-чи покинула нас. Мы ведь так давно дружили, а теперь, когда она уехала, внутри, будто какая-то пустота. Голубоволосый мальчик встал посреди дороги, что вызвало ещё больший шок у модели, – “”Пустота”? Действительно ли я должен чувствовать именно это сейчас?” – Куроко терялся в собственных ощущениях и вновь и вновь убеждался в том, что у него совершенно отсутствуют какие-либо чувства к ПЧ. Мальчик не чувствовал того напряжения, что и Рёта, не ощущал ту самую пустоту, которую обязан чувствовать каждый человек, переживающий расставание с другом. Но Тецу не мог этого почувствовать. И это тяготило его. “Кажется, я действительно - ”Кукла”.” – мальчик-“призрак” мысленно ухмыльнулся, удивляясь своей собственной бесчеловечности. - Куроко-чи, могу я спросить тебя кое о чём? – Кисе слегка покраснел. Он замялся. - Конечно. Спрашивай о чём угодно, – Фантом, выйдя из собственных мыслей, как ни в чём не бывало продолжил безъэмоционально потягивать через длинную трубочку свой молочный коктейль. - Т-тот беловолосый парень, который пару недель назад приходил к тебе в школу…гх… мне показалось, что между вами есть будто какая-то особая, невидимая, но живая связь. Как если бы он был для тебя особенным. И я хотел спросить… в общем… это правда? У тебя необычное отношение к нему? Он для тебя особенен? – на удивление, Рёта был красный, подобно варёному раку. Тецу улыбнулся про себя, – Ну да, – без всякой задней мысли ответил он, даже не подозревая какую боль, сейчас причинил своим безалаберным ответом Рёте, – Танабэ-кун для меня, как брат. Он мне очень дорог. Разумеется, у меня к нему особое отношение, - и снова очередной удар по блондину нанесли его слова. - И это всё? – нетерпимо стал допытываться блондин. Тецу удивился, – Он лишь “брат” для тебя? - Ну, конечно, – Фантом не понимал вопроса Рёты, возможно именно поэтому тот ответил так бездумно. Однако, на лице модели после этих ободряющих слов появилось облегчение. - Я рад. “”Рад”? Чему?” – это так и читалось на лице убийцы. - Ты знаешь, Куроко-чи, я всегда хотел быть для тебя особенным. С самой первой нашей встречи я мечтал о тебе, – признался блондин. - “Обо мне”? – голубые глаза округлились, словно две большие тарелки, – Кисе-кун, что ты имеешь в виду? - Я… я… я люблю тебя, но не как друг, а как парень, – неуверенно прощебетал блондин, дрожащими губами целуя бледный, суховатый рот голубоглазого. Тецу был в шоке. Рёта отстранился от него довольно быстро и начал просто ждать реакции Фантома. Сам же голубоглазый не был смущён, ведь это был не его первый поцелуй или что-то в этом роде, но мальчишка искренне надеялся, что всё произошедшее просто глупая шутка, так как никогда не испытывал каких-либо любовных чувств к модели. Его даже не смущало то, что они оба мужчины. Куроко не видел в разнице их полов ничего особенного. Он ещё и не такие извращения видел и делал. Поэтому для него такие отношения были в порядке вещей. “Я безнадёжный человек, Кисе-кун, но ты – другой. Я погублю твой свет, если открою тебе своё настоящее <<я>>. Моя душа не так чиста, как ты думаешь. Она уже давно сгнила и сгорела до костей, не оставив даже пепла.” На бледном лице Тецуи появилась измученная собственным существованием улыбка, – Прости, Кисе-кун, но я не лучший кандидат для твоих любовных мечтаний, - Рёта впервые увидел у него такое лицо. - Куроко-чи? – блондин не мог подобрать нужных слов. Настолько он был поражён увиденным. Сам голубоволосый парнишка показал чрезвычайную спокойность и рассудительность. На его лице не дрогнул ни один мускул. Он был по-прежнему безразличен и пуст внутри. - Рядом со мной ты будешь несчастным, – предупредил серьёзным тоном Куроко. - Почему ты так думаешь, Куроко-чи? Разве с любимым человеком можно быть несчастным? - Уж поверь, что можно, – хмыкнул небрежно Тецу, - Я никогда не стану героем твоих любовных романов, которые ты скорее всего уже вообразил у себя в голове. У меня много проблем, я бесчувственный, совершенно не нежный и во многих вещах я лишён понимания. Со мной трудно. Кисе-кун – ты нежный цветок, который просто засохнет, находясь рядом со мной. Куроко не желал обидеть Рёту, но игнорировать разницу между ними он тоже не мог. - Даже не думай ни о какой любви ко мне, Кисе-кун! – решительно гаркнул Фантом, - Это плохо закончится. Твои чувства ни к чему хорошему не приведут, – его слова были резки. Он не принимал никаких чувств от Рёты, так как не хотел навредить ему. Тецу боялся пустить в своё сердце кого-то, помимо Токкей. Ему казалось невозможным довериться кому-либо постороннему. “Прости, Кисе-кун, но для меня не существует никого, кроме Аи и Иудаи.” Вся та резкость, что была в словах голубоглазого, заставили золотистые глаза модели слезиться, – Т-ты так категоричен. Н-неужели ты совсем ничего не чувствуешь ко мне? – лицо “призрака” округлилось. Лишь посмотрев на него, Рёта сумел понять, что всё именно так, как он и сказал, – Т-так это п-правда? “У него такое отстранённое лицо, будто он не видит ничего плохого в своём безразличии ко мне. Куроко-чи даже не осознаёт своей чёрствости. Он просто воспринимает это, как должное. Ему и не нужны вовсе мои чувства. Я безразличен ему.” - Куроко-чи, как ты можешь быть таким жестоким?! – блондин толкнул Куроко руками в плечи. - А! – Тецу не ожидал такого, поэтому машинально вскрикнул. Его глаза не хотели лицезреть слёз баскетболиста, но иначе он не умел. “Чувства для меня под запретом. Как же мне ему всё объяснить? Кисе-кун злится на меня.“ - Кисе-кун, прости…, - Тецу не желал с ним ссоры или недопонимая, поэтому решил просто извиниться, хотя на самом деле едва ли понимал всех переживаний блондина. Он считал, что тот слишком уж чувствителен и сейчас просто преувеличивает из-за его отказа, переводя всё в свою личную несоизмеримую трагедию. “Разве тут есть о чём плакать, дурачок? Я делаю тебе одолжение, отказывая тебе.” – вот каковы были истинные чувства Куроко. Он искренне верил в то, что для самого Рёты так будет лучше всего. Куроко долго подбирал слова, - Я не хотел задеть твою гордость или оскорбить твои чувства ко мне. Уверен, ты искренен со мной, – неожиданно для него самого, Рёта успокоился, - Но, к сожалению, я навряд ли буду для тебя хорошей парой. Я не могу объяснить тебе всех причин, но… без меня ты будешь намного счастливее, поверь. В твоём будущем для такого, как я, просто нет места. Я надеюсь, ты ещё сможешь найти человека, которого ты сумеешь полюбить и кто сможет сделать тоже самое для тебя. - Но мне нужен только ты! – крикнул в ответ Рёта. - Извини, – сказал, как отрезал. Тецу был непреклонен в своём мнении, – Я не позволю нашим отношениям перейти во что-то большее, чем просто товарищество. Даже если это ранит тебя, я не смею просить от тебя большего. “Это ради тебя, Кисе-кун. Возможно, ты никогда не узнаешь правды обо мне и не сумеешь понять мои намеренья - я не против этого. Всё будет в порядке, даже если ты забудешь меня… нет… думаю, так будет даже лучше всего.” - Неужели у меня совсем нет никакой, даже мельчайшей крупицы, возможности быть любимым тобой? Я тебе совсем не нужен? – Рёта с надеждой посмотрел на Фантома. Он из последних сил старался вытянуть из него хоть какие-то эмоции. На лице голубоглазого появилась грустная полуулыбка, – Ты дорог мне, Кисе-кун, но большего я советую тебе не ждать от меня, потому что иначе ты сильно разочаруешься. Под словами “дорог мне” мальчик-“призрак” не имел никакой подоплёки и не подразумевал ничего лишнего или пошлого, однако Рёта понял всё именно так, как хотел понять, - “Неужели Куроко-чи всё-таки небезразличен ко мне? Значит, пока не всё потеряно? Наверное, он просто не видит во мне любовника, лишь товарища.” - блондин явно тешил себя несбыточными мечтами и призрачными надеждами, потому как не желал принимать столь явный отказ, – “Сейчас я должен показать ему, что я могу быть не просто другом-баскетболистом, но ещё и мужчиной, который может чувствовать симпатию к кому-то.” - Рёта настаивал на своём, теша последнюю попытку прибрать нерадивого Токкеевца себе к рукам. Копировальщик снова впился в губы Тецуи. Тот никак не отреагировал: Куроко не оттолкнул его, не стал возражать, а просто милостливо принял его действия, как должное. “Он ведь сам захотел меня поцеловать.” – именно такие мысли крутились у голубоволосого в голове. Да, Тецу, ничего не чувствовал к Рёте: ни любви, ни даже дружбы или привязанности. Он считал его просто старым товарищем по команде. И так, как у самого Куроко уже был опыт в сексуальных отношениях: не только с женщинами, но был грех юности - и с мужчинами тоже, то Рёта едва ли мог похвастаться своими любовными похождениями. Тецу даже глаза не стал закрывать, но всё же ответил баскетболисту на его поцелуй. Через миг после того, как Кисе отстранился от губ по-прежнему безъэмоционального парнишки, тот томно произнёс, – Я бы хотел, чтобы ты провёл со мной ночь, – Фантом вздрогнул, - Хотя бы раз! – просил его баскетболист, а Тецу продолжал стоять, как ни в чём не бывало с покерфейстом. Это пугало Рёту. Впервые он видел всю многогранность фальшивой натуры Куроко, которую тот всё время показывал ему. Человек, что перед ним стоял – фальшивка. Настоящий Тецуя был далёк от Рёты. Поведение, как и просьба модели, нисколько не смутили Токкеевца. Ему часто предлагали подобное, потому как Тецу считался кем-то наподобие “ледяного принца”. Он по-своему популярен. - Кисе-кун, ты уверен? – с наивной, слегка глуповатой улыбкой спросил копировальщика Куроко. Он корчил из себя “само благородство”, но на самом деле в глубине души Токкеевиц понимал, что поступает по отношению к блондину дурно, ведь тот испытывал искренние чувства к голубоглазому, в то время когда он сам единственное, что мог предложить Рёте в замен это секс по дружбе. Никаких чувств. Никакой любви. Лишь постель. “Всё-таки я - бессердечный.” – сделал вывод паренёк с глазами цвета сапфира. В следующий миг Тецу мужественно прижал парня ростом выше самого Куроко на целую голову к своему сильному телу. Хоть Фантом и выглядел слабаком, но в тоже время в нём кипела жизнь и молодость. Кисе чувствовал это. - Да, я уверен, – ответил уверенным, но в тоже время очень тихим голосом Рёта. “Прежде я ни разу не делил постель с мужчиной, но… это ведь Куроко-чи. Он не может причинить никому вреда.” Тецу не был против их совместной ночи. Он бы обязательно переспал с Рётой, если бы не увидел позади влюбчивого блондина своего “брата” – Танабэ. “Аи? Что он тут делает?” Глаза Тецуи расширились, но вскоре, поняв, что совершил оплошность, быстро успокоился, – “Я должен вести себя непринуждённо. Может быть, Аи и вовсе меня не заметит.” Парень с виду хрупким телосложением изредка поглядывал на давнего друга, стоящего неподалёку. Танабэ находился в обществе двух своих лже-друзей-одногруппников. Он так же, как и Тецу, был одет в более простую одежду, чем обычно, так как он явно шёл из университета. Когда взгляд главного капитана Токкея всё же упал на своего вице-капитана, то он удивился не меньше, – Тецу? Почему он милуется с тем тупоголовым блондинчиком? – романтическая аура вокруг тех двоих, а так же влюблённые глаза Рёты не внушали беловолосому радости. Наоборот, он был в гневе, потому что сразу понял, чем именно закончится встреча Кисе и Куроко. Сорвавшись с места, под громкие возгласы своих одногруппников: - Танабэ-кун? Ты куда?! – крикнул первый, поражаясь тому, что всегда спокойный по его мнению Аи буквально рвётся вперёд. - Эй, стой! Аи двинулся прямо на встречу к Тецу, надвигаясь будто туча. Сам голубоглазый делал вид, что не замечает этого. Грубо схватив Фантома за руку, Танабэ силой уволок его, как можно дальше от недоумевающего, шокированного Рёты. - Аи, ты чего? – крикнул голубоволосый вслед другу, что его тащил по улице. Танабэ грубо гаркнул, – Молчи! Тецу улыбнулся, – “Неужели Аи ревнует? Хи-хи, он такой милый, когда злится.” - Ну, Аи~и, не тяни меня, – начал по детски гундеть Фантом. - Я сказал: молчи! – прикрикнул вновь Танабэ, усаживая Куроко рядом с собой к себе в машину. Заведя мотор, авто сорвалось с места, выдвигаясь на большой скорости в путь. Аи любил скорость. Не прошло и пары минут, а Танабэ вновь с новой силой начал возмущаться, гневно крича на своего друга, – Почему ты в свой выходной муслюкался с тем нарциссом?! Тебе что, больше заняться нечем? - Почему ты злишься?! – Тецу не понимал в чём дело. “Аи, как с цепи сорвался.” - Потому, что на мои звонки ты не отвечаешь, не разговариваешь со мной и просто-напросто игнорируешь, а с тем “цветочным мальчиком” ты почему-то милуешься. Тебе не стыдно? - А, почему мне должно быть стыдно? Я не обязан перед тобой отчитываться! - Куроко прорвало на откровения. Он решил выяснить всё раз и навсегда, – Ты сам виноват в том, что я обиделся на тебя. У тебя нет права жаловаться! Аи сразу поубавил гонора. Он поуспокоился, - Ну, я ведь уже извинился. - И, что с того?! Я прослушал твои жалобные извинения в трубке. - Этого недостаточно? - Недостаточно! – резанул Куроко, протестуя, – Как ты мог вероломно пакостить у меня за спиной? Разве я давал тебе хотя бы малейший повод сомневаться в себе? Почему ты решил, что я пренебрегу своим долгом, работой и принципами ради увеселений? Неужели ты думаешь, что я поставлю школьную жизнь превыше Токкея? Что заставило тебя пойти на прилюдное применение силы по отношению к гражданским? Момои-сан – невинный человек. Как ты смеешь изничтожать и мучать невинных? Или ты забыл, что мы убиваем лишь преступников? Таков закон, если ты не забыл. Или может быть, ты ставишь себя выше закона, выше наших правил?! Прежде ты не был настолько жесток! Ты всегда доверял мне! А, теперь?! Ты изводил семью Момои-сан только из-за своей прихоти и идиотских, совершенно безосновательных подозрений. А всё из-за чего? Из-за того, что ты вдруг решил, что она плохо влияет на меня. Даже сам факт того, что ты сомневался во мне, пусть и в такой малости, удручает меня. - Я не хотел этого! – крикнул Танабэ. От столь сильного, уверенного голоса Тецуя вздрогнул, – Я беспокоился за тебя. Разве я не имею на это право? - Прекрати сейчас же! Не начинай снова! Разве я не говорил тебе уже о том, что всегда буду на твоей стороне?! Моя душа принадлежит Токкею, – Тецу был уверен в своих словах. Он уже давно сделал выбор в пользу Танабэ и остальных в организации, на которую работал. - Я знаю… прости, – извинения Аи звучали искренне и чувственно. Он действительно желал помириться с Тецуей, – Я не хотел расстраивать тебя. - Я знаю, – аналогично произнёс с ухмылкой голубоглазый, успокаиваясь. Теперь он больше не злился. Аи был счастлив, что его поняли и простили. Хотя, если честно, Куроко просто не мог долго злиться на него. Танабэ привёз Тецу к себе домой. Заведя к себе в квартиру, он с грохотом захлопнул железную дверь. Голубоглазый едва успел толком обувь снять, как его резко прижали к стене. Аи навис над ним. - Аи, ты чего? – недоумевающе спросил друга голубоволосый паренёк, - И вообще, уводить меня так бесцеремонно от Кисе-куна было грубо. Я с ним разговаривал вообще-то. - “Разговаривал”? Хех, признайся, он вешался на тебя, но, получив отказ, он попытался соблазнить тебя, а ты дурачок и не против вовсе. - А? Как ты догадался? – спросил наивно Куроко, строя из себя дурачка. У Аи аж глаз задёргался, – Ты слишком хорошо меня знаешь, семпай, ха-ха. - Что ещё за “ха-ха”? Ты трахаешься с каждой сукой или кобелём, которые возле тебя трутся? – злобно прошипел сквозь зубы беловолосый. - Да, ладно тебе. Что тут такого? – небрежно пробубнил Тецуя, почёсывая затылок, – Он сам предложил с ним переспать. Я его не заставлял. - Почему ты так легко согласился на это? – Танабэ наклонил вперёд голову, скрывая глаза. - А, почему нет? Я ясно дал ему понять, что моё сердце не принадлежит ему. Его всё устроило, вот почему я не сопротивлялся. - Распутник! – громко и зло крикнул, не сдержавшись, влюблённый Танабэ, – Раз уж тебе всё равно, кто засыпает и просыпается с тобой в одной постели и кто касается тебя, то думаю, ты не сильно расстроишься, если сегодня твоим партнёром стану я? Тецу не ожидал такого ответа, - Аи? Ты чего такое говоришь? - Я… уже давно люблю тебя, но не как друг или брат, а как парень, – сделал шокирующее признание Танабэ, – Я знаю, что тебе, возможно, докучают мои особые чувства к тебе, но… - Почему ты так думаешь? – резко перебил теперь уже бывшего друга Куроко. Беловолосый испуганно вздрогнул, – Пусть я и не знал о твоих чувствах ко мне, но… между нами всегда была особая связь. Я всегда доверял тебе больше, чем другим, и любил тебя больше остальных. Уж не знаю, любовь ли это, как между мужчиной и женщиной или же просто дружеская привязанность, но я точно знаю, что тебя то я однозначно не смогу оттолкнуть от себя, так же как и Кисе-куна, – Тецу крепко обнял его, – Мы были с тобой вместе на протяжении многих лет. Не удивительно, что сейчас мы оба чувствуем одно и тоже. - То есть, ты не злишься? – Танабэ не ожидал такой реакции от голубоглазого. - С чего бы мне злиться на тебя? Я же уже говорил тебе, что просто не могу тебя оттолкнуть, – Тецу чмокнул своего капитана в щёку. Он не мог понять, какую именно любовь испытывает к Аи, и выяснять этого он тоже не желал. Всё из-за того, что Куроко не мог потерять ещё и Танабэ. “Аи единственный, кому я сумел открыть своё сердце после смерти своей семьи. Я не хочу, чтобы он уходил от меня. Я люблю его. Он дал мне жизнь, о которой я и мечтать не мог – он дал мне спокойствие и цель жизни в бесконечной череде несчастий. Он давал мне силы ежедневно на то, чтобы просто дышать. Он – моя храбрость, моя жизнь. Без него ничего не имеет смысла. Вот почему сегодня теперь я дам ему то, чего хочет он – ему ведь нужен я?” - Ты серьёзно? – переспросил его недоверчиво Аи. - Ха-ха!... А, что похоже, что я шучу? – Куроко широко улыбнулся. Он не боялся любви человека, который всё это время был рядом с ним. “Я верю Танабэ-куну. Он никогда ни обидит меня, ни ранит. Мы должны быть вместе до самого конца, до последнего вздоха.” Аи ухмыльнулся. Спустившись на колени, он начал наскоро быстрыми, ловкими движениями расстёгивать ремень его брюк. - Эй, Аи, ты чего делать-то собрался? – вскрикнул Куроко, хватая друга за руки и тем самым приостанавливая его. - Как, что? Конечно же заняться с тобой сексом, – как ни в чём не бывало, последовал спокойный, рассудительный ответ. Челюсть Тецуи поздоровалась с полом, – Ты серьёзно? Он не думал, что всё будет протекать так быстро. Только недавно признались в любви, а теперь уже в постель тащат. Почему-то Куроко чувствовал себя обдуренным. “Кажется, это я тут жертва.” – подумала “Тень”. - Я делаю это ничем не хуже тех шлюшек, которые обычно ласкают тебя, покупаясь на твой безобидный внешний вид. Ты платишь им за это, а я трахну тебя бесплатно, – шутканул беловолосый, растягивая животную ухмылку и продолжая расстёгивать ремень брюк Тецуи, - Доверься мне. Тебе понравится. “Ну, я не сомневаюсь, конечно, но мне всё равно как-то не по себе.” – Фантом всё ещё прибывал в лёгком шоке, но быстро опомнился, когда его мужское достоинство вынули из боксеров наружу. Танабэ облизнулся, как мартовский кот, перед которым стоит блюдце со вкуснючей сметаной. Его член был красив. Сантиметров 4 в диаметре и сантиметров 12 в длину, он выскочил из вещей и легонько покачивался перед решительным Аи. От самого низа, чуть приоткрытой головки, всё тело члена покрывали ярко виднеющиеся рисунки, наполненных кровью, вен. Беловолосый обхватил его ствол руками так, что над его ладошками осталась лишь яркая головка. “Какой же он горячий и твердый.” Ладони Танабэ чувствовали, как пульсирует в органе кровь. Капитан приоткрыл свой рот и сунул в него головку, сомкнув губы вокруг ствола, он почувствовал, как Куроко напрягся. Не выпуская головку изо рта, Танабэ начала одной рукой гладить ствол его члена, лаская, а второй, разведя слегка в стороны его ноги и придвинувшись еще ближе, начала гладить его живот. Голубоглазый начал чаще дышать. “Кайф. Аи действительно умеет доставлять удовольствие. Как же приятно.” Вынув обслюнявленный член, Аи рукой стянул вниз тонкую кожицу, слизнул с головки выступившую из отверстия жидкость. Она была тёплая, как слюна, и приятная на вкус. Он провёл языком по всей головке несколько раз и вновь сунул ее себе в рот. Слыша постанывания Тецуи, Аи не мог не сказать, - Заяц, подвигай бёдрами. Эта просьба была воспринята буквально. Куроко качнул бёдрами, самолично всовывая обратно свой уже поднявшийся орган ему в рот. Аи понравилось это. Продолжая поглаживать живот, Танабэ нежно взялся за ствол, после чего начал опускать и поднимать голову. Сам того не замечая, он начал постанывать в такт своим движениям и вскоре ощутил, что сам возбуждается. Внизу живота начала растекаться приятная волна тепла. Убрав руку с живота голубоглазого, Аи сунул ее себе между ног и приложил её к своим трусам. Сквозь тонкую, уже немного промокшую, ткань он чувствовал свой набухший половой член. В одном ритме с движениями своей головы на члене своего возлюбленного Танабэ начал массировать свой пенис, мастурбируя. Не выпуская член губами, он с удовольствием посасывал головку. То замедляя, то ускоряя свои движения Аи играл с ним так, как хотел, так, как ему нравилось. Иногда он доставал его и начинал облизывать по всей длине. Трудно было сосредоточиться на чем-то одном. Вскоре Танабэ принял решение заняться сейчас только парнем и, с сожалением убрав руку от своего органа (трусы уже были насквозь мокрые), вновь начал поглаживать живот Куроко. В какой-то момент он понял, что член стал еще больше в размерах. Танабэ с удовольствием подметил, что скоро его “друг” кончит и решил не мучать его дальше. Почти полностью замедлив движение головой, он стал водить обеими руками по его члену и через несколько секунд Танабэ почувствовал, как он напрягся. Плотнее сжав губы, Аи ощутил, как ему в рот ударила струйка спермы. Одна, вторая, третья. Пробуя ее на вкус, он не переставал ее глотать. “Вкусненько.” Сперма была горячей, густой и чуть-чуть терпкой. Когда ее струйки престали наполнять его рот, беловолосый вынул член и посмотрел в глаза его хозяину. “Теперь мой Куроко у меня на крючке! Наконец-то Тецу понял, что лишь я могу принять его настоящего, не задаваясь никакими вопросами, не обращая внимание на его прошлое. Лишь я один знаю всю правду о нём. Все остальные тешутся ложью, которую он рассказал им. Никто другой не в силах понять его, кроме меня.“ - Ах, Аи…, - на щеках голубоволосого появился лёгкий румянец. Он только недавно испытал оргазм, поэтому до сих пор пребывал в лёгком забвении от удовольствия, – Как же хорошо. Танабэ улыбнулся, – Тогда давай пойдём вместе в спальню и займёмся любовью. Там я доставлю тебе ещё большее наслаждение. В следующую секунду Тецуя притянул Танабэ к себе, впиваясь ему в губы страстным поцелуем. Раздеваясь на ходу, они целовались, медленно продвигаясь к спальне. Громкие причмокивания, звучали по всей квартире. Футболки полетели на пол ещё в коридоре, брюки и нижнее бельё слетели с них в кухне. Самый лучший секс случается неожиданно. Спонтанный секс - экстремальный, первобытный, желательно с новым партнером, от которого ты ещё пять минут назад не ожидал ничего подобного. И вдруг вы уже тяжело дышите от возбуждения, а ваши руки исследуют самые интимные места на телах друг друга. Вы стоните в унисон, пытаясь насытиться вашей близостью. Примерно, как это случилось с этими двумя.