История одной принцессы

Весна в Токио в тот год пришла действительно рано. Не перевернулся еще календарный лист, что провозгласил бы начало первого месяца весны, а солнце уже пригревало своими ласковыми лучами все живое. От сугробов остались лишь большие лужи, в которые то и дело заглядывало лазурное небо, не тронутое облаками. То самое время года, когда зима вроде как уже отступила, но весна еще не вошла в свои права. На голых ветках не хватало зеленой листвы, а в воздухе, казалось, уже стоял сладкий запах зацветающих вишен. - Сегодня хорошая погода, - прижимая к груди школьную сумку, Ханна широко улыбалась, поддавшись теплой атмосфере, царившей среди оживившихся с потеплением учеников. Она подняла голову и скосила яркие глаза на вице-капитана баскетбольной команды, сидевшего за столом с каким-то учебником в руках. - Как на счет того, чтобы сходить куда-нибудь вместе вечером? - Сегодня не смогу. Тренер начал готовить первый состав к региональным, что уже не за горами, - был его ответ. Акаши даже не соизволил поднять глаз от страниц. Ханна тихо фыркнула, но делать было нечего. - Тогда, может, в другой раз? Но дни летели, точно подгоняемый сильным ветром кораблик по морю. Вот уж и март наступил, а вытянуть баскетболиста хотя бы на простую прогулку Ханне так и не удалось. Заваленный по горло делами, он постоянно отказывал ей. Девушка прекрасно понимала, что то не были простые глупые отговорки. Она раньше и вовсе дивилась, как отец Сейджуро вообще позволял тому тратить на нее столько времени. А теперь, похоже, рамки, в которых держали юношу всю его жизнь, вдруг стали еще уже. И с этим Мирадзаки, как бы не хотела, но поделать ничего не могла. - Надоели дни, в которые, если нет тренировок, сразу после школы приходится тащиться домой, - недовольно пробурчала она, с силой пнув пустую банку, попавшую под ноги. – Нет, порой сенпаи позволяют прогуляться в их компании по городу, но всех собрать бывает достаточно сложно. А тут столько вечеров свободных появилось! Надоело дома сидеть. - Да ладно тебе, не расстраивайся так, - послышался смешок со стороны. Который день подряд заканчивался подобным образом? Уже как вторую неделю в зале волейболистов ремонтники весьма неторопливо разбирались с внезапно протекшей крышей, потому последние дни Ханна, вновь и вновь получая отказ от Акаши, уходила из школы в компании человека, с которым умудрилась так крепко сдружиться за прошедший месяц. - Тебе ли говорить, Кисе-кун? – Мирадзаки подняла на парня недовольный взгляд. – Ты тоже в последнее время вечно занят, даже несмотря на то, что бросил клубную деятельность в школе. - Ну, у меня работа, ты же знаешь. Да и собственной девушке приходится немало времени уделять, - привычным жестом парень взъерошил волосы на затылке, виновато улыбнувшись. – Хотя, знаешь… Мира-ччи, что ты делаешь вечером в субботу? - В субботу? – волейболистка поднесла пальцы к подбородку, задумавшись. – Даже не знаю. Тренировки точно еще не будет. А что? - Ну, у меня будет свободный день, а я никак не могу придумать, что с ним делать, - развел руками Кисе и помотал головой. – Кстати, давно хотел спросить: как ты относишься к караоке? Девушка невольно заулыбалась, вспомнив свой последний поход в подобное заведение. Сколько уж лет прошло, а голос охрипшей от простуды Сакуры, надрывно пытавшейся дотянуться до верхних нот, до сих пор стоял в голове. - В принципе, неплохо, - кивнула Ханна, вновь посмотрев в лицо парня. – Хочешь сходить? - А почему нет? «Как-то это все неправильно, – прошептал тут же кто-то, легким пером осевший на правом плече Ханны. – Стоило Акаши погрязнуть с головой в своих делах и перестать уделять тебе хоть какую-то толику внимания – и вот ты уже который день подряд гуляешь с парнем-красавчиком из модельного агентства. Нехорошо как-то получается, не думаешь?» «Но в конечном итоге ты что, не имеешь право провести время с другом? – тут же послышался наезд со стороны чертенка на левом плече. – Ты не обязана бегать за ним хвостом, Мирадзаки, соберись уже. Все равно ты ему ничем помочь сейчас не можешь, так не запираться же в четырех стенах?» - В принципе, так и есть, - непроизвольно проговорила волейболистка вслух, но тут же заметила удивленный взгляд Кисе. – Н-не обращай внимания. Я имею в виду, почему бы и нет? Только можно я позову еще кое-кого? - Окей! Чем больше народу, тем веселее! На следующий день после занятий, Ханна заглянула в каморку волейболисток, в надежде обнаружить там кого-нибудь из команды. Наоми еще в классе отказала. Староста вечером уезжала из города с родителями на все выходные. Томихару Мирадзаки найти так и не смогла, а Тока быстро отмахнулась: - Я, вообще-то, плохо пою. - Да брось, - тут же попыталась переубедить сенпая девушка. – Мы же не прослушивание проходим, это всего лишь… - Поверь, тебе лучше. этого. не. слышать, - связующая натянула на лицо улыбку, но Ханне вдруг стало жутко от тех теней, что легли на лицо Матсуки. Похоже, она не преувеличивала. Девчонки из параллельного класса также решили отказаться. А Ямоширо, смс-ку которой Ханна отправила еще утром, так и не ответила. Задумавшись, девушка даже не заметила, как ноги вывели ее к клубной комнате баскетболистов. И тут-то волейболистка вдруг поняла, как давно толком не общалась с Момои. «А почему бы не предложить ей?» - подумалось Мирадзаки, после чего она потянулась к ручке двери. Та с легкостью поддалась, но внутри оказалось пусто. - Так странно… И куда же все делись? - Акаши-кун скоро должен вернуться, - совершенно внезапно раздался преспокойный голос у самого уха Ханны, за спиной. Убежденная в том, что в комнате не было никого, кроме нее, девушка вскрикнула от неожиданности, резко обернувшись, поднеся руки к груди: - Вашу Машу! Какого… Ты кто? Ты откуда?.. - Я был тут с самого начала, - все с тем же завидным спокойствием и толикой смирения заметил парень с голубыми волосами. Ханна никогда не видела его прежде. Такой… неприметный. Точно призрак. Призрак? - А, ты… Ты, должно быть, Куроко-кун, - стараясь не заикаться, проговорила девушка с натянутой усмешкой. – Приятно познакомиться. Я – Мирадзаки Ханна из класса 1-4. Я просто хотела найти Момои и… - О, Мирадзаки! – дверь распахнулась и в клубную заглянул довольный чем-то Аомине, державший в руках коробку, набитую бумагами и кассетами. – Давно ты не заглядывала. А… С кем ты тут разговаривала? – с некоторым недоумением парень оглядел комнату. «Да вы шутите, - Ханна с непониманием глянула сначала на Куроко, потом на Аомине, и снова на первого. – Он не может быть настолько незаметен…» - Привет, Аомине-кун, - подняв ладонь, все в той же интонации проговорил новичок первого состава баскетболистов, глядя Дайки прямо в лицо. - Вашу Машу!!! …Содержимое коробок, разлетевшееся по всему полу, собирали все вместе. - Хах, я к этому никогда не привыкну, - нервно улыбаясь проговорил Аомине, иногда кося взгляд на невидимку, точно в попытке убедиться, что тот не провалился сквозь землю. А Ханна молчала. Молчала и пыталась понять, как именно Акаши хотел использовать Куроко. Да, его таланту быть незаметным позавидовали бы шинигами, но сам он был... Каким-то не таким. Неспортивно сложенный, невысокий, совсем обычный. Нет, далеко не все спортсмены так и лучатся любовью к своему делу, как Аомине, не все высокие, как Мурасакибара, и не все столь талантливы, как Акаши, Мидорима-кун или Ниджимура-сенпай. Всего можно было добиться лишь усердными тренировками, Ханна это прекрасно знала по собственному опыту. Но среди действительно ярких во всех смыслах первогодок, прошедших в первый состав сразу же, Куроко явно терялся. И дело было даже не в его суперсиле. - Аомине-кун, не хочешь сходить в караоке в субботу? – спокойно, даже, на удивление самой себе, холодно проговорила Ханна. Слишком уж она углубилась в свои размышления и потому спросила скорее машинально. - А? Это не совсем мое, так что откажусь. Чего это ты вдруг? - Да так. Хотела предложить Момои, но, если бы и ты с нами пошел – было бы веселее. Да и там еще будет… - Мине-чин, если ты сейчас же не появишься в зале с коробкой, капитан тебя точно раздавит. О. Мира-чин. Ханна, в качестве приветствия, лишь чуть улыбнулась появившемуся в дверях Мурасакибаре и, сунув собранную пачку бумаг в коробку, быстро проговорила, обращаясь к Аомине: - Передай Момои, чтобы позвонила мне, ладно? – после чего поспешно вышла из комнаты, неожиданно почувствовав себя не в своей тарелке. Менеджер баскетбольной команды действительно перезвонила волейболистке, когда та уже садилась в автобус в паре кварталов от школы. Ханна было обрадовалась, но радость ее длилась недолго. - Прости, не могу. Региональные же скоро! Нужно помочь тренеру с бумажной волокитой, да и я собиралась еще посмотреть на наших будущий соперников, они как раз играют в субботу вечером, так что не получится. - Ничего, тебе не стоит извиняться. Но все равно, как выиграете региональные – точно вытащу куда-нибудь. Ханна услышала, как Сацуки тихо рассмеялась. - Договорились. Ладно, мне пора. Пока. «Все чем-то заняты. Летом у нас тоже будут небольшие соревнования со школами префектуры, но сейчас, из-за затянувшегося ремонта, чувствую себя самой настоящей бездельницей». Вернувшись домой, Ханна решила с головой уйти в учебу. Досидев до десяти вечера не отрываясь, она умудрилась сделать домашнюю работу на неделю вперед. Откинув в сторону учебник по истории, девушка глянула на полку с мангой. Не хотелось. Ни читать, ни рисовать, ни играть… Странная апатия накрыла ее с головой, вдавив в мягкий матрац. Девушка не чувствовала себя уставшей, спать совсем не хотелось, но и поднять лица от подушки она не могла – силы словно покинули ее. «Как все это странно, - тяжело вздохнув, Ханна перевернулась на спину и вперила взгляд в потолок. – События, казалось, наконец начали столь стремительно развиваться, а теперь… Когда мы вообще в последний раз нормально говорили? Хотя бы пару минут. Ёкаи, и почему у меня такое противное чувство, словно все произошедшее с нами за полгода было лишь моим собственным бредом? Да, была пара неловких моментов – от подобных воспоминаний хочется провалиться сквозь землю, но… И много хорошего было». Поморщившись, Ханна заставила себя сесть в кровати, после чего протянула руку к телефону, лежавшему на столе. Поддавшись странному порыву, она открыла сообщения, и пальцы быстро набрали простой текст: «Привет. У тебя все хорошо?» - и прежде, чем разум нашел тысячу и один довод, почему Ханна не должна была нажимать на кнопку отправления сообщения, девушка усилием воли заставила себя отправить его. Ханна боялась лишь одного – разбудить баскетболиста. Как-никак, а время для разговора она нашла не лучшее. Совесть, точно мелкий жук, противно подтачивала где-то за ребрами. Хорошая же она невеста! Заботясь лишь о собственном досуге, она словно забыла, насколько ему могло быть тяжело от всех этих нагрузок. Даже пусть он старательно не подавал вида. Телефон тихо зажужжал в руке, и девушка быстро прочитала ответ. «Да, все в порядке. Почему спрашиваешь?» «Не знаю. В последнее время ты выглядел уставшим и… Просто… - набрав в грудь побольше воздуха, Ханна заставила себя набрать текст до конца. – Просто я беспокоюсь. Это так плохо?» Ответ пришел не сразу, отчего Ханне стало совсем не по себе. Но прочитав вскоре черным по белому столь простое: «Твоя забота приятна, Мирадзаки. Но беспокоиться и вправду не стоит», - девушка расплылась в немного глупой улыбке, и вновь принялась быстро набирать текст смс. Диалог продлился недолго, но все же это было хоть чем-то. Ханна узнала о том, что Хаизаки в очередной раз доставил проблем школе и клубу, ввязавшись в очередную уличную драку. Сейджуро рассказал ей о том, с какой жуткой скоростью ребята из баскетбольного начали развивать свои таланты. И пусть пока это было не особо заметно, но Акаши был уверен, что вскоре из-за этого могут начаться некоторые проблемы. И тогда лишь девушка спросила про Куроко, рассказав про свое странное знакомство с ним днем. Но ответ получила весьма расплывчатый: «Его игру просто нужно раз увидеть, чтобы понять». Мельком глянув на часы, Ханна, недолго думая, набрала последнюю смс: «Уже довольно-таки поздно, мне нужно идти, но… Я хочу спросить, сможем ли мы увидеться в воскресенье? Хотя бы на час, в любое удобное для тебя время. У меня появились некоторые проблемы с последним материалом по физике и было бы здорово, если бы ты смог помочь». Телефон затих, но Мирадзаки продолжала неотрывно смотреть в дисплей какое-то время, пока тот не потух. Тяжело вздохнув, девушка поднялась с кровати, дабы переодеться. Расчесалась, заплела волосы в косу на ночь, машинально стянула плед с кровати, совершенно забыв про мобильник, который тут же возмущенно крякнул, упав на пол. - Вот блин, - выдохнула Ханна, подняв его и осмотрев на наличие повреждений. Едва ли ему что-нибудь сталось бы от падения на ковер с мягким ворсом, но все же. Лишь тогда она заметила последнее непрочитанное сообщение: «Хорошо, я заеду к тебе вечером». Улыбнувшись, Ханна упала спиной на кровать, раскинув руки, все так же сжимая в пальцах светившийся телефон. Пусть это едва ли можно было назвать свиданием, но вновь провести с ним время за учебниками, вслушиваясь в его спокойный голос… И с каких пор Мирадзаки стала думать об учебе, как о романтике? «В любом случае у меня появилась одна проблема. Кто бы знал, что я когда-нибудь докачусь до такого, но… - девушка закрыла лицо ладонями и тихо застонала от безысходности. – И как мне правдоподобно притвориться, что я действительно не поняла эти темы?!» Словно в ответ на ее вопрос телефон в ее руке зажужжал снова. Девушка с удивлением открыла сообщения и увидела смс-ку от Сакуры: «Прости, телефон дома забыла, а вернулась только сейчас. Я завтра вечером свободна. И мне уже интересно, о каком-таком сюрпризе идет речь. Во сколько встречаемся?» «Ну хоть какая-то радостная новость, - мотнула головой волейболистка, ответив Сакуре и отложив телефон на стол. – Завтрашний день должен получиться и вправду интересным. Уже вижу удивленное лицо Сакуры, когда она поймет, кто будет третьим в нашей компании». *** Удивления не было. Был шок. Откровенный шок. - Кисе-кун, это – Ямоширо Сакура. Мы с ней дружим с раннего детства. Зная ее характер, я подумала, что она наверняка впишется в нашу компанию. Сакура, это… - Он настоящий, - монотонно констатировала Ямоширо. - Что? - Что? – рыжая волейболистка, все это время стоявшая столбом и глядевшая на Кисе, как на что-то нереальное, дернула головой и удивленно посмотрела на подругу. – Нет, ничего. Простите. Мне очень приятно познакомиться с тобой, Кисе-кун. Надеюсь, мы поладим. Прошу заранее меня простить за мой странный юмор… - девушка чуть поклонилась, расплывшись в широкой улыбке. - Да, мне тоже приятно, - юноша выглядел несколько удивленным. Ханна предупреждала его, что Сакура, в каком-то смысле, является членом его огромного фан клуба. Он был готов практически ко всему, но уже в следующий момент окончательно убедился, что эта девушка была далеко незаурядной: - А в жизни ты не такой… глянцевый, - задумчиво протянула Сакура, пристально глядя в лицо парня. И вот непонятно: был ли это комплимент или скорее разочарование. За словом рыжая явно в карман не лезла. - Са-чан! – тут же возмутилась Ханна, толкнув подругу под ребра, но вдруг услышала, как Кисе засмеялся. - Интересные же у тебя друзья, Мирадзаки. За разговором компания продвигалась по шумным улицам города, который, несмотря на приближавшийся вечер, казалось, только начинал просыпаться. Говорили обо всем, да не о чем. Но в какой-то момент Мирадзаки заметила, что в основном молчит. Она почувствовала странный укол ревности – не для того она двух хороших друзей познакомила, чтобы они про нее мигом забыли. Но Ханна задушила эту мысль на корню, мягко улыбнувшись. Она была рада видеть Сакуру такой счастливой, и дело было даже не во встрече с кумиром. И Кисе, и Ямоширо сходились с новыми людьми как-то даже слишком легко, потому не было ничего удивительного в том, что они быстро поладили и нашли пару общих тем для разговора. - Я позвал знакомого из агентства погулять с нами, но в последний момент у него все сорвалось, так что я сегодня один на вас двоих, - с усмешкой протянул Кисе, обернувшись и подмигнув Мирадзаки. - Как тебя твоя девушка вообще терпит? И не ревнует же, - с наигранным холодом протянула Мирадзаки, мотнув головой. - Хэй, это было жестоко, вообще-то! - Так значит, у тебя тоже есть пара? Хотя, вообще ничего удивительного, - послышался голос Ямоширо. - Тоже? Ты встречаешься с кем-то, Ямоширо-ччи? Ханна тяжело вздохнула, услышав это «ччи». Да уж, Сакура побила все рекорды по скорости получения доверия Рёты. - Нет, я-то одна, как айсберг в океане, - совершенно спокойно проговорила Сакура, пожав плечами. Мирадзаки даже несколько удивилась тому, что ее подруга никак толком не отреагировала на новость о том, что ее кумир занят. – А вот наша Мирадзаки – другое дело. И вообще, у тебя, должно быть, стальные… нервы, раз ты так спокойно зовешь ее гулять, зная кто он. - . . . Мира-ччи, ты не говорила, что с кем-то встречаешься Сакура так и застыла в недоумении. Как и Ханна, уставившаяся на подругу. Не сказала? Ну да, не сказала… Да только можно ли было вообще назвать ее отношения подобным образом. Про контракт Кисе рассказывать не хотелось – зачем ему знать такое? Потому и не было нужды говорить, что она, вроде как, с кем-то. Наверное. Может быть… - Ну, все очень сложно, - выдавила из себя Мирадзаки, пиля взглядом рыжую. Та лишь тихо ойкнула и закрыла рот, пытаясь сдержать усмешку. - А ты не думаешь, что подвергаешь Кисе смертельной опасности своими выходками? – бросив все попытки сдерживаться, стоило ей лишь заметить полное замешательство на лице юноши, Сакура таки засмеялась, положив ладонь на лоб. - Да о чем вообще речь, Мира-ччи? - Не обращай внимания, - закатила та глаза и потянула Кисе дальше по улице за руку, оставив Сакуру. – С ней иногда бывает. Пройдет. Да и по поводу сказанного – не заморачивайся. Там действительно все сложно, может, я как-нибудь потом расскажу. Заметив, что Ханна была явно не в настроении говорить об этом, – да и наверняка у нее были веские причины, раз она предпочитала молчать о подобном, – Кисе поспешил переменить тему. Но у Мирадзаки еще долго крутился в голове один и тот же вопрос: а ведь и вправду, если забыть о контракте, кто она вообще такая для Акаши? Один день он спокойно обнимает ее, на другой – практически игнорирует. Из головы до сих пор было сложно выбить подозрение о том, что для баскетболиста происходившее все по-прежнему было какой-то игрой невероятного уровня сложности, что могло лишь добавить азарта. Хотя после появления Кисе это скорее было похоже на какую-то визуальную новеллу. Ханна нервно усмехнулась. Нет, она даже не сомневалась в том, что Рёта был ей скорее старшим братом, которого у нее никогда не было. - Мне больше нравится их второй альбом. Слышал песню «Одиночка»? - Да, слышал, но по мне так их новые песни звучат куда лучше. А ты что думаешь, Мира-ччи. - А? – девушка подняла глаза и растерянно взглянула на Рету. Она быстро оглянулась и осознала, что даже не заметила, как они уже пришли в караоке клуб, заняли комнату и даже заказали по коктейлю. Автопилот Ханны развивался со страшной скоростью – Прости, я прослушала. О чем вы? - Да появилась тут одна хорошая музыкальная группа. Может, ты слышала о них что, - сказала Сакура и потянулась к своему стакану. - Вряд ли, - мотнула головой Ханна. – Я как-то больше по англоязычным исполнителям, если честно. - Непорядок, Ханна. А как же патриотизм? – с усмешкой воскликнула Ямоширо. – Кисе-кун, предлагаю закидать в чате Ханну нормальной музыкой. - Нет, правда, не стоит… - Да ладно тебе, Мира-ччи. Если не понравится, просто скажешь, - пожал плечами Кисе, скосив хитрый взгляд на девушку. Сакура лишь молча закивала. Осознав, что спорить бесполезно, Мирадзаки лишь обреченно вздохнула. - Ладно. Я не против. Сакура, создашь чат? - У-же! - рыжая, державшая в руках сотовый, нажала на экран. В следующую секунду телефон в кармане Мирадзаки завибрировал. - А вы, я смотрю, без меня все решили? – невольно усмехнувшись, она подвинула к себе ближе свой стакан. – Ладно, мы ж сюда не просто так пришли. С какой песни начнем? *** - Этот вечер был просто лучшим за последние несколько месяцев, - смеясь, проговорила Сакура, сложив ладони вместе. – Надеюсь, у нас так получится еще когда-нибудь собраться. Если, конечно, ты захочешь, Кисе-кун. - Да, я был бы не против повторить. Кстати, Мира-ччи, я и не знал, что ты так хорошо поешь. - Взаимно. Ты меня удивил, Кисе, - кивнула Ханна, подняв взгляд на парня. – А вот Сакура как обычно. - Хэй, если мне медведь на ухо наступил, это не значит, что я не имею права веселиться, как все, - фыркнула рыжая, сложив руки на груди. - Да и не так уж ужасно я пою. - Как скажешь, - с усмешкой мотнула головой Мирадзаки. Выйдя из здания караоке-клуба, компания направилась в сторону ближайшей автобусной остановки. Там как раз останавливался автобус, что довез бы Ханну практически до самого дома, а друзья не видели ничего плохого в том, чтобы пройтись с ней. Было уже довольно-таки поздно, да и… - Подожди, только не говори, что тоже живешь в том районе, - всплеснула руками Сакура. – А я-то думала, там, коттедж, бассейн, личный вертолет… Кисе снова засмеялся. - Какого ж ты обо мне мнения. Интересно, все ли девушки меня таким видят? – с нервной усмешкой проговорил юноша, взглянув на Сакуру. - Да шучу я. Ты же ведь со старшими сестрами живешь? - Откуда ты… - Я рассказала, - быстро вмешалась в разговор Ханна. – Извини, она меня пытала. - Но в любом случае адреса-то, даже приблизительно, я не знала, - в глазах Ямошира заплясали дьявольские огоньки. – А теперь, оказывается, нам в одну сторону. - Ты же не против проводить эту недотепу, - уставшим тоном протянула Мирадзаки, с мольбой глянув на друга. - Конечно, - лишь пожал тот плечами. - Только потом отпишитесь, что доехали… - Да что с нами станется, Ханна? – потирая ладони, протараторила Сакура. - Я как-то сейчас больше за Кисе беспокоюсь, если честно… - Эй! Ханна распрощалась с друзьями на остановке, хоть и отпускала их вместе действительно нехотя. Слишком уж своевольным человеком была Сакура – Мирадзаки все боялась, что рыжая Рёту в какой-то момент покусает. Буквально. С нее станется. Но делать было нечего. Закрылись перед лицом двери автобуса, окончательно ставя точку в этом вечере. «И все же Сакура была права. Этот вечер был слишком хорош, чтобы быть правдой». На следующий день Мирадзаки долго думала, какую же тему в учебнике по физике назвать жутко сложной. Да, она наврала. Да, ей было ужасно стыдно, и она не представляла, что будет, если Акаши узнает правду. Да, она поступила эгоистично, но разве она не имела права занять хотя бы час его времени. Час! Практически за целый месяц! Она уже попросту не могла бороться с отчаянным желанием увидеть его, поговорить, даже молчать с ним было так приятно… - Успокойся, Ханна, все будет хорошо, - повторяла про себя волейболистка, в очередной раз пробегаясь с тряпкой по полкам и по столешнице. В последний раз ее комната помнила такой порядок лишь когда баскетболист заходил туда по вечерам, еще до начала зимних каникул. Счастье Ханны, что в тот вечер, зимой, когда она свалилась с простудой, он не поднялся в ее комнату – не факт, что он смог бы выбраться из царившего там жуткого бардака. Расставив книжки в алфавитном порядке и убрав в шкаф все вещи, девушка спустилась вниз, на кухню. До назначенного времени оставалось еще пару часов, и ей было просто необходимо хоть чем-то занять себя. Потому она решила наделать печенья к приходу Акаши. Наделала много. Даже слишком. «Увлеклась, - мотнула головой Мирадзаки, доставая из духовки очередной противень. – Нужно будет поделиться с Фуюми. Интересно, ей понравится? Конечно, опыта у нее в готовке куда больше, но вроде получилось вкусно». Надломив одну из печенюшек, девушка закинула кусочек в рот и удовлетворенно кивнула, когда услышала шаги. - Мирадзаки-сама, - голос Виктора заставил Ханну обернуться. – Вы просили позвать вас, когда гость прибудет. - Да, спасибо, - кивнула девушка, выключив огонь в духовке и быстро скинув передник. Не тратя ни секунды более, она вышла в коридор и почувствовала, как странное тепло разлилось по телу, стоило ей просто увидеть его в пороге. - Я немного задержался. - Нет, ты как раз вовремя, - подойдя ближе, пытаясь скрыть нелепую улыбку, девушка заглянула ему в глаза и спокойно добавила: - Спасибо, что пришел. Тот вечер был полон аромата мелиссового чая и арахисового печенья. Разложив перед собой конспекты, Ханна внимательно слушала Акаши, пытавшегося разъяснить ей, как связать между собой две формулы, записанные огромными дробями. Время текло незаметно, и Мирадзаки все боялась, что парень в какой-то момент поднимется и объявит, что их время вышло. Но шел уже третий час, а он не спешил заканчивать занятие. А Ханна, как бы эгоистично себя не чувствовала, не спешила напоминать о времени. - У тебя сегодня все быстро получается, - в какой-то момент заметил Акаши, глянув в ее записи. - Да, вроде, как обычно, - пожала девушка плечами, коря себя в невнимательности. Она же хотела сделать вид, что тупится над задачами, а сама вот, на автомате, выдавала решения практически сразу же. – Может, еще чаю? Я сейчас спущусь. - Только в этот раз постарайся не разбить сервиз. Ханна с толикой непонимания глянула на парня, заметив странную улыбку. Ей понадобилась минута, чтобы вспомнить ту историю. Казалось, будто с того момента прошла целая вечность. Тогда она много переживала по поводу каждого своего слова, каждого действия, всего, что касалось Акаши, но теперь… Теперь все прошлые переживания казались волейболистке ужасно глупыми, ведь тогда все не было так запутано. Да и новый сервиз разбить она себе позволить просто не могла. Ханна быстро вернулась с подносом в руках, отложив книги, и поставила перед гостем чашку горячего чая. - Региональные же начнутся совсем скоро, верно? У нашего клуба ближайшие игры намечаются еще не скоро, так что я буду приходить болеть. - С этого года было принято решение играть составом первогодок, - взяв в руки чашку из белого фарфора, юноша несколько самодовольно усмехнулся. – Надеюсь, тебе понравился мой подарок. - Я поначалу не поняла, почему именно сервиз. Потом лишь увидела, что это работа того же мастера. Ты же понимаешь, что не был виноват в моей криворукости? – неловко улыбнувшись, быстро проговорила Ханна, невесомо пройдясь пальцами по красивому, золотистому узору на второй чашке. Горячая… - Но все равно, спасибо. В комнате повисла тишина, когда в кармане Мирадзаки зажужжал телефон. Она специально выключила звук, потому что в течении дня мобильный периодически уведомлял о новых сообщениях в чате – Кисе и Сакура, словно сговорившись, похоже, решили полностью скинуть за воскресенье свои плейлисты, росшие годами. Девушка дернулась, и, извинившись перед Акаши, впервые за вечер взяла сотовый в руки. В чате висело уже больше сотни сообщений, и большинство из них было именно от Рёты. Ханна быстро набрала смс, в котором умоляла угомониться друзей до завтрашнего дня, после чего отложила телефон на полку, но тот тут же громко завибрировал на гладкой поверхности полки. - Вот же, - устало вздохнула Мирадзаки, нервным жестом снова схватив телефон, после чего попросту выключила в нем вибрацию. - В последнее время ты действительно много общаешься с ним. Подавившись горячим чаем, Ханна подняла изумленный взгляд на Акаши. Заметив подозрительную усмешку на его губах, она с искренней наивностью в глазах спросила: - О… О чем ты? - Кисе Рёта. Я видел пару раз, как вы уходили из школы вместе. - Вот, значит, как, - девушка лишь плечами пожала. – Ну, это не было секретом. Просто нашла единомышленника в школе – это же не преступление? В ответ баскетболист равнодушно мотнул головой, и заметив его безразличие, Ханна тихо скрипнула зубами, опустив глаза. В душе взыграло искреннее недоумение: неужели ему действительно все равно, где она, с кем и сколько проводит своего свободного времени? На языке крутилось едкое замечание, но прежде чем Ханна успела сказать глупость, за которую корила бы потом себя, Сейджуро вдруг достал из-под подноса белый лист бумаги и протянул девушке. - Я смотрю, ты держишь свое слово. Девяносто баллов – это действительно неплохая отметка, Ханна. Девушка с непониманием глянула на листок и в душу закралось странное подозрение. Она взяла бумажку и развернула ее. Контрольная по физике, которую они писали в прошедший четверг. Практически ни одной ошибки, только в нескольких местах Ханна умудрилась сделать пару глупых помарок из-за собственной невнимательности. Мирадзаки уже было обрадовалась, довольная собой, когда вдруг поняла, что, мягко говоря, была поймана с поличным, ведь именно эти темы они и разбирали весь вечер. - Вот холера, - даже не пытаясь как-то оправдаться, девушка оперлась локтями на стол и опустила голову, иронично усмехнувшись. – Откуда это у тебя? - Ты забыла забрать ее в пятницу, потому сенсей попросил меня передать ее тебе. - Значит, ты все знал с самого начала… Знаешь, Сей-чан. Я, кажется, окончательно запуталась, - последнее она проговорила едва слышно, чувствуя, как в душе нарастает какая-то странная, необъяснимая паника. – Можно я задам глупый вопрос? Ох, как же Ханна скучала по чувству полной апатии, вызванному высокой температурой. Было все равно, что говорить, все равно, что делать, и не мешали ей ни глупое стеснение, ни душившие слезы. - Попробуй. - Знаешь, я ведь Кисе ни слова о тебе не сказала, просто потому, что не знала, что говорить. Поэтому в голове уже вторые сутки крутится назойливый вопрос… - она говорила очень тихо, через силу выдавливая из себя слова. – Кто я для тебя, Акаши? Мгновение тишины показалось целой вечность, прежде чем баскетболист со столь привычным спокойствием ответил: - Ты же знаешь, из-за контракта… - Да к ёкаям контракт! – громко брякнула посуда на подносе, когда кулаки Ханны резко опустились на столешницу. Сама не ожидавшая, что подобный ответ ее так… взбесит, девушка тут же убрала руки со стола и с мольбой глядя в лицо Акаши, сказала: - Забудь о том, что нам навязали. И просто хоть раз уже скажи, что думаешь сам. Молчание затянулось. Чувствуя себя ужасно неуютно, Ханна обняла себя за плечи, опустив глаза: - Знаю, я не должна спрашивать подобного. Знаю, что не имею права чего-то требовать. Знаю, что сейчас веду себя, как глупая, избалованная девчонка. Но я же не прошу о чем-то, я лишь хочу знать точный ответ. Может тогда мне станет наконец легче. Все лучше, чем эта дурная неопределенность. Тихо зашуршал плед. Баскетболист, отставив чашку, молча поднялся и, оправив складки на одежде, поднял свою сумку и направился к двери. - Кажется, я засиделся, - нотки льда в его голосе пришлись точно ножом по сердцу Мирадазки. Она даже не стала оборачиваться. Вдруг испугалась встретиться с тем холодным взглядом, каким он смотрел на нее еще осенью. – До завтра. Тихо закрылась дверь за его спиной. Ханна закрыла лицо руками, чувствуя, как глаза наполняются непрошенными, ненавистными слезами. Плакса. Глупая, никчемная плакса. Она словно изо всех сил только и делает, что пытается отстранить его, отпугнуть, и вот снова! И почему ей так важно было это узнать? А все ведь очень просто… Холодный ветер сильными порывами бил в лицо. Погода портилась, в воздухе запахло дождем. Пусть солнце уже и согревало своими теплыми лучами днем, но стоило ему спрятаться, и мир вновь погружался в противный холод. Ворота были открыты и Акаши, спешивший покинуть особняк, уже почти вышел за них, когда услышал быстрые шаги, а после и голос, тихий и до жуткого пустой и холодный, словно его владельцу уже нечего было терять: - Растаяли снега, а розы, что ты принес мне на день рождения, дали ростки, представляешь? – догнавшая его Ханна иронично усмехнулась, изо всех сил пытаясь не трястись от холода. – Прошел месяц с тех пор, как ты вернулся, Сейджуро. И весь этот месяц я чувствовала себя пустым местом. Да, у тебя не было времени, я и не желала мешать тебе. Но хотя бы пары простых смсок было бы достаточно, чтобы я поняла, что хоть что-то значу. Я уже и забыла, как это страшно, когда голова полна сомнений. Я не знала, злился ли ты на меня, было ли тебе все равно, просто не знала. И сейчас не знаю. Лучше бы ты в тот вечер грубо указал мне на свое место – все лучше, чем это пустое игнорирование произошедшего! – её голос повысился и надорвался. Она затихла, впившись пальцами в собственные плечи. – Помнишь, я сказала, что если ничего не получится, я сама лично шагну за борт? Той осенью, после финала, когда я и моя команда взяли золото. Ты помнишь? Баскетболист медленно повернулся и встретился со взглядом, полным решимости. - И вот теперь я, стоя ногами на самом краю бортика, прошу тебя лишь об одном. Скажи же… Скажи мне, глядя в глаза, как сейчас. Скажи, что я для тебя не очередная игра, в которую ты просто захотел выиграть, дабы удовлетворить собственное эго. Скажи! Но он не сказал. Молча отвернувшись и оставив ее вопрос без ответа, баскетболист вышел со двора. Завелся мотор автомобиля, и машина отъехала от ворот. Таков был его ответ… Мирадзаки так и стояла какое-то время, глядя на холодные, железные прутья ограды, уже не чувствуя боли, как бы сильно ее ногти не впивались в собственную кожу. Так неужели все это время ее страхи были подлинными, и Акаши поддельной искренностью крутил ею, как хотел? По крайней мере другого объяснения его молчаливому ответу волейболистка найти не смогла, как не пыталась. Это ведь было в его силах, он прекрасно разбирался в людях и знал, как заставить их действовать так или иначе. Но Ханна до последнего верила – как дура! – что с ней он так не поступит. - Мирадзаки-сама! – девушку окликнула Фуюми, в окно заметившая свою хозяйку, стоявшую босиком на холодной каменной дорожке. – Мирадзаки-сама, что случилось? – женщина подбежала и повернула девушку к себе за плечи, заметив, что та не откликается, и с непониманием уставилась в ее пустые потухшие глаза. - Идем домой, Фуюми, - натянув на губы улыбку, Ханна медленно побрела в сторону крыльца, опустив глаза. Все эмоции разом пропали, мысли, еще мгновение назад шумевшие в голове роем обезумевших шершней, враз затихли, и не осталось ничего: ни боли, ни сомнений, ни даже слез. Она смирится с тем, что контракт, которому она была рада, точно какому-то дару свыше, оказался сделкой с дьяволом. Смирится и сможет убить в себе надежду. Отступать ведь было некуда – этот контракт был единственным способом спасти отца от долгов. Оставалось лишь перетерпеть горьковато-сладкий привкус столь сильной влюбленности, которой, похоже, не было суждено стать взаимной.