История одной принцессы

- Тебя вообще возможно обыграть? - Ты просто торопишься переставлять фигуры. Мы же не на время играем, так подумай хотя бы немного, прежде чем походить. Я даже готова тебе простить, если ты коснешься фигуры и передумаешь её двигать. Не думала Ханна, что когда-либо усомниться в непобедимости еще хоть кого-нибудь в этом мире. Но вот перед ней сидела совершенно спокойная, безэмоциональная, будто кукла, бледная девушка, двигавшая фигуры с удивительной грацией и точностью. Казалось, она с закрытыми глазами безошибочно сумела бы переставлять фигуры, даже не задев предела черного или белого квадратов. Первый раз предложив составить Эмме компанию в шахматной партии, Ханна даже не подозревала, насколько девушка окажется нормальной, во всех смыслах этого слова. Вот она, та ситуация, когда в голове всплывает всем известная поговорка: встречают по одежке, провожают по уму. Худощавая, невысокая девчонка, на год младше Мирадзаки, выглядела болезненно бледной. Две черные косички падали ей на плечи. Черная кофточка с рукавами, длинная юбка в пол, да и в принципе мрачный вид наводили на мысль о девочке из фильма про семейку Аддамс. Острый нос, узкая линия губ, вечно поджатых, будто от обиды на весь белый свет, из-под линз очков на мир смотрели темные, почти черные глаза, такие же пустые и ничего не выражавшие, как и у Браун. Не знай Ханна в лицо каждую из своих новых сокомандниц, она бы ни за что не поверила, что подобная персона может оказаться членом одного из самых сильных волейбольных клубов Америки. Но, как оказалось, если отмести ее гротескный холод, она была удивительно добра и терпелива, что ужасно сочеталось с ее стеклянным взглядом и порой появлявшейся на ее устах фальшивой, мраморной улыбкой. Она говорила неторопливо и складно, и голос у нее был настолько приятный, что у Мирадзаки невольно зародилась идея попросить Эмму как-нибудь записать ей аудио уроки по предметам, что давались ей тяжелее других. Можно было бы слушать в наушниках в автобусе – чем не экономия времени? - Да пытаюсь я думать. Но у тебя на каждое мое действие припасено три противодействия. Я вообще не понимаю, как ты так умудряешься фигуры расставлять. - Опыт, наверное, - обронила Фурия, окинув взглядом доску. Ханна всматривалась в неаккуратно вырезанные из дерева фигурки несколько минут, прежде чем сделать ход, но Эмма ответила мгновенно, переставив своего коня и преспокойно объявив: - Шах и мат. - Да откуда он взялся?! – возопила в негодовании Ханна, подскочив на месте. – Ками, это незаконно! - Развлекаетесь, я смотрю, - раздалось знакомое ворчание за спиной. – Хэй, Вагнер, просьба к тебе будет. Подсобишь? - Что-то случилось? – поправив на носу очки вычурным движением, Эмма подняла глаза на появившуюся в классе Джулику. Ханна лениво повернула голову, воззрившись на свою главную головную боль в пределах школы и площадки. Она все ждала, что же каланча отчебучит в этот раз, но та выглядела на удивление серьезной. Даже мрачной. - Да мне… Уйти нужно будет с тренировки пораньше, а сегодня моя очередь по дежурству в зале. Натали взбесится, если я попробую просто откосить, а Бонни сразу после тренировки поедет на работу. По сути мне больше некого просить, так что… - Я могу остаться вместо тебя, - Джулика буквально поперхнулась словами, впившись в подавшую голос Ханну недоверчивым взглядом. - Нет уж, спасибо, откажусь от услуг белоручки. - Ой, да брось ты. Эйртман мне еще ни одного выговора за дежурство не сделала. Это чего-то да стоит? – протянула Ханна, спокойно ответив на взгляд афроамериканки. - Пф, я не хочу оставаться тебе должной, ясно? И мое мнение о тебе никак не изменится, даже если ты вылижешь эти чертовы полы… - Да-да, я так и думала. Ну так тебе нужна помощь? Джулика смотрела на Ханну, точно на лешего, вылезшего из своего болота. Прошло меньше месяца с их стычки с Оливией в раздевалке, но девчонку будто подменили. Вместо острой реакции на издевательства, она начала отшучиваться, периодически нахваливая Джулс и Бонни за изобретательность. Один раз Альбертс не вытерпела и изуродовала ее майку за полчаса до начала дружеского матча, так всем на удивление Мирадзаки чуть не кинулась на поле в одном лифчике, благо у Натали, заметившей подопечную, вышедшую на поле в непотребном виде, оказалась запасная майка. Но еще больше Мирадзаки удивила, когда свалила пропажу майки на собственную безалаберность, за что не хило тогда отхватила от тренера. И теперь, после всего, что было, она якобы бескорыстно предлагала свою помощь? И почему в чистоту ее намерений верилось с трудом? Наверняка ведь богатенькая придумала уже, как отомстить ей, Джулике, да так, чтобы побольнее. - Эмма? – надавив на слово, позвала Альбертс сокомандницу, но та лишь головой мотнула. - Если я не появлюсь дома вовремя, отец будет очень… Недоволен. Прости. - Ладно. Прекрасно. Просто прекрасно! Пойду унижаться перед Браун! Дверь за ее спиной хлопнула так громко, что гул, царивший в кабинете от голосов школьников, резко стих под дребезжание окон. - Да что с ней не так? - раздраженно фыркнула Ханна, пиля взглядом дверь. – Видать, не так уж и важно ей сегодня отлучиться пораньше, раз она побрезговала моей помощью. - Не сказала бы, - чуть качнув головой, обронила Эмма. – Обычно она отлучается только если ей звонят из больницы. - Больницы? - Угу. Ее отец уже второй год как лежит в коме. Она периодически просит ее прикрыть или подменить, но, увы, у меня не всегда получается, - заметив, как вытянулось лицо Мирадзаки, Вагнер вновь нарочито поправила очки, коротко спросив: - Что-то не так? - А, нет. Нет… Просто это неожиданно, - жалобно скрипнули ножки стула, когда Ханна встала из-за стола и потянулась. – Спасибо за партию, но, думаю, на сегодня это все. У меня уже голова пухнет. Пойду в свой класс, - опустив руки в карманы джинсов, Мирадзаки подалась в сторону двери. Она никак не могла понять, почему Елена ей не рассказал об этом раньше? Или же подозрительная Джулика ограничила круг людей, которым могла доверять подобную информацию и просто просчиталась, понадеявшись на то, что Эмма не станет рассказывать о ее беде кому попало. Но как бы там ни было, с данным фактом история приобретала новые краски. В разобранную мозаику лег еще один мрачный пазл, добавляя подробности общей картине. *** - Да вы издеваетесь, - Ханна наивно надеялась, что вселенная ограничится двумя непобедимыми людьми, с которыми ей придется столкнуться в жизни. Но в очередной раз проиграв Нишики в «верю - не верю», Мирадзаки откровенно начала сомневаться в собственных силах. – Вот чего вы все такие талантливые на мою голову? - О чем ты? – усмехнулся парень, перетасовывая колоду. - Да так, - выпрямившись в стуле, Ханна обернулась и быстро махнула парню рукой, подавая сигнал о том, что в класс вошла главная угроза их спокойной игре, однако зоркая Сакура явно была уже натренирована на поиск подобной контрабанды. - Имаи-кун, ну я же просила! Ханна, и ты туда же? - Прости-прости. Я просто не знала, как отвлечь себя после прошедших тестов, вот мы и решили с Нишики… Слушай, в этот раз я виновата. - Да мне все равно, кто виноват, я же просила их в школу не носить, - упершись одной рукой в бедро, рыжая протянула другую, сверля одноклассника пронзительным взглядом. Тот лишь тяжело вздохнул и вложил колоду ей в руку. - Такими темпами ты и вправду скоро сможешь начать ими торговать, - фыркнул лучник, в ответ получив внезапный щелчок по лбу. - Вот тебе смешно, а мне как-то не хочется, чтобы меня когда-нибудь за компанию с тобой выдворили из школы за нарушение общих правил. - Ладно, это в последний раз. Честное слово, - Ханна едва сдержала смешок, заметив, как Имаи скрестил пальцы за спиной. И главное взгляд такой честный, что даже детектор лжи смутился бы. - Хэй, Имаи-кун, - неожиданно раздалось от двери. В помещение заглянул школьник из параллельного класса и, заметив субъект своих поисков, махнул ему рукой. – Там какой-то парень внизу, судя по форме из старшей Тацуры. Он тебя ищет, попросил позвать. - Ками, опять? Чтоб их… – со смирением выдохнул Нишики, поднявшись из-за стола. – Если я опоздаю – скажите сенсею, что я в медпункте, ладно? – бросил он девчонкам напоследок, после чего исчез за дверью. - Карты его прячь, от учителей отмазывай… Горе сплошное с этим Имаи, - пробурчала Сакура, проводив парня недовольным взглядом. Ханна ничего не ответила, лишь хмурая вернулась за свою парту и опустила глаза в открытый учебник. Странно это было. За последние две недели то был не первый инцидент с посторонними людьми. Да и ладно, когда его ровесники искали. Но Ханна уже не раз видела, как после школы парня у выхода со двора встречали какие-то взрослые мужчины в костюмах, вида совсем недоброжелательного. Причем каждый раз его искали совершенно разные люди. И что бы это все могло значить?.. Несколько дней прошло с ее поездки в Токио. Волейбольный клуб полным ходом продолжал готовиться к предстоящим региональным соревнованиям, если жалкие пародии на тренировки вообще можно было назвать подготовкой. Изнурение, как физическое, так и моральное, было максимальным, а толку с этого - ноль, лишь добились того, что ушла из клуба одна из второгодок, махнув на истерики неуравновешенной Касанэ рукой, хотя та даже ей угрожать пыталась. Похоже, не даром ее в клубе боялись. На тренировках Ханна не стремилась играть в полную силу, и порой ловила на себе пристальный взгляд Сакуры. Будто та всё ждала от нее какого-то невозможного финта ушами, а Мирадзаки все продолжала разочаровывать, играя в самый обычный волейбол. Она попросту берегла ногу, считая, что рецидив на тренировке был бы максимально неуместным. Незадолго до дружеского матча девушка наконец получила свой комплект формы. Открыв коробку в клубной комнате, Ханна мягко коснулась гладкой ткани черной мастерки, после чего неспешно развернула ее, вглядываясь в полосы красивого, яркого голубого цвета, украшавшие рукава и ворот вещи. Нашивка с названием школы была того же цвета, весьма неплохо сочетавшегося с общим черным фоном. - И почему мне казалось, что у нас форма тоже светлая? – тихо заметила тогда Ханна, отложив олимпийку в сторону, после чего потянулась к майке, да так и замерла, когда увидела свой новый игровой номер. - Что-то не так? – заметив, как потемнели глаза Мирадзаки, переполнившись неким подобием теплой ностальгии, Окава, находившаяся с кохаем рядом в тот момент, подошла к ней ближе, взглянув на цифру, выведенную белым и голубым контуром на спине черной майки, что была украшена широкими белыми полосами по бокам. - Ничего, просто… Хорошая цифра, - выдохнула волейболистка, повесив майку на спинку стула. – Черт, теперь мне прямо не терпится выйти в ней на площадку. Всё шло своим чередом, но вот что было странно: больше никто не крал ключи от большого зала из-под носа Окавы, когда та заранее записывала команду на тренировку в новом зале. Ханна даже начала подозревать неладное, все ждала, что в помещении что-нибудь загорится или взорвется, но нет, никто им даже не думал мешать. - Что-то Ясумаро как сквозь землю провалился. Я ждала от него большей прыти. Он же так привык нарочито грозно ставить себя перед другими, - как-то раз в раздевалке заметила Ханна, стянув с себя мокрую насквозь от пота майку и откинув ее на скамейку. - Не думаю, что ему нужны проблемы, - послышался ответ капитана из дальнего угла раздевалки. - Да ну. Он как-то не похож на парня, который их боится. - Возможно он и ведет себя порой вызывающе, но мне почему-то кажется, что это все из-за его отца. - О, очередная семейная драма? – послышался смешок одной из второгодок, Кониши Моко. - И мне кажется, или ты его защищаешь, капитан? – тут же подхватила ее сестра-близняшка Мика. - Вот еще, делать нечего, - пренебрежительно фыркнула Окава, недобро сверкнув глазами на кохаев. – Не нужно быть человеку другом, чтобы понять, что семейка у него ненормальная. - Ясумаро… Ясумаро… - перебирая в уме знакомые имена, забормотала Ханна. - Никак не могу вспомнить. Снова кто-то из ужасно влиятельных аристократов? - Не совсем. Его отец – армейский, причем далеко не самого низкого чина. Звезды на погонах, все дела. Но, как я поняла, Като не пожелал пойти по его стопам, потому глава семейства и стал относиться к нему с пренебрежением, игнорируя все аспекты его жизни. Поначалу, правда, он бесился, когда Ясумаро-кун влипал в истории с уличными драками, а потом и это начал пропускать мимо. Но вот за курение, мне кажется, он ему точно голову оторвет. У старшего Ясумаро явно пунктик по этому поводу… - Откуда ты все это знаешь, Окава-сенпай? – спросила Сакура, перевязывавшая свои кроссовки. - Пф, обо всем об этом знает весь наш класс, - раздался голос Охаши, вышедшей из душевой. – Его батя несколько раз собственной персоной наведывался к нам и устраивал разнос своему отпрыску при всех. Такой кѝпиш поднимал. Не удивительно, что Ясумаро привык внушать страх окружающим. Не будь он известен своими талантами лѝца неприятелям начищать – его бы наверняка засмеяли. - И, зная это, вы до сих пор не нашли на него управы, чтобы отбить зал? – взглянув Окаве в глаза, спокойно спросила Ханна. В раздевалке внезапно повисла тишина. Капитан команды выдержала пристальный взгляд кохая, нахмурившись и скрестив руки на груди. - Слушай, нам некогда было строить козни баскетболистам, что за вопрос вообще? – в голосе Охаши слышалось неприкрытое раздражение. Но Окава, поднявшая руку, жестом как бы прося одноклассницу замолчать, вдруг заговорила сама: - Многие здесь бояться с ним связываться. Думаю, причина тебе известна. Касанэ бы просто не додумалась до подобного способа «избавления»… - Эй! - А что касается меня, что ж, - коснувшись дужки очков указательным и средним пальцами, девушка холодно отчеканила: - Я бы никогда не позволила себе подобной подлости. Шантаж я считаю делом грязным и низким. И последствия у него могут быть весьма неприятные. - Ну, порой приходит время, когда нужно пользоваться любой возможностью ради достижения своей цели. А я всего лишь позволила себе небольшую шалость. Зато теперь вся команда может спокойно пользоваться удобствами этого помещения, - выдохнула Ханна, так и почувствовав, что в безэмоциональном голосе капитана проскочило обвинение. – Так что пожалуйста, - застегнув последние пуговицы на блузке, Мирадзаки закинула сумку на плечо и, коротко попрощавшись со всеми, ушла, даже не дождавшись Сакуры. Рыжая собралась одной из последних – из-за порвавшегося на тренировке шнурка пришлось долго возиться с перешнуровкой, благо в шкафчике уже давным-давно лежала запасная пара на подобный случай. Окава и Охаши ушли вслед за Ханной, оставив ключи на кохаев. Второгодки дружно решили переложить ответственность на первогодок, а из них большая часть успела к тому моменту уйти из зала. В конечном итоге заносить связку пришлось Ямоширо. Закрыв дверь спортивного зала, девушка оглянулась в надежде обнаружить подругу, однако площадка перед залом оказалась совершенно пустой. Лишь фонарь одиноко светил над головой, отвоевывая у темноты узкий круг света. Тишина была просто удивительной, погода стояла безветренная, хоть над головой и висели тяжелые тучи. Вдалеке, над деревьями, висело золотистое зарево – это облака отражали свет ночного города. «Мирадзаки… Что же с тобой творится?» - тяжело вздохнув и поправив ремень сумки на плече, волейболистка спустилась с крыльца и подалась в сторону здания школы. Погрузившись в тревожные мысли о странном поведении Мирадзаки, девушка даже не заметила с какой силой сжала в руках ремень, машинально шагая по знакомой тропинке. Что-то изменилось. Неуловимое, едва заметное, но изменилось уже навсегда. Была ли в том виновата поездка в Америку, был ли виноват Акаши, девушка не знала. Но внезапно пришло понимание того, что всё уже никогда не вернется в прежнее русло. Милая, немного скованная, вечная плакса девочка-Ханна едва ли предстанет перед ней вновь. А новая Ханна… Ямоширо даже понять толком не могла, что конкретно изменилось. Да, ее подруга стала спокойнее и сдержаннее, но это можно было свалить и на взросление. Но в такие моменты, когда девушка начинала проявлять слепую, даже свирепую настойчивость, как в перепалке с Охаши или в случае с Ясумаро, рыжую не покидало сильное чувство волнения. Сакура действительно волновалась за подругу детства, волновалась, что та, в слепом стремлении, еще натворит дел, о которых потом будет долго жалеть. Наверное, для того сейчас Ямоширо и нужна была Ханне больше всего, чтобы одернуть ту в случае поворота не туда. Волейболистка твердо для себя решила, что не оставит Ханну, даже если та начнет брыкаться. - Для того ведь и нужны друзья, - с улыбкой прошептала рыжая, опуская ключи на гвоздик в учительской. Выйдя в коридор и прикрыв за собой двери, Сакура развернулась было дабы направиться к выходу из школы, когда до ее ушей донеслась приятная мелодия. Она была такой тихой, что девушка было подумала, будто ей почудилось. Но спустя минуту вслушивания, волейболистка поняла, что звук и вправду доносился из глубин коридора. Повинуясь странному порыву, Ямоширо подалась на звук, прислушиваясь к тихому плачу скрипки. Мелодия была такой нежной, мягкой, но в то же время резала по сердцу сильнее любого ножа, проникая в глубины сознания и множась там прекрасным эхо. Музыка, завладевшая всем помещением, лилась ленивым ручейком, лишь порой дрожа и вздрагивая, точно конь, которого простым движением направили в требуемую сторону, только не уздой, а смычком. Умелая рука извлекала из простого инструмента звуки, что своей горечью напоминали душераздирающий плач. Хотелось схватиться за голову, обнять себя за плечи и поддаться немому отчаянию, заточенному в ноты. Подойдя к открытому классу искусств, Сакура замерла, точно завороженная, даже не заметив, как в собственных глазах появились слезы. Ловко двигая рукой и покачиваясь в такт музыке, словно в стремлении подтолкнуть ее собственным телом, у самого окна, спиной к нему, стояла Ханна. Она даже не заметила неожиданного слушателя – играла с закрытыми глазами, сведя брови к переносице в немой попытке отдать все те невыплаканные слезы, что она держала в себе уже два года, скрипке. И, должно быть, только увидев собственную подругу, вдруг показавшуюся в полутьме более хрупкой, совсем маленькой, Сакура чуть не подпрыгнула от внезапной догадки, почувствовав, как по щеке скатилась единственная слеза – настолько трогала эта музыка, будто стремилась заставить слушателя плакать, вместо той, что держала смычок. Она знала эту мелодию, которая из прекрасного, умиротворяющего шедевра, стала копьем, способным ранить даже каменные сердца. - «История», - выдохнула Сакура всплывшее из глубин памяти название, и мелодия резко стихла. - «Нерожденная», - задавив тяжелую тишину в зародыше выдохнула Ханна, опустив скрипку. Еще один тяжелый вздох и девушка, выпрямив плечи и подняв подбородок позволила себе открыть глаза. – Лишь часть той мелодии, что осталась у меня. Часть, с большего написанная его рукой… - отстранившись от подоконника, Ханна поставила инструмент на место, нежно коснувшись его грифа. – Лишь осколок от прошлого, потому не достоин называться «Историей». В полном молчании Сакура, вытерев с глаз выступившие слезы, подошла к подруге, видя ее мягкую улыбку, преисполненную печали. - Ханна-чан, - девушка протянула руку к плечу подруги, но вдруг замерла, поймав себя на странной мысли, будто стоит коснуться Мирадзаки, и она попросту рассыплется. - История начинает набирать обороты. Завтра дружеский матч, потом отборочные баскетболистов, потом и наши… Параллельно придется готовиться к экзаменам, чтобы получить высшие баллы по всем дисциплинам. К тому же я обещала помочь учителю математики с открытым уроком и была приглашена Широганэ-сенсеем принять участие в научном конкурсе среди первогодок региона. Также я заранее начала готовить программу тренировок для команды, несмотря на то, что час от часу могу вылететь из клуба вовсе. Ясумаро, Охаши… Еще и сплю часа по три – я не имею права бросить утренние тренировки, иначе от того, что я получила в Америке, останутся лишь воспоминания. И это все параллельно с дурацкими играми с Акаши, - Сакура увидела, как сжалась свободная ладонь Ханны в кулак, как дрожь завладела ее плечами от перенапряжения. Мирадзаки медленно обернулась и с немой мольбой воззрилась на подругу. – Са-чан, просто… Прошу, скажи, что я справлюсь. - Ханна, - выдохнула Ямоширо, подавшись вперед и крепко обняв Мирадзаки. – Ты так много берешь на себя, что я уже начинаю волноваться за твое здоровье. - Здоровье сейчас последнее, о чем я думаю, - услышала рыжая ироничный смешок. - И очень зря. Если заболеешь – от твоих стараний ничего не останется, а напрягаться через силу я тебе не позволю, даже если придется ремнями к кровати привязать! – фыркнула Сакура, лишь крепче сжимая руки на спине подруги. – Ты сильная, мне ли не знать. Всегда была, несмотря ни на что. Потому справишься, только перестань заваливать себя делами и сосредоточься на том, что важнее всего для тебя сейчас. А если нужно будет чем-то помочь – я всегда рядом. - Да, я знаю. Спасибо, Са-чан, - расслабившись, Ханна обняла рыжую в ответ, положив голову ей на плечо, позволив себе на секунду расслабиться. – Вот же… Опять разнылась, точно ребенок. Прости за это. - Ничего, я даже рада, - чуть отстранившись, Ямоширо с улыбкой посмотрела в уставшее лицо Ханны. – Так я хоть могу видеть, что ты чувствуешь на самом деле. И я рада, что ты все еще доверяешь мне настолько. Мирадзаки вдруг мягко улыбнулась, кивнув Сакуре в ответ, после чего отстранилась от нее и, подняв с пола сумку потянулась и махнула рыжей рукой. - Ладно, завтра игра. Нам следовало бы успеть отдохнуть. - Ну, с упрямым намерением Охаши не пустить нас обеих на площадку, я думаю, мы ничего не потеряем, даже если придем ужасно не выспавшимися. - Как знать, - хитро ухмыльнувшись протянула Ханна, глянув на Ямоширо в пол-оборота. – Спортивные матчи – удивительная вещь, хотя бы потому что до конца не знаешь, чем все может закончиться. *** - Мирадзаки, чего ты там застряла? – голос Охаши заглушил даже рев проезжавших мимо машин. Они как раз всей командой дружно шли вдоль улицы точно пионерский отряд – только флажка у вожатого не хватало для полноты картины, когда Ханна внезапно отбилась от группы и остановилась у небольшого столика с лотерейками. - Идите вперед, я задержусь буквально на минуту, - громко ответила девушка, пытаясь вытянуть из кармана спортивных штанов монетку. Вскоре она нагнала напарниц, сжимая в руках яркий, желто-зеленый лотерейный билет, пытаясь стереть поле мгновенного выигрыша на ходу. - А кто с самого начала говорил, что все это лохотрон? – засмеялась Сакура, заглянувшая подруге через плечо. – Говорила же я, что они и впрямь заколдованные. - И я все еще не верю в их чудодейственность. Просто очень хочу выиграть джек-пот, - фыркнула в ответ Ханна. Еще миг, и девушка с удивлением уставилась на одинокую пятерку, расположившуюся посреди большого поля. – Пять йен… - О, надеюсь это не знак того, что мы сегодня проиграем. Не хочется опять выслушивать нотации от Охаши. - Нам-то чего слушать? Мы же играть сегодня не будем, - пожала плечами Мирадзаки, уронив билетик в ближайшую урну. - Поверь, подруга, сей факт ее не остановит. После посещения старшей Кайдзе, Ханна ожидала, что увидит школу примерно таких же размеров, учитывая славу, что ходила вокруг неё. Однако старшая женская академия Аотори была на удивление небольшой. Маленькое додзе, типичный спортивный зал служивший еще и актовым, крохотная двухэтажная пристройка для клубных комнат и само здание школы, похожее на пятиэтажную коробку светлого цвета. - Только вас и ждем. Ой, а где же ваш куратор? – на входе в зал девушек поприветствовала миловидная, светловолосая женщина. С виду – ангел во плоти, и так добродушно еще улыбалась. - Мы без него. Он не смог сопроводить команду сегодня. Надеюсь, это не станет для нас проблемой? – поклонившись в знак приветствия проговорила вышедшая вперед Окава. - Ох, вот беда-то, опять отлынивает. Это ж каким безответственным нужно быть? Ну ничего, проходите, располагайтесь, раздевалки там. Я – тренер команды, Сейширо Камия. Если что-то будет непонятно – обращайтесь. - Окава Судзу, приятно познакомиться. Спасибо, что позволили нам сыграть с вами. - Окава-сан? А, это с Вами мы по телефону разговаривали. Надеюсь, менеджеры оказали Вам радушный прием на прошлой неделе? Простите, что не смогла встретить Вас лично. - Все в порядке, спасибо за беспокойство, мы… - «Спасибо», «все в порядке», «будьте так добры»… Ками-сама, мы сюда играть приехали или с соперниками любезничать? - начала тихо закипать Охаши. - Впервые вижу столь доброго тренера. Не думала, что и такие бывают… - задумчиво протянула Сакура, чем вызвала загадочный нервный смешок со стороны второгодок. - Наслаждайся, пока можешь. Правда покажется тебе жестокой, - совсем тихо проговорила Маруки, обернувшись к кохаям и подмигнув рыжей. Вскоре девушки оказались в узком помещении, служившем раздевалкой. Большую часть пространства занимали металлические шкафчики, из-за чего комнатушка казалась ужасно тесной. Выглядело это так, будто архитекторы в свое время вообще не подразумевали, что туда всунут хоть какую-то мебель. Пара узких лавок, небольшое зеркало… - Ну, школа довольно старая, можно понять, - сказала Окава в ответ на бухтения одноклассницы, пытавшейся не упасть в попытке натянуть на ногу кроссовок, стоя при этом на одной ноге – ей не хватило места на скамейках. - Так, первогодки, а ну подвинулись! Расселись тут, понимаешь, как у себя дома! - Ханна-чан, ты так и не снимешь их? – Мирадзаки с непониманием посмотрела на обратившуюся к ней Сакуру, но та в ответ лишь указала на ее пальцы. – Ты уже полмесяца их перевязываешь. Как же так покалечиться можно было, если до сих пор не зажило? - Да не обращай внимания, - отмахнулась девушка, прикрыв свой шкафчик. – По правде сказать, я просто уже привыкла играть с ними. - А, вот как… - Так, девчонки, давайте быстрее. Мы и без того опоздали, так что переодеваемся и бегом на площадку. Все меня услышали? - объявила мгновенно переодевшаяся капитан, находясь уже у двери. Ответом ей стало дружное: - Есть! Девушки из Аотори были командой не из слабых, Ханна прочувствовала это с первых же минут разминки. Четкие отточенные передачи, как верхние, так и нижние, быстрые переходы по площадке и неплохая сыгранность. Но, как рефери объявил разминку у сетки, Мирадзаки буквально прочувствовала, в чем конкретно заключалась главная сила команды Аотори. Подавшись за мячом в попытке принять удар, девушка успела лишь чуть его зацепить, и то на руках мгновенно появились небольшие красные пятна. - Ого. Это будет интересно… - с азартом ухмыльнулась волейболистка. - Ты сидишь на скамейке, Мирадзаки, - тут же осекла появившаяся за спиной Касанэ. – Так что губу не раскатывай. Хэй, там, на галерке, вы чего приуныли? Судзу, давай-ка ответим им! Ничего не сказав в ответ, Ханна отстранилась от связующей для следующего приема, внимательно разглядывая девушек, что стояли по другую сторону. Просматривая видео их прошлых игр, Окава не раз упоминала капитана команды Аотори, Рарику Мэй, которая своими точными ударами доставила немало хлопот команде Ракудзан в прошлом году. Также на фоне других выделялась высокая девушка под номером два. Окава просила быть осторожной с ее блоками, когда та выходила на переднюю линию. Вместе с капитаном команды они умудрялись блокировать практически все удары соперниц, насколько бы сильными те не были. Единственный, кто мог бы спасти положение под сеткой - быстро соображающих связующий, который мог бы обмануть стену Аотори. Ханна понимала, что Охаши, которую Окава как раз поставила в противовес этому дуэту, должно было хватить опыта, однако ей мог помешать ее вспыльчивый нрав. Ее стоило хорошенько разозлить, чтобы сбить с нужного настроя. Случись подобное во время игры, и Ракудзан уж точно было бы не на что надеяться. Остальные девушки на разминке ничем особо не отличились. Даже их либеро нельзя было назвать игроком выделявшимся – иногда она поднимала мячи, иногда ошибалась. Совершенно средний игрок. А вот девушка в майке с пятым номером во время разминки у сетки постоянно сбрасывала мячи. То ровненько под сетку, то в девятый метр, в самый дальний угол площадки. Подобные подлые приемчики ужасно бесили, когда человек с руками, растущими откуда надо, вынуждал короткими скидками подтягиваться игроков ближе к сетке, а потом закидывал мяч соперникам за спины, в площадку, оставленную без защиты. Опустившись с первым свистком на скамейку, Ханна вдруг поняла насколько давно не наблюдала за матчем вот так, со стороны. Капитан Аотори отыграла у судей первую подачу, которую сама и привела в исполнение. Мяч, летевший точно пушечное ядро, вынудил Кониши Моко откинуться назад, дабы не получить им по лицу. Ее счастье, что подававшая соперниц угодила в аут, переборщив с силой удара. - Отличное начало. А теперь покажем им, где раки зимуют! – воскликнула Охаши, стоявшая под сеткой, когда раздался свисток. Да только договорить толком она не успела, мяч от руки подававшей Мики, младшей из двойняшек, угодил буйной связующей прямо в затылок. - П-простите… - пискнула второгодка, столкнувшись со взглядом зверя, готового вцепиться в глотку своей жертвы. - Кас, успокойся. Это только начало игры, побереги силы для противника, - одернула одноклассницу Окава, оттянувшись чуть дальше для приема. - Да знаю я. Следующая подача была не такой пугающей, как вышла у капитана Аотори, потому Тобаяши Аюме, второй связующий игрок команды, стоявшая в центре площадке, сумела принять ее с легкостью. Ракудзан быстро разыграла этот мяч, но защита команды соперниц не дремала. Однако, как бы не старались девушки в синих майках Академии тянуться за мячом, они ничего не смогли противопоставить Кас, которая в какой-то момент вместо паса выпрыгнула над сеткой и ударила по мячу сама. Еще один короткий розыгрыш, и игра закрутилась по-настоящему. Под звонкие и не шибко вежливые напоминания Охаши, девчонки из команды носились туда-сюда по площадке, отчаянно пытаясь вспомнить те сумбурные приемы, которые им связующая показывала на тренировках. Нападение, страховка, блок, прием, нападение… С доигровщиков от огромного количества лишних движений пот в три ручья тек уже к середине первой партии. Лишь более опытные игроки в лице Кас и капитана держались бодрячком, да Маруки Широ продолжала раз за разом подтверждать свой статус непробиваемой стены. Но Ханна все беспокоилась, что такая нагрузка может навредить травмированной либеро – ей приходилось играть за троих, а то и четверых, ведь другие второгодки оказались совершенно беззащитными перед нападающими Аотори. Зачастую спасали грамотные блоки Охаши и Моко, но, когда эти девушки отходили на заднюю линию, команда Академии получала неслабый шанс вырваться вперед. - А это непросто. Они заметно выросли с прошлого года, - вытирая пот со лба, протянула Широ, упав на скамейку, когда Окава попросила таймаут. - Как себя чувствуешь? – капитан пристально посмотрела на либеро, которой тут же протянул бутылку с водой заботливый менеджер – щуплый парнишка, который вообще непонятно какими путями в свое время забрел в спортивный зал к волейболисткам. - Все хорошо, я могу продолжать, - уверенно кивнула девушка, опустив взгляд на перевязанную ногу. - Тогда все отлично! – явно довольная своими ударами и блоками Охаши словно забыла о собственной роли тренера. - Нет, не отлично, - неожиданно резко отсекла Окава, скосив взгляд на одноклассницу. – Мы так быстро потеряем все силы. Я думаю, нам нужно сделать замену. Ямоширо-сан, готовься выйти, - решительно проговорила капитан, оглянувшись на рыжую, явно не ожидавшую, что её все-таки решатся пустить на площадку, но не тут-то было. - Эй, Судзу, что за дела? – послышалось недовольное со стороны Охаши. – А ты со своим тренером посоветоваться не желаешь? Да и с чего это ты решила вдруг команду ослабить в начале игры? - Кас, мы не выдержим в таком темпе три партии. - Нам не придется играть три партии, если мы не дадим слабину сейчас. - Аотори - команда слишком высокого уровня, чтобы надеяться, будто мы сможем выиграть у них в выносливости, - продолжала возражать Окава, внимательно следя за тем, как меняется выражение лица Охаши. – Если ты так хочешь выиграть, то не стоит играть на износ, нужно поберечь силы. Ямоширо-сан, выйдешь вместо Мики, когда я… - Слышь, больно умной себя почувствовала? – насупившись, Охаши вдруг сделала широкий шаг вперед, мгновенно сократив расстояние между собой и капитаном, при этом пнув в сторону пару бутылок с водой. Схватив ее за грудки, связующая возвысилась над ней всем своим ростом. – Я сказала, что мы справимся. Будь так добра, и вслушайся в слова более опытного игрока! В зале в тот миг повисла просто удивительная тишина. Похоже, даже команда Аотори забыла об обсуждении стратегии, наблюдая за диковатой картиной, что развернулась на соседней скамейке. Конечно же у девушек в головах не умещалось, как можно было себя так вести с собственными напарницами, да еще и в присутствии совершенно посторонних людей. Первогодки и второгодки притихли, попытавшись слиться со скамейкой. Лишь Маруки подалась вперед, рискнув мягко отстранить Охаши, но та с силой оттолкнула ее, что чуть не закончилось падением либеро. - Если ты сейчас же не прекратишь, сенпай, тебя уж наверняка дикаркой сочтут, - осознав, что никто больше не посмеет вмешаться, поднялась со скамейки Ханна. Вот уж чего она не ожидала, так этого того, что Кас начнет огрызаться на капитана. – Ты позоришь нас и позоришь саму себя. - Че сказала? – выпучилась на Мирадзаки явно вошедшая в раж Охаши. – Что, линия жизни по подмышки? Сядь, где сидела, пока я не… - Ладно, пусть будет по-твоему, только успокойся уже наконец, - голос Окавы к огромному удивлению всех присутствовавших, не потерял своего спокойствия. - То-то же, - прорычала связующая, отпустив одноклассницу и поспешив в одиночестве вернуться на площадку. – И вот еще что: кто начнет косячить, до конца жизни будет наматывать круги по стадиону. Так что взяли себя в руки, мямли! Устали они, видите ли… В полном молчании основной состав последовал за Охаши, когда Ханна вдруг поймала под локоть Окаву: - Тебе бы ее посадить на скамейку, сенпай. - Думаешь, я сама не понимаю? – тихо ответила девушка, повернувшись к первогодке. – Но я не хочу, чтобы она кого-нибудь здесь покалечила в порыве злости из-за подобного унижения. - Почему ты вообще терпишь все это? – с искренним недоумением спросила Мирадзаки, хмуро заглядывая в лицо Окавы, отпустив ее руку. - Потому что без нее мы просто не справимся. Ханна ожидала услышать подобный ответ. Естественно, что еще могло вынуждать Окаву Судзу, здравомыслящего человека, удерживать в команде столь неуравновешенного и агрессивного игрока, как Охаши. Все дело было в таланте, который явно не оценили в национальной сборной. Только вот Касанэ с тем, что ее турнули оттуда, – другой причины, почему связующая ушла из сборной Ханна просто не видела, - была не согласна. И вот теперь она вовсю пользовалась своим превосходством над слабыми кохаями, отыгрывая на них свою обиду. Девушка будто всем своим видом пыталась показать собственную силу, хотела, чтобы ею восхищались, чтобы перед ней роптали и вылизывали ей пятки. А раз она не могла заставить всех уважать себя действиями или хотя бы словами, она, видимо, решила давить на других страхом. Удивительно, что под таким давлением волейбольный клуб вообще продолжал существовать. Как и предсказывала Окава, первая партия, дошедшая до отметки в тридцать очков, закончилась не в пользу Ракудзан, просто потому что вымотавшиеся девушки начали элементарно сдавать позиции. И как бы не бесилась Кас, они не могли прийти в себя просто по ее указке. Да, в спорте существовало такое понятие, как второе дыхание. Но под таким гнетом, в подобной атмосфере, когда в команде никто никого не поддерживал, едва ли боевой дух мог подняться сам собой. Желание делать что-либо не вбить в человека кулаками, но Охаши явно не понимала этого простого факта. Кое-как встряхнув девушек во время перерыва, Окава настроила их на то, что они наверняка смогут взять вторую партию, если немного сменят тактику, в то время как лучший тренер тысячелетия, отстранившись от команды, кинулась работать с мячом у стены вместо того, чтобы присоединиться к обсуждению стратегии. Посчитала, что ее это не касалось. - Моко-сан, переставай вестись на скидки их пятого номера. Она еще ни разу толком не ударила, лишь скидывает в метр от сетки. Не позволяй ей больше так забивать. Маруки-сан, если почувствуешь себя нехорошо, сразу говори. Я заменю тебя, даже если Охаши… - Все будет хорошо, Окава-сенпай, не переживай. Я уверена, что с моей ногой ничего не станется. Ты слишком много думаешь об этом, - спокойно улыбнулась в ответ либеро, на что капитан кивнула ей с явной благодарностью во взгляде. - Тобаяши-сан, не ведись на провокации Касанэ, прошу тебя. Я знаю, ее замечания могут злить, но твоя проблема на площадке – это мяч, а не напарница. - Да пытаюсь я, - недовольно пробубнила в ответ второгодка, со скучающим видом сверля глазами противоположную стену. И вот как с таким настроем можно было вообще играть? - Окава-сан, пустите меня на площадку, - вдруг встала со скамейки Ханна, подтянувшись к кругу сокомандниц. - Мирадзаки, не усугубляй. Мы нормально справились в первой партии, если учесть разницу в наших силах. - Да, в подобной обстановке вы держались героически, не спорю, - кивнула волейболистка капитану, после чего подняла руку, указав на скамейку соперниц, чем привлекла всеобщее внимание. – Но теперь у вас появилась проблема. - Это еще кто? – прищурилась капитан, пытаясь вглядеться в лицо волейболистки в синей майке. – Ее ведь не было на площадке до этого… - Это – тот самый сильный пасующий, которого нам обещали. Матсуки Тока. Связующая из средней Тейко. Пусть информация о связующей из команды, прославившейся своим упорством и духом, и даже поднявшейся на вершину пьедестала Национальных соревнований три года назад и взбудоражило Окаву, но переубедить ее не помогло, слишком сильно она боялась гнева Касанэ. Потому во второй партии на площадку девушки из Ракудзан вышли тем же составом. Однако не было на их лицах заметно желание выигрывать, или даже просто играть. Девушкам хотелось разве что поскорее закончить это издевательство над самими собой и вернуться домой. Ведь как бы там не буянила Охаши в случае поражения, орать вечно она не могла, а терпеть ее припадки ярости тут, судя по всему, привыкли. - Никакого духа борьбы. И они действительно нацелились на звание лучших в этом году? – с откровенным непониманием пробормотала Мирадзаки, вновь опустившись на скамейку рядом с Сакурой. – Подобный расклад мне вообще не на руку, как и просиживание штанов на скамейке. - Ну а что мы можем? – виновато улыбнувшись проговорила Сакура, растирая ладонями собственные плечи. – В драку с ней лезть лично я бы не рискнула. А даже если удариться в фантазию и представить, что мы могли бы вынудить ее уйти… - послышался нервный смешок. - Нас тогда без проблем раздавят еще на отборочных, слишком мало в нашем составе выдающихся игроков. Может так статься, что администрации из-за этого надоест содержать «бесполезный» клуб, и к следующему году мы прекратим свое существование, как команда… Раздался первый свисток, возвестивший о первом потерянном Ракудзан очке. Обведя блокирующих вокруг пальца, Тока дала пас себе за голову, позволив сыграть капитану команды. От ее удара защитники тылов рассыпались в стороны от греха подальше, забыв даже о страхе перед Охаши, которая тут же не преминула напомнить о своем скверном характере. Но Ханна и внимания не обратила на ее ругань, столкнувшись взглядом со своим бывшим сенпаем. Хитро улыбнувшись, девушка коротко махнула ей рукой, после чего кивнула головой на Касанэ, проведя большим пальцем вдоль шеи и подмигнув. Мирадзаки прикусила губу, чтобы не засмеяться. Тока, похоже, решила довести связующую Ракудзан до стадии кипения. И, признаться, первую половину партии получалось это у нее с завидным мастерством. Когда Кас решалась кинуться с блоком вправо, Тока отдавала мяч влево. Когда связующая Ракудзан пыталась подобрать более точный момент для прыжка, хитрая Маруки давала короткую передачу в метре над сеткой, и тот пролетал над самой головой Касанэ, которая даже руки подставить не могла – от отскока из-за силы удара мяч тут же улетал в аут. И это лишь малая доля из случаев, когда Маруки с удивительной легкостью обходила Касанэ у сетки. Вот она разница между спокойствием и агрессией. В какой-то момент Ханне показалось, что Охаши вот-вот кинется на соперницу, когда вдруг ей дорогу преградила капитан. - А теперь посмотри на счет внимательно и скажи, хочешь ли ты своей злости ради вот так глупо отдать игру? Если судьи из-за тебя присудят соперницам очко за неспортивное поведение, ты уже не сможешь никого обвинить в том, что мы проиграли. Охаши резко обернулась на табло и застыла в изумлении, увидев неутешительные цифры. Старшая Аотори вела со счетом 24:13. - Таймаут, - отчеканила Окава, дав сигнал судье. - Ками, все и так кончено, чего время зря тянуть? – лениво протянула Тобаяши Аюме. - А ну завались, - рыкнула тут же Кас, сжимая и разжимая кулаки. – Не до твоего нытья сейчас. И не из таких ситуаций выкарабкивались. - Кто? Девушки из сборной? Взгляни на нас и успокойся уже. Матч проигран! - Не проигран, пока мы не сдались, - спокойно произнесла Окава, коснувшись дужки очков. - Судзу, у тебя есть какой-то план? – похоже, угроза поражения таки сумела остудить пыл буйной связующей, которая с едва заметной надеждой уставилась на капитана. - Их связующая соображает удивительно быстро, мгновенно ориентируясь в ситуации. Она успевает оценить обстановку на противоположной стороне площадке лишь кинув короткий взгляд за секунду до того, как касается мяча. И из-за нее мы никак не успеваем блокировать удары их нападающих. А даже если блокируем, не можем достойно ответить. Ты меня, конечно, прости, Кас, но твои последние пасы были просто ужасны. - Да знаю я, блин. Просто эта малолетка за сеткой… - У меня есть предложение, - девушки одновременно обернулись на голос Ханны. – Пустите меня на поле. - Опа, дарование решило себя проявить. Ты реально настолько уверена в себе, что думаешь, будто в одиночку сможешь повернуть ход игры? - Не в одиночку. Я хочу, чтобы каждая из вас помогла мне сделать невозможное, ведь мы все еще можем… - А больше ты ничего не хочешь? – фыркнула Охаши, взглянув на Мирадзаки с издевкой. – Я сказала, что ты останешься на скамейке. Или тебе непонятно по-японски? Ханна вдруг очень тяжело вздохнула, покачав головой. Она словно ожидала подобного ответа, и потому заранее решилась на отчаянный шаг: - А если я предложу взамен сделку? – заметив, как изогнулись брови связующей, Мирадзаки самодовольно усмехнулась, скрестив руки на груди, и быстро проговорила: - Либо с моим выходом команда выигрывает этот матч, либо я добровольно сдаю форму и выхожу из состава клуба. - Ханна-чан, что ты делаешь? – с нешуточным испугом окликнула подругу Сакура, но волейболистка и бровью не повела, все смотрела в лицо Охаши, дожидаясь ее реакции. - Хах, ну раз ты так ставишь вопрос, - губы Касанэ тронула жутковатая усмешка. Кажется, кто-то уже намеревался отпраздновать избавление от больно назойливого кохая, который так и метил все это время вытеснить ее из команды. – По рукам. Но если ты посмеешь нарушить слово… - Не нарушу. Бросаться словами на ветер – это не в моем стиле. - Командой Ракудзан была произведена замена. На поле выходит игрок под номером девять, - раздался голос рефери после свистка. - Не пожалела бы ты о своем решении, - проговорила капитан, остановившись у своей зоны, когда с удивлением заметила протянутую ей раскрытую ладонь кохая. - Давай просто повеселимся от души, чем бы все не закончилось, - с легкой улыбкой проговорила Ханна. – В конце концов, волейбол – это весело. Получив немного сконфуженное «пять» от Окавы, Ханна остановилась возле Сакай Шимы и, наклонившись для приема, тихо проговорила: - Сенпай, сделай небольшой шаг в сторону. Тебе будет удобнее провести атаку, если этот мяч приму я. Второгодка с сомнением посмотрела на кохая, но просьбу выполнила. Ведь какая, по сути, разница? Если примет – замечательно. Не примет – так ей же и влетит. Сакай подалась в сторону и немного вперед, уступая весь простор Ханне. Мирадзаки же, собрав короткие волосы в хвостик припасенной черной резинкой, присела еще ниже, практически опустившись на самую площадку, и пристально наблюдала за движениями подававшей соперницы. Та дождалась свистка, два раза стукнула мячом об пол, крутнула его в ладонях и, широко замахнувшись, ударила. «Как же интересно порой понимать, насколько разнятся привычки подающих, - промелькнула в голове Мирадзаки неожиданная мысль. – Эти движения, точно подчерк – сколько бы игрок не повторял основы, в конечном итоге у каждого будет получаться своя неповторимая подача». Мяч с ужасающей скоростью перелетел сетку, но вместо того, чтобы в очередной раз упасть на пол, он с громким ляпом отскочил от рук рванувшей вправо Мирадзаки. Тока и капитан Аотори заранее оттянулись влево, опасаясь быстрой атаки со стороны Окавы, однако Кас неожиданно передала мяч Шиме, которая, не потратив времени на прием, вовремя оказалась в нужном месте и смогла красиво пробить одиночный блок. - Вот как это делается, - фыркнула Касанэ, переходя на следующую позицию. - Отличный прием, - Ханна обернулась на голос капитана и увидела протянутую ей в знакомом жесте руку. - Спасибо, - хлопнула она по раскрытой ладони. – Хорошей подачи. - Ты хоть понимаешь, какую ответственность положила на мои плечи? – нервно усмехнулась девушка, дожидаясь, пока мяч докатится к ее ногам. Должно быть Ханна впервые видела столь сосредоточенное выражение на ее вечно холодном лице. - Но ты же ведь не промажешь? – придав лицу виноватый вид протянула Мирадзаки. - Вот еще. Я не позволю себе избавиться от сильного игрока собственными руками. Так что даже можешь голову не прикрывать. Став у самой сетки, Ханна вдруг заметила протянутую ей руку. - Сколько зим, Мирадазки-чан! – услышав свое имя, Ханна подняла глаза и встретилась лицом к лицу с бывшей напарницей по команде, тянувшей к ней открытую ладонь из-под сетки. – Как же я рада вновь оказаться с тобой на одной площадке. Ну что, покажешь мне, чего стоил весь тот сыр-бор с переездом в Америку? - Может быть, - искренне улыбнувшись столь неожиданной встрече, которой Ханна могла насладиться в полной мере только теперь, она хлопнула Матсуки Току по ладони в знак приветствия. – Как-никак, это всего лишь дружеская игра. А я предпочитаю не выкидывать на стол сразу все козыри. - Какой важной стала, посмотри на нее! – засмеялась связующая, чуть отстранившись. – Ну, в любом случае, даже не думай, что я дам тебе какую-либо поблажку. Я не стану тебя жалеть, Мирадзаки. - Я на это и рассчитываю, сенпай. Тока сделала небольшой шаг назад, а Мирадзаки вдруг подняла руки и встала так, чтобы перекрыть собой обзор соперницам на подававшего капитана. - Сакай-сенпай, помоги мне, пожалуйста. Подними руки, - одернула она задремавшую под сеткой второгодку. - Так? - Да, только смотри, чтобы принимающим невидно было. Это может сбить их с толку. - Давно я так не делала, - Касанэ неожиданно встала по правую руку от Шимы, последовав примеру напарниц. О, как приятны были раздраженные взгляды соперниц, не способных увидеть, как подающий бьет по мячу – это лишало бесценных нескольких секунд, которые могли бы пойти на более точную подготовку к приему. - Значит, нужно вводить в привычку, причем всем, - кивнула в ответ Ханна. Раздался свисток, позволявший капитану Ракудзан произвести подачу. Окава подала ровнехонько в заднюю линию, однако либеро команды Аотори, прекрасно чувствовавшая площадку, все же решилась принять мяч, хотя многие на ее месте пропустили бы его с тем расчетом, что он попадет в аут. Тока встала боком к сетке, чуть согнув ноги в коленях и подняв руки для передачи мяча, но за миг до паса она коротко скосила глаза на сторону противниц, после чего дала быструю передачу капитану команды. Для проведения столь четко отработанной атаки им не понадобилось и секунды, однако Рарику к огромному своему удивлению встретилась с блоком мгновенно отреагировавшей Ханны. Но несмотря на правильно подобранный момент, девушка в силу своего роста выпрыгнула недостаточно высоко и смогла лишь притормозить мяч. Как знать, чем бы закончился этот розыгрыш, если бы Маруки Широ не помчалась далеко за пределы площадки в попытке поднять его. - Охаши-сан! – воскликнула Тобаяши, подбивая мяч второй раз. Он подлетел достаточно высоко, так что ас Ракудзан смогла оттянуться к передней линии и провести сногсшибательную атаку, буквально повалив одну из волейболисток Аотори. - Спасибо, Маруки-сенпай! Отличный пас, Тобаяши, - воскликнула Ханна с толикой трепета наблюдавшая за тем, как девушки поднимали этот мяч. Все же давление риска вылететь из команды не могло не сказываться, потому сердце ухало в пятки каждый раз, когда мяч рисковал быть упущенным ее напарницами. - Неплохой блок, Мирадазки, - не осталась в долгу либеро, похлопав кохая по плечу. – Повторим? Трое волейболисток Ракудзан вновь собрались у сетки, дабы закрыть обзор соперницам, капитан оттянулась на заднюю линию для подачи. Свисток, и девушка ударила по мячу, однако совершила ошибку при подбрасывании, из-за чего тот влетел в канат. Благо удар был достаточной силы – мяч сумел перелететь через сетку и упал к самой средней линии площадки, вынудив девушек из Академии попа̀дать к ногам своих соперниц. - Три очка подряд. Неужели они это сделают? – послышалось удивление первогодок со скамейки. - Конечно сделают. Да и чего мы сидим без дела? Надо их поддержать! – вскочившая со своего места Сакура поднесла ко рту руки рупором и звонко воскликнула: - Хорошей подачи, Окава-сан! Второгодки не спешили поддержать порыв кохая, лишь посмотрели на нее с искренним сомнением. А вот первокурсницы, еще со средней школы не забывшие, что такое командный дух, кто стоя, кто сидя, принялись скандировать: - Вперед-вперед, Ракудзан! - Три очка из одиннадцати. Святая наивность. Это еще ничего не решает, - недовольно пробубнила Охаши, прикрыв голову руками. - Ого, а кто еще пару минут назад говорил, что и не из такой ситуации выходили, сенпай? – расплылась в ироничной усмешке Ханна, скосив глаза на Кас. - Заткнись. Во время следующего приема девушки на стороне Аотори не разобрались между собой, из-за чего мяч чуть не упал между ними, однако капитан команды, стоявшая под сетью, вовремя среагировала, бросившись к центру площадки и выкинув вперед ногу. Мяч подскочил вверх и был передан третьим номером высокой девушке, стоявшей на задней линии, второму номеру. Та, широко замахнувшись, ударила по мячу, подавшись всем телом вперед, чтобы использовать в нападении всю свою массу. Мяч только по случайности угодил в плечо Аюме, не успевшей отскочить в сторону и вновь полетел в непонятном направлении за пределы поля. - Да чтоб вас. Я слишком стара для всего этого! – воскликнула Маруки, в очередной раз сломя голову бросившись за мячом. Тот вылетал аж за скамейки запасных, которые стояли недалеко от стены, но даже сей факт не остановил отчаянную либеро. - В стороны! – возопила Сакура, потянув на себя Мику, когда Широ на всей скорости толкнулась ногой от скамейки и, повернувшись в полете, отправила мяч обратно в сторону площадки, после чего столкнулась со стеной, приняв весь удар на спину. - Широ! – голос Окавы сорвался на откровенную панику. Капитан даже чуть с площадки не подалась, но либеро лишь подняла правую руку с отставленным большим пальцем. - Я жива, играйте! Тем временем вернувшийся мяч сумела подбить Сакай Шима, отошедшая от своей позиции у края сетки. Кас тут же подпрыгнула для удара, но мяч пролетел выше ее руки. Однако то, что она сама поверила, будто пас был предназначен именно ей сыграло лучшей приманкой – Тока и Рарику выпрыгнули, чтобы в очередной раз подловить связующую Ракудзан. Но мяч, улетевший дальше, угодил ровнехонько в руки Мирадазки, ударившей в пустовавший центр площадки. - Тобаяши-сан, Маруки-сан, вы как? – оглянувшись, Ханна с тревогой оглядела горе связующую и либеро, вернувшуюся на площадку. - Я в порядке, - отмахнулась Аюме. - Жить буду, - кивнула Маруки. - Успела принять удар на локти, так что, считай, отделалась испугом. - Ты решила себя поломать до начала отборочных? – прилетел неожиданный подзатыльник от Окавы, выглядевшей жутко недовольной. – Этот мяч не стоил такого сумасшедшего прыжка. - Но Мирадзаки стоила, - спокойно пожала плечами либеро, подмигнув кохаю. – И я в это верю. Взгляд, полный уверенности в собственной напарнице, который Широ обратила на Ханну, немного растерявшуюся от таких слов, был для нее точно ледяной душ. Со смирением покачав головой, Мирадзаки приняла «пять» от сокомандниц, мысленно пообещав себе, что больше ни один мяч не вынудит Маруки так рисковать. Свисток. Еще один удачный прием на стороне Аотори. Высокий пас на связующую, диагональный игрок и доигровщик уже начали готовиться к быстрой атаке, стремясь запутать противниц, когда Тока внезапно решила закончить атаку самостоятельно… Но мяч отскочил от рук Охаши, все ждавшей момент для своей мести. - Я не за глаза в сборную попала! Нехрен списывать меня со счетов, - громыхнула она с самодовольным видом. - Хорошо заблокировала, сенпай, - с улыбкой Мирадзаки протянула Охаши руку, как бы пытаясь сгладить углы всего произошедшего раньше, но та лишь фыркнула, повернувшись к девушке спиной: - Не занимайся фигней. Готовься, это еще не все. Ханна нахмурилась, опустив руку, но смолчала, вернувшись на свою позицию. С другой стороны, чего она хотела? Было понятно с самого начала, что с упертой, самовлюбленной Кас будет непросто. Следующие два очка для команды заработала Ханна, подгадав куда именно Тока отправит свои передачи еще до того, как мяч успевал коснуться ее рук. - Да чтоб тебя, Мирадзаки! Как ты это делаешь? – в какой-то момент не выдержала Матсуки, топнув ногой после очередного удачного блока бывшей напарницы. - Может, женская интуиция? – слукавила Ханна, пожав плечами. - Что-то мне подсказывает, что все не так просто, - недовольно пробубнила Тока. – Ну держись, Мирадзаки. Так или иначе у меня еще будет время отыграться. Во время следующего розыгрыша произошло то, чего не ожидала ни одна душа, знавшая натуру Касанэ: связующая Ракудзан отдала пас Мирадазки, позволив провести красивую и, главное, действенную атаку. В следующий раз произошло то же. И в следующий... Однако третий пас оказался настолько отвратительным, что Ханне в полете пришлось извернуться сказочным образом, чтобы не просто перебить мяч, а перебросить его над выросшим перед ее глазами блоком. На той стороне тут же вернули мяч обратно в воздух. В этот раз Тока решила не рисковать и дала пас на вторую линию уже заскучавшей высокой девушке. От осознания того, кто сейчас будет бить, принимающие игроки невольно подались назад, и лишь либеро Ракудзан решилась встретить удар грудью. И получилось у нее это в буквальном смысле. - Пас! Пас! – воскликнула Сакай Шима за спиной Касанэ, но та вновь, на счастье блокирующих Аотори, уже поджидавших Ханну, пасанула в ту же сторону. - Да чтоб тебя! – в сердцах воскликнула Ханна и с силой ударила мячом в крайнюю ладонь. Не ожидавшая довольно-таки мощного удара Тока даже поморщилась, когда ее рука отлетела чуть назад по инерции, пропуская мяч в площадку. - Нет, мы сегодня решили убить нашего либеро, - фыркнула Окава, помогая подняться Маруки. – Кас, что ты творишь? - Замолкни и играй. Я знаю, что делаю. Ханна уже начинала тихо злиться, догадываясь о том, с чего это вдруг Охаши решила снизойти до нее со своими пасами. Девушка словно рассчитывала, что Ханна ошибется в битве в воздухе и своими руками вколотит последний гвоздь в крышку собственного гроба. Должно быть оттого и пасы становились все хуже и хуже. Да и блокирующие Аотори, пользуясь шансом, уже заранее стягивались именно к Мирадзаки, усугубляя ее положение. Девушка уже морально готовила себя к очередному недопасу, когда связующая Ракудзан неожиданно для всех сделала передачу не вперед, а себе за спину, на вторую линию. - Добивай их уже, Судзу! Полет капитана выглядел красиво, как с технической стороны, так и с эстетической. Идеальная форма и отличная позиция для удара, в комбинации с отсутствием какой-либо защиты, что стараниями Кас была полностью сосредоточена на Ханне, сыграли свою роль в очередном отбитом очке. Счет наконец сравнялся. - Да! Да, ёкай подери! – возопила Сакай, кинувшись обнимать капитана. К ней присоединились и другие неожиданно повеселевшие второгодки. – Мы это сделали! - Так, разойтись. Партия еще не окончена! – тут же попыталась вернуть напарниц с небес на землю Окава, но не сумела сохранить своего вечного спокойствия, заразившись всеобщим настроем. И куда пропала прежняя усталость? Однако уже через минуту мимолетное счастье как ветром сдуло, когда мяч упал на стороне Ракудзан – Рарику и Матсуки больше не позволили себе столь глупой ошибки, не повелись на обманку Окавы и Ханны вновь. Они сумели заблокировать удар Сакай. - Мы все еще не собираемся отдавать вам партию! – отчеканила капитан команды Академии. - Правильно, дорогая, не сдавайтесь! – послышался нежный голос их тренера со скамьи. – Еще один такой глупый промах, и вы до рассвета будете оттачивать блок в зале! Ханну так и передернуло от осознания того, что из-за ласкового тона голоса смысл слов Сейширо-сан доходил далеко не сразу. И, судя по вытянувшимся в струнку Токе и Рарику, несмотря на мягкость голоса, методы тренировок у ангельского тренера были отнюдь не мягкими. Так вот о чем предупреждала Широ… - Блин, почти вышло же, - фыркнула недовольная Сакай, вытирая с подбородка пот. - А чего ты хотела? Вспомни, против кого играем, - уныло протянула Тобаяши Аюме, единственная, кроме Кас, кого не коснулся общий подъем боевого настроя. - Не вешать нос. Два очка – не одиннадцать. Не спешить! Осторожно принимаем, забираем мяч и дожимаем их, - коротко отчеканила Окава, поправив повисшие на кончике носа очки. – Вперед, Ракудзан! Счет выровнялся вновь на удивление быстро, стоило капитану второй раз подряд пробить с задней части площадки. На линии удара успела стать либеро Аотори, однако от ее рук мяч подлетел слишком высоко и черканул по потолку, что по правилам засчитывалось, как попадание в аут. - Касанэ, только не в аут, всего святого ради! – воскликнула Окава, начав ритмично хлопать в ладоши в поддержку напарницы, вышедшей на подачу. Ей тут же принялась вторить Ханна, за ней потянулись Широ с Сакай, а там и скамейка последовала их примеру, продолжая скандировать слова поддержки. - Да знаю я. Вот расшумелись. Бесите, - фыркнула связующая и со свистком высоко подбросила мяч. Подача в прыжке в исполнении Охаши была действительно ужасающей. Казалось, мало кто мог принять столь тяжелый мяч, и с первой ее подачей и впрямь не сумели справиться на той стороне. Но второй такой ошибки Аотори себе не позволили - номер пять, вставшая на пути второго мяча Охаши даже не дрогнула, хотя хлопок от соприкосновения мяча с предплечьем, должно быть, заставил в тот момент невольно поморщиться всех на площадке. Тока отдала пас на вторую линию, откуда доигровщица Аотори смогла без проблем пробить, вот только либеро Ракудзан не проспала момент. В полете перехватив мяч, она в очередной раз спасла команду, при этом умудрившись дать достаточно точный пас. Тобаяши в свою очередь сделала широкую передачу на Сакай. Та в нужный момент толкнулась ногами от земли и, широко замахнувшись, вложила в удар всю силу, надеясь закончить этим партию, но мяч с хлопком отлетел от ладоней Рарику и второго номера Аотори, их центральной блокирующей, наконец вышедшей на переднюю линию после прошлого перехода. - Окава-сан! – воскликнула Ханна, но девушка и без того уже распласталась по земле, умудрившись-таки подбить мяч. Жаль только передача вышла не ахти – мяч подлетел слишком высоко и на долю секунды замер в своей верхней точке над самой сеткой. Матсуки среагировала мгновенно, прыгнув в попытке толкнуть мяч руками под сетку на сторону противниц, но в тот же миг, когда ее пальцы легли на мяч, там же оказались и ладони подлетевшей с места Мирадзаки. «Главное в такой ситуации не сила, хотя многие думают иначе, - пронесся в голове до боли, до рези за грудной клеткой знакомый голос. – В момент накала нужно почувствовать, когда противник вложил чуть больше усилия, и точным движением кисти вывести мяч из его ладони». «Никогда бы не подумала, что в волейболе и баскетболе могут оказаться моменты, при которых работают одни и те же правила. Но ты прав, борьба за мяч в воздухе и там, и там в чем-то похожа. И все равно, полегче со своей рукой в следующий раз. Быть лучшим в чем-то – это, бесспорно, хорошо, но не в ущерб же собственному здоровью, - ответила она тогда, сидя подле баскетболиста на диване в клубной комнате, поджав под себя ноги, и заканчивая с перевязкой на его запястье. – Хорошо, что завтра выходные начинаются. Зная тебя, ты бы точно не позволил себе послаблений даже из-за растяжения». «Это спорт. Тебе ли не знать, что растяжение – еще не самое страшное…» «Просто замолчи и дай мне за тебя побеспокоиться, Бакаши!**» По телу словно электрический разряд прошелся от накативших эмоций. С губ сорвался крик, когда Ханна, напрягши собственные руки, от плеча до кончиков пальцев, резким движением запястьев отвела мяч правее ладоней Токи, навалившейся всей своей силой в попытке протолкнуть игровой атрибут прямо. Эта борьба над сеткой продлилась всего секунду, но для Ханны время будто остановило свой бег. Лишь с первым ударом мяча о деревянное покрытие пола она смогла вынырнуть из странного состояния ступора. - О. Мой. Бог. О мой Бог, мы это сделали!!! – взвизгнула на эмоциях Сакай, подпрыгнув на месте от радости. - Мирадзаки, молодцом! - Так держать, Ханна! – послышались поддерживающие восклицания со скамьи. Окава, проходя мимо, одобряюще похлопала ее по плечу, после чего нырнула под сетку. Либеро, что-то радостно треща, крепко обняла ее за плечи, другие девушки, восторгаясь тем, как ловко она провела мяч, тянули к ней свои ладони, дабы получить «пять». Ханна отвечала совершенно машинально, свободной рукой с силой сжав на груди кольцо, прощупывавшееся сквозь черную ткань майки. «И раньше, в Америке, и вот сейчас... Сколько раз ты выручал меня вот так? Вот ведь…» - улыбнувшись уголками губ, Ханна вздрогнула, когда ее плеча коснулся кулак Токи: - Что за кислая мина? Иди уже на другую сторону! Мне не терпится отыграться! - Знаете, я никогда не видела прежде, как можно уничтожить людей практически шепотом. Интересно, Сейширо-сенсей дает уроки? - с опаской тихо-тихо проговорила Сакура, опустившись на скамейку и косясь на группку соперниц, собравшихся вокруг тренера. - Итак, нам осталась короткая партия. Знаю, все устали, но нужно взять себя в руки, - отчеканила капитан, пристальным взглядом окинув всю свою команду. - Капитан, можно я останусь на скамейке? – неожиданно подняла руку Сакай, пытаясь перевести дыхание. – Я выдохлась и буду вам только мешать. - Эй, Сакай, даже не думай, - с угрозой проговорила Касанэ. – Играем до конца тем же составом. И без того ненужную замену провели до этого, - Ханна едва смогла скрыть возмущение во взгляде, но проглотила слова возмущения, выдав лишь: - Сенпай, я, конечно, ни на что не намекаю, но не тебе ли с Окавой-сан отвечать, если кто-то из наших свалится с ног и уедет отсюда в машине с мигалками? Думаю, это будет не очень приятно оказаться на ковре директора. Уже молчу про то, что я бы, приди всё к такому раскладу, на месте родителей Сакай-сан задумалась о целесообразности посещения занятий в таком небезопасном клубе. Охаши бросила на Ханну испепеляющий взгляд, после чего тихо фыркнула, отвернувшись, как бы нехотя давая свое согласие. - Ладно, тогда, - выдохнула, кивнув, Окава, - Ямоширо-сан. - Я готова! - Да в смысле? Опять первогодка? - Сенпай, тебе же лучше. Больше шансов, что я вылечу, разве нет? – тут же вновь вставила слово Мирадазки, подмигнув Сакуре. Когда команды вновь вышли на площадку, Ханна почувствовала что-то недоброе в настрое соперников. Кажется, кому-то без криков и истерик коротко и ясно объяснили где, в чем и почему они были не правы, и что с ними сделают, если они не исправятся. Потому девушки из команды Академии вышли со взглядами людей, готовых убивать. - Мы ж помрем, если сольем сейчас, - донеслось тихое до слуха Мирадзаки. Центральная блокирующая Аотори с мольбой косилась в сторону капитана, как будто та могла ее спасти от замаячившей на горизонте угрозы расправы. - Прекрати ныть и стань на свое место, - тут же отрезала Рарику, посмотрев в упор на Мирадзаки. – Сейчас начнется. С начала третьей партии Ханна на своей коже прочувствовала одну вещь: девушки из Аотори будто играли все время, спустя рукава, и только сейчас пустили в ход козыри, которые явно не намеревались показывать так просто. Пусть Ракудзан и удалось после долгого и выматывающего розыгрыша вырвать первое очко партии, они будто еще сильнее спровоцировали своих противниц. Приняв подачу второгодки Ракудзан, Рарику резко переместилась за спиной Токи, вытянув на себя своим странным движением Окаву и Кас, которые стояли под сеткой, однако провела атаку девушка под номером пять, доселе не бившая вовсе. Она лишь раздражала всех своими сбросами, и то, по большей части, в первой партии. Причем так закрутить при ударе мяч - это уметь надо было! - Это еще что такое?! – заскулила Кониши Моко, отскочившая с линии удара. – Так же и убить можно! Ханна прикусила губу. Мало того, что они решили вывести в свет одного из своих сильнейших нападающих, так девушка под номером пять еще и метила в дальний угол из расчета, что ни один сильный игрок команды просто не успеет прикрыть менее опытную волейболистку. Они намеренно целились в Моко, которая постоянно шарахалась от таких ударов, откровенно опасаясь за свое здоровье. Один такой удар, второй, третий… На четвертый раз девушку затормозил вовремя появившийся над сеткой блок, однако даже дуэт Окавы и Охаши не смог полностью остановить удар – мяч отлетел в сторону. Волейболистки Ракудзан прекрасно понимали, что пока Широ сидела на скамейке, вытягивать вот такое было попросту некому. Девушки уже мысленно попрощались с еще одним очком, когда за спинами раздался грохот костей об деревянный пол. - Да хрен вам! – крякнула Мирадзаки, вытянувшись в воздухе и подбив над собой мяч. - Моко-сан! – звонкий оклик капитана вынудил второкурсницу потянуться за мячом. - Возьму! – воскликнула подбежавшая девушка, наотмашь подбив нижней передачей мяч. Однако не рассчитала силу, из-за чего тот вновь оказался над сеткой. Пятый номер Аотори высоко подпрыгнула для удара, целясь в опустевшую зону, с которой сорвалась Ханна. Миг, и мяч на огромной скорости перелетел обратно на сторону Ракудзан, но снова был поднят мгновенно вернувшейся на позицию Ханной. - Что творит… - выдохнула Окава, передав мяч связующей. – Кас, забивай! - Да что не так с этой девкой?! – искренне недоумевая возопил кто-то на стороне Аотори. А Ханна, будто ничего не случилось, вскочила на ноги, готовясь к подстраховке Касанэ. В каком-то смысле недоумевающих прекрасно можно было понять. Остановить скольжение по полу, подняться на ноги и успеть пробежать с одного конца площадки до другого всего лишь за пару секунд, пока мяч летел от рук допустившей ошибку Моко до сетки, было практически невозможно. Но было одно «но». Мирадзаки не потратила драгоценных мгновений на то, чтобы попытаться отследить удар. Ей хватило лишь одного взгляда, чтобы увидеть это. По положению нападавшей девушки относительно сетки, по направлению ее запястья, даже по взгляду – Ханна просто увидела конечную точку падения мяча и, не поднимая головы изо всех сил постаралась дотянуться до нее. Она сильно рисковала, опустив глаза, ведь поменяй пятый номер направление удара хоть чуть-чуть, и отчаянный рывок с места оказался бы бесполезной тратой сил. Но Мирадзаки решила попробовать и оказалась права. Розыгрыш завершила Касанэ, ударом направившая мяч в блок Токи так, что тот застрял между ее руками и сеткой. То была их маленькая победа, однако, как бы не пыжились волейболистки из Ракудзан, разрыв в счете только рос. Ханна была мысленно благодарна капитану, которая, несмотря на недовольство Охаши, решила поставить на площадку Сакуру. Если кто и разбирался в финтах и сбросах лучше всех, не считая, разве что, либеро, то это была именно Ямоширо. Удары пятого номера раз за разом поднимали Ханна с Маруки, а вот даже самые хитрые, самые коварные сбросы, и некоторые отскоки от блоков вытаскивала именно Сакура, периодически спасая этим команду. Но Аотори всё увеличивали напор, каждый раз находя новые трещины в обороне Ракудзан, которых и впрямь было немало. Они пользовались совершенно любой возможностью атаковать, и старались бить наверняка. После того, как отметка достигла восьми очков в пользу Академии, команды вновь поменялись площадками. Через минуту Маруки Широ легко справилась с подачей противниц, передав мяч Аюме, которая отдала пас асу команды. Но забрать очередное очко ей не дали – удар смягчился об блок второго номера из-за чего на галерке мяч смогли легко обработать. Пас от связующего Аотори отправился в руки их капитану. Девушка метила ровнехонько в линию, но ее удар отскочил от ладоней, резко появившихся перед ее лицом, в пол. - Хах, а я-то уж думала, что ты потеряла свою прыгучесть, Ханна-чан, - вдруг рассмеялась Тока, заметив, как вытянулось лицо не ожидавшей подобного Рарику. – Ты ведь еще с Тейко нещадно налегала на свои ноги. - Как же неудобно иметь во врагах человека, когда-то тренировавшегося со мной под одной крышей, - покачала головой Мирадзаки. – Но, знаешь, я выросла с тех пор. - Оно видно, - выдохнула Тока в ответ, чувствуя пристальный взгляд тренера на своей спине. Очередной свисток возобновил игру. Касанэ попыталась провести атаку через капитана, но мяч не прошел тройного блока. Раньше и без того было трудно остановить блокирующий дуэт Рарику и девушки под номером два. Но когда к ним присоединилась еще и Тока… - Да чтоб вы провалились, – прорычала Охаши, которая, даже не смотря на недовольство, вела себя удивительно тихо для человека, которого блокировали третий раз подряд. Да и вообще со второй партии девушка вела себя как-то слишком спокойно, что не могло не удивить. Свалив подобное изменение в поведение сенпая на сильное желание победить, Ханна старалась просто не обращать на нее внимания. Пока она играла, какие могли быть к ней претензии? Счет перевалил за десятку и вскоре уткнулся в критическую отметку в четырнадцать очков. Старшая Ракудзан проигрывала всего на четыре очка, которые Ханна хотела быстро нагнать, подговорив Аюме дать ей пас на заднюю линию. Она в течении игры еще ни разу не атаковала в полную силу, да и передачи ей летели редкие и по исполнению просто отвратительные. Потому Мирадзаки рассчитывала сыграть на эффекте неожиданности. - Принимаем мяч и отбиваемся. Еще немного, девочки, соберитесь! – услышала Ханна голос Окавы. Даже капитан выглядела изрядно уставшей, что уж говорить о других членах команды? Благо Моко и Сакуру то и дело сменяла Широ, позволяя им перевести дух на скамейке, а вот Аюме к концу игры выглядела совсем плохо. И вот кому нужна была эта проверка на выносливость во время дружеского матча? Ее сначала натренировать надо, а потом уже испытывать. «Ну, еще разок», - подумала Ханна, присев к самому полу, глядя на стену из рук соперниц, что перекрывала волейболисткам Ракудзан обзор на подававшего игрока. По ее левую руку стояла одна из лучших либеро региона – она способна была закрыть и свою зону, и зону выдохшейся второй связующей. Сама Мирадзаки была более чем уверена в своих силах, потому не сомневалась, что эта подача будет взята и разыграна. И даже на краю сознания не проскочила же простая мысль, что все может испортить дурацкий спор, о котором в пылу игры она забыла совершенно. Прозвучал над ухом свист рефери, взлетел над рукой девушки из Аотори мяч и, после удара, врезался аккурат в верхнюю часть троса сетки. «Охаши поднимет», - промелькнуло где-то на закорках разума, но в тот же миг Мирадзаки осознала, что связующая даже не начала двигаться в сторону мяча, чтобы прийти к нему вовремя. Она лишь чуть повернула голову, едва заметно ухмыльнувшись, пока мяч падал к ее ногам. Кровь вмиг отлила от лица Ханны. И как она могла быть настолько наивна? В голове Мирадзаки словно что-то щелкнуло, в ушах появился отвратительный звон, все буквально упало в пятки от осознания собственного идиотизма. Это же была Охаши! Человек, не брезговавший нападать на собственных напарниц, на своего капитана. Она же ни за что не поставила бы интересы всей команды выше собственных. Связующая ведь чувствовала угрозу, что исходила от Ханны, свалившейся ей на голову из какой-то там далекой команды чем-то там выдающихся Фурий, и потому, похоже, решила, что выигрыш одного дружеского матча не стоил шанса избавиться от ненавистной новенькой. Мирадзаки бросилась к мячу, но среагировала слишком поздно – не привыкли ее глаза учитывать, что угроза могла исходить от собственных напарниц. Упав на пол, мяч с тихим стуком покатился в сторону, и на миг в зале воцарилась мертвая тишина. - Черт! – в сердцах воскликнула Ханна, с силой впечатав кулак в пол, когда вдруг услышала смешок над своей головой. - Жаль, но и такое бывает, Мирадзаки, - с самодовольной ухмылкой протянула Охаши, возвысившись над Ханной так, будто это она была врагом, повергнуть которого и было целью всего матча. - Надеюсь, ты понимаешь, что форму ты отдашь нам с Судзу ровно на выходе из зала. *Ао Тори – Синяя птица (яп.) ** от «бака» - дурак (яп.)