Неисполняющий желания

Том медленно обошел все помещение по периметру, практически принюхиваясь к воздуху. Лестрейнджи полным составом стояли в углу, наблюдая за каждым его шагом. Лорд закрыл глаза и стал прощупывать магическую сеть, которая должна была быть идеально ровной, но это было не так. Линии были изогнуты, круги больше напоминали изломанные многоугольники. Но вся система работала, хотя и не совсем как должно. - Как давно ты это заметила? - Вечером, - Белла чуть выступила вперед. - И сразу пошла к тебе... Я подумала, что или окончательно сошла с ума, или что-то не так с моими силами. Я не то, чтобы была специалистом в ритуальной магии, но столь слабый отклик... - Нет, Белл, с тобой все в порядке, - Риддл вышел на середину ритуального зала Лестрейндж-холла и, прибавляя необходимое заклятье, со всей силы ударил кулаком по алтарному камню. По каменному монолиту словно прошли волны и, спустя миг, вместо глыбы черного оникса, покрытой рунами и глифами, лежал бетонный блок. Рудольфус не сдержал вздоха, Рабастан ругнулся. Риддл задумчиво смотрел перед собой. - Как давно вы пользовались ритуальным залом? - До тюрьмы еще... - младший из братьев нахмурился, пытаясь припомнить точнее. - Я пытался как-то подлатать колено с помощью родовой магии, это почти ничего не дало, - Рудольфус опустил голову. - Я решил, что это просто не сработало... - И тебя ничего не насторожило? - хоть голос Лорда оставался спокоен, было понятно - он сердится. Рудольфус предпочел не отвечать, прекрасно понимая, что глупые отговорки только разозлят Вольдеморта еще больше. - Мне, может, стоит напомнить присутствующим, что мы вообще-то боремся за возрождение традиций крови!? Или кто-то забыл, какое значение несут родовые алтарные камни!?- Томас со злости саданул кулаком по бетону. - Милорд, это могли сделать, только пока мы все были в Азкабане, после дома практически всегда кто-то был. Или он был под наблюдением... - Рабастан, я прекрасно это понимаю... Я не понимаю, как вы больше чем за год не удосужились проверить ритуальный зал на сохранность!? - от повторного удара закровоточили костяшки, но мужчине было наплевать на это. То, что обнаружилось сейчас, было куда важнее и серьезней царапин. Алтарные камни относились к числу наиболее сакральных и тщательно оберегаемых родовых реликвий. Если даже семья переезжала, то алтарь непременно перевозили и устанавливали в ритуальном зале нового дома. За столетия, в течение которых на нем проводились всевозможные ритуалы, сам камень напитывался магией рода и становился своего рода артефактом. Нет, конечно, и без них волшебники имели доступ к магии рода, в конце концов, эта магия была заключена в их крови. Но все усложнялось, требовались более сложные ритуалы, на проведение которых был способен далеко не каждый маг. Вольдеморт, например, так и не смог, несмотря на колоссальные приложенные усилия, найти ни одного алтарного камня своего рода, даже боковой ветви. - Помните, выходил указ, что, мол, для снятия подозрений в проведении запрещенных ритуалов рекомендовалось отказаться от наличия ритуальных залов в домах? Может, авроры изъяли, когда здесь все разносили... - Да, и поэтому они замаскировали бетонную махину? - Белла хмурилась все больше. - Хоть у одного из вас голова работает нормально, - Томас решительно направился к выходу. В голове мелькали какие-то смутные догадки, но вычленить что-то стоящее из хаотичных мыслей пока не удавалось. Рассвет он встретил на крыльце дома Малфоев, абсолютно выдохшийся и усталый. Сил хватало только на то, чтобы смотреть, как постепенно светлеет небо, превращаясь из темно-асфальтового в светло серое. Туман наползал белесыми полосами как ленивые волны. - Господин, Ваш кофе, - домовик вынес поднос. Риддл сделал глоток и прикрыл глаза. Восемь. Восемь поддельных алтарей. То, что ему удалось обнаружить. Ничего непредсказуемого - те семьи, где дома подолгу пустовали. Еще на трех обнаружились следы заклятий, словно кто-то пытался изъять камни, не повреждая магической структуры ритуального зала, но видимо не хватило времени. Это было слишком для простых совпадений, слишком чтобы быть случайностью. И Томас чутьем ощущал, что это как то связано со всей этой круговертью в магическом мире. Догадки были, но они казались слишком невероятными для правды. Их нужно было подтвердить. Но в первую очередь ему необходимо было поспать хотя бы несколько часов. ** Осторожность настолько стала привычной частью его жизни, что, не смотря на спешку, Томас не мог кинуться вперед с головой, забыв обо всех опасностях. Трое суток его люди патрулировали тихую деревушку, скрываясь в густых тенях. Они пытались найти признаки присутствия противников, или магической активности. Но, кажется, все было тихо, обыденно и скучно до зевоты. - Докладываем? - Рабастан не вполне уверенно глянул на Люциуса, с которым дежурил в паре. Ошибиться было недопустимо, Лорд и так пребывал не в лучшем расположение духа, а если они проморгают что-то важное, то и вовсе ничего хорошего можно было не ждать. - Да. Если мы что и пропустили, то не думаю, что еще за день заметим, - аристократ поморщился от сильного ветра, который бросил в лицо горсть холодной изморози, и натянул повыше воротник мантии. - Я за эти дни тут все так выучил, что аж тошно. Я знаю все темы, из-за которых булочник ругается со своей женой, что матушка из местной церкви ночами бегает на свидания к хозяину книжного магазина и.. - И клички всех помойных котов, которые постоянно дерутся, - продолжил Лестрейндж. Словно в подтверждение его слов из темноты донеслись отчаянное мяуканье и шипение. ** Гарри сидел прямо на огромной Лордовой кровати, скрестив ноги по-турецки и напряженно наблюдал, как Томас одевается. Он, пожалуй, никогда не видел Риддла столь официально одетым, но поспорить не мог - белая рубашка и простой черный пиджак делали мужчину просто неотразимым. Нагини практически свернулась кольцами вокруг него и опустила голову на плечо. Раздвоенный язык то и дело пробовал воздух, а суженные зрачки неотрывно следили за своим хозяином. - Ты волнуешься. Том нервно усмехнулся и поправил узел галстука, все-таки он еще не привык, что кто-то может так легко разгадывать его эмоции, хотя он и старался "держать лицо". Но раздражения это уже не вызывало. - Не люблю притворяться кем-то. Но приходится. - Куда ты идешь? - В Годрикову впадину. Поттеру на миг показалось, что земля просто ушла у него из-под ног. - Зачем... - Видишь ли, когда-то там жили родители Альбуса, и все детство директор провел там. А мне крайне необходимо кое-что выяснить. - Профессор Дамблдор никогда не говорил мне, что он когда-то там жил... Почему? Это же важно... Для меня... - Понятия не имею. Я был уверен, что ты знаешь об этом, или даже бывал там с ним. - Я ни разу там не был с той... той ночи, когда погибли мои родители. Том! - юноша практически подскочил с кровати, поспешно выпутываясь из змеиных колец. - Возьми меня с собой! Пожалуйста... - Я не могу, это... - Не говори мне про риск, если бы там было так уж опасно, то ты и сам бы не пошел! Пожалуйста, я должен там побывать! - Гарри обоими руками вцепился в запястье Лорда, серьезно подумывая действительно не отпускать его, пока не получит согласия. - Том... Я не помешаю... Риддл хмурился, смотрел в умоляющие глаза мальчишки и не находил слов. Он уже было решил пообещать, что они отправятся туда, как только война будет окончена, но отчетливо понял - это не подействует. - Одевайся. ** Гарри стоял в самом начале небольшой улочки и во все глаза осматривался по сторонам. Улочка была узкой и извилистой, как и остальные, по которым он прошел до этого, по обе стороны высились двухэтажные домики, из маленькой пекарни, которая располагалась в одном из домов на первом этаже, доносился пленительный аромат корицы и свежих булочек. Юноша шагал, чувствуя, как отчаянно колотится и сжимается сердце от мысли, что вот в таком же доме могли когда-то жить его родители. Может, именно вот в том на углу около булочной, он же не знал... Впереди в нескольких метрах шел Рабастан, пряча лицо за шарфом, гриффиндорец не оборачивался, но знал, что позади него идет Малфой. Такое сопровождение было обязательным условием Лорда. Сам Риддл отправился по своим загадочным делам, дав строгие указания Пожирателям в случае малейшего намека на какую-либо опасность уводить Гарри. Улочка вывела на небольшую площадь, пустынную и унылую, если честно. Может из-за погоды мало кто решил выйти из дома, с неба падал мокрый снег, который таял, не долетая до земли, превращаясь в грязь, которая противно чавкала под подошвами. Посреди площади высился обелиск с множеством высеченных имен. - Подойди ближе, - голос Люциуса раздался неожиданно близко, Гарри вздрогнул и сделал несколько шагов. На месте стелы теперь стояла скульптура, изображающая троих человек. Было странно и немного страшно смотреть на самого себя в виде каменного изваяния. Счастливый младенец, который смеялся на руках у матери. Он перевел взгляд налево и увидел дом. Их дом. Это он понял сразу. Видимо, благодаря заклинаниям он был сохранен в том самом виде, с полуразрушенной крышей и отсутствующей стеной второго этажа. Если вытянуть шею, то можно было разглядеть частично обстановку комнаты. Юноша огляделся в поисках своих провожатых и, поймав взгляд Лестрейнджа, шагнул было к дому, но мужчина покачал головой и сделал жест рукой остановиться. Гарри понимающе кивнул, глупо было думать, что он вот так запросто сможет войти внутрь. Жаль, он сам не знал, что хотел там найти, но тут все началось... Именно здесь его мама пожертвовала собой, именно здесь они с Томом стали навечно объединены крестражем. Заметив церковь, Поттер зашагал туда, рассудив, что кладбище должно располагаться рядом. Узкая калитка буквально увязла в грязи, юноше не сразу удалось справиться с ней, а использовать заклинания посреди маггловского поселения он не решался. - Иди, мы подождем здесь, - Малфой перекинулся взглядом с Рабастаном. - Только без глупостей, Поттер, - Лестрейндж был явно не в восторге от идеи. - Увидишь что-то подозрительное, ненормальное или что угодно - возвращайся. Или ори, на крайний случай. - Третья линия направо от центральной дорожки, белое мраморное надгробье. От этих напутствий стало почему-то горько и смешно одновременно, захотелось заплакать или засмеяться, или засмеяться, чтобы не заплакать. Не в такой компании он думал, что окажется на могиле своих родителей. Но, пожалуй, без инструкций он бы действительно заблудился. Он долго стоял, бесконечное количество раз перечитывая такие дорогие ему имена, выбитые на холодном могильном камне. "И последний враг истребится - смерть" - эти слова он меньше всего ожидал здесь увидеть, но вместе с тем пришло едва уловимое ощущение, что они здесь к месту, что все верно. По щекам неумолимо текли слезы, парень пытался стереть их рукавом, но это было абсолютно бесполезно, они набегали вновь и вновь. Гарри как-то запоздало подумал, что надо было принести цветы или венок. Или может наколдовать? Но будет ли это безопасно? Да и из головы словно разом вылетели вообще все подходящие заклинания. Не в силах больше оставаться на месте и смотреть на могилу, Поттер резко развернулся и зашагал обратно к церкви, к узкой заедающей калитке. На улице Люциуса и Рабастана не было видно, но стоял Лорд. И гриффиндорец как никогда был ему рад, сил не было даже на то, чтобы спросить, чем закончилась встреча самого Риддла. Юноша порывисто прижался к мужчине, утыкаясь лбом ему в грудь и зарыдал, впервые абсолютно не стыдясь своих слез. ** Пробираться в Хогсмид вот так без подготовки было рискованно, крайне, не имея даже четко проработанного плана действий, только вот время не позволяло ждать. Но заслать туда своих людей было чистым безумием, а в одиночку у него все же были неплохие шансы проскользнуть незамеченным под длинным носом директора. В конце концов, скрываться от Альбуса за свою жизнь он научился просто виртуозно. По счастью, Дамблдоры всегда различались по характерам, и младший отличался любовью к уединению, живя на самой окраине деревни. Сделать все было необходимо четко и быстро, не оставив следов и даже подозрений у самого Абефорта, что с ним что-то произошло. Почуй Альбус опасность столь близко, и все планы придется менять. Оглушить старика не составило никакого труда, а вот необходимый диагностирующий ритуал как назло все не выходил, пришлось три раза начинать все сначала. Но отступить и бросить начатое Риддл не мог, впервые за многие годы, ощущая, что действительно напал на след, на что-то стоящее, способное кардинально перевернуть всю расстановку сил. Только отчаянно не хватало информации, обрывочно полученные сведения никак не складывались в картину. Чего-то он не знал, чего-то важного... Домой он вернулся за полночь, буквально шатаясь от усталости. Думать он мог только о двух вещах: теплом душе и мягкой кровати, ничему из этого, однако, не суждено было быстро свершиться. Прямо у дверей спальни его буквально поджидали: Гарри и Беллатрикс стояли по разным сторонам двери. - Скажите, что ничего не случилось... - Ты скажи, Том, что происходит? - Я не знаю. Я слишком устал, - он открыл дверь, но от вопросов его это не избавило. "Спелись" - обреченно пронеслось у Лорда в голове. - Что ты в итоге узнал от Бэгшот? - Белла решительно передвинула стул на середину комнаты. - Мало, ничего сверхъестественного... - смирившись с тем, что так просто от него не отстанут, Вольдеморт присел на край кровати, запуская пальцы в волосы. – Я, правда, скажу вам, когда что-то начну понимать, пока я все больше запутываюсь. - А планы относительно... - Все в силе, Белл. И не надо переглядываться, по одиночке и по "секрету" я никому из вас все равно не скажу большего. А теперь я устал как собака, поэтому разрешите... Появившегося домовика Вольдеморт готов был проклясть насмерть в первую же секунду, потому что ничего кроме каких-то новых проблем это не предвещало. Эльф, очевидно, почувствовал настроение хозяина, поскольку боязливо втянул голову в плечи и торопливо пропищал: - Господин, к вам Торсон... В следующий миг Гарри несколько оторопел от реакции, которую произвела эта простая фраза. Лестрейндж ойкнула и прижала ладонь ко рту, Риддл не то что побледнел, а просто посерел за считанные секунды и буквально сорвался с места. ** Том поежился от ветра и натянул рукава на озябшие пальцы, с моря дул пронизывающий соленый ветер. Чайки надрывно кричали, носясь над скалистым обрывом такой крутизны, что захватывало дух. - А, между прочим, по статистике в Норвегии в среднем на десять солнечных дней больше, чем в Лондоне! Риддл нарочно медленно повернулся, конечно же, он заранее почувствовал приближение другого волшебника. По довольно крутой тропе к нему приближался мужчина, явно местный. Ветер трепал волосы медового оттенка, голубые глаза так и сверкали, легкая щетина почему-то неумолимо ассоциировалась с небрежностью, но нисколько не портила облик мужчины - Мистер Риддл, верно? Безумно рад знакомству. Разрешите представиться - Кристиан Торсон, - норвежец улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами, и протянул руку. - Вы от Северного Института? - Том внимательно изучал собеседника. - Почти. У них не нашлось свободных людей. И я решил, что справлюсь с задачей куда лучше, чем сопливый студент, которого они могли к вам направить. - Отчего такая уверенность? - Лорд сдержано улыбнулся и неторопливо зашагал рядом с новым знакомым прочь от берега фьорда. - Я давно исследую то, ради чего вы приехали. И судя по вашим статьям, вы действительно занимаетесь делом, а не отмыванием министерских денег, как большинство "исследователей". - Я никогда не печатался под своим именем, - Том внутренне напрягся, по возможности, незаметно проверяя, легко ли он сможет выхватить палочку из кобуры на запястье. В последние года он и в правду опубликовал с десяток статей в научных магических изданиях, полагая, что знания должны быть общедоступными. Но всегда пользовался или именами знакомых, или псевдонимами, под его настоящим именем в Соединенных королевствах его не стали бы печатать. - Бросьте. Имена - лишь несколько букв. Ваш слог и манера письма отчетливо проглядывали в каждой статье. И, да, я наводил справки - в наши времена редко встретишь человека, столь увлеченного своим делом. - И отчего вы тогда вызвались быть моим проводником? Конкуренция в научной сфере никак не меньше, чем в любой другой. Надеетесь не подпустить меня к действительно важным открытиям? - Напротив! - Кристиан снова рассмеялся, легко и задорно, но тут же посерьезнел. - Я занимаюсь исследованиями уже много лет, без лишней скромности могу сказать, что знаю по этой теме больше, чем кто-либо в этой стране. Но закончить исследования не получается. Не хватает сил. Или знаний. Или и того, и другого. Если с вами у меня выйдет разобраться во всем до конца, то мне будет плевать, кому припишут открытия. - Не слишком-то амбициозно. Особенно для человека с такой фамилией. "Сын Тора", если я не ошибаюсь? - Увы, - Торсон снова улыбнулся. - Сейчас это не более чем популярная норвежская фамилия. Хотя, признаю, иногда приятно тешить себя мыслью, что когда-то мой род взял начало... - Несколько мне известно, Норвегия крайне либеральная страна в отношении свободы мыслей. Вы можете думать, как вам заблагорассудиться. - А вы мне нравитесь! - Вы плохо меня знаете... В тот раз Риддл пробыл в Норвегии практически месяц и успел поблагодарить всех северных богов, что они послали ему Торсона. Благодаря уже наработанному норвежцем материалу, им удалось провернуть огромную работу. И, хоть с теоретической точки зрения, они завершили исследования, но практического применения для своих открытий не нашли. Лорд, не особенно раздумывая, отдал все полученные материалы Кристиану, в конце концов, его самого вряд ли ждала карьера ученого. И уезжая оставил новому приятелю свои контакты, приглашая посетить Англию, не особенно, впрочем, надеясь, что тот воспользуется приглашением. Кристиан приехал через полтора месяца и вручил Тому журнал, где центральное место занимала статья по их исследованиям. Война тогда, в 1965, еще не набрала больших оборотов и Риддл, отложив всю политику, поехал с норвежцем в Солсберийскую* равнину. Он словно забыл на неделю, что в магическом мире уже известен под именем Лорда Вольдеморта, и снова стал восторженным юнцом, которого со страшной силой влекли к себе все тайны и загадки потрясающего и глубокого магического мира. Они встречали рассвет среди кругов Стоунхенджа, накладывали диагностирующие заклятья на курганы**, пытаясь проследить закономерность в их расположении. До хрипоты рассуждали о происхождении Эйвбери***. И забыв обо всем на свете целовались, стоя на Риджуэйской дороге****. Неизвестно, насколько бы затянулись эти каникулы и чем закончились, но на восьмой день Торсон первым поднял непростой разговор. Они стояли, глядя на запад, ветер играл в волосах, сплетая черное с медовым. Солнце освещало все косыми лучами, отдавая остатки своего тепла, и не так уж важно, что хорошая погода стояла благодаря магии. - Нам надо возвращаться. Тебе следует быть со своими людьми. Томас вздрогнул, он на тот момент ничего не рассказывал Кристиану о своей политической и военной деятельности. - Брось! - норвежец рассмеялся. - Я знаю, что ты - тот, кого именуют Темным Лордом. - Ты знал! И ты так спокойно говоришь об этом... - То, что ты затеял - это сумасшествие в чистом виде, но оно необходимо... Я понимаю. И принимаю. Иначе бы не приехал. Еще неделю Крис плотно сидел в бумагах, разбираясь в политической обстановке магической Англии. Потом уехал на родину, чтобы еще через два месяца вернутся уже навсегда. В дальнейшие года он был рядом. Постоянно, просто взяв на себя львиную долю дел, которые не требовали непосредственно личного присутствия Вольдеморта. Возглавлял рейды, тренировал молодых Пожирателей, которые готовы были бегать за ним как цыплята, занимался поиском и исследованием необходимых артефактов, не гнушался и военных операций. Когда война утомляла, он собирался и уезжал на несколько недель домой, или в любой угол мира, который казался ему привлекательным. Если положение дел позволяло, Томас срывался вместе с ним, хоть на пару дней выныривая из кровавой круговерти. Они дышали полной грудью, мечтали о том, что когда завершится война, то они уедут в самую длинную экспедицию, напишут книгу, раздвинут границы возможного, найдут способ возразить утерянные практики магов древности, достучатся до самих богов…. И еще о миллионе подобных вещей. Они мечтали и любили. Том плохо помнил последовавшие за убийством Кристиана дни. Все смешалось в какой-то кровавой пелене. Он загонял людей Грозного глаза, травил их как бешеных собак, подлежащих истреблению, и запрещал себе думать о произошедшем. Когда в его "охоте" образовывался перерыв, он просто выл от боли, которую не в состоянии было унять ни одно обезболивающее средство. Он не знал, каким чудом выжил, он помнил постоянно разбитые руки, кровоточащие царапины и отвратительный вкус костероста. Помнил, что Реджеральд едва не сворачивал ему челюсть, силой вливая снотворные зелья, потому что засыпать он боялся. Сны он не контролировал и всеми силами, правдами и неправдами заставлял себя бодрствовать, буквально загоняясь до истощения. Когда он уничтожил всех сподвижников Грюма, кроме его самого, первая волна ослепляющей горько-соленой боли словно спала, и пришло чувство опустошения и безысходности. Случилась еще одна из отвратительных, неправильных вещей, которую он не смог предотвратить и теперь не сможет исправить. Только вот в этот раз еще и внутри осталась сияющая пустота, которая стремилась расползтись, занять собой все, не оставляя ничего взамен. Кристиан Торсон был мертв. Том знал это как аксиому, истину, с которой он научился жить. Он сам отвез его тело на родину и похоронил недалеко от древнего святилища Одина, которое они исследовали, когда только познакомились. Но сердце все равно бухало где-то в районе горла, когда он, не чуя под собой ног, практически летел вниз по лестнице. * - равнина в Англии, где располагается Стоунхендж и ряд других необъяснённых феноменов, которым часто приписываются мистические свойства. ** - на местности вокруг Стоунхэнджа располагается большое количество вытянутых и округлых курганов, точное происхождение и предназначение которых до конца не выяснено. *** - относящийся к эпохам позднего неолита и ранней бронзы культовый объект, состоящий из мегалитических гробниц и святилищ. Находится в графстве Уилтшир. **** - одна из древнейших дорог Англии, существующая со времён неолита (возникла около 3000 г. до н. э.).