Операция "Змеюка в подвале"

      Здравствуйте! Меня зовут Ганс Андерсен Мявхаузер Третий. Но в силу объективных причин — аристократам тоже хочется кушать — я откликаюсь на плебейскую кличку «Капитан». Да, вот так все плохо. А вы сами попробуйте пожить у сумасшедшей кошатницы, которая тайно вздыхает по какому-то кретину в смокинге, устаревшем лет… сто назад. И да, про кретина можно сказать тоже самое.       Но давайте по порядку. Это лето превратилось в настоящий ад! Хуже, чем весна, вот правда. Хотите послушать? Тогда я начну.

День первый:

      Сбежать от чокнутой у меня получилось. Поаплодируем! Но жизнь почему-то повернулась ко мне совсем не тем местом, которое прилично показывать!       А во всем виноват бекон. Высшее зло! Именно на его запах я повелся. Именно им меня заманили! Теперь у меня появился новый хозяин. Какой-то шкет в очках, вечно растрепанный, будто «я упала с сеновала, тормозила головой» у него девиз на каждый день. Сначала я не заподозрил неладного! Меня накормили, посадили на колени и начали гладить. Ну тут любой уважающий себя кот решит, что попал в рай. Вот и я так решил.       Малец же решал какие-то вопросы, да ещё и придумал мне дурацкую кличку. Ну да ладно, кличку можно пережить, если будут кормить.       На этом у меня все, пойду спать. Шкет выпроводил гостей и тоже свалил спать. Тут ещё какой-то тип заходил, про меня спрашивал, но вроде разрешил оставить. И то мышь!

День второй:

      Хозяин, ты оборзел! Шкет потребовал от меня не есть крысу! Это нормально вообще? Мальчик, что у тебя по биологии?! Я — кот! Полукниззл, но кот! Я обязан ловить мышей и крыс!       Да, это снова я. Так вот, будем считать, что утро — это начало второго дня. Проснулся я, когда все ещё дрыхли. Желудок урчал и требовал еды. Естественно, обо мне никто не подумал, поэтому пропитание пришлось добывать самому.       Вылез я через «кошачью дверцу» и оказался на лестнице. Люди, объясните, зачем эта дверца в спальне на втором этаже?! Вы вообще больные, что ли?! Ну ладно, это не так страшно. Выбрался на свободу, спустился на первый этаж и начал обследовать дом. Что могу сказать? Путем научных изысканий, разбитой лампы и ободранного дивана установлено: живут здесь нервные люди. Но лучше, чем сумасшедшая кошатница. Особенно порадовало отсутствие смокингов. Да, в шкаф с одеждой я тоже пролез.       Тетка шкета оказалась женщиной широкой души. Это я удачно зашел.       — Гарри! — тут я выяснил, что шкета зовут Гарри. — Откуда эта лапочка?! Всегда хотела кота!       Тетка спрашивала это, когда я уже минут десять балдел у неё на руках. Да, я лапочка, а вы все ничтожества. Поклоняйтесь мне, смертные!       Накормили до отвала, загладили до блаженства и наконец-то отпустили. Не будь дурак, я отправился на второй этаж, где уже облюбовал кровать. А шкету полезно было бы поспать на полу. Он сутулится как та сумасшедшая кошатница!       Но мой покой был нарушен уже через час. Да, мало того, что меня разбудили, так ещё и потребовали не есть крыс! Это как вообще? И что это значит? Мы куда-то уезжаем? Шкет меня не понимал, поэтому я только презрительно фыркал и цыкал зубом, выказывая свое презрение. Хозяин внимания не обращал. Хорошо хоть не умилялся.       Потом шкет и его родня устроили спектакль. Сделали вид, что его тут ненавидят и вообще выставили из дома. Я смотрел на них как на умалишенных и не понимал, что происходит. Эмпатия, кажется это так называется, у меня в крови. От матушки, которая была истинным книззлом.       А дальше начался форменный ад в виде полета. Ненавижу технику! Я на пылесос-то привык шипеть, а тут запихнули в машину и повезли. А потом полетели! Честно орал и царапался, укусил старшего рыжего за ухо и отомстил хозяину, разодрав ему футболку. Мстить остальным буду ночью, когда все уснут. Сижу в комнате, куда поселили шкета, ем сосиски. Крыса не показывалась.       На этом все, объелся и иду спать.

День третий:

      Мой хозяин — наглый лгунишка.       Проснулся среди ночи от храпа в две глотки. Это не дети, это чудовища. Не могут дети ТАК храпеть. В ужасе сбежал из комнаты. Очухался на первом этаже и отправился мстить. На пятом ботинке мимо меня пробежала крыса. Точнее, не так. На пятом ботинке мимо меня пробежало лицо, подозреваемое в анимагии. Сумасшедшую кошатницу помянул добрым словом — иначе заработал бы когнитивный диссонанс.       Погнался за мерзавцем и не вписался в поворот, свалил стол. Грохот стоял на весь дом. Проснулись все, включая рыжее чудовище. Вообще их в этом доме два. Одно, постарше, все время пытается меня закормить. Шкета тоже. Говорит, что мы худые. Второе, помладше, лезет обниматься. Господи, она меня раздавить хочет! К шкету не лезет, но смотрит примерно так же как на меня. Шкет упорно её избегает.       Успел удрать в окно, кажется, что-то разбил. Не беда. Полночи смотрел, как меня искали по всему дому, сидя на пригорке.       — Котик просто испугался чего-то! — вопило рыжее чудовище, что постарше. — Наверное, залез на чердак!       На чердаке живет какое-то жуткое существо. Боится меня больше, чем я его. Один раз туда заглянул — существо начало вопить и стучать по трубам. Трубы пугали больше, поэтому позорно сбежал. Поймали, погладили, угостили ветчиной. Но сейчас не об этом.       — Капитан! Скотина, иди сюда! — шкет надрывался и думал, что я вылезу. А вот фигу. Я — кот, не самоубийца. — Капитан! Кс-кс-кс.       Через пару часов присоединился анимаг. Притащил сыр. Хорошо посидели, но я его все равно поймаю. А хозяин все знает, но ничего не говорит. Чертов шпион. Успокоились только под утро.       Вернулся в дом, пробрался в комнату, залез в кровать к шкету. Утром спихну с кровати. А пока — спать!

Тот же день, немного позже:

      Шкет не только наглый врунишка, но ещё и отбитый на голову маньяк.       Он подкинул рыжим идею, как избавиться от садовых гномов. Рыжие идею восприняли на ура. В итоге спалили сарай. Глава семейства успел выбежать, а вот фейерверки ещё долго рвались в небе. Я не видел — сидел под диваном. Страшно жить.       Рыжие чудовища меня снова потеряли. Шкет пытался выманить из-под дивана, но я не поддался. В итоге выслушал лекцию о том, почему нельзя есть эту крысу. Хотел вылезти и расцарапать хозяину лицо, но вовремя одумался. Сумасшедший дом. Начал скучать по полоумной кошатнице. Сейчас она мне уже не кажется такой уж плохой хозяйкой.       Под диваном же и уснул. Мне кажется, это самое безопасное место в доме. Решил тут обосноваться.

День четвертый:

      Сидим с анимагом на пригорке, любуемся ночным небом. Сосиски честно спер я. Думаю сбежать из этого сумасшедшего дома. Анимаг уговорам не поддается, но это дело времени. Скоро перевербую.       Спал хорошо, проснулся уже днем. Рыжие подшутили над младшим чудовищем. Чудовище обиделось, зарыдало и убежало в свою комнату. Крайним оказался я и два часа пришлось выслушивать жалобы на жизнь. Мама, спасибо, что я кот!       Братьям чудовища влетело по первое число — отправили их убирать огород. Шкет уперся следом, а я полез под диван, от греха подальше. Как оказалось, не зря. Гномы в ужасе бежали, услышав шаги шкета, заодно поломав оставшиеся растения, попутно цапнули кого-то из рыжих. Рыжие обиделись и влепили чем-то убойным. Тушили полдня, а мы с анимагом сидели под диваном. Заключили временное перемирие.       Ужинали все в саду… или в том, что от него осталось. Пока шкет зазевался — спер у него с тарелки кусок пирога с курятиной. Успел сбежать под диван до того, как он это просек. Пришлось ещё пару часов просидеть в осаде.       Завтра шкет собирается в Косой переулок. За ужином ругал какого-то Локхарта на чем свет стоит. Мне кажется или он завидует? Укусил его за пятку, пока он спал, а потом гордо сбежал. Дом снова на ногах. Меня ищут...