Я тебя не оставлю!

      Наступил новый день. Люди стали выходить из своих домов по своим делам, чтобы успеть на работу или сходить в магазин, где есть скидки на продукты, но увидев незнакомца на горизонте, который был в порванном плаще от ног до головы, они убрали лучшие товары от его глаз, так как судя по его виду он мог быть вором. Однако незнакомцу не нужны были эти безделушки, он пришёл в этот город только с одной целью, найти ту, что дороже всех на свете.       Он ходил по городу, надеясь поймать столь родной ему человек, но из-за множество разных запахов он не может её найти. Юноша решил найти какую-нибудь подработку, потому что за время поисков денег потратил, и оставались мелочи. Однако скоро незнакомец решил повременить с подработкой, так как невольно услышал детский разговор ребятишек.       — Тебе надо пойти к сестрице Марии, у неё всегда есть лекарства.

POV Нацу.

      Мария? Может, он говорит о моей? Надо бы проверить.       Я подошёл к мальчикам, пока они не ушли, и спросил у кого можно взять лекарства. Атсуши, мальчик который упомянул Марию, сразу понял, что я тут не местный, и согласился проводить меня до неё. Моё сердце стало чаще биться по дороге. Что я скажу, когда увижу тебя? Сможешь ли ты меня простить?.. Посмотреть... Я так хочу вернуть то время, перед тем как сделал эту ужасную ошибку, заставил тебя плакать. Но я не мог. Я просто не смог выдержать такое...       Атсуши привёл меня в магазинчик, из-за которого моя надежда на то, что тут моя Амария, выросла. Я знал её, как никто другой, ведь она любит магические вещи. Она всегда любила покупать маятники, склянки, магические книги и тому подобное. Странная... но моя любимая Дракониха...       — Атсуши, у тебя что-то болит? — услышал я любимый и до боли родной голос. Повернулся на хозяйку этой мелодий и застыл, это была моя Мария... Но во время разлуки, она успела измениться. На ней уже не было джинсы с футболкой, а красивое домашнее кимоно, которое доходила до пола, её чёлка не была короткой, а уже прикрывала половину левого глаза, да и её волосы стали длиннее и волнистыми. Всё это делало ещё больше привлекательнее и взрослой.       Я будто снова влюбился...       Как же мне хотелось обнять её прямо сейчас и сказать: "Прости, что я так с тобой поступил! Что я сбежал и оставил тебя страдать! Я люблю тебя! И я тебя не оставлю! Так что прошу, давай вернёмся вместе домой...". Но я не могу этого сделать. Я хочу поговорить с ней наедине, без зрителей, чтобы мы смогли высказать друг другу всё, что накопилось. Однако в это же время мне хотелось, чтобы хоть кто-то был из родных, чтоб мне не было так страшно...       Мне лучше убежать...       Но первыми вышли дети из магазина, крикнув напоследок спасибо. А меня всего самого сковывал страх и беззащитен... Потому что... я с ней наедине.       —А теперь вы, — произнесла Мария, стоя сзади за мной. Она не чувствует моего запаха? Но почему? Она же тоже убийца драконов. Может, за год мой запах так изменился? Или у неё другой... Нет! Мой запах просто изменился за год! Вот и всё! Погодите, а сколько я вот так стою и не отвечаю ей? Чёрт, почему, когда нужна смелость, я просто стою и ничего не делаю?! Соберись тряпка! Ты же сражался с главами гильдиями, с драконами, а ты не можешь даже пошевелиться!       Уже хотел просто сбежать, взять гостиницу и там обдумать слова, которые мог бы сказать, чтобы она меня выслушала спокойно. Однако, как я понял, у судьбы были свои планы и она прямо желала меня добить. Я почувствовал, как на моё плечо упала её холодная рука... У неё всегда была такая рука. Когда у неё была возможность держать меня за руку, то говорила всё время спасибо за то, что я такой тёплый. Но в тот момент мои мысли уже полностью поглотила желания, и думал, что она така показывает мне знаки внимания. Поспешил с выводами. Я хотел просто её согреть, но обжог её.       Повернувшись к ней, я встретился с её глазами и стал в них тонуть. Если бы мог остановить время, то с удовольствием сделал, потому что мечтал так подольше смотреть на неё и ни о чём не думать. Но в тоже время убежать, чтобы она не поменяла свой взгляд на тот, которые смотрели с презрением и с ненавистью. От воспоминания невольно схватился за горло, почувствовав там горечь.       — Так у вас горло болит. Поняла, у меня там мята, но и с лимоном есть. Сейчас достану, — Мария достала стремянку и, прижав её к стене, стала подниматься на самую высокую ступеньку. Меня это напрягло, ведь зная её, она может лёгко упасть. И я не ошибся. Стремянка стала покачиваться, а моя Амария стала падать. Я знал, что моё резкое движение может сдуть с моей головы капюшон, но мне не хотелось видеть её падение. И поэтому мгновение ока, оказавшись рядом, я уже держал её на руках       И теперь время будто на зло, именно сейчас, остановилась. Её серо-голубые глаза смотрели на меня, отображая всё, что творилось в её душе. Там было удивление, непонимание, недоверие и страх... Но я не видел там ненависти или злобы, может ещё не осознаёт, что я тут? Однако меня поразило то, как её щёки стали покрываться румяницами.       — ... Нацу, — прошептала она моё имя. Моё сердце пропустило удар. Я не услышал в голосе ненависть или злость, лишь неуверенность и опаска. Но от страха я прикусил губы, так как представил, что она начнёт меня выгонять и не станет слушать. — Ты... изменился...       — ... Ну, год всё таки прошёл... — я поставил её на ноги и слегка отстранился. И затем настала глубокая тишина, никто из нас не знает, стоит ли начать говорить? Или просто так ещё стоять, пока конец света не случиться? Но я заметил, как глубоко она вздохнула, опустив голову. Похоже... всё таки на неё навалились воспоминания о том дне.       — Зачем пришёл? — и, отвернувшись, пошла за свою прилавку и стала делать вид, будто занята. Это в её духе.       Собравшись с мыслями и не отводя от неё взгляд, я произнёс то, что мне показалось глупо и унизительно.       — Попросить прощение, — только я хотел продолжить, как Мария меня перебила.       — За что? За то, что тогда ты меня изнасиловал? Или за то, как ты потом сбежал, ничего не сказав, и не на один день... — я чувствовал, как её голос становился всё громче и как она волнуется. Без скандалов тут не обойдёмся... Значит, нету никакой надежды на то, что мы будем вместе? — Год прошёл... и тут ты появляешься! И вот так легко и просто просишь прощение?!       — Мне тоже нелегко! — тут мои эмоции не хватило. Неужели она думает, что для меня это было обычное действие, будто для меня ничего это не значит? — Знаешь, как мне было больно, когда ты мне отказала?! Не спорю, я был на седьмом небе, когда смог с тобой воедино, а на твоей шее появилась моя метка! Моё сердце кровью облился, когда ты плакала и всё ещё не принимала меня!       — А как после твоего изнасилования я могла не заплакать и принимать тебя?! — она уже подошла ко мне. — Ты мне показался чужим! Я боялась тебя, потому что впервые тебя таким узрела! Увидев тебя таким, я не знаю как с тобой вообще можно говорить, потому что я не знаю, когда ты снова станешь ... — тут она закрыла рот и отвернулась.       — Каким? Ну давай говори раз начала! Кто я?! — не помню, когда так на неё кричал. Я вообще не помню, когда мы вот так друг на друга орали. От этого мне хотелось закричать от боли и уйти, но если уйду, то будет только хуже.       Мы так бы и продолжили кричать друг на друга, пока наши голоса не сорвались бы. Но тут мы оба услышали детский плач. Сначала в мою голову пришла мысль, что это там ребёнок с улицы плачет, однако плачь доносился сверху. Меня это озадачило, и только хотел спросить откуда плач, как Мария убежала к лестнице, которая вела на второй этаж этого здания. Это уже начало меня напрягать. Сделав шаг, в мою голову сначала стали идти мысли, что тут она живёт с соседями, у которых есть ребёнок, но позже пошли мысли, что этот ребёнок от её парня, и это заставило меня остановиться.       Однако позже меня посетила мысль, которая просто заставила бежать на второй этаж и застать такую картину, которая даже и не могла мне присниться. Моя Мария сидела на диване, опустив одну сторону ткани, что открывало грудь, но её вид прикрывала головка. Такая маленькая головка с русыми волосами, которые были в творческом беспорядке, а в мой нос ударил запах Марии и... это мой запах...       — ... Мария... — позвал я её, а она вздрогнула, наверное, забыла, что я тут. Она посмотрела на меня, а ребёнок, который был у неё на руках оторвался от неё и повернул свою крохотную головку на меня. Сердце моё снова пропустило удар, а я вспомнил свой сон, который был две недели назад. Я стал считать дни, когда мы были с ней воедино, и всё ещё ощущая его запах, можно понять, что он только недавно появился на этот свет. Сомнений у меня не оставалось. — Он... мой сын... — только произнёс я.       Она мне не отвечала. Прошу не молчи, для меня это мука. Я хочу крикнуть, чтобы она мне ответила уже, но боялся, что она снова увидит во мне монстра и испугаю ещё ребёнка.       — Игнил, — прошептала она имя моего отца. Я не понимал, зачем она сказала имя моего отца. Она с ним виделась и... — Малыша зовут Игнил... — Игнил. Ребёнка зовут Игнила? Как моего отца? Она назвала его честь в моего отца? Мне хотелось от этого заплакать, я никогда не думал о детях, тем более об имена. — Ты не монстер... Ты просто эгоист и ребёнок, который ещё не понимает любви, как и я... Мы оба с тобой дети... но... — я не замечал, как стал подходить к ней, смотря то на неё, то на своего малыша. — Но... ты дал мне подарить кому-то жизнь и почувствовать новые чувства... И я говорю спасибо, — я упал на колени перед ней, а она этого явно не ожидала.       Сейчас у нас не было друг друга обиды или ненависти, мы не понимаем сейчас, что происходит. Но Игнил дал нам успокоиться, забыть про ссору. Я притянул к нему руки, а малыш схватил своей маленькой ручкой мой указательный палец. И на меня нахлынули слёзы. Меня озарило, что она могла сделать аборт, потому что Игнил зачался таким образом. Однако Мария этого не сделала, а наоборот дала жизнь, значит надежда есть.       — Я отец... — прошептал я, всё ещё плача. И посмотрел на ту, которую всё ещё люблю. — Прошу... дай мне быть в его жизни... Дай мне шанс... Шанс доказать, что я не тот, который был в ту ночь, что у нас всё может получиться... — я уже обнимал её за талию прижимая голову к её животу, где был недавно наш ребёнок. — Я пропустил его рождение и первые дни не помогал... я не помогал, когда ты была беременна... но я исправлюсь... буду с тобой всегда. Только дай мне шанс... — и взглянул на её лицо.       На её лице не было злости или обиды. Она просто удивление и неуверенность, и мне показалось, что она может вот-вот заплакать.       — Хорошо... — прошептала хоть и короткое, но значимое мне слово. Я продолжал всё ещё обнимать её и малыша, не веря тому, что у меня есть шанс, что может получиться. Только надо постараться...       Я не мог понять, когда я успел оказаться на её кровати. Однако мне нравиться такая картина. Она лежит на одной стороне и явно уже видела седьмой сон и выглядела такой спокойной и удовлетворённой. На другой стороне был я, смотря на неё. А по середине было наше с ней чудо, который сжимал наши пальчики. Ты точно пришёл в наш мир, чтобы нас помирить... Игнил, я приму этот шанс, и ты будешь счастлив.