Под знаменем феникса

Эл и Хиро. Элустон. Хиро поморщился во сне, повернув голову в сторону от слепящих солнечных лучей, пляшущих на его безмятежном лице. Вампир умиротворённо посапывал, раскинув руки в стороны и даже не замечая того, что чужие пальцы ласково скользят по его обнажённой груди, очерчивая выразительные контуры завитков печати. Хитро прищуренный взор фиалковых глаз исследует юное тело, руки бережно оглаживают гладкую, молочную кожу, смотрящуюся при дневном свете особенно болезненно-бледной, губы опускаются к выпирающим ключицам, и в этот миг Хиро открывает глаза и с ужасом глядит на демона, как на главного героя недавнего ночного кошмара. - Доброе утро, - ухмыльнулся «Падший», отстранившись от испуганного парня и поднявшись с постели. Солнечный свет скользнул по нагому телу мужчины, придав мужественным очертаниям особый шарм и лоск. - Ага, и тебе не хворать, - буркнул юноша, приняв сидячее положение и поглядев в сторону Элельфа. В голову закрались воспоминания о минувшей ночи, а отголоски сна всё ещё тесно переплетались с реальностью, мешая здраво рассуждать. – Мы всю ночь спали вместе? - Да, а тебя что-то не устраивает? – сладко потянувшись и размяв затёкшие конечности, Эл повернулся к Хиро. Вампир предательски покраснел и предпочёл зарыться лицом в подушки, дабы скрыть непрошенное смущение. Чуткое обоняние чуяло до одури знакомый и пьянящий запах демона, запах продолжительного секса. Мужчина сразу же считал эмоции Хиро и улыбнулся собственным мыслям о том, что вампир смотрится весьма мило. - Ты всю ночь ко мне жался, - подлил масло в огонь демон и принялся собирать свою одежду, в порыве страсти разбросанную по всей необширной комнатке. Хиро проследил за его телодвижениями, а потом осклабился и спустил босые ноги на пол. Всё тело изнывало от вчерашних приключений, зад нестерпимо болел, но в то же время усталость была какой-то чертовски приятной. Порывисто вдохнув воздух, юноша вздрогнул, когда Эл протянул ему свою рубашку и его штаны. - Твою мы вчера порвали, - пояснил «Падший», никак не ожидающий последующего истеричного вопля: - Ты порвал! Это ты на меня набросился! Отшатнувшись в сторону, Элельф поморщился, будто от внезапной головной боли, и спокойно спросил: - И что с того? Хиро недовольно зарычал, схватил предложенную одежду и принялся ускоренно собираться. Гордость всё-таки была затронута ночью, причём задета она была основательно. Злоба и неизъяснимая обида душили вампира, он волком поглядывал на любовника, борясь со стойким желанием вонзить ему ножик в спину. Но все эти навязчивые мысли вмиг рассеялись, когда мужчина подошёл и со спины обнял его, притиснув к своей широкой груди. Устроив голову на плече Хиро, Эл выдохнул в шею юноши: - Да чего ты всё выпендриваешься? Ты всё равно теперь мой… Прильнув губами к чуткой коже на шейке Хиро, демон провёл влажную дорожку до скулы, поднялся выше и прихватил губами мочку уха вампира, вырвав из груди того хриплый стон. Руки теперь важно гуляли по изящному стану, изучая гибкие контуры силуэта и находя всё больше чувствительных точек. - Перестань! – рыкнул парень, кое-как отпихнув настойчивого демона. – Нам уходить нужно. - А, ну, это да, - покладисто согласился мужчина, озадаченно почесав затылок. – Думаю, что рыжик точно вляпался во что-нибудь, пока меня не было. - Тоже мне, нашёлся заботливый папаша, - буркнул вампир себе под нос, но Эл это услышал и самодовольно улыбнулся, почувствовав ревностные нотки в интонации Хиро. *** Акира и Эжен. Наваса. Шумный выдох и тихий рык разбавили окрестную, фактически мёртвую тишину. Обнажённое тело, измазанное в крови, металось под более массивной тушкой безжалостного насильника, упивающегося беззащитностью своей жертвы. Грубость тесно переплеталась с нежностью, когда Акира вбивался мощными толчками в дрожащее под ним тело и целовал бледную кожу на плечах и между сведённых лопаток Эжена. Рыжик кричал и вырывался поначалу, но вскоре смирился, скрыл искрящиеся злобой глаза за огненно-рыжими прядями и потупил взор в пол. Боль уже почти не чувствовалась, отступала на второй план, уступая место какому-то извращённому удовольствию от собственного изнасилования. Внизу живота скручивалось тугим комком нервов накатившее возбуждение, член стоял торчком, практически касаясь живота. - Ты такой красивый… - шепнул Акира, проведя ладонью по кровоточащей ране на спине вампира. Тот вздрогнул и протяжно застонал, прогнувшись дугой, дабы избежать неприятных касаний. Унижение. Гордость была ощутимо задета и подавлена. Писклявый голосок разума молчал, на смену всем эмоциям пришло пугающее безразличие. Тело было податливым, отзывалось на грубые ласки, но разум был сейчас далеко, поэтому Эжен молчал. И почему этот идиот до сих пор не убил его? Тянет время? Наслаждается мимолётной победой? - А знаешь, я до сих пор люблю тебя, - вздохнул Акира, а его слова врезались в память рыжика, и тот удивлённо распахнул изумрудные глаза, поглядев на насильника через плечо. – И чему ты удивляешься? Эжен промолчал, понурив голову. «Любит. Любит и поэтому унижает сейчас, заставляет быть шлюхой поневоле. Странная у него любовь», - подумал парень, после чего его вздёрнули и рывком уложили на спину, что отозвалось дичайшей болью. - Тише, - ласково пролепетал Акира, стерев с лица возлюбленного влажные дорожки от хлынувших из глаз слёз. – Я же люблю тебя… - Перестань… говорить это… - заскулил вампир, закрыв глаза ладонью и зарыдав навзрыд. – Как ты можешь… Заткнись… Акира не ожидал подобной реакции и в порыве безумной жалости бережно прижал всхлипывающего парня к себе, и нежно коснулся губами его мокрой от слёз щеки, провёл ладонью по мягким, всклоченным волосам. Теперь движения стали плавными, неторопливыми. Член скользил по набухшей простате, призывая волны сладкой неги разливаться по ослабевшему телу. Ладонь Акиры важно устроилась на возбуждённом органе парня, стала осторожно ласкать, доставляя удовольствие. Акира никогда не видел Эжена таким чувствительным, таким живым и настоящим, каким он был сейчас, стонущий и с красными от слёз глазами. В таком виде он казался ещё прекраснее, с длинными, трепещущими от напряжения ресницами, томно приоткрытым ротиком, из которого вылетали всё более похотливые стоны. Это было незабываемое зрелище. - Акира… - шептал юноша, вцепляясь пальцами в плечи любовника. Для рыжика этот парень был извечным раздражителем, предметом неискореняемой ненависти, но отчего-то сейчас сработал какой-то психологический синдром жертвы, которая внезапно влюбилась в своего жестокого насильника. Глупо, но это так. Может быть, любовь все эти годы дремала внутри Эжена? Он ведь не раз вспоминал об этом надоедливом чудаке, но всё время отмахивался от этих сомнительных мыслей. - Останься со мной… - выдохнул Эжен, обняв парня и уткнувшись носом ему в шею, что привело темноволосого юношу в изумление. Акира прикрыл глаза от наслаждения, от небывалого умиротворения, которое настигло его только вблизи возлюбленного. Разрядка была близка, вампир поневоле ускорился, но если судить по громким и довольным выкрикам Эжена, то этот темп не был для него болезненным. Рваные толчки, громогласные крики приближающегося экстаза и горячее нашёптывание пустяковых нежностей. Изнасилование превратилось в один миг в обыкновенное занятие сексом между двумя влюблёнными. И всё-таки Акира решил для себя, что останется с ним. Идя на это задание, вампир уже подозревал о том, что не сможет убить того, кто столь близок душе и сердцу, но он и представить не мог, что Эжен любит его. Может быть, парень врёт о своей взаимной любви, но всё же Акира не может оставить его без защиты. Они ведь до сих пор помолвлены… *** Эжен придирчиво разглядывал незаживающий шрам на спине, протянувшийся змейкой вдоль хребта. Мутное зеркало, которое нашёл Акира на помойке, вскоре было разбито взбесившимся рыжиком, ничуть не желающим оставаться с позорной меткой. Каким-то чудом брюнет не пострадал и даже не получил парочку осколков в свою шкурку, чему был откровенно рад. - Какого чёрта?! Ты не мог просто меня изнасиловать без всяких изощрённых методов экзекуции?! – голосил парень, тяжело дыша и укутываясь в рубашку Акиры. - Так было бы совершенно неинтересно, - улыбнулся юноша, отскочив в сторону от полетевшего в него предмета, который сложно было различить в полёте. Эжен смерил довольного вампира холодным взглядом и отвернулся. Наклонившись за своими брюками, вампир почувствовал прикосновению чужих рук к своим обнажённым бёдрам и презрительно хмыкнул, гордо выпрямившись. Акира прижался к юноше со спины, зарылся носом в копну рыжих волос и порывисто вдохнул их аромат. Бывший принц никак не хотел отпускать возлюбленного, которого обрёл лишь пару часов назад. - Акира, ты идиот, - вздохнул Эжен и погладил парня по макушке, позволив себе слабую улыбку, которую Акира так и не увидел, ведь та растаяла фактически мгновенно в обыденной холодности, подобно первому снегу поздней осенью.