Родная

Я проснулась одна, было уже довольно светло. Повернувшись на другой бок, я сладко потянулась и наткнулась стопой на что-то. Явно что-то вампирского происхождения. Так и есть, Киар сидел в ногах кровати, мудрено сложив нижние конечности так, чтобы касаться ступнями бедер, на колене у него лежала его толстая тетрадь с заметками, написанными витыми вампирскими рунами. Держа в руке перо, он смотрел на свои письмена невидящим стеклянным взглядом, словно весь окаменел. Видимо, проснулся рано и решил меня пока не будить. Проявив верх наглости, я выпростала ногу из-под одеяла и положила пятку ему на плечо, большим пальцем потрогав холодное ухо. Вздрогнув, он резко повернул голову, фокусируясь на мне, пару секунд смотрел без эмоций, как обычно, если его отвлечь от размышлений, а потом улыбнулся, мягко чмокнул выступающую косточку на щиколотке и пощекотал кончиками пальцев свод стопы, заставив меня хихикнуть и убрать ногу. — А где браслет? — приподнял брови он. Я показала другую щиколотку, на которой болталась тонкая серебряная цепочка. Киар всегда покупает то, что, как он считает, мне подойдет. И его не волнует, что у меня уже место для его подарков на теле заканчивается. — Давно встал? — поинтересовалась я, пока мужчина наклонялся и убирал в сумку свои письменные принадлежности, не разгибая свернутых в загогулину ног. — Еще темно было, — пожал плечами он, перебираясь ко мне и укладываясь рядом, — ты как-то уж очень рано проснулась сегодня, родная, все хорошо? Кивнув, я забралась в его объятия и уткнулась в пахнущую только им самим грудь. Киар всегда пахнет только Киаром, никакие другие запахи к нему не пристают, даже вчерашний жасмин совершенно не чувствуется. А еще он знает, что мне никогда не снятся нормальные сны. Обычно я вообще просто проваливаюсь в темноту, но иногда во сне я заново переживаю какие-то моменты своей жизни, и большая ее часть была не самой радужной. Когда мне снится что-то, связанное с Киаром, я рада. Но это случается довольно редко. Мы лежали молча. Я уже не смогу заснуть, хоть и есть время, брюнет аккуратно кончиками пальцев гладил мои волосы. Я одной рукой обнимала его за талию, другая была зажата между нами, так что, когда зачесалась спина, я только лениво проворчала: — Почеши мне спинку, — Киар послушно почесал между лопатками, и я скомандовала: — пониже немного. — Пониже? — с усмешкой уточнил вампир, выполняя распоряжение. — Может, еще ниже, м? — Почему нет? — улыбнулась я, потянувшись за поцелуем, когда его ладонь скользнула к пояснице и забралась за пояс моих пижамных бриджей. Неторопливо целуя меня, он приподнялся на локте, нависая надо мной и проталкивая колено между моих бедер. А потом вдруг отстранился, раздувая ноздри, зажмурился и прижался носом к моей шее. — Хорошо, что мы уже сегодня до города нормального доберемся, — хрипло пробормотал Киар, садясь, — у тебя завтра к вечеру начнутся дни крови. Надо уже собираться, родная. Несмотря на то, что я уже давно с ним, я все же смутилась и, кажется, немного покраснела. Вот никак их от него не спрячешь с его вампирским нюхом! Но да, он прав, хорошо, что мы будем не в деревеньке и не в лесу где-нибудь, будет намного проще, чем месяц назад, когда мы были в деревне на десять дворов. Пока я готовилась выдвигаться в путь, мужчина еще немного задумчиво посверлил взглядом стену, но уже не в том полностью погруженном в себя состоянии. — Обожаю твои волосы, — мурлыкнул он, поднимая их в ладонях и медленно отпуская, чтобы локоны плавно рассыпались по моим плечам и спине. Я только улыбнулась, позволяя ему играться с ними, сколько угодно. Нежные касания рук и гребня, этот ежедневный ритуал поклонения стали такими привычными, что уже и не представляю себе свое утро без них. Вообще плохо себе представляю жизнь без Киара рядом. Как же мне тогда повезло быть проданной ему, именно ему… — Все, — довольно объявил он, ухватив меня за бока и поставив на ноги, — напомни мне чуть подровнять тебе кончики, родная. — Если сама не забуду, — фыркнула я, закидывая на плечо лямку сумки. Даже не представляю, в какой ужас придет этот полный странностей вампир, если моих волос коснутся ножницы в чьих-то чужих руках. Он, наверное, с ума сойдет и разорвет нахала на части. Иногда мне кажется, что он только из-за волос меня себе и оставил. Собственно говоря, разве его мотивы имеют значение? Главное — результат. Я счастлива с любимым, пусть и не человеком. Сидя у него на коленях и обнимая его одной рукой за плечи, я в меня саму удивившем приливе нежности терлась носом о его шею. — Тея, боже, — сдавленно пробормотал Киар, помянув одно-единственное вампирское божество, что меня поначалу всегда удивляло, ведь у нас богов больше десятка, — что ты издеваешься надо мной? — Я не издеваюсь, — оскорбилась я, отстраняясь, — я просто… Ну тебя. Убрав руку с его плеч, я облокотилась локтями на стол и обиженно откусила кусок его бутерброда. — Родная, — вздохнул за спиной мужчина, обеими руками обнимая меня за талию и прижимая к своему жесткому торсу, — не нужно обижаться на меня. Поверь, я буду счастлив, если ты так будешь тереться об меня вечером. Я и так изголодался по тебе, — понизив голос, он прижался губами к моему плечу, — и боюсь, что, если ты продолжишь, нам придется задержаться на пару часов, а это было бы не слишком хорошо. Ну прости, я не хотел тебя обидеть, правда. У-у, я тогда тоже буду, — пригрозил Киар и ласково куснул меня за мочку уха, потом за шею, злостно защекотал. — Ладно, ладно! — хохоча, я обняла его обеими руками за шею и примирительно чмокнула в губы. — Я не обижаюсь. Наш поцелуй в знак отсутствия обид был прерван брезгливым окриком: — Ну я же ем! — Так не смотри! — лениво огрызнулся Киар, сделал глоток моего морса. — Ты спиной к нам сидел еще две минуты назад. Пойманный с поличным мужчина пристыженно отвернулся, а довольный вампир позарился на мой пирожок с печенкой и был немилосердно шлепнут по руке. Но я все же сжалилась и дала ему половинку пирожка в обмен на еще один бутерброд. Когда мы наконец выдвинулись, солнце было уже довольно высоко. Клыкастик недовольно бурчал и кутался в плащ, чуть придерживая поводья затянутой в перчатку рукой, но ближе к полудню собрались низкие облака, вполне претендовавшие на статус туч, поэтому он откинул капюшон и несколько повеселел. — Так а зачем мы туда едем? — спросила я, ехидно улыбаясь. — Ну Тея, — рассмеялся Киар, — не балуйся, родная, завтра все узнаешь. — Почему завтра? Как это завтра? — возмутилась я. Я-то думала, что уже сегодня вечером все узнаю! — Завтра вечером будет у меня встреча с человеком, который будет моим помощником в этом деле, — закатил глаза мужчина, — ему все буду рассказывать, заодно и ты услышишь. — А нельзя мне отдельно рассказать? — обиженно надула губы я. — Теечка, не капризничай, — все еще ласково, но лучше уже все-таки заткнуться. Киар еще никогда на меня не злился, и я не хочу, чтобы это когда-нибудь произошло. Как же легко по почти неуловимым оттенкам его интонации определить, что он недоволен… — Есть предложение не останавливаться на обед, перекусить на ходу, чтобы потом не нагонять вечером, если что. — Как скажешь, — пожав плечами, я покрутила кольцо на пальце. Быстрее бы уже завтрашний вечер, так интересно, что этот негодяй там опять задумал! Рассматривая свои руки, я улыбнулась. У вампиров своеобразные представления о красоте, так что у меня на руках шесть колец, причем только на пяти пальцах. Массивное кольцо на правом большом пальце, на среднем аж два, только одно совсем маленькое и плотно сидит на второй фаланге. На другом среднем и на обоих безымянных такие же маленькие кольца, причем на правой руке все золотые, а на левой — серебряные. Киар их подбирает тщательно, иногда может снять понравившееся кольцо с чужой руки, и не всегда возмещает его стоимость. На запястьях у меня по несколько браслетов, причем ажурные изысканные плетения соседствуют с вполне обычными и простенькими. На шее две цепочки разной длины с кулонами. И все это выбирал лично он сам, придирчиво ко мне примерял. Бывало даже выбрасывал то, что ему разонравилось, через пару дней. Я весьма равнодушна к этим побрякушкам, еще и привлекающим ко мне не самое здоровое внимание, но пусть будут, если ему хочется, мне не сложно, я уже привыкла. Он всегда такой довольный и счастливый, когда попадается то, что он хотел. Сначала я чувствовала себя куклой, которую наряжают, но потом поняла, что у него какое-то свое видение мира, и этими вещами, как и запахами, он старается для себя самого подчеркнуть какие-то мои черты. Как два кольца на одном пальце могут в этом помочь, я не знаю, но зато знаю, что его все устраивает в таком их положении, а остальное не так уж и важно. За день я очень сильно устала, у меня болела поясница, потому что я практически все время провела в седле, так что я отказалась от ужина. Еще бы Киар позволил мне лечь спать голодной и не проследил, чтобы я съела кусок сладкого пирога размером с мою кисть. Радовало меня только одно — он уже бывал в этом городе и знал, что где находится, так что вместо уже почти привычной комнатки со скрипучей жесткой кроватью меня ждали уютные роскошные апартаменты, полная горячей воды настоящая ванна и нежная перина. — Тебе тут нравится? — поинтересовался брюнет, довольно сильно разминая мне плечи, пока я нежилась в водичке. — Очень, — мурлыкнула я, запрокинув голову, чтобы меня поцеловали. — Завтра выспишься хорошенько, пойдем купим тебе что-нибудь понаряднее, а там уже и вечер, — улыбнулся он, встряхивая и просматривая на свет темный пузырек с шампунем, — заодно подберу тебе шампунь. Может, найдется что-нибудь более подходящее к твоему запаху. — Хорошо-о… — протянула я, чувствуя ласковые массирующие движения сильных пальцев на макушке. Скользнув ладонями по моей шее, плечам, груди, Киар опустил кисти в воду, чтобы смыть с них пену, и поцеловал меня под ухом, пробормотав: — Ох и расплатишься же ты за утренние издевательства… Встав на колени и развернувшись, я за ворот рубашки притянула его к себе, требуя поцелуя. И получила его, обнимая крепкую шею наклонившегося брюнета. Он целовал меня до непристойности глубоко и жадно, упираясь руками в бортик ванны. Чуть отстранившись, мужчина с закрытыми глазами рыкнул: — Быстро купайся и в постель, женщина! Я послушно опустилась обратно в воду, с трудом вдыхая. Все никак не выпадала возможность побыть вместе, ведь он так не любит торопиться со мной и терпеть не может заниматься со мной любовью на плохой кровати. Он любит, чтобы все было удобно, приятно, хорошо — как надо. Да и жалел меня — я и так не высыпалась целую неделю почти. А теперь дрожу от желания после одного только поцелуя, да и в бортике хорошо различимы вмятины от подушечек его пальцев. Вот же привереда, над нами обоими издевается… Пока Киар мылся, я присела на широкий подоконник, вытирая волосы мягким и пушистым полотенцем. С высоты третьего этажа была прекрасно видна цветистая суета на улице, ярко освещенная фонарями на стенах домов. Плотно мощеная мостовая, никакой грязи, счастливые и красивые люди — элитный район города, где в основательных особняках обитают богатые купцы и торговцы редкими товарами. Специями, вампирскими тончайшими духами и благовониями, изысканными украшениями… Рабами. Могла ли я еще три года назад даже помыслить, что окажусь здесь, среди них, если не как равная, то как спутница равного и превосходящего? И не мечтала в самые смелые детские годы, когда еще не так хорошо знала оборотную сторону вот этой всей красоты. — О чем задумалась? — шепнул Киар, обнимая меня и пристраивая подбородок у меня на плече. — Все такое красивое, — так же тихо ответила я, — отсюда даже красивее, чем со стороны бедности. — Ты больше никогда не будешь смотреть на это все со стороны бедности, — негромко хмыкнул вампир, прихватив губами мочку моего уха, — обещаю, родная. Тихонько засмеявшись, когда он подхватил меня на руки, я ухватилась за его шею. Мы вместе шлепнулись на кровать, утопая в мягкой перине, лихорадочно целуясь и жадно касаясь друг друга. — Я люблю тебя, — выстонала я, прикусывая губы, чтобы быть хоть немного потише, и прогибаясь, подстраиваясь под скольжение ласковой прохладной ладони. Киар рычаще усмехнулся, крепче сплетая наши пальцы в замок. Утро для меня, как мне один вампир и обещал, наступило в обед. Причем наступило донельзя шикарно — я проснулась сама, поворочалась, потянулась хорошенько, была нежно расцелована и на ручках отнесена в соседнюю комнату завтракать. В столовой плотные бордовые гардины полностью перекрывали доступ солнечного света, царил несколько мрачноватый полумрак. Вампир любил такое освещение не только потому, что не переносит прямое попадание дневных лучей. Он называет такое приглушенное освещение интимным. И правда, вполне интимная обстановка, особенно, если после бурной ночи дрожат колени, если сидеть на бедрах любимого, если целоваться, пока омлет не остынет. — Ты похожа на сонного котенка, — прошептал Киар, целуя меня в шею, — такая милая, ну почему ты такая милая… Ни меня, ни его не волновало, что на мне совершенно нет одежды. После стольких лет с абсолютно лишенным стыда пошляком было трудно не привыкнуть. Прижавшись плечом к его обнаженной груди, я прислонилась лбом к его щеке. Меня так крепко и собственнически обнимали сильные руки, что хотелось просто закрыть глаза и снова заснуть. Конечно, если уже проснулась, я так не смогу, но почему бы не подремать, не понежиться… Вампир меня не тревожил. Затаился и сидел, почти не шевелясь, лишь нежно поглаживая меня кончиками пальцев по боку. — Щекотно, — лениво буркнула я, поерзала, притискиваясь поближе. — Как хочу, так и глажу, — так же расслабленно откликнулся он, с легким нажимом пройдясь ладонью по моему бедру. Живот, не получавший еды с вечера, обиженно заурчал, так что пришлось отлепляться от любимого и поворачиваться к столу. Как хорошо в городе, давно я не видела такого разнообразия… Намазав себе кусочек поджаренного хлеба маслом, я ощутила, как меня ласково цапнули за плечо, намекая, что кое-кто тоже голоден, так что мой бутерброд был отдан на растерзание кровожадному чудовищу. — Боже, Тея, оденься, — пробормотал Киар, скользя подушечками пальцев вдоль моего позвоночника, — иначе мы вернемся в постель и ничего не успеем, — пожав плечами, я встала и с удовольствием прошлась босыми ногами по мягкому ковру. Когда я вышла из спальни в его рубашке, даже застегнутой почти на все пуговицы, вампир закатил глаза, — ну Тея, родная, ну я же… Ох, — вздохнув, он встал, — и она еще имеет наглость говорить, что не издевается надо мной. Кусаче целуя мои плечи и беспардонно задирая рубашку, мужчина заставил меня попятиться и повалил на постель. А за довольную улыбку больно ущипнул за бедро, стоически стерпев сжавшиеся в его волосах пальцы. Из-за задержки мы завтракали едва ли не на ходу быстро сделанными бутербродами, но не сказала бы, что кто-то из нас двоих остался недоволен. Пасмурный день позволил вампиру не прятаться от солнца и не привлекать лишнего внимания плотным плащом в теплую погоду. Первым делом Киар потащил меня к портному, и там битых полчаса объяснял, что он хочет, и уговаривал пожилого мужчину, что девушка в брюках — это норма. В итоге на меня надели изумительного качества простую белую рубашку, даже без кружев на манжетах и воротнике, так модных в этом году, черные почти неприлично облегающие брюки и зашнуровали странный черный корсет, который неизвестно как оказался в закромах почтенного портного — короткий, от линии тазовых косточек до нижней части груди. Я бы возмутилась, напомнив вампиру о нормах приличия, но у него был такой довольный взгляд, что… Ну, я и так уже третий год живу с мужчиной, не думая даже требовать свадьбы, так что какие уж там приличия? — И сапоги в самый раз, — цокнул языком брюнет с абсолютно извращенным видением нормального женского гардероба, расстегнув две пуговицы, чтобы довольно прилично, но все же открыть мою грудь. Не было видно даже ложбинки, но почему нельзя было корсет нормальной длины, чтобы… Ох, боги, ладно, ладно! — красота, красота какая… — Стыдоба! — негодующе стукнул тростью о паркетный пол портной. — Как можно надевать такое на приличную женщину? — Ну красота же! — нетерпеливо повторил Киар, взяв меня за руку, приподняв ее выше уровня моей головы, чтобы я покружилась перед ним. — Просто глаз не оторвать, Тея, ты прелесть. Пока брюзжащий старик пересчитывал монеты, я посмотрела на себя в ростовое зеркало. Да, не слишком похожа я на почтенную леди, скорее, на дорогую куртизанку. Ну, на красивую дорогую куртизанку, ладно. Несмотря на странности, стиль у Киара все же есть, своеобразный, конечно. И сапоги, удобные, с прочным жестким голенищем из матовой черной кожи, сюда и правда неплохо вписались. Этот портной посчитал меня приличной… Не уверена, что приличные женщины живут так, как я. Но лишь бы вампиру нравилось. Он ведь одевает меня для себя, чтобы ему можно было полюбоваться. Брюки подчеркнули мои ноги, корсет — талию. Причем он удачно оказался на пару сантиметров ниже основания грудей, они не торчат похабно, как если бы корсет их вплотную подпирал. Наверное, это все же красиво… Привлекательно уж точно. — Налюбовалась? — усмехнулся любимый, становясь рядом и хозяйским жестом приобнимая меня за талию. — Отлично смотримся вместе, не находишь? Я улыбнулась и кивнула, прижавшись виском к его плечу. Он всегда носит все черное. И его белая кожа выглядит белоснежной на темном фоне. Стройный, изящный, отлично сложенный брюнет с вечной самодовольной ухмылкой на красивом узком лице как огонек для девушек-мотыльков. А я… Я самый глупый мотылек. Шампунь более подходящий вампир мне так и не подобрал, купил снова жасминовый. Еще только начинало смеркаться, а мы уже вернулись в отель. Я подготовилась к предугаданными по моему запаху дням крови, проклиная свое человеческое происхождение. Не меньше трех ночей Киар будет спать со мной, конечно, но отвернувшись и отодвинувшись на краешек кровати. Запах “этой крови” его совершенно не привлекает, это мне было сказано в первый же раз. Так неловко все равно, хоть он уже столько девушек повидал, не маленький… К назначенному времени мы спустились в зал ресторана на первом этаже. Почти полностью закрытый от остальных резной ширмой столик в уголке мне понравился. Киар умеет выбирать уютные места, да и что может быть лучше для встречи насчет какого-то разбойного дела. Естественно, я сидела на коленях своего мужчины, как и всегда. И его еле заметная довольная улыбка от осуждающе-вожделеющих взглядов лакея от меня не укрылась. Расслабленно поглаживая мою коленку, он откинулся на спинку диванчика и из-под полуопущенных ресниц наблюдал за немного покрасневшим и то и дело покашливающим молодым человеком. Словно хвастается мной. Значит, и правда считает красивой и достойной сопровождать его. Поставив одну ногу на сиденье диванчика для удобства, я нисколько не испытывала угрызений совести. Диван кожаный, сапоги у меня чистые, да и наглостью за годы я от вампира заразилась. Нам еще не успели принести заказанный стейк с “изысканным гарниром от приглашенного повара”, а деловой партнер Киара уже пришел. — И это такой хлыщ решил со мной о чем-то договариваться? — довольно громко и язвительно осведомился мужчина. Высокий, широкоплечий здоровенный мужик в вышитом золотом черном камзоле улыбался в не слишком опрятную бороду, уперев руки в боки и не торопясь присаживаться напротив. Атаман местной шайки? Хотя лакей, ожидающий, пока новоприбывший что-нибудь закажет, держит в руках черную кожаную треуголку. Неужто пират? Вот здорово! — Не стоит начинать сотрудничество с попыток унизить друг друга, — мягко и немного вкрадчиво усмехнулся Киар, скользнув ладонью на мою голень, — тем более, давайте будем уважать присутствующую здесь даму, капитан. — Да, такую даму грешно не уважить, — похабненько улыбнулся моряк, — сколько дама берет за… Мой стилет срезал локон его отросших по плечи волос рядом с ухом и вонзился в дерево ширмы, как раз в центр вырезанного ромба. — Не советую продолжать, — все еще вежливо сказал Киар, но то самое неуловимое изменение интонации заставило меня покрыться не видными под рубашкой мурашками, а капитана — сглотнуть и тут же храбро выпрямиться, гордо поднимая рефлекторно втянутую в плечи голову, — это моя женщина, и я не потерплю подобных… Высказываний, — он приподнял руку, повелительно пошевелив пальцами, и лакей с трудом выдернул стилет из ширмы, чтобы с полупоклоном положить его рукоятью в ладонь брюнета. Клинок занял свое место в ножнах, на моем голенище, — присаживайтесь, капитан, заказывайте себе ужин. Дела на пустой желудок не решаются, тем более, вы еще не совсем прочно стоите на твердой земле, — бородач послушался. Да, Киара трудно не слушаться, особенно, когда он говорит так, — долгое плавание? — Два месяца, — неохотно кивнул моряк, сделав заказ. На удивление, он не выглядел совсем уж дикарем, но даже его относительно нарядный камзол казался невзрачным в сравнении с куда более простой рубашкой Киара. А все потому, что одежду нужно уметь носить. Гордый самоуверенный вампир даже в лохмотьях, я уверена, будет выглядеть не хуже короля в горностаевой мантии. Я и не думала что-либо говорить. Когда мой мужчина вершит свои темные делишки, я выполняю лишь роль украшения и прекрасно это осознаю. Да и что я могу вставить в разговор двух разбойников? — Тея, ты когда-нибудь выходила в море? — поинтересовался он, возвращая ладонь на мое колено. Я качнула головой. — Думаю, тебе понравится, оно умопомрачительно прекрасно. — Ты тоже не похож на бывалого морехода, — ухмыльнулся осмелевший капитан. Лакей принес бокалы и вино — красное и белое. Прозрачное, светлое и очень мягкое вино с легким послевкусием меда больше подошло бы к сладкому десерту, но и так неплохо. Покручивая тонкую ножку бокала в пальцах, я наблюдала за игрой света, пока вампир аккуратно покачивал свой сосуд, принюхиваясь к вину цвета крови. И все же сделал глоток спустя почти минуту. Судя по прикрытым глазам и чуть отсроченному глотку, ему понравилось. — Было время, — начал он, когда лакей испарился, — лет сорок назад, если не пятьдесят… Нет, все же сорок, — отставив бокал, Киар устроил ладонь на середине моего бедра и еле заметно поморщился, когда бородатый грубо глотнул вина, не распробовав его толком, — я ходил под чудным черным флагом, — я только приподняла бровь, наклонившись к нему и прижавшись плечом к жесткой груди. Так далеко в свое прошлое в рассказах он не заглядывал, — с капитаном по прозвищу Дикий Дик. — Ты не выглядишь на столько лет, сколько себе приписываешь, — побледневший и явно потрясенный пират словно пытался игнорировать очевидный вывод. — Неужели обо мне так быстро забыли, — оскалился, демонстрируя выпущенные клыки, мужчина, — несмотря на то, что мы не оставляли свидетелей, слава была громкой. — Тебя… Вас считают легендой, — пробормотал бородач, опуская голову. — Жаль, я бы предпочел быть легендарным, — рассмеялся Киар, чуть склонив голову и поцеловав меня в открытую расстегнутыми воротником ключицу, — Дик стал легендарным капитаном удачи, а я, его старпом, всего лишь легендой, даже обидно. Пришел лакей с подносом. Тот самый уникальный гарнир оказался стручками молодой фасоли, тушеными в каком-то соусе, но меня вполне устраивает, а мой спутник совершенно всеяден, хоть и предпочитает рестораны дешевым забегаловкам. Пользоваться вилкой и ножом со мной на коленях не очень удобно, так что, скорее всего, пользоваться ими предстоит мне. Тем более, он пока занят разговорами и не начнет есть, пока его партнеру не принесут еду, а на меня такие ограничения никто не налагал. Пока парень занимался сервировкой, мужчины молчали. Негоже разглагольствовать о своих преступных деяниях в присутствии лишних ушей, все верно. Я выпрямилась, потому что весьма проголодалась, но рука Киара все еще лежала на моей талии, я легко чувствовала ее даже через плотный корсет. — Только представь, Тея, — мечтательно продолжил вампир, когда мы снова остались втроем, — пустые корабли на самых оживленных торговых маршрутах, совершенно пустые, без парусов, тел и пушек, с сорванными носовыми фигурами и залитые кровью по самые трюмы. Таков был наш стиль. — Прелестно, — не повела и бровью я, аккуратно сняла губами с вилки маленький кусочек телятины. Нормальная женщина уже бы устроила представление с обмороком и нюхательными солями, флакончик которых, висящий на цепочке, обязательно должен быть спрятан между полных грудей, чтобы кавалер его доставал. Но я выросла в деревне, да и живу с чудовищем, куда уж мне в обмороки… — Это были мои самые сытые годы, кусал просто чтобы укусить, — едва не промурлыкал мужчина, поглаживая мою спину, — но потом мне стало скучно, и я вернулся промышлять на суше, хотя море не разлюбил. Капитан сидел и молчал, глядя на пригласившего его сюда и оказавшегося совсем не таким уж хлыщом брюнета, иногда бросая на меня осторожные взгляды. Нет, вряд ли он мной теперь заинтересуется, даже если я сама начну его соблазнять. Чудно. Мне так спокойнее. А Киар, раз уж одел меня, как куртизанку, пусть теперь защищает мою честь. Молчание было тягостным только для одного из нас. Я спокойно ужинала, вампир с прикрытыми глазами путешествовал по своим обширным воспоминаниям, а пират, все еще довольно бледный, не знал, куда деть руки и то и дело отпивал вина. Соус фасоли неплохо сочетался с моим вином, надо сказать. Лакей, которого явно напрягало происходящее в укромном уголке, старался как можно быстрее убраться отсюда, но ничего не напортачил, сервируя ужин капитана и доливая нам всем вина. — Как обстановка на море? — неожиданно задал вопрос Киар, отлепляясь от спинки и ласково обхватывая мое запястье пальцами. Я послушно развернула кисть, и отрезанный для меня кусочек мяса отправился в клыкастый рот. Теперь, раз он решил поужинать, порции через одну будут для него. Мы уже давно определились с этой схемой. — В каком плане? — кашлянул бородач, нарезая свою хорошо прожаренную вырезку на куски. — В плане зверствования военных кораблей, — мягко усмехнулся вампир, сделав маленький глоточек вина, — мне бы не хотелось, чтобы посреди плавания легавые швырялись в меня абордажными крюками. — Сейчас они только не слишком часто патрулируют вдоль торговых путей, да еще шхуны иногда сопровождают канонерки, — пожал плечами пират. — То есть, пиратов уже никто не боится, — вздохнул Киар, — жаль, жаль. Но неважно. Я вряд ли соберусь еще раз навести шорох на море. И мне нужен ваш корабль, капитан. Так-так, а вот это уже интересно. Скормив любимому половинку стручка, я положила приборы и взяла свой бокал. — Мой… Мой корабль? — аккуратно переспросил резко осипшим голосом бородатый. — Да, я хочу нанять вас, ваш корабль и вашу команду, — улыбнулся брюнет, — для плавания в южные воды почти к границе плавучих льдов. Насколько я знаю, вы уже подобное совершали и не раз. — Да, я ходил, но это же через полмира, — пробормотал капитан. — Расходы меня не смущают, — заверил Киар, — все необходимое для плавания и ваши услуги я оплачу в полном объеме. Возможно, я захочу зайти в какой-нибудь порт, остаться там на пару дней, следовательно, вам нужен официальный флаг. После того, как я сделаю все дела, мы вернемся в этот порт, возможно, тоже не напрямую. Вас устраивают мои условия? — Да, но… — смущенно кашлянув, пират смочил горло вином. — Ваша женщина… — Плывет со мной, разумеется, — кивнул мужчина, погладив мое бедро, — это проблема? — Нет, нет, совершенно не… — еще раз кашлянув, бородач положил вилку. — Могу я узнать цель вашего путешествия? — Разумеется, — протянул вампир. Ну наконец-то, боги, наконец-то! — несколько лет назад я купил за бесценок у одного пьяного матроса две карты. На северной и западной оконечностях одного и того же острова два пирата оставили свои сокровища, но явно за ними вернуться уже не смогут. Я не знаю, что там, мной движет исключительно азарт, но десять процентов от найденного отойдет вам и столько же — вашей команде, чтобы никто не был в обиде. Ого! Пиратские сокровища! Йо-хо-хо, или как там у них говорится… — Я понял, — буркнул капитан, — когда вы хотите отплывать? — Через неделю, — я легко улыбнулась и ощутила, как он потерся щекой о мое плечо, — вы успеете все подготовить? — бородатый кивнул. — Вот и прекрасно. С заметной торопливостью пират доел и откланялся, оставив на столе монету за свой ужин. Мы же остались неспешно доедать, да и я хотела десерт, раз уж сладковатое вино меня раздразнило. — Господин… — как-то нервно начал лакей, когда пришел забрать тарелку покинувшего нас партнера. — Другие гости ресторана… Э-э-э… Просят вас и вашу даму вести себя более прилично, чтобы никого не смущать, мои извинения. Судя по выражению его лица, парень думал, что его прямо тут моим стилетом выпотрошат. Ну да, учитывая, что здоровенный мужик сидел тут перед Киаром как нашкодивший ученик, бояться вполне можно. — Передай свои извинения этим самым другим гостям, — лениво попросил вампир, — и передай, что нечего заглядывать к нам за ширму, если их это смущает. Слуга склонился, принял заказ на фруктовый торт и удалился. Вот же люди — не нравится, так пусть не смотрят! Киар терпеть не может, когда ему делают замечания те, кто не дорос даже до трети его лет. — Ничтожные людишки, — усмехнулся мужчина, откидываясь на спинку и подмигивая откровенно глазеющему на меня блондину за отдаленным столиком, расположенным как раз так, чтобы было видно происходящее за ширмой, — вкусно, родная? Я кивнула, отправляя в рот еще кусочек мяса. Судя по тому, что он отстранился, все на тарелке безраздельно принадлежит мне. Но как же интересно будет отправиться через весь мир, посмотреть столько стран, да еще и найти сокровища! Даже если карты и поддельные, само по себе это путешествие будет незабываемым приключением! И да, Киар был прав, в плавании будет очень много дней, когда мне будет нечем заняться, и я хорошенько отосплюсь.