did we all fall down?

Я смотрел на огненный закат сквозь пыльное стекло подъезда и мертвые ветки огромных деревьев. Мне казалось, что это - последнее солнце, которое я увижу. Мы все иногда так думаем. Оно светило так тепло и ярко, будто навсегда прощалось со мной. И я поверил в эту голограмму, транслируемую на большом экране. Я всегда верю иллюзиям, поэтому моя голова полна придуманных вещей, которые сбиваются в необъятный ком и превращаются в мусор, наполненный моими же эмоциями. Я открывал дверь в пустую квартиру, и меня оглушала тишина, смешанная с пылью и запахом цветов на подоконнике. Ты слышишь мое сердце? Конечно, нет. Но его стук разрывает перепонки ушах, потому что здесь запредельно тихо и пусто. Потому что и здесь тебя нет, а я специально забыл на столе всякий бред, написанный для тебя, в куче бумаг, на которых я черным маркером писал о своих чувствах. Но ты никогда не вернешься. Никогда не услышишь то, что я так хотел сказать, но просто не успел. Жизнь слишком непредсказуема, чтобы откладывать на потом. Листья отбрасывали на стены жуткие красно-серые тени. Холодный красный, как застывающая кровь. Лучи солнца отражались на блеклых обоях неестественным бордово-фиолетовым, силуэты веток ложились на изуродованное бессонницей лицо. Я хотел сказать тебе, что умираю от чувства, что давит на меня в районе грудной клетки. Мне хотелось закричать о том, что разрывает меня на части, но я сдавливаю рот рукой, приглушая всхлипы и рыдания. И никто не услышит, ведь тебя уже давно нет. Надеюсь, меня никогда и не существовало. Вы просто придумали материальную точку и дали ей мое имя, чтобы заполнить свободное пространство. Вам нужен был человек, и вы его придумали. Я - одна огромная иллюзия, полная ошибок и противоречий. Это не больно, я думаю, все в порядке. Я бы отдал все на свете, чтобы меня наполняла пустота. Просто мы никогда не ценим то, что у нас есть. А тебя нигде не было. Я безуспешно бродил по опустевшим улицам, мимо машин скорой помощи, заглядывая в каждую и не находя ничего. Всего пара мгновений забирает человека в никуда. А тебя будто никогда и не было. Будто я сам тебя выдумал, продумал все до мельчайших деталей, вплоть до татуировок у тебя на коже. И все эти кучи пепла, искривленные куски металла и разбитые стекла, испачканные кровью, возможно, твоей, до сих пор стоят перед глазами. Я не помню, как рухнула вторая башня, унесшая еще столько же кому-то дорогих людей, не помню как купил билет и добрался до квартиры. Я Бы отдал все на свете, лишь бы этого дня не было. Лишь бы во всех календарях две тысячи первого после десятого сентября стояло двенадцатое. Лишь бы еще раз увидеть тебя, пусть даже издалека, через пуленепробиваемое, звукоизолирующее стекло. Красные ленты и копы, хватающие тебя под руки, лишающие возможности пересечь ограждение. "Это опасная зона." "Не подходите." "Проход запрещен, молодой человек, эта территория оцеплена." Дрожащие пальцы, набирающие знакомые до боли цифры, одинаковая, бесконечно повторяющаяся операция с одним и тем же исходом. Сотни вызовов, не дошедших до конечной цели. "Абонент не отвечает или находится вне зоны..." "Линия перегружена." "Дождитесь звукового сигнала." "Экстренная служба Нью-Йорка, здравст..." "Пострадавшие с таким именем не поступали, перезвоните позже.." "Ничем не можем помочь, извини..."