Глава 10
15 февраля 2018 г., 19:16
***
Утром следующего дня Джиюн ждал серьёзный разговор с дедушкой. А всё из-за Сехуна, который рассказал ему не только о её позднем приходе домой, но и о больной ноге и руке в частности. Вчера вечером Пак кое-как доползла до дома в прямом смысле этого слова. К счастью, к тому времени дедушки и Чанёля дома ещё не было. А вот Се был. Парень ждал племянницу в её комнате и когда та соизволила заявиться домой, он не упустил возможности прочитать ей несколько нотаций, но Юн не особо слушала своего «дядю». Но стоило Хуну увидеть, в каком состоянии её нога... Вот об этом Джиюн вообще не хотелось вспоминать. На его просьбы сходить к доктору школьница отвечала отказом. Нет, она не дурочка и поход к доктору в планах был на первом месте. Просто ей не хотелось, чтобы в этом участвовал Сехун. Видимо, отказ племянницы разозлил его ещё больше. Поэтому уже утром за завтраком она слушала нотации от дедушки. Мужчина, раскладывая рис по чашкам, в очередной раз говорил о том, как опасно ходить в такую погоду одной. И что отныне Сехун будет возить и забирать её с дополнительных. У Юн от такого заявления глаза на лоб полезли. Девушка резко поднялась со своего места, стукнув рукой по столу: — Чего? Дедуль, почему именно он? А Чанёль мне для чего? — Школьница покосилась на дверь, чтобы убедиться в том, что там никого нет. Было бы неловко, если О услышал её слова. — А что? Чем тебе Сехун не нравится? До его отъезда в Лондон ты вообще не расставалась с ним. Буквально по пятам ходила. — Мужчина строго посмотрел на внучку. Конечно, он понимал причину её поведения, но почему-то до сих пор отказывался в это верить. Заданный вопрос привёл Джиюн в замешательство. Ходила по пятам? Она? За Сехуном? — Не знаю, — призналась Пак-младшая и медленно села на стул, потому что сил стоять не было. Прежняя боль в ноге быстро дала о себе знать. — Прости, дедуль. — И вообще, я не понимаю, почему ты не позвонила мне в такой ситуации? — Продолжал негодовать дедушка. — Потому что когда ты встречаешься со своими друзьями, то до тебя вообще не дозвониться! — Запротестовала школьница. — Хорошо, пусть так. Но Сехун сказал мне, что готов был забрать тебя откуда угодно, но ты вдруг перестала отвечать на его звонки. Джиюн, а вдруг с тобой что-нибудь случилось бы? Как ты вообще додумалась идти одна с больной ногой? — Голос мужчины слегка подрагивал от волнения. Было видно, что он очень сильно переживал за неё и Юн стало очень стыдно перед ним. Конечно, он не знал, в чём причина подобного поведения внучки. Да и как бы Пак сказала дедушке о том, что Се развлекался с Юми, когда она позвонила ему? Наверное, и сам парень об этом умолчал, а потому сейчас вчерашнее поведение школьницы в глазах родственника действительно выглядело странным. А на звонки Хуна она не отвечала из принципа. Как бы по-детски это не звучало, но девушка была слегка обижена на него. Хотя, с другой стороны, обижаться, наверное, было и не на что, учитывая тот факт, что он потом пытался искать её, а когда не нашёл, то просто решил дождаться племянницу дома, при этом не переставая звонить ей каждую минуту. Господи, да даже Чанёль почти никогда подобного не делал. Головой школьница совершенно не понимала причину своей обиды. Но если бы она смогла прислушаться к собственному сердцу, то, возможно, там бы и нашла ответ на этот вопрос. Но для этого ещё было слишком рано. — Прости, что заставила тебя волноваться обо мне. — Понуров опустив голову, Пак-младшая надула губы. — Вот что, поезжай сегодня вместо школы в больницу и завтра тоже дома посидишь. — Чуть смягчившись, скомандовал дедушка и поставил перед ней тарелку супа с бобовой пастой. — М-м-м, спасибо за еду! — Радостно воскликнула она и принялась есть. Ясно, что осчастливила её не только еда, но и слова дедушки. Теперь у неё появился повод не ходить в школу. К тому же не придётся бегать от Седжуна. Да и какой тут бег, когда ей даже шаг сделать тяжело? — Ой-ой, вы только посмотрите на неё! Лишь бы в школу не ходить. — Шутливо произнёс мужчина и рассмеялся, смотря на счастливую внучку. В этот момент на кухню вошёл Сехун, а следом за ним плёлся сонный Чанёль, не спавший, наверное, уже третьи сутки. — О-о-о, ты погляди на себя, Пак Чанёль, — сестра презрительно оглядела его с ног до головы, отложив ложку в сторону. — Ни одна девушка не подойдёт к тебе, если будешь в таком виде ходить. Юн не понимала пристрастий брата к спортивной и мешковатой одежде, которая придавала ему вид бомжа. Серьёзно, что люди подумают об их семье? Плюс недосып и вечные посиделки в студии сказывались не только на его внешнем виде, но и на здоровье. — И тебе доброе утро, сестрёнка, — с сарказмом пробасил тот и задержал взгляд на её забинтованной руке. — Куда уже вляпалась? Пак-младшая лишь поджала губы и продолжила есть, искоса наблюдая за Сехуном, который сидел себе спокойно с чашкой свежесваренного кофе и делал вид, что НИЧЕГО не произошло. Ага, абсолютно НИ-ЧЕ-ГО! Отлично! Пусть едет с ней в больницу, пусть возит её на дополнительные и забирает тоже. Пак еще найдёт способ отомстить ему за то, что рассказал дедушке обо всём. Обязательно найдёт!***
После завтрака Джиюн с Сехуном сразу же направились больницу. Точнее, Пак сначала пыталась незаметно ускользнуть, пока Се не видит её, но тот, как назло, пристально наблюдал за каждым шагом племянницы, зная план её действий наперёд. Ходить Юн было тяжело, поэтому О всячески пытался помочь ей и несколько раз предлагал забраться ему на спину, чтобы спокойно и без происшествий донести её до машины. Но даже в этом случае девушка отвечала отказом и этим злила его ещё сильнее. Когда же она вновь чуть не упала, терпению Хуна пришёл конец. Не спрашивая разрешения, он ловко подхватил племянницу на руки и молча понёс к машине. А Джиюн только и могла, что бурчать себе под нос, да недовольно зыркать в сторону Сехуна. Она же вроде как злилась на него и мстить тут пыталась, но выходило как-то не очень. Уже после того, как они отъехали на приличное расстояние от дома, О начал разговор: — Что с твоей рукой, Джиюн? — Он очень сильно переживал за эту дурочку, наверное, даже слишком сильно, чем нужно было. Надув губы, как маленький обиженный ребёнок, Джиюн нервно теребила ткань шарфа. Ей так хотелось рассказать Сехуну о происшествии с Седжуном. Но нужно ли ему это? Возможно, О уже и плевать на это и он уже давно забыл про этого неугомонного и вечно следящего за его племянницей парня? У него же теперь была Юми, с которой он там кувыркался вчера. И теперь ему вряд ли есть дело до его вечно влипающей в неприятности племянницы. Пак прекрасно понимала, что вела себя сейчас откровенно тупо. Но, чёрт возьми, почему она не могла выйти из этого состояния обиды? Что это такое? Почему она чувствовала это? И почему её так сильно задевала вся эта ситуация с отношениями Юми и Сехуна? — Ты будешь молчать или всё-таки ответишь мне? — Хун тяжело вздохнул, смотря на её забинтованную руку. Эта тишина, по правде говоря, начинала раздражать. — Что мне сказать? Во время урока химии мне на руку пролились реактивы, благодаря чему я заработала себе химически ожог. А потом меня отпустили домой, — тут Джиюн было хотела возразить что-то про Ятабэ и про их разговор на кухне, но решила, что делать этого не стоит, так как ей лично было неприятно говорить об этом. — А после дополнительных решила немного прогуляться, не заметила камень и упала на льду. Ну вот и всё, в принципе. Девушка резко выдохнула и устало взглянула на своего собеседника. — Почему ты перестала отвечать на мои звонки? — У Хуна были догадки, но он почему-то до последнего отказывался верить в них. — Не хотела мешать тебе и Юми. — Лицо школьницы нужно было просто видеть в этот момент. Она всеми силами пыталась не показывать своих эмоций относительно этой ситуации, но выходило очень плохо. Настолько плохо, что её гневное сопение можно было услышать даже на заднем сидении. — И как это связано, с учётом того, что звонил тебе я? — О едва ли сдерживал улыбку сейчас, смотря на племянницу. — Очень просто, — также обиженно лепетала Пак. — Меня же попросили не мешать вам. Последнюю фразу она проговорила голосом Юми. Не совсем понятно почему, но Се захотелось в этот момент как-то оправдаться. А потом он понял, что просто не может этого сделать. Потому что в момент, когда Юн звонила ему, там действительно происходило именно то, о чём она думала сейчас. Но всё равно всё было не так. Вот только объяснить ей это было бы очень и очень сложно. Да и стоило ли? Почему он вообще сейчас думал об этом? — Ты немного не так всё поняла. — Совершенно спокойно говорил он, не отрывая взгляда от дороги. А вот в душе парню было как-то совсем неспокойно. — Не хочу это обсуждать. — Вдруг выпалила Пак. Фраза, которую сказал Сехун, лишь убеждала девушку в том, что она не ошиблась. И именно поэтому ей не хотелось больше говорить об этом. Весь оставшийся путь молодые люди проехали в полной тишине...***
Время близилось к обеду. Но, несмотря на это, в кофейне было очень мало посетителей. Поэтому Минсок только и делал, что протирал чашки, да столы. Скукота неимоверная! Парень бы давно уже закрыл кофейню и ушёл домой, но нельзя. Сегодня на собеседование должна была прийти новая работница. И к тому же цена за аренду повысилась, а посетителей с каждым днём было всё меньше и меньше. Как бы конкуренты не появились, иначе весь его «бизнес» просто полетит к чертям. А его отец не упустит возможности забрать его к себе в компанию, чего Киму о-о-очень не хотелось. Он ведь и открыл кофейню только для того, чтобы не работать у отца. Сейчас парень занимался любимым делом и ему это очень нравилось, даже несмотря на то, что сейчас это приносило меньше дохода, чем раньше, когда он только-только открыл это место. Звон колокольчиков на двери оповестил о новом посетителе, и Мин было подумал, что это новая работница, но на пороге стояла Юми. Выглядела девушка неважно: под глазами ужасные синяки, волосы уложены неопрятно. Так она выглядела только тогда, когда действительно была чем-то расстроена. — Какими судьбами? — В привычной манере Минсок улыбнулся и пригласил девушку за столик. — Пришла поговорить с тобой. Сделаешь мне кофе? — Девушка слабо улыбнулась и откинула назад мешающий шарф, расстёгивая пуговки своего шерстяного пальто. Ким лишь кивнул, возвращаясь на своё рабочее место. — Что случилось-то? — Поинтересовался парень, наливая молоко в питчер. Ятабэ лишь тяжело вздохнула и отвела взгляд в сторону, сдерживая слёзы. Она почти всю ночь не спала. Всё думала о Сехуне и о том, насколько же сильно этот парень изменился. Его взгляд до сих пор не выходил у неё из головы. Безразличный и совершенно холодный. Неожиданно дверь в кофейню открылась, и в помещение вошли двое — Чанёль и Чонин. Оба что-то обсуждали, но, завидев японку, тут же прекратили обсуждение. Мин ждал их после обеда, но не думал, что они придут настолько быстро. — Приветик! А чего это вы тут? По душам беседуете? — Чонин весело помахал другу, а затем и подруге, присев рядом. — Хреново выглядишь, Ятабэ Юми. Чанёль рассмеялся, прикладывая ладонь ко рту. — Ну спасибо, Ким Чонин! — Японка поджала губы и приняла угощение от только что вернувшегося к столику Минсока. А потом повисла неловкая пауза. Когда такое было-то, чтобы они вот так молчали, не находя слов для разговора? — Ладно, кроме шуток, — прервал тишину Чонин. — Что случилось? Почему ты выглядишь, как вяленый помидор, который только что с мангала сняли? — Эй-й-й, мелкий! — Пробурчал Ким-старший и строго взглянул на него. Сейчас было действительно не до шуток. Никто не знал, что случилось на самом деле и молчание Юми настораживало ещё больше. А Чан, заливаясь смехом, схватился за живот, откинувшись на спинку стула, не в силах остановить смех. — Это всё из-за Сехуна, — Юми стыдливо отвела взгляд, до боли закусывая губу. — Вчера ходили с ним ужинать, а он…он так изменился. Смотрел на меня так безразлично. Это не тот Сехун, которого мы знали раньше. Думала, что поговорю с ним, попрошу прощения. Но только посмотрев на него и слова сказать не смогла. — Без обид, Юми, но на месте Хуна я бы тебя никогда не простил. Ты слишком много дров наломала тогда. — Вмешался Чонин, внимательно смотря на подругу. Уже действительно было не смешно, наоборот, как-то грустно даже. — Но в той ситуации не только я виновата. — Японка взглянула на Чанёля, а тот ухмыляясь, отрицательно покачал головой, скрестив руки на груди. Не хватало ему ещё этого. — В чём ты обвиняешь меня? Ты сама тогда ко мне пришла, начала вешаться на меня и в штаны ко мне лезть. — Чану было неприятно вспоминать о тех временах. Всё это было ужаснейшей ошибкой, о которой он до сих пор сожалел. Всё это вышло совершенно случайно и к тому же оба они были совершенно нетрезвые в тот момент. — Ага, она пришла к Ёлю и случайно села ему на член, да? — Недовольно пробурчал Чонин. Как будто она тогда не понимала, что делала. Слова подруги казались ему полнейшим бредом, она ни капли не сожалела и парень был уверен в этом на все сто пятьдесят процентов. — Эй, поосторожнее с выражениями! — Тут же сделал ему замечание Мин и ткнул младшего в бок. — Да что? Всё так и было, хён! Я не буду молчать об этом. Юми и сама прекрасно знает, КАКОЙ жизнью она тогда жила. Спала со всеми подряд, и не только с учениками, но и с учителями. Да, подруга? И Сехуна ты не любила ни капельки. Мы говорили ему об этом, но он, как влюблённый идиот, продолжал бегать за тобой. Ты просто использовала его, как какого-то глупого мальчишку. — Ким высказал абсолютно всё, что думал о подруге. Да, именно такой эта девушка и была в те времена. И Чанёль был не единственным, с кем она переспала, находясь в отношениях с Сехуном. — Он прав, — безразлично проговорила японка, хотя на самом деле эти слова очень сильно задели её. Юми и не думала, что друзья были о ней такого мнения. — Тогда я была ужасно глупой, безрассудной и распутной. Творила такие вещи, что потом моя же мать ходила и подбирала за мной всё это дерьмо. Хах, как вспомню, так в дрожь бросает. Но это было тогда, а сейчас я многое осознала и поняла. Запрокинув голову назад, девушка попыталась сдержать подступившие к глазам слёзы. Она не знала зачем говорит всё это и почему оправдывается перед парнями. — Все мы изменились, не только Сехун. Но если говорить о нём, то он действительно стал другим человеком. Англия круто изменила его. И сейчас Хун уже не тот глупый мальчишка, готовый закрыть глаза на всё ради любви. Он не простит тебя, Юми, даже не пытайся, иначе сделаешь только хуже. Это мой совет на будущее, если опять захочешь «поужинать» с ним. — Чанёль знал, что подруга не упустила возможности сделать то, что у неё отлично получалось — спать со всеми подряд. И Сехун наверняка отказал ей, поэтому-то она такая подавленная и ходила сейчас. Неожиданно Юми рассмеялась, а парни только и успевали переглядываться между собой, не понимая в чём дело. — Вот увидите, рано или поздно мы снова будем вместе. Просто подождите. — Было понятно, что она настроена решительно. Если Ятабэ чего-то хотела, она обязательно добивалась этого. Но не Сехуна. И все это сейчас понимали, кроме неё самой. Похоже, что она до сих пор жила теми воспоминаниями и думала о том, что люди живут точно также, но нет. Времена менялись, а вместе с ними менялись и люди. Японка поднялась со своего места и с гордо поднятой головой направилась к выходу, услышав напоследок слова Чана: — Глупая, ничего у тебя не выйдет.***
К счастью, ни перелома, ни вывиха врач не обнаружил. Джиюн отделалась одним ушибом и ничего более. Ей настоятельно порекомендовали в течение недели соблюдать постельный режим и вообще как можно меньше напрягать ногу. И, конечно же, все эти советы она проигнорировала. Почему? Да потому, что как только Юн вышла из кабинета, то не обнаружила Сехуна на том месте, где он сидел, когда она уходила. Оставаться здесь и ждать его девушка не собиралась, поэтому тут же вызвала лифт. Домой она и сама доедет! Вчера же доехала, вот и сегодня сделает так же. Уже перед заходом в лифт её кто-то схватил за руку и потянул в укромное место. Пак замерла на месте, смотря на стоявшего перед ней человека. Пак Седжун. — Надо же, какая встреча, — воскликнул он, осматривая её с ног до головы. — Как твоя рука, Джиюн? Всё ещё болит? — Ты следил за мной? — Только и смогла проговорить она, не скрывая своего волнения. Почему именно в этот самый момент? — Ну не-е-ет, я тоже ходил к доктору. Во-о-он к тому дяденьке, — Джун указал на огромный плакат с изображением очень известного доктора психологических наук. — Нервишки что-то в последнее время шалят. Ну, знаешь, экзамены, вечные стрессы и тому подобное. Может, выпьем кофе? Юн безумно бесило его поведение. Он вёл себя так, будто ничего не произошло, фальшиво улыбался и смотрел на неё таким взглядом, что хотелось просто сквозь землю провалиться. — Не хочу. — Резко ответила она и уже было хотела уйти, но… — Да ла-а-адно, я ничего тебе не сделаю. Только чашечка кофе и всё. — Продолжал настаивать парень, крепко вцепившись в её руку, не давая возможности даже и шагу ступить. Всему приходит конец и терпению Джиюн тоже. Она чувствовала, что если простоит здесь ещё минуту, то точно не выдержит и закричит на всю больницу о помощи. — Она же сказала, что не пойдёт с тобой. Увидев Сехуна, Седжун сразу же отпустил руку своей одноклассницы. А Пак сломя голову побежала, точнее, захромала к Хуну. Плевать было на ногу, лишь бы не стоять с Джуном. — О Сехун, давно не виделись! — Школьник с вызовом посмотрел на него и ухмыльнулся, видя, как одноклассница прячется за его спиной. — Мало тебе было в прошлый раз? Ещё повторить? — О подался вперёд, но Юн крепко обняла его, не давая возможности сделать ещё одну глупость. Только не здесь. Не хватало ещё иметь проблемы из-за такого придурка. — Сехун, нет! Пожалуйста, увези меня отсюда. — Крепко вцепившись в него, молила Пак. Пару секунд Хун неотрывно смотрел на Джуна, и если бы не Джиюн и не её умоляющий взгляд, он непременно проучил бы этого парня. Увидев испуганную племянницу, он просто не смог ничего сделать, кроме как подхватить её на руки и без лишних слов вынести из больницы. Сейчас он чувствовал себя настоящим трусом. Ведь мог же проучить его как следует, чтобы он навсегда забыл её имя, чтобы не смотрел и даже не дышал в сторону Юн. — Сехун, можешь уже отпустить меня. — Прошептала школьница, уткнувшись ему в плечо. Почему-то именно сейчас ей было жутко неловко. — Нет, — решительно заявил тот, осторожно усаживая её в машину. — Просто не говори сейчас ничего, доверься мне. По виду было понятно, что Сехун очень зол и лучше сейчас не донимать его расспросами о том, где он был и почему ушёл вообще. Юн лишь неуверенно кивнула, наблюдая за тем, как парень садится в машину, заводит двигатель и увозит её в неизвестном направлении…***
Путь был долгим, и пока они ехали по заснеженным и пустым улицам, Юн уже сто раз успела пожалеть о том, что согласилась поехать с ним неизвестно куда. Но всё было не так плохо, скорее даже наоборот. Се привез её в небольшой ресторанчик на окраине города. До отъезда в Лондон он частенько захаживал сюда, когда хотел побыть один. Об этом месте не знал никто, кроме Джиюн. Потому что когда-то очень давно они были здесь вдвоём, и не один раз. Просто она не помнила этого. И в глубине души Сехун очень надеялся, что именно сегодня племянница вспомнит хоть что-нибудь. — Здравствуйте! — Парень и девушка вошли в тёплое помещение и поклонились сидящему на диване аджосси. — Здравствуйте-здравствуйте! Проходите, располагайтесь. — Мужчина тут же отвлёкся от просмотра телевизора и приветливо улыбнулся. Сехун, как истинный джентльмен, помог снять Юн пальто и сам же повесил его на вешалку. Даже стул отодвинул, чтобы она села. Ну прям мечта любой девушки! И если честно, даже от таких незначительных вещей на душе у Джиюн становилось так тепло. Почему-то ей было так приятно, когда он за ней вот так ухаживал. — Чего бы ты хотела покушать? — Се внимательно рассматривал меню, тепло улыбаясь, потому что даже спустя три года здесь готовили всё те же блюда. Даже вид меню совершенно не изменился. А Джиюн в это время не могла отвести от него взгляда. Сейчас О казался ей таким домашним и простым. Никакого напряжения между ними не было. Просто тишина и уют в стенах этого прекрасного места. Пак даже подумала о том, что им вдвоём нужно было почаще вот так выбираться куда-нибудь. — Я доверяю твоему выбору. — Честно ответила девушка, продолжая наблюдать за ним. На секунду Хун отвлёкся от меню, встречаясь взглядом с племянницей. И как в прошлый раз, они замерли, не в силах отвести взгляда друг от друга. — Хорошо, тогда я закажу пибимпап. — Облизнув губы и едва заметно улыбнувшись, парень снова принялся за изучение меню, не осмеливаясь взглянуть на неё. За ужином они почти не разговаривали, лишь обменивались парой фраз о блюдах. Для себя Джиюн отметила, что, несмотря на низкие цены, еда здесь была действительно вкусной и о-о-очень сытной. А ещё Юн почему-то казалось, что она когда-то уже бывала здесь. Вкус блюд и обстановка были до боли знакомыми. И сейчас девушка снова, уже в который раз, испытывала то самое чувство, когда старательно пытаешься вспомнить что-то, но не выходит. За то время, пока они ужинали, ей не раз звонил Чанёль и спрашивал, где и с кем она так долго «шлялась». Когда же Юн заверила его, что с ней всё в порядке и она с Сехуном, то звонки от брата прекратились. Вообще странно, что Чан вдруг позвонил ей. Обычно он не особо беспокоился о своей несносной сестре и частенько не отвечал на её звонки. Хотя, кто его знает? Вдруг произошло чудо и всё изменилось? Каким бы это место не было хорошим, но вечно сидеть здесь они не могли. Расплатившись и поблагодарив хозяина за вкусный ужин, молодые люди вышли из помещения. — Спасибо за ужин, всё было очень вкусно. — Джиюн повернулась лицом к дяде и мило улыбнулась. Она действительно была благодарна ему за этот вечер и не только за вечер. Девушка вдруг поймала себя на мысли, что её сегодняшняя детская обида внезапным образом испарилась. — Я рад, что тебе понравилось. — Искренне ответил он и еле заметно улыбнулся, пряча руки в карманы пальто. Только сейчас Сехун поймал себя на мысли, что стал слишком часто улыбаться и происходило это всякий раз, когда он находился с Юн. «Я точно спятил». — Давай прогуляемся? Я не хочу возвращаться домой. — Да, Джиюн знала ЧЕМ закончилось её вчерашнее нежелание идти домой, но сейчас она была не одна. — У тебя нога больная, куда ты собралась? — Возразил парень, нахмурившись. Вместо ответа школьница скорчила милую рожицу, надеясь на то, что это подействует. Пару минут они просто смотрели друг на друга. Но в итоге Сехун сдался. Тяжело вздохнув, он присел на корточки, дожидаясь, пока Джиюн заберётся к нему на спину. — Что? Не-е-ет, я совсем не это имела в виду! — Запротестовала Пак. — Забирайся, я сказал. Прикусив губу, Юн обняла его за шею, забираясь к нему на спину. Так они шли вдоль небольшой аллеи в полной тишине. Изредка слышался только хруст снега под ногами парня. Хоть на улице и было холодно, но Юн совсем не чувствовала этого, как и Се. — Сеху-у-ун, а почему мы приехали именно сюда? — Пробурчала Пак-младшая. — Я привёз тебя сюда в надежде на то, что ты вспомнишь хоть что-нибудь. Но безуспешно. — Не только по голосу, но и по выражению лица было понятно, что он расстроился. — Прости, что не могу вспомнить тебя. По правде говоря, я в замешательстве. Я не понимаю, в чём дело и что именно я должна вспомнить. — Неожиданно для самой себя Джиюн покрепче обняла парня и положила голову ему на плечо. Так она могла увидеть его лицо. Не сводя с него внимательного взгляда, она в который раз убедилась в том, что Се был невероятно красив. Похоже, совсем с ума сошла, раз пялилась на него сейчас, как влюблённая дурочка, и при этом думала, что это совершенно нормально. А Сехун, кажется, не был против. Он тоже смотрел на неё в ответ с лёгкой улыбкой на губах. — Всё хорошо, не переживай. — О резко выдохнул. — Но всё равно постарайся вспомнить хоть что-нибудь, потому что мне нужно многое рассказать тебе. — Обещаю, что вспомню. — Закрывая глаза, прошептала Юн, слыша глухой стук своего бешенного сердцебиения...
