Не судите книгу по обложке

Мне не легчает. Боль сменилась опустошением, но мне не легчает. Мы разговариваем с Адрианом, сидя на холодном асфальте сзади моего дома, но я не слышу, что он говорит, и не слышу, что отвечаю сама. Огонёк, который так сильно горел в моём сердце всё это время, вмиг потух. Мотивация худеть, жить и радоваться всему вокруг пропали тоже. — Так, слушай, ты вообще никакая, — парень помахал рукой перед моим носом и я невольно дрогнула, слегка придя в себя. Медленно перевела взгляд с его руки на него самого. Он выглядел встревоженным. — Вытри слёзы и заходи в дом, — Адриан встал с земли и отряхнулся от пыли. Мы сидели так около часа. — Нет! — слишком резко воскликнула я и мысленно дала себе пощёчину. Я не хочу сейчас оставаться одна. Мне страшно. Я искала своё успокоение в одиночестве, но сейчас понимаю, что так мне станет только хуже. Чёрт, Маринетт, не будь такой навязчивой! Мама ведь учила тебя быть скромнее! — Холодно уже, ты вся дрожишь, — Адриан махнул на меня рукой, а затем скрестил руки на груди, задумавшись о чём-то. — Поднимайся в свою комнату… — я испуганно посмотрела на него, намереваясь возразить, но он пригрозил мне пальцем, веля заткнуться, — поднимайся в свою комнату и жди меня. Я еле сдержала улыбку и устало высунула телефон из сумочки. Смотря в отражение, вытираю уже засохшие чёрные полоски туши от слёз. — Как я выгляжу? — я встаю с земли, тоже отряхиваясь, и настороженно смотрю на Адриана. Он снисходительно улыбнулся и добавил: — Просто ужасно. Я немного рассмеялась, ведь он был чертовски прав. Мои красные глаза и опухшее лицо всегда были явным признаком того, что я плакала. Главное, чтобы родители не заметили, иначе допроса не избежать. Я начала отходить ко входу дома и оглянулась на Адриана. Он жестом показал мне идти дальше. Он ведь не обманет? Захожу в дом и на ходу снимаю куртку, вешая её на крючок. Прислушиваюсь к тишине дома, боясь встретиться в родителями. Слышу грохот на кухне и понимаю, что они там. Тихо снимаю обувь, но оступившись на месте, чуть не упала. Зажмуриваю глаза, закусывая губы. — Маринетт, это ты? — кричит мама. Немного откашливаюсь, чтобы голос стал более менее нормальным. — Да, это я! — кричу в ответ. Голос слегка дрогнул, но мама вроде ничего не заметила. — Ты покушала? — Да, да… — добавляю я, уже поднимаясь по лестнице. — Мы уже идём спать, спокойной ночи! — Спокойной, — уже нет сил кричать, но я надеюсь, что она меня услышала. Апатия снова накатывает на меня, но всё же в надежде я открываю дверь в свою комнату. Никого. Я закрываю за собой дверь, снова закусывая бедную нижнюю губу, на которой уже по-любому ничего не осталось от помады. Осматриваю комнату. — Адриан? — хрипло в надежде спрашиваю и вздрагиваю, когда вижу шевеление за занавеской. — Фуух, это ты, — парень аккуратно вылез из-за штор. Я закрыла дверь на замок и устало плюхнулась на диван. Я не видела Адриана, но слышала, как он подходит к дивану и тоже садится на него. Я оборачиваюсь на него, но замечаю, что он смотрит не на меня, а чуть ниже. Следую его взгляду и вижу свои расцарапанные руки. Чёрт. — Я-я… — слова застревают комом в горле. — Всё нормально, — он отворачивается. Продолжаю молчать, кусая губы. Парень сидит молча, вероятно думая о своём. А я о своём. С ним нет напряжённого молчания. Оно даже, скорее, понимающее. Сидим так около десяти минут. От мыслей мне становится только хуже. Стараюсь не думать о Натаниэле. Резко вскакиваю с дивана, чем заслуживаю непонятливый взгляд Адриана. — Следуя нашей традиции, пойду за чаем, — стараюсь натянуть улыбку, но выходит так себе. Надо чем-то занять себя, чтобы не думать о плохом. — Ох, это уже успело стать нашей традицией? — парень ухмыляется, приподнимая одну бровь. — Ты против? — также ухмыляюсь я, вопросительно смотря на него. — Никак нет! — серьёзно говорит он, а затем смеётся. Я улыбаюсь, тихо открывая дверь, и на цыпочках спускаюсь на кухню. Прислушиваясь ко звукам, понимаю, что родители уже легли спать. Захожу на кухню и слышу свежий запах недавно испечённой выпечки, но аппетита нет совсем. Да и чая мне не хочется, просто понимаю, что к Адриану нужно быть более гостеприимной. Я тихо беру две кружки и наливаю в них кипяток. Открываю кухонный шкафчик, но не нахожу в нём заварки для чая. Чёрт, это по-любому папа. Он любит брать её из шкафчика и оставлять где попало. Открываю последующие шкафчики, ища заветную вещь, но нахожу другую, за которую мой взгляд невольно цепляется. Бутылка красного вина. Я открыла дверку нашего, так называемого, винного погреба. Я усмехаюсь, закрывая дверку. А потом становлюсь серьёзнее, снова открывая её и беря вино. Я не до конца осознаю, что делаю, но кипяток из кружек выливается в раковину и вот я уже с бутылкой вина и двумя кружками поднимаюсь в свою комнату. — Я решила, что это может прекрасно заменить чай, — я нервно смеюсь, закрывая за собой дверь. А если родители спалят? Нет, они точно спят. А когда они спят, их и трактор разбудить не сможет. А если они заметят пропажу бутылки? Мне точно влетит! Хотя, вряд ли они вели счёт бутылкам в винном погребе, которых и так очень даже не мало. Задумавшись о своём, не сразу замечаю удивлённый взгляд Адриана. — Я думал, ты паинька, — усмехается он, продолжая изучающим взглядом оглядывать бутылку, сидя на диване. — Я тоже изначально думала, что ты паинька, — фыркнула я и аккуратно поставила вино с кружками на стол. — Чёрт, я забыла штопор, — я хлопнула себя по лбу. Боюсь снова по темноте спускаться вниз. Возможно, если я бы была сейчас в более нормальном состоянии, я безумно волновалась по поводу «украденной» из погреба бутылки вина. Но настолько сильно я сейчас разбита, что у меня нет абсолютно никаких чувств. Возможно сейчас это даже на пользу. — Штопоры для неудачников, — ухмыляется Адриан и подходит к столу. Берёт бутылку в руки и оглядывает её со всех сторон. — Бархатное вино? А у тебя неплохой вкус, — хмыкает парень с усмешкой и смотрит на меня. — А-ага, — соглашаюсь я, делая вид, что соображаю, о чём он. Но парень понимает по моему взгляду, что я не в теме, и начинает пояснять: — Называют так маслянистые вина, дающие ощущение бархата в горле за счёт спиртового эффекта. Это не подвид вина. Скорее, просто дегустационная оценка. — Ладно, ладно, слишком много слов, — устало отмахиваюсь я, садясь на диван, — открывай уже. Парень, не мешкая, берёт с моего стола маркер и, держа в руках вино, задним концом маркера проталкивает пробку и она плюхается в жидкость. — Ого, как умело, — аплодирую я и подхожу к столу, разливая вино по кружкам. — Пить наедине с парнем? — спрашивает Адриан и я оборачиваюсь, непонятливо смотря на него. Замечаю, что он напряжён. — А что? — ну действительно, а что? С Альей ведь я пила уже. Да и вообще, зачем мне забивать сейчас голову ненужными мыслями о чём-то, она и так слишком отяжелена. Адриан продолжает на меня смотреть. Взгляд его тяжёлый, пронизывающий и слегка изумлённый. — Ну ладно, — вздыхает он, садясь в кресло. Я следую его примеру и беру кружку в руки. Слышу аромат вина и с наслаждением прикрываю глаза. О да, это именно то, что мне было необходимо сейчас. — Может пойдём на балкон? — голову начинает немного сдавливать от замкнутого пространства и хочется вдохнуть свежего воздуха. Парень соглашается (у него нет выбора), берёт кружки с вином и идёт на балкон, а я достаю два пледа из шкафа и следую за Адрианом. Мы садимся в мягкие кресла-качалки. Аккуратно, чтобы вино не разлилось. Я забираю у него свою кружку и в который раз отмечаю, что он не может до конца расслабиться. Делаю первый глоток, отгоняя прочь все остальные мысли, но в голову так и лезут моменты сегодняшнего вечера. Зрение ухудшается, затуманиваясь от слёз, и я отворачиваюсь, делая вид, что смотрю на звёзды. Адриан не понял, а может быть, и понял, но вопросов задавать не стал. — Честно говоря, я больше предпочитаю виски с колой, — хмыкает парень, заглядывая в содержимое кружки. — Виски? Ну это же совсем для взрослых, — я поворачиваюсь на него, хмурясь. — А вино значит для малолетних, да? Я смеюсь и снова отворачиваюсь от него. Мы молчим. Агрест не поднимает «эту» тему, но после кружки вина, её начинаю поднимать я. — Ты был прав, — я поднимаю на парня взгляд и протягиваю кружку, чтобы он налил мне ещё. Замечаю по содержимому его стакана, что он сделал только пару глотков. — Я не должна была идти. Я такая глупая, — я грустно усмехаюсь, сердце снова сжимает. — Как я вообще могла подумать, что… что кто-то смотрит на меня, — нервный смех. Алкоголь делает меня более разговорчивой. И отчего-то тоскливой, хотя я надеялась, что он, как в прошлый раз, настроение мне только поднимет. Адриан тяжело вздыхает, словно чувствует себя виноватым. — Я не хотел сказать, что он не смотрит на тебя. Я хотел сказать, что он смотрит не на тебя, — негромко говорит парень, наливая мне вина и протягивая кружку. Я забираю её, находясь в шоке от его слов. — А на кого он смотрит? — На Алью? — говорит парень, словно это очевидные вещи. — Откуда ты знаешь? — выдавливаю из себя слова, которые комом застревают в горле. — Ну я же не слепой, — он пожимает плечами и отпивает немного вина. — А я, видимо, слепая, — вздыхаю, опуская взгляд на жидкость в своей кружке. Странно. Это он настолько проницательный или же я действительно настолько слепая, глупая и наивная дура? — Так что вообще произошло? — наконец спросил Адриан. Я разом опустошаю свой стакан, чем заслуживаю испуганный взгляд парня, а затем его лёгкую усмешку. И начинаю свой рассказ. Говорила без умолку, ничего не утаивая. Даже то, что думала, что это свидание. Либо это вино так влияет, либо доверять Агресту стала я больше. Он молча и внимательно слушал и я в который раз убеждалась, что он прекрасный собеседник. — И тогда… он спросил… — у меня начинается нервный смех, когда я подхожу к кульминации своего рассказа, — спросил, есть ли у Альи парень. Я закусываю свои губы и смотрю на пустой стакан. Проявляю инициативу и наливаю себе ещё. Замечаю, что бутылка заканчивается медленно, что означает, что Адриан не допил свой даже первый стакан. — Я сказала нет, он обрадовался, а я ушла домой. Не смогла больше находиться там, — язык начинает слегка заплетаться. — Сейчас бы звать девочку в кафе, чтобы спрашивать о её подруге, — тихо хмыкнул он, беря свой стакан и отпивая немного, но я не чётко его расслышала, — а почему ты не сказала, что она занята? Вопрос свалился, как обухом по голове и мне даже показалось, что я на миг отрезвела. — К-кем? — только и смогла выдавить из себя. Адриан странно покосился на меня, выдерживая недолгую паузу. — Нино? Откуда он это знает, чёрт возьми? Парень понял по моему выражению лица, что я в шоке. — Жизнь научила меня быть внимательным даже к таким мелким вещам, так что от моего взгляда не ускользнули ни их воркования, ни заворожённый взгляд Натаниэля на Алью во время уроков, — жестоко. Но верно. Парень извиняюще посмотрел на меня, понимая, что немного сказал лишнего, но я лишь махнула рукой, мол, ничего страшного. И выпила до дна уже третью по счёту кружку. — На самом деле, я и не удивлена вообще. Так было и так будет всегда. Это нормально, — язык заплетается, Адриан вопросительно смотрит на меня. — Она красивая, — киваю я сама себе, — очень красивая. Модель, — я вспоминаю подругу и стараюсь натянуть улыбку, но что-то не выходит. — Я привыкла, Адриан, понимаешь. Всегда, когда мне кто-нибудь нравился, он западал на Алью. Так что… — я пожала плечами и закусила губы, отворачивая взгляд в сторону. — Сколько людей, столько и вкусов, — спокойно говорит он, а я лишь усмехаюсь. — Все вкусы на неё, — дрогнувший голос. Я опустила голову, чтобы перевести дыхание. — У каждого своё понятие красоты, — я слышу как он подливает мне в кружку вина и поднимаю взгляд. Делать этого не стоило. Глаза на мокром месте. — И это говорит мне парень, который издевался над моим лишним весом, — ухмыльнулась я, утирая слёзы. Он затих и я тихо хмыкнула, снова отворачивая голову, разглядывая мерцающие звёзды. Ну конечно. Ему нет оправдания насчёт издёвок. — Но я не говорил, что ты не красивая, — я резко посмотрела на него, встречаясь с взглядом зелёных спокойных глаз. Сердце ухает куда-то вниз. Но потом я резко успокаиваюсь, приводя сердцебиение в норму. Маринетт, не будь наивной, он сказал это только из вежливости. Не воспринимай всерьёз. Я снова тянусь за бутылкой, но Адриан перехватывает её. — Я думаю, тебе хватит, — парень качает головой, пряча бутылку за спину. — Что?! — вскрикиваю я. Что он делает? — Мне это жзненно необх… необходимо! — господи, предательский язык, ну что ж ты творишь-то, а? — Ты сам даже не пьёшь! — Потому что я знаю, что это не самая лучшая идея, — он настороженно смотрит на меня. — Вот странный человек. Сам ведь недавно завалился ко мне пьяный вдребезги. А тут решил в святошу поиграть! — я уже не слежу за тоном. Встаю с кресла и голова начинает кружиться. Настроение улучшается. Огонёк в глазах. Мне нужно допить вино. — Я не в святошу играю, идиотка, я просто знаю, что так лучше не делать, — он не хочет посвящать меня в подробности. Ну и не надо. Пусть подчиняется своим принципам, но только отдаст вино. Я аккуратно подхожу к нему. Взгляд его продолжает быть настороженным, он не знает, каких действий ожидать от меня. — Отдавай, — протягиваю руку, чуть не споткнувшись на месте, но вовремя успела встать ровно. — Иди уже спать, — выдыхает он и встаёт с кресла, оказываясь на полторы головы меня выше. Засранец. За спиной продолжает держать бутылку. — Адриан, — я умоляюще смотрю на него, но парень отрицательно качает головой. Ну сам напросился. Я завожу руку за его спину и пытаюсь добраться до бутылки, но он ловко убирает её в другую руку. Своей второй рукой я обхватываю парня. Где, чёрт возьми, бутылка? Движения мои становятся нечёткими, разум мутнеет. Я поднимаю взгляд на парня и замечаю в его глазах растерянность. Поднимаю взгляд ещё выше, вижу, что бутылка у него в руке над нашими головами и понимаю, что он сейчас в кольце моих рук. Я брезгливо отдёргиваю руки. — Ужас, мой первый телесный контакт с мужчиной, — я начинаю изображать плач. Уже перестала следить за словами. Адриан цокает и грубо берёт меня под локоть. — Ну всё, ты уже никакая, — он ведёт меня в мою комнату, но я начинаю сопротивляться. — Какая! Пусти меня! Где бутылка? — пытаюсь оттолкнуть парня, но чёрт, чё он такой крепкий? Или это всё алкоголь в моей крови замедляет мои движения? — Не ори, идиотка, родителей разбудишь, — он закрывает мне рот ладонью и продолжает заводить в комнату. Подводит к дивану, но я не хочу ложиться. Я не хочу спать! Отпихиваю его руку. — Тяжело с тобой. Очень с тобой тяжело, Адриан Агрест, — ноги не держат и я сама уже сажусь на диван. А потом и вовсе ложусь. — Да, да, знаю, — парень забирает пледы с балкона и укрывает меня ими. — Я выкину бутылку по пути, чтобы если что, твои родители не спалили тебя, окей? — я устало закрываю глаза и протягиваю ему большой палец вверх. — Знаешь… Лучше не пей в малознакомых компаниях, поняла? Парни, они… Они могут быть не очень хорошими. Я не раскрываю глаза, слабо понимая, какой там смысл он пытается до меня донести, но делаю что-то наподобие кивка. — Мне уйти? — какие-то ещё вопросы задаёт, Боже, не может уже помолчать что ли, и так голова раскалывается. Какие-то американские горки в голове. Начинает всё кружиться. — Адриан, — я открываю глаза и резко закрываю рот рукой. — Твою мать... — он обречённо вздыхает, подбегая ко мне, хватает за плечи и быстро ведёт в туалет. Наклоняя над унитазом, убирает волосы назад и всё содержимое из меня начинает выходить. Мне очень плохо. Прекрасно, Маринетт. Можешь смело начинать писать книгу «Как потерять друзей»! Через минуты две я встаю и умываю лицо над раковиной. — Адриан, мне очень плохо, — ною я и он цокает, укладывая меня на диван. Парень садится с краю, рядом со мной, я приоткрываю глаза, вижу его снисходительный мягкий взгляд и успокаиваюсь, засыпая.