Найти свой путь.

Я остановился на крыльце дома и втянул через нос морозный утренний воздух. Сегодня мне исполнялось четырнадцать лет. Почти два года я нахожусь в новом теле, в новой жизни. Оглядевшись, заметил косяк перелётных птиц. Те мигрировали обратно в наши края. Зима подошла к концу. Через пару дней начнётся весна, но уже сегодня днём будет солнечная и тёплая погода, позволяющая не укутываться по нос, лишь лёгкий шарф и что-то плотное от резких порывов ветра. Деревья ещё не очнулись ото сна, что не сказать о жителях, которые уже спешили навстречу переменам. С самого утра забегали разносчики писем и посылок, молодые девушки и парни с лотками свежеиспеченных хлебобулочных изделий выходили на главные улицы имперской столицы. Я потянулся во весь рост, который за время моего пребывания в доме учителя увеличился на палец, что уже было прогрессом для моих далеко не самых высоких показателей. Сонный Шао вышел за мной, чуть пошатываясь из стороны в сторону и потирая глаза тыльной стороной ладони. - Только ради твоего дня рождения я встал так рано, братец, - произносит он, сам справивший свою дату тремя днями ранее. - Ну-ну, - взлохмачиваю его волосы, которые были собраны в лёгкую косу, и утягиваю за руку за собой. - Твоя мама скоро родит ребёнка, нужно что-то подыскать для такого случая. Заодно и мой праздник справим, - спрятав волосы за шиворот плотной куртки и широкий пушистый шарф, который покрывал нижнюю часть моего лица, двинул в сторону калитки. Наше появление на улицах города привлекает немало внимания, особенно среди молодого поколения, но мне это безразлично, продолжаю свой путь на главный рынок, крепко держа узкую ладонь в руке, чтобы брат не потерялся. Рынок представляет собой круглую, вымощенную серым и коричневым камнями, площадь, по периметру которой расположены двухэтажные магазинчики. Чтобы занять здесь место, я даже представить не могу, какие усилия нужно приложить купцам. Магазины только-только открывались, так что покупателей по пальцам рук можно пересчитать, да и не каждому по карману будет здешний товар. Сначала мы прошлись по трём ювелирным лавкам, никак не смея что-то выбрать из-за ограниченности средств в карманах. Так что решили перейти на магазинчики с тканями. Во втором у меня чуть не вырвали из рук малыша Шао, начав крутить того вокруг своей оси и представляя, как будут смотреться на такой модели местные наряды. От ушлой и скорой на крамольные мысли продавщицы мы решили слинять по-быстрому, пока нас и вовсе в рабство не завлекли. В третьем магазинчике, в котором больше было ковров и мотков различных тканей, нежели готовой к носке одежды, нас встретил элегантный юноша. Одетый со вкусом и имеющий длинную чёрную косу, он стал мне импонировать. К тому же от него пахло лишь заинтересованностью, не более. Причём именно в том смысле, в котором смотрят на покупателей, а не игрушек для постельных утех. - Вы присматриваете что-то определённое или пока ещё не решили? - голос звучал уверенно и красиво. Настоящий мастер своего дела. - Мы хотели бы подарить что-то нашей маме. У неё скоро родится ребёнок, так что... - неловко отвечает малыш Шао, шаря взглядом по чему-угодно, только не смотря на продавца. - Необходима ткань для детских вещей. Девичьих, - выпаливаю мгновенно, напрямую посмотрев на молодого человека. - Я вас понял. Сейчас что-нибудь присмотрим, - с вежливой улыбкой произносит и начинает тащить из разных уголков мотки тканей, раскладывая те на столе. Никогда бы не подумал, что подобрать с десяток тканей, которые бы соответствовали друг другу и не были между тем идентичными — столь сложное дело. Солнце давно поднялось, и в магазинчик успели заглянуть несколько покупателей, которых отвлекли на себя два других продавца. В итоге наша покупка отразилась на моём кошельке звонкой монетой, сильно ужав мои средства, выделенные кровным отцом за последние полгода, а это немалая сумма. Договорившись, что покупку нам доставят к вечеру домой, мы распрощались с учтивым продавцом и отправились праздновать моё день рождение в ресторанчик средних цен. Выбирали такой, чтоб не встретить упитых в хлам представителей низшего слоя общества, но и чтобы цены не кусались. Выбор пал на семейный ресторан смешанной кухни, в котором чего только было не найти. - Ну что, брат, - поднимаю пинту с терпким не алкогольным напитком. - С совершеннолетием нас, - после произнесённого тоста чокаемся и отпиваем. Брат хихикает, когда видит у меня под носом пенные усы. Но скоро нам приносят зажаренных цыплят, так что всё внимание перекочёвывает на них. Совершенно довольные мы возвращаемся домой и застаём хаос. Две молодых девушки бегают с вёдрами воды то вынося, то занося в спальную господ. А под её дверью расхаживает напряжённый учитель. - Началось? - спрашиваю коротко, обхватывая малыша Шао за плечо. - Да. Как и говорил ты, - кивает и произносит мужчина, бросив взгляд на сына. Тот опускает голову со смешанными чувствами. - И я рад, что ты предупредил нас, потому что ещё утром отправил за врачевателем, и та успела как раз вовремя, - хлопнув и сжав плечо юноши, одобрительно сказал мастер Касуй. Малыш Шао вскинул голову и удивлённо поглядел на родителя. - Скоро у тебя появится вторая сестра, - улыбаясь от уха до уха, говорит он и тут же поникает. - И отец, лишённый последних крох нервов. Пойду успокоюсь, - выдыхает последнее с усталостью и уходит прочь в сторону кухни. Мы усаживаемся немного в стороне от двери, за которой раздаются приглушённые женские стоны, и опираемся спинами о стену. Проходит несколько часов, прежде чем всё затихает и раздаётся пронзительный детский плач. Устало улыбаемся друг другу с братом и синхронно выдыхаем. В коридор выглядывает пожилая женщина, передник которой испачкан в крови, но руки уже чисты, а на лице написана усталость. - Где счастливый отец, мальчики? - спрашивает она добрым сухим голосом. - Успокаивается, - усмехаюсь, сдавая учителя с потрохами. - От как. Ну, можете передать ему, что ребёнок родился здоровеньким, девочка. Мама тоже в порядке, только сильно устала, а потому никого к ним до самого утра не пущу. Мои девочки сейчас всё уберут, так что и этого не надо. Только принесите что-нибудь из еды, чтобы нам можно было поужинать, - отдав распоряжения, она скрылась за дверью. На следующее утро мы застали учителя сидящим на краю постели жены, которая была совершенно осунувшейся, но крайне довольной. - Это точно в последний раз, - грозно произносит учитель, ещё не успевший заметить нас. - Хорошо, как скажешь, супруг мой, - тихо произносит тётушка Латерта. Мы тихо притворяем дверь и уходим. На заднем дворе я расположился на столе внутри беседки, в то время как малыш Шао подложил на свой стул подушку, всё-таки ещё не настолько тепло, чтобы сидеть на голом дереве или камне долгое время. - Скоро ты совсем золотым станешь, - с лёгкой улыбкой произносит брат, смотря на мои отросшие по пояс волосы, концы которых по самые плечи уже были золотых оттенков. - И почему они меняют цвет с концов? - Кто их знает, - пожимаю плечами. Делаю сильный вдох и погружаюсь в свой внутренний мир. Яркие светлячки витают в воздухе, но я не замечаю самое яркое пятно в «пещере». Опускаюсь настороженно на гладь воды, заглядывая в неё, но не вижу на дне яркое пламя. Оглядываюсь и задираю голову кверху в последнюю очередь, получая мощный удар на плечи, который просто вбивает меня с силой в воду. Пытаюсь противостоять стальным лапам дракона, который смотрит на меня предельно упрямо. Светлячки ныряют в воду, окружая меня, и скоро начинает ощущаться давление со стороны. Принудительный подъём в уровне?! Мои глаза широко раскрываются, а рот не может и звука издать, так как я сжимаю челюсти с силой, пытаясь не поддаваться напору этой монолитной мощи со стороны дракона. Но тот упрямо тащит меня вниз, умудряясь по капле опускать всё ниже. Я едва успеваю перерабатывать давление, чтобы меня не расплющило в собственном источнике. И когда достигаю своего пика, внутренности начинает пережимать, словно перекручивать отжимающуюся тряпку, огонь дракона начинает растекаться по всему телу, захватывая всё большую площадь. Энергия в венах вскипает, циркулируя с бешеной скоростью, перерабатывая давления, привыкая, присваивая себе. И дракон в момент прорыва на десятую ступень полностью растворяется во мне, что выбивает сознание из внутреннего мира во внешний, словно удар поддых. Успеваю заметить крайне встревоженное выражение лицо брата и проваливаюсь во тьму, откидываясь навзничь. Очнулся на своей кровати ранним утром, солнце только-только показало свои лучи, так что можно было ещё поваляться в постели. Повернувшись на бок, чуть не вписался в чужое спящее лицо. Малыш Шао сладко спал время от времени хмуря тонкие светлые брови. Переживал? Он даже не разделся, так и заснул поверх покрывал в одежде. Вздыхаю и проваливаюсь во внутренний мир. Светлячки оказываются теперь не только серебристыми, но и огненно-красными, а дракон снова спит на краю источника. - И что это было? - спрашиваю, опустившись напротив его морды и уперев руки в бока. Азуритовые глаза, размером с мою голову каждый, приподнимают веки и сонно уставляются на меня. Терпеливо жду разъяснений, но он только распахивает огромную пасть со здоровыми острыми зубами, зевая, и снова прикрывает глаза. Тварь. Наверняка даже не подумал ответить! Понимая, что всё равно не дождусь взаимности, возвращаюсь наружу. Ближе к обеду я проснулся полным сил. На столе уже стоял завтрак, накрытый лёгкой тканью, а окно приоткрыто, впуская свежий воздух. Немного покатавшись по кровати, я замер, лёжа мордой в подушку. Десятый уровень в четырнадцать лет? Ха. Это уже перебор, однозначно. В моём возрасте хорошо бы о четвёртом мечтать... Приведя себя в порядок и перекусив, я отправился на задний двор. Сейчас здесь не было цветущих кустарников, так что можно было спокойно потренироваться, не боясь, что что-то затопчу или снесу ненароком. Разведя руки в стороны, подставив лицо солнечным лучам, я стал ускорять циркуляцию энергии в крови. В правой ладони загорелся белоснежный пучок энергии, а в левой — алый. Медленно сводя ладони вместе, я усиливал сгустки, отчего становилось ощутимо труднее их свести вместе, но всё же это было моей энергией, так что скоро они поддались и смешались меж моих сложенных ладоней. А когда я стал разводить те в стороны, серебристый стержень с запястье толщиной стал растягиваться, окружённый подвижной сеткой алой энергии. - Призываю силы природы в помощь мне, пусть небо закрывает глаза на все мои проступки, а земля останется безразлична к телу моему, - проговариваю на одном дыхании, и пространство вокруг застывает, подчиняясь моей воле. Перехватываю правой рукой посох длиной с меня и начинаю тот раскручивать в руках, пробуя. Нечто новое... Начинаю медленно с разминки, приседая, разводя ноги, прогибаясь в разные стороны, потягиваясь. Скоро плавные разминочные движения перетекают в полноценные боевые стойки с последующими из них ударными или защитными приёмами. Скорость и темп начинает увеличиваться, пока воздух не засвистел вокруг, а поверхность под ногами едва была ощутима. Замер я в мгновение, отчего порыв ветра ударил в стороны, взметнув клубы пыли в воздух. - Это было завораживающе, братец! - раздаётся восторженный голос со стороны дома. Малыш Шао стоял впритык к двери, будто опасался подойти ближе. - Спасибо, - криво улыбаюсь, рассеивая посох и отменяя заклятие захвата. - Брат, всё спросить хотел: что это? - он пальчиком обвёл тот круг, что примерно занимало заклятие захвата. - Тебе и это видно? - с лёгкой улыбкой спрашиваю, чувствуя восхищение. Ну что за глаза такие магические? - Да, - энергичный кивок. - Всё такое серебристое было, будто светлячки в безлунную ночь. Как ты себя чувствуешь? - На удивление очень хорошо, - успокаиваю его. - Подойди, - произношу через некоторое время. Малыш Шао без колебаний доверчиво выполняет мою просьбу и останавливается напротив. Он чуть ниже меня, комплекция его тела не уступает разве что обычной девичьей, всё-таки он книжный червь, а не воин. Но с такой красотой... Обвожу взглядом тонкие черты лица, чуть раскосые глаза чистейшего голубого цвета в обрамлении пушистых ресниц, прямой нос, чувственные губы, длинные блестящие почти цвета платины волосы, тонкую юношескую фигуру. Поднимаю руку и высвобождаю внутреннюю энергию, которая серебристым сгустком появляется и кружится вокруг ладони. Его глаза тут же приковываются к сгустку энергии. Последний разделяется на три части и продолжает свою траекторию. Потом ещё и ещё. Проходит время и их становится столь много, что обычными глазами и не разглядишь, сколько там в кольце движется светящихся пучков чистой энергии. - Сколько? - задаю единственное. Малыш Шао взглянул на меня мельком и сосредоточил взгляд на том, что я показывал. - Эм... Сорок четыре или... Да. Сорок четыре, - произносит через некоторое время. Удовлетворённо киваю и рассеиваю магию. - Ты можешь видеть даже то, что незаметно обычному глазу. Тебе нужно начинать это развивать по максимуму. Мир жесток, когда кто-то прознает о твоей способности, захотят забрать себе твои глаза, - или захочет присвоить себе в рабство. - Поэтому ты должен будешь научиться защищать себя, чтобы ничего подобного не случилось. Тебя не трогают лишь тогда, когда у тебя есть сила. Это единственный случай, когда даже самый больной псих не решится связываться с тобой. - Но тогда и близкие тебе люди отвернутся. - Почему же тогда они будут считаться близкими, коли так поступят? - вздёрнув бровь, спрашиваю, и под моим взглядом парень тушуется. - С сегодняшнего дня ты начнёшь медитировать. Понятно? - строго спрашиваю. Мне быстро закивали. Краса коса, а парень, так что постоять за себя должен уметь. В то время как брат сидел в беседке на столе в расслабленной позе, погружённый в свой внутренний мир, я концентрировал свою внутреннюю энергию и совершал различные движения, которые позволяли мне прочувствовать каждый кусочек тела, каждую клеточку, как движется каждый сустав, и как растягивается каждая мышца. Это действие заняло всю мою концентрацию, но сюрпризом не стало то, что, когда я открыл глаза, оказалось прошло несколько часов, а за мной наблюдают две пары внимательных глаз. Учитель сидел на второй из трёх ступеньке дома, а брат — на прежнем месте в беседке. Энергия стала проступать через всё моё тело, высвобождаясь частичками наружу. В этот же момент она перекрашивалась в чёрный, создавая плотный заслон. Медленно, но верно на моих плечах появился плащ без рукавов и каких-либо прорех, полностью скрывающий тело до самых пят, волосы стали чёрными нитями, а лицо скрыла маска, свисающая от кромки волос до груди, закрывающая и шею в придачу. Чуть шевельнувшись, я почувствовал себя куда комфортнее в привычной, ещё с прошлой жизни, одежде. Когда действие закончилось, малыш Шао подбежал ко мне. - Для чего тебе это? - спрашивает, с любопытством разглядывая меня со всех сторон. - Чтобы скрыть и защитить тело, - мой голос звучит глуше, отчего не понять, женский он или мужской. Несмотря на маску, я всё прекрасно видел, будто ничего и не было перед глазами, что не сказать о сторонних наблюдателях. - Даже я не могу тебя разглядеть. Когда пытаюсь напрячься, то ты становишься для меня одной сверкающей фигурой, - возбуждённо дыша и прощупывая ткань плаща, говорит подросток. - А руки? Как ими ты будешь шевелить? - его глаза широко раскрываются, когда мои верхние конечности проходят сквозь ткань, так же покрытые чёрной материей. - Это... Это... - он, однозначно, не может подобрать слово. - Покажи, что оно умеет! - по моему желанию, одеяние стало переливаться разными цветами и оттенками, словно драгоценный камень на солнце. Брат обогнул меня по кругу и остановился перед лицом. - А прозрачным? - после его вопроса я снова предстал таким, какой есть под прикрытием, но через мгновение всё снова стало чёрным. - И частично тоже? - Как оно защищает тебя, кроме сокрытия? - раздаётся задумчивый голос со стороны. Учитель приблизился и теперь оглядывал меня с головы до ног. - Вот, - я передал ему кинжал, который всегда носил за поясом. Ещё у меня есть по парочке в голенищах мягких сапог, а также прикреплённые к волосам иглы, которые при воздействии на них магией прекращают быть эластичными. - Если ударите Вы, - протянул ему руку, по ладони которой с небольшой заминкой он провёл лезвием. - То ничего не будет, - на материи не осталось и следа. - Но если это будет кто-то вроде меня и сильнее, - я перехватил нож и резанул, отчего на конечности тут же появилась кровь, начав беспрерывно течь. - А! Ты что сделал?! - вскрикнул малыш Шао, но я не дал ему перехватить свою руку, отведя в сторону и показывая, как на глазах начинает затягиваться порез, а вслед за ним и маскировка скрыла. - Не беспокойся, малыш Шао, я уже перешагнул на уровень, на котором столь лёгкие царапины быстро заживают. - Мне страшно представить, откуда ты столько всего знаешь, - с жалостью произносит учитель, поправляя очки на носу. - Но интерес сильнее страха. - Я не могу вам всё рассказать. Как подобно чудесным глазам малыша Шао, в этом мире могут существовать люди с сильным даром уничтожения чужой воли. И под воздействием подобного Вы можете рассказать хоть что и не вспомнить после. Я не хочу подвергать вас опасности, а потому предпочту не отвечать на этот вопрос. - Как скажешь, - вздохнул в расстроенных чувствах мужчина и вдруг крякнул, будто неожиданно вспомнив, вытащил из кармана бумагу. Протянул мне. - В твой день рождения я не смог передать это. Считай нашим тебе подарком, - развернув бумагу, я обнаружил там две надписи. - Первый: адрес этого дома. Второй: адрес Далтора в школе, - от последнего моё сердце предательски ёкнуло, а взгляд задержался на второй надписи. - Хоть я тебе и дал это, но хочу предупредить: учеников после первого года не отпускают на каникулы домой, так как они могут нарушить свой эмоциональный фон, специально поддерживаемый на определённом уровне школьными преподавателями. И всё потому, что первокурсники являются более слабыми в этом плане, - он на некоторое время замолк, а потом продолжил. - Далтор не вернётся домой вплоть до каникул после второго года обучения, а потому ты не сможешь с ним встретиться, поэтому я решил подарить тебе такую возможность, как переписка. - Я... благодарю Вас, - с небольшой запинкой произношу, аккуратно складываю лист и убираю во внутренний карман рубахи. - Скажите, если я напишу ему, разве это не собьёт его с нужного настроя? - Принесёт положительные эмоции — однозначно. Всё-таки он так держался за тебя, когда вы были ещё оба дома. - Я начинаю ревновать, - послышалось в стороне тихое шипение. Братец надул губы и отвернулся, сложив руки на груди. - Будет тебе, - взлохмачиваю его волосы пятернёй. - Для меня ты единственный брат. - Точно? Только я? Никаких больше? - с сомнением произносит. - Ну... - я задумался, а мою руку перехватили в этот момент. - Точно, учитель, Вы ведь, наверное, не знаете, что у нас с Далтором лишь матери разные, - осенило меня. - Как такое возможно? Ведь с тобой обращались... - растерянно вопрошает он, перебиваю, не дав договорить. - Глава настоял на том, чтобы о моём происхождении не узнали. На то есть причины. К тому же, он сам не так давно узнал об этом, а вводить меня в его род без последствий уже как-то поздно. - Далтор знает об этом? - хмуря брови и потемнев взглядом, спрашивает учитель. - Нет, - с горькой усмешкой произношу, покачав головой. - А, может, это не такая уж и проблема. - Мне так не кажется. Почему члены семьи об этом не знают? - Приказ главы? Во всяком случае, я не собираюсь это освещать. Так или иначе, мы братья по отцу, но это незначительно в свете того, что уже есть между нами. И сейчас, по прошествии времени, я точно понял, что мой личный единственный выбор уже был сделан. И от этого ни я, ни он никуда не сбежим.