Найти свой путь.

Глаза открывались с трудом. Все тело налилось тяжестью, а по венам, словно раскалённое железо, протекало, выжигая изнутри и заставляя морщиться от боли. Только стальная воля, выработанная годами, и привычка ощущения мучений не позволяли мне рыдать и метаться по постели, издавая болезненные стоны. Долгое время моё сознание собиралось по кусочкам, а перед слезящимися глазами нависал белоснежный балдахин кровати. Лёгкий тюль, что отчасти скрывал постель от окружающего пространства, колыхался под слабым движением воздуха, приходящего из открытого окна. Повернув голову набок, я увидел размытый силуэт человека, сидящего на подоконнике с раскрытой книгой в руках. Со временем очертания становились более чёткими, тогда я смог разглядеть мощную грудь, скрытую под белоснежной рубашкой, длинные сильные ноги в лёгких серых штанах, обутые в сандалии, и отросшие белокурые волосы головы, задняя — самая длинная — часть которых кончиками доставали крылья лопаток, другая же спадала по бокам и спереди, скрывая кончики ушей и лоб. Тёмно-карие глаза со вниманием скользят взглядом по написанным строчкам, а уголь-чёрные брови нахмурены. С трудом оторвав взор от любимого лица, перевёл его на книгу. Угловатые и резкие линии букв сообщали название литературы: «Традиции и верования рода демонов». Сначала своим разжиженным сознанием я не мог понять, что мне кажется во всём этом странным, но потом всё же до меня дошло: книга написана на моём родном языке. Что может с таким упоением читать тот, кто, как мне казалось, не знает, исчезнувшего из этого мира, языка. Приоткрыв губы, я понял, что во рту всё пересохло, а язык напрочь отказывался слушаться. Шумно выдохнув в бессилии, я повернул голову в другую сторону, в надежде найти что-нибудь с водой на прикроватной тумбе. Кувшин и широкая низкая чашка нашлись, вот только как всё сделать, даже представить не мог. С трудом перевернувшись на бок и приподнявшись на одном локте, я ощутил, как на всё тело начинает давить невидимая монолитная стена, а почувствовавшая движение энергия в теле ускоряет циркуляцию, что больше прибавляет боли в треснувших, насилу расширенных, каналах. Сжав зубы посильнее, протянул свободную руку к кувшину и схватился за изогнутую фарфоровую ручку. Однако, поднять его я не смог, сил хватило лишь сдвинуть на чуть-чуть в сторону. Сдавшись, я упал на постель, свесив руку с края кровати и уткнувшись носом в подушку. Спать не хотелось, но эта чёртова тяжесть и боль сводили с ума, не позволяя расслабиться или сдвинуться с места. Шорох за спиной отвлёк моё внимание от угнетающих мыслей. Тёплая большая рука взяла меня за плечо и мягко перевернула на спину. Взгляд тёмно-карих глаз смотрел сосредоточенно, но не заглядывал в мои глаза. Молодой человек положил мои руки вдоль тела и прикрыл покрывалом по грудь. Лёгким движением чужая рука наполнила чашку водой из кувшина, а другая приподняла мою голову. Чужие движения были полны заботы и аккуратности, но Далтор всё так же продолжал избегать мой взгляд. Холодная вода попала в рот и потекла по раскалённому горлу, почти обжигая своей прохладой внутренности. Однако, это было столь сильным удовольствием, что я даже разочарованно выдохнул, когда чашку опустела. Но меня не оставили и напоили ещё, за что я почувствовал настоящее облегчение в творящейся в теле агонии. После Далтор оставил меня в покое, снова вернувшись за прерванное дело. Всё так же молча, тихо и скрывая свой взгляд. Мне оставалось лишь лежать, ощущая, как плоть варится в котле с кипящей водой, и сжимать поплотнее зубы. Я не заметил, когда успел заснуть, а проснулся, когда за окном уже забрезжил рассвет. Яркие утренние лучи небесного светила пробивались через окно и освещали половину комнаты, рассеиваясь на остальное пространство. Моргнув и почувствовав в глазах остатки высохших слёз, будто песок скребущих, приподнял руку. Сила в тело ещё не вернулась, хотя двигаться уже было значительно легче. Повернув голову в сторону, увидел пустующую половину постели. Кажется, Далтор даже и не ночевал здесь. От этого осознания что-то дрогнуло внутри, больно дёрнув. Но решив не соглашаться с какими-либо поспешными выводами, я пошевелился и решил встать. Да, это давалось с трудом и болью в ещё не пришедших в себя энергетических каналах и затёкших конечностях. Стопы закололо, а равновесие было едва удержано, когда я принял вертикальное положение. Из одежды на мне были только штаны, но так как было раннее утро, я понадеялся на необитаемость коридоров дома в это время. Выйдя в гостиную своих апартаментов, заметил подушку и покрывало на диване, видимо, который стал ночным прибежищем для моей пары. И в этот раз вид подобного вызвал во мне недовольство, нежели расстроенные чувства. Не найдя Далтора тут, я решил отправиться на его поиски. Пора бы уже поговорить. Иначе, возможно, будет поздно вернуть наши прежние отношения. Попугав своим видом тройку встреченных служанок, я вышел на задний двор поместья. Здесь открывался прекрасный вид на пышный сад и едва заметную за ним тренировочную площадку. Пройдясь тяжёлыми шагами по ступенькам широченной лестницы, сошёл вниз, ко входу в сад, который был, как и дорожки среди цветущего буйства, вымощен отполированными камнями. Скоро попеняв, что нужно было выпить весь тот кувшин с водой, прежде чем отправиться на поиски, я двинулся в ту сторону, в которой, как мне подсказывало чутьё, находился мой избранник. Сад кончился скоро, но уже на подходе к тренировочной площадке я почувствовал усталость, которая, с каждым проделанным мною шагом, только набирала силу. Уже в отдалении я услышал звук ударяющихся палок и ещё какие-то глухие удары. Площадка представляла собой целый комплекс, рассчитанный на разностороннее развитие, как физической, так и магической силы. И там, где было более просторное место, предназначенное для спаррингов при помощи различного оружия, я отыскал свою пропажу. Мой избранник в этот момент вёл тренировочный бой с какой-то девушкой. Та смотрела на него без тени улыбки или расположенности, точно как на обычного спарринг-партнёра, что меня вполне успокаивало. Несмотря на раннее утро, вокруг них собралось немало людей, в основном молодёжь. Была парочка девиц, разодетых в платья и на каблуках, совершенно не подходящих для данного места, но те однозначно «болели» за противника моей пары. Здесь же отыскался высокий телесно идеально развитый мужчина среднего возраста, сложивший руки на груди и внимательно следящий за происходящим боем. За исключением указанных, присутствовали ещё семь подростков, глазеющих на тренировку. Среди последних обнаружил Сантеба, с жаром во взгляде наблюдающего за происходящим и держащего с своей руке чужую рубаху. Я снова взглянул на Далтора, который сражался при помощи деревянного меча, как и его противник, одетого лишь в просторные штаны и с босыми ногами. Но не прошло и десятка вздохов с моего появления, как Далтор вдруг сильнее ударил по чужому оружию своим и в три маха лишил противника защиты, выбив деревянный меч из рук и при помощи подножки опрокинув девицу на землю. Вот только что-либо говорить он не стал, как и делать завершающее битву действие, только быстро приблизился к Сантебу, меняясь с тем оружием на рубаху, и шагнул ко мне. Немало удивлённых взглядов устремилось в его сторону, но быстро перебросились на меня, всего такого болезненного, стоящего на краю площадки. Но Далтор не дал им меня разглядеть, в несколько шагов сократил между нами расстояние и накинул на меня свою рубаху, закутывая в неё. Так же без промедления подхватив меня на руки и понёс обратно в дом. Моё, ещё не пришедшее в себя, сознание замедленно понимало, стремительно развивающееся действие вокруг. В нос ударил запах чужого тела и пота, но это не раздражало. Подняв глаза, я увидел каменную маску любимого лица и стал внутренне готовиться к предстоящему тяжёлому разговору. Только позволил себе расслабиться и прильнуть головой к чужому твёрдому плечу. И всё-так помедлив, я скользнул ладонями по горячей мощной груди, в которой сердце отбивало быстрый такт, и обхватил его шею, утыкаясь носом в ключицу. Я так расслабился и забылся, что опускание меня на холодную постель и разрывание контакта с чужим горячим телом, стало неожиданностью на грани шока. Далтор безмолвно ушёл в сторону ванной комнаты, продолжая зрительно меня игнорировать. Скоро послышался характерный умыванию человека шум. Мне оставалось только ждать чужого гнева и пить прохладную водичку из кувшина. Далтор вышел из ванной взъерошенный, хотя его мокрые волосы были приглажены к голове. По шее скользнула капелька воды, быстро стекая по широкой ключице на грудь. Проследив за той и после подняв глаза, я встретился с колючим взглядом тёмных глаз. - С чего начнём? - хрипло спрашиваю. - Много с чего хочется, - недовольно рычит, замерев на месте в пятёрке шагов от меня. - С чего начать? - с некоторой заминкой спрашивает. - Я хочу отругать тебя, даже отшлёпать за то, что ты так нагло усыпил меня и сбежал, в итоге вернувшись полумёртвым. Мне хочется уложить тебя и позаботиться, чтобы ты скорее встал на ноги, - сделав шаг вперёд и понизив голос, от которого у меня пробежали по загривку мурашки, он продолжил. - А ещё я хочу тебя. До звёздочек в глазах и прокушенных до крови губах. Довести тебя до оглушительного оргазма, в котором ты будешь кричать только моё имя, а сознание твоё будет полностью моим. И наставить по всему твоему телу засосы, чтобы ни ты, ни кто-либо другой не забывали, что ты принадлежишь только мне. Так с чего мне начать? - после его слов я даже не знал, что ответить. Только смотрел широко раскрытыми глазами и не верил, что передо мной стоит мой всего сдержанный и рассудительный Далтор. Конечно, в постели он полностью раскрывался, с упоением и жаром забирая всего меня и возвращая в не меньшей степени. Но сейчас он был просто на грани срыва. Возбуждение и злость так и бурлили в нём, что я отчётливо ощущал. От такого коктейля эмоций я сам стал загораться желанием, но это приносило не только приятное томление, но и боль в ускоряющейся циркуляции крови и энергии. Всё же невольно поморщившись, я опустил глаза. Тело перестало быть бледным, снова краснея от быстро поднимающейся температуры, даже конечности порозовели на глазах, а в костях снова появилась знакомая по вчерашнему дню ломота. Тяжёлый мучительный вздох со стороны заставил меня вздрогнуть. Далтор сделал несколько шагов вперёд и опустился на пол, обхватывая меня вокруг пояса и укладывая свою голову на мои колени. Я замер, чувствуя, как его дыхание и сердцебиение успокаивается, и как его состояние передаётся мне, уменьшая боль. - И всё же в первую очередь лечение, - несколько расстроено выносит вердикт. Расслабившись, начинаю водить руками по его волосам, лохматя мокрую гриву, иногда задевая шею и плечи. Спустя некоторое время я снова перебазировался в постель в горизонтальное положение, а Далтор оделся и отправился на поиски еды. Пролежав некоторое время, мне захотелось в уборную и помыться, что я без отлагательств и решил сделать. Как итог, когда я сидел по грудь в воде в ванной, шоркая свои пятки жёсткой мочалкой, в комнату ворвался Далтор, взгляд которого стрелял во все стороны, пока не отыскал меня. Вздохнув с облегчением, он вышел. Порядком устав, я ополоснулся водой и, завернувшись в пушистый халат, вышел из ванной. На чистой постели меня ждал разнос с множеством еды, а дверь закрывала за собой служанка, держа в руках корзину с ворохом ткани в ней. Далтор лежал на кровати со знакомой мне книгой в руках, дочитывая последние страницы её. - Скажи, когда я упустил тот момент, как ты научился читать на демоническом языке? - спрашиваю, заваливаясь на кровать рядом с парой. Далтор откинул руку в сторону и подгрёб меня к себе. Удобнее устроившись в тёплых объятиях, я стал ждать ответ. - Когда спал вчера. Лау увидел в своём видении, что я буду спрашивать его об этой книге, точнее — о том, что связано с вашим народом. Тогда он принёс мне эту книгу, и оказалось, что я каким-то образом знаю ваш язык. Хоть читать могу, но как всё это произносится — смутно представляю. - «Благодаря этому дома крепкие и могут выдержать циркуляцию энергии во время медитирования демона», - ведя пальцем по строчке, вслух прочитал написанное на своём родном, который очень похож на своё написание — такой же топорный и твёрдый в произношении, с крайне небольшим количеством мягких звуков. Далтор попытался прочитать дальше, но его произношение было с ощутимым акцентом, что вызывало у меня веселье. И всё же прервав его, попросил послушать, как буду читать я. Так мы провели долгое время, пока к нам не постучал в дверь Лау. - Заходи! - не переходя на людской язык, отозвался я. Старший оракул чуть изогнул бровь, взглянув на нас. На нём снова была серая хламида, широкий глубокий капюшон которой скрывал затылок. - Тебе не жарко? - не удержавшись, со смешком спрашиваю. Нахождение рядом с Далтором не только уменьшает боль в теле, но и значительно поднимает настроение. Лаугайхар с постной миной проигнорировал мой вопрос. - Рад, что тебе лучше, - говорит совершенно безразлично. - Я пришёл по вопросу твоего приглашения на разговор с Дариусом. Вчера вечером ему доставили письмо от императора Тумана. Аудиенция назначена на завтрашнее утро, так что Дариусу необходимо переговорить с тобой до того, как он отправится на встречу с монархом, - голос Лау лился, словно спокойная холодная река. - Поговори с ним. Ты прекрасно знаешь, что я скажу, если отправлюсь на встречу. Так что в силах самостоятельно разобраться... - Ты — Повелитель рода демонов. Не престало Повелителю нашего рода уклоняться от важных разговоров, которые в последствии могут... - Молчать! - всё хорошее настроение выветрилось, стоило только этому противному старикашке заговорить о моих обязанностях. - Если ты не забыл, то на эту роль я просто с огромной неохотой согласился, - приняв сидячее положение, уперся взглядом в него. - И всё равно, ты согласился и... - начал было с упрямством во взгляде, но резко замолк и, вздрогнув, застыл, когда моя аура обрушилась на его сознание, вынудив в полную силу защищаться. - Если ты не забыл, то приходишься Старшим оракулом, - мерно произнося и поднимаясь на кровати, стал говорить я, не отрывая от него взгляда. - Старший оракул наделён той же властью, что и Повелитель, - шаг и спускаюсь на пол. - Вот только между нами есть значительное единственное различие: ты подчиняешься мне, - остановившись в паре шагов от Лаугайхара, продолжаю сверлить его взглядом. - Ты мой помощник, главный помощник. Раз я — Повелитель. И если я говорю тебе пойти и поговорить с каким-то человеком от своего имени, то ты идёшь и говоришь, - вернув ауру под контроль, жду его ответа. Лау выдыхает и поднимает голову, чтобы заглянуть своими недетскими глазами в мои. - Я тебя понял. Прошу прощение, что забылся, Повелитель, - и в голосе не раскаяние, не упёртость напополам с отрицанием. Нет. Довольство. Он доволен моей реакцией. - Я тебе сейчас шею готов свернуть, чёртом манипулятор, - шиплю, приподнимая руки и уже представляя, как буду сжимать в своих пальцах его тонкую подростковую шейку. - За что, Повелитель? - деланно удивляется. - Я полностью принимаю твои слова и готов подчиняться. - Тц! - резко разворачиваюсь и направляюсь к Далтору, который со вниманием следит за нами. - Победа за тобой. Но к Дариусу разговаривать сам пойдёшь и не смей попадаться мне на глаза сегодня! - недовольно произношу, забираясь на кровать и в уютные объятия своей пары. Кажется, чёртов мелкий старикашка поставил для себя цель вынуждать меня вести себя как полноценный Повелитель и в итоге принять эту ношу окончательно. Да как бы не так! Ещё посмотрим, кто кого. - Как прикажите, Повелитель, - с гадкой довольной улыбкой произносит, склонив голову. - Вон отсюда! - не сдерживаюсь, гаркаю на него и кидаю первое попавшееся под руку — подушку. Лау легко перехватил её на лету и бросил на край кровати, после чего вышел, кивнув на прощание Далтору. - Даже позлиться нельзя на этого старого засранца, - прошипел, чувствуя, как кровь от злости в прямом смысле закипает в венах, начиная доставлять ощутимую боль. Неожиданно меня опрокинули на постель и нависли над мной. Мой избранник нежно провёл ладонью по моему виску к затылку, чем выбил из головы всю злость и мысли о другом существе. Внимательно следя за его движениями, отмечаю, как он двумя пальцами — указательным и средним — прикасается к моему виску и подносит те к своему, проделывая как ритуал, после прикасается ладонью к своей груди и через мгновение уже к моей в область немного выше сердца. В этот момент в душе дрогнуло, так как понимание всплывает в сознании. Завороженно дрожащей рукой проделываю то же самое и замираю, ощущая под своей ладонью немного ускоренное биение его сердца. В старые времена среди демонов был ритуал, который вмещал в себя не просто движения, но и вливание в них энергии. Именно то, что сделал мой избранник, проводилось между теми, кто выбрал для себя пару. Одну, единственную на всю жизнь. Связь мыслями, душой и телом. И пока я пребывал в некотором шоке и блаженстве, моя пара наклонилась и поцеловала меня, окончательно вовлекая меня в наш личный мирок, в которого никого более не было, кроме нас двоих.