The Retribution of bloody love

      Едва мы подъехали к поместью первородных и вышли из авто, как в ноздри моментально ударил запах смерти. В принципе, я могла бы сказать, что так в Abattoir пахло всегда, но это было бы неправдой. Что во дворе, что в доме постоянно витал крепкий аромат выдержанного алкоголя и плавленого воска с примесью тлена и пыли, оседавшей на реликвиях и антиквариате Майклсонов веками. Конечно, обитель древнейших постоянно поддерживали в чистоте, но от этого не проходило ощущение, будто ты в хранилище какого-то музея, причем забытом всеми, где уже вовсю заправляют мыши. Или мне казалось так, потому что, несмотря на мое проживание здесь, все равно эта атмосфера была для меня недружелюбной и гнетущей, словно в тюрьме, хотя в такие места я никогда не попадала, даже на экскурсию с группой не поехала, сославшись на плохое самочувствие. А в итоге все равно стала узницей. Похоже, только зря зарекалась.       Так вот, если всегда запах в поместье был более-менее сносным и некоторым мог показаться приятным и запоминающимся, то сейчас же здесь пахло иначе — кровью. Такой застоявшейся, уже свернувшейся, тошнотворно отдающей дохлятиной до того, что металлические нотки при каждом вдохе не пробуждали мой вампирский аппетит, а, наоборот, притупляли и угнетали его. Я даже на мгновение задумалась о том, чтобы сменить рацион. Как в мире кровососов называются те, кто добровольно питаются животными? «Секта Стефана Сальваторе»? Хотя, какая разница, если все равно все дело в крови, будь она что человеческой, что беличьей, что вампирской? Кстати, а ведь зверей-вампиров не бывает, поэтому о моем диетическом питании придется забыть.       Не сговариваясь, мы поторопились внутрь и застали там картину, достаточно привычную для сумасшедшей семейки Майклсонов. Весь пол двора Abattoir был в темно-багровых разводах, брызгах и лужах. Фрея пыталась хоть немного размыть их водой, выливая на следы бойни, произошедшей здесь, ведро за ведром, которые ей неустанно подносил Элайджа. А Бекка же сновала туда-сюда, собирая оторванные в пылу жаркой драки конечности и сбрасывала их возле горы трупов вампиров, когда-то бывших прислугой у первородных. Зрелище это, мягко сказать, оказалось не для слабонервных, коими Кол с Клаусом, естественно, не являлись. Я не могла похвастаться подобной выдержкой, несмотря на собственные грехи и буйства, поэтому мне потребовалось пару минут, чтобы прийти в себя. — Что произошло? Где Хоуп? — выпалил Ник, оглядываясь по сторонам, похоже, всерьез думая, что его маленькую дочь выпустили бы посмотреть на последствия побоища. — Она с Хейли, все в порядке, — заверила его Ребекка, разгребая обломки стола и доставая из-под них чью-то руку. — Как это случилось? Почему вы не связались с нами? — не унимался он, испытывая запоздалое беспокойство и гнев одновременно. — И что бы ты сделал? Просто ради интереса, — усмехнулась Фрея. — Не припоминаю о наличии у тебя способности к телепортации. — Так он высказывает волнение. Привыкай, сестренка, большего от него ждать не стоит, — вставил ехидное замечание малыш древний. — Что им было нужно? — влезла я с вопросом, тут же поймав себя на мысли, что это достаточно нагло с моей стороны, но когда я умела держать язык за зубами?       Если честно, я опасалась, что это нападение являлось покушением на Элайджу. Вот уж не знаю, почему я не включила мозги, дабы стать хоть чуточку рассудительнее, но куда там, ведь мои эмоции застилали глаза, мешали мыслить и вообще действовали на меня паршиво. Более того, я успела уже выбранить Никлауса за эту поездку, в очередной раз возненавидеть гибрида и отправить в его адрес приличную порцию проклятий. Конечно, все это происходило бессловесно, но, скорее всего, отразилось на моем лице, потому что Ник следил за мной, даже не скрывая этого. — О, ты не поверишь, — хмыкнула Бекс.       Я недоуменно наморщила лоб, не понимая, что такого особенного нападавшие пытались добыть, если не похитить малышку или убить старшего Майклсона? И, вообще, как они сделали это? Каждый из имевших доступ в поместье тщательно проверялся всеми членами семьи, только бы не подпустить к родным предателей или врагов, а тут такой провал. Неужели брешь в системе первородной безопасности? Или что-то, с чем мы еще ни разу не сталкивались? Правда, думаю, древнейшие таки имели дело с каждой опасностью, существующей в этом мире, учитывая и их бессмертие, и тяжелый нрав, являющийся отличительной чертой всех представителей этой семейки. — Свиток. Они все охотились за свитком с пророчеством, — старшая из сестер Майклсон не стала выдерживать интригу, коей Бекка, очевидно, собиралась нас помучить. Впрочем, вот за это я не держала на нее зла, ибо оттягивать момент истины не особо-то хотелось, а желание узнать ответ на свой вопрос было невероятно сильным.       Но свиток… это что-то новенькое. Зачем он кому-то, кроме древних? Что в нем такого? Мне кажется, тогда мы обсмотрели каждую трещинку, каждый залом на потемневшем и выцветшем от времени пергаменте, но, похоже, он еще хранил какую-то загадку. Иначе с чего бы кому-то ценой стольких смертей пытаться добыть его? Даже странно. Мне он достался практически безболезненно, не считая мою смерть, конечно. Правда, я уверена, что Тристан бы мог добровольно поделиться им со мной, ведь, вспоминая наш разговор, впечатление после него сложилось именно такое.       Углубившись в свои размышления, я не заметила, как все Майклсоны поголовно уставились на меня. Никогда не любила подобное коллективное внимание с их стороны к моей персоне, это всегда, без преувеличений, пугало. — Что? — сердито поинтересовалась я. — Пейтон, тебе не кажется, что ты под прицелом? — нахмурившись, переспросил Элайджа. Несмотря на его привычное напускное равнодушие, сейчас же волнение и переживания легко было разглядеть за маской безразличия кареглазого вампира. — Ваших взглядов? — съязвила я. Он не заслуживал этого, но я злилась, вот и готова была срываться на всех подряд, раз уж провалиться под землю мне не судьба. — Кажется, — слегка успокоившись, в следующее же мгновение выдохнула я. — Но я не понимаю, зачем. — Может, мы поймем, когда узнаем все детали, — Клаус многозначительно взглянул на сестер, видимо, так призывая начать их рассказывать обо всем, что здесь стряслось.       Это вызвалась сделать Ребекка, и по мере того, как она углублялась в воспоминания бойни, я же, используя свои способности, просматривала почти что момент какого-то фильма на повторе. И это было жутко. В одно мгновение, словно по чьему-то сигналу, вампиры взбесились. Как будто враз одурели и бросились на хозяев Abattoir, идя на верную смерть, отвлекая их, чтобы парочка смельчаков попытала удачу, пытаясь добыть злосчастный свиток. Все это выглядело, как драка с камикадзе, знающими об уготованной для них погибели, и от этого еще ожесточеннее сражающимися ради достижения поставленной перед ними цели. Никакие уговоры и увещевания не помогали, не влияли на них. Они просто умирали один за другим от рук защищавшихся первородных. Чертовщина какая-то, ведь эти обреченные выглядели, как зрители сеанса массового гипноза. Или внушения.       К этому выводу мы с Никлаусом пришли одновременно. Остальные же Майклсоны явно не верили в возможность подобного, ведь для этого требовалось участие одного из них. Выходит, кто-то снова предал свою семью?       Теперь же недоверчивые взгляды устремились в сторону Кола, который тоже не испытывал вселенской радости от этого. — Я единожды оступился, а подозревать вы меня будете еще три века! — возмущенно проворчал он. — Как я мог сделать это, если был все время с ними, а? — У внушения неограниченный срок действия, брат, — заметил старший древнейший. — И я привел бы его в действие щелчком пальцев? — уязвленно скривившись, произнес его младший родственник. — Хватит! — вмешалась Бекс, — помимо него, каждый из присутствующих мог сделать это.       Ну да, отлично, Бекка, давай, свали все на проклятие вашей семьи. Только этого мне не хватало для полного счастья.       Но обвинений в мой адрес не последовало. Зато напряжение, рожденное всеобщим недоверием в кругу первородного семейства, лишь возросло, рискуя в считанные минуты достичь критического уровня. — Давайте не будем забывать о сумасшедшей бывшей Клауса, — протянула я. — Она не может внушать вампирам, Квинн, — иронично хмыкнул обладатель берилловых глаз, вновь сделав это таким тоном, словно я в развитии была близка к кокосу. — Ага, а гибридов нельзя создавать без крови двойника, — передразнила его я. — Кстати, а если похищение Елены взаимосвязано с этим?       Фрея открыла рот, чтобы сказать что-то, но промолчала и лишь вздохнула. Конечно, это насторожило меня. У нее имелась информация, которую она скрывала от нас? Ладно, я не была в числе ее любимчиков, но с родными же можно было поделиться ею. — Мне кажется… — начал Ник, и тон его снова был насмешливым, придававшим британскому акценту не очарование, а очень уж неприятную колкость. — Рори безумна, не стоит забывать об этом, — перебив брата, констатировал Элайджа.       Клаус недовольно посмотрел на него, но старший Майклсон легко выдержал подобное испытание, даже не придав ему особого значения. — И что нам делать? — спрашивая это, белокурая младшая сестра древних выглядела непривычно растерянно. Еще бы, ведь такой сценарий развития событий явно был ей не по душе. Впрочем, как и всем нам. — Молиться? Хотя есть еще вариант с принесением кого-нибудь в жертву, — пожала я плечами. М-да, в моей голове это звучало значительно лучше. Но я была бы не я, если бы не отпустила какую-то глупую шутку невпопад в такой-то ситуации. — И кого же? — судя по взгляду зелено-голубых глаз, Клаус задал этот вопрос для виду, а так уже выбрал агнца, и его роль, естественно, отвели мне. Будто могло быть иначе.       Я собиралась как-то съехидничать, но вовремя заговорила древняя ведьма, отвлекая всех от этой щекотливой и явно смертоносной темы: — Значит, мы плохо искали. — Что? — практически одновременно выдохнули ее братья, и выглядело это достаточно занятно и забавно, учитывая, что в остальном единства и слаженности у них практически не наблюдалось.       Мы с первородной ошеломленно переглянулись и вновь вернули свое внимание ее родных. Майклсоны же, похоже, ничего необыкновенного не заметили. — Если охота за свитком продолжается, в нем есть что-то, что влечет к нему наших врагов. Нам следует возобновить поиски, — продолжила Фрея. — У нас и так уже есть дневник Тристана, — пробурчала я, попросту не понимая, чего еще она хочет. — Ты уверена, Квинн, что он был единственным? — не унималась старшая сестра древнейших.       Я поджала губы, догадываясь, к чему все идет. Явный намек на мою невнимательность. Впрочем, остальные тоже, видимо, проглядели какое-то наследие первообращенного чада Элайджи. Де Мартел действительно мог спрятать еще что-то. Черт! Да у него были тайники по всему дому, и часть из них мы со «Стрикс» так и не обнаружили, постепенно выявляя подсказки, ведущие к ним, но, как правило, Тристан прятал какие-то документы, ценные бумаги, украшения. Ничего полезного. Правда, у Майклсонов имелось другое мнение на этот счет. — Ладно, вы хотите наведаться в особняк, — стиснув зубы, процедила я. Конечно, эта идея дико мне не нравилась, вот только права голоса у меня по-прежнему не было. — И вам для этого нужна я. — Высший бал за сообразительность, — снова уколол меня Ник, после чего Элайджа шумно выдохнул, но оставил брата без замечания. — Дай угадаю, обсуждению это не подлежит? — глупо было с моей стороны спрашивать об этом, но я все-таки рискнула. — Верно, — кивнул первородный гибрид. — Ты жила там, дорогуша, это может помочь. — Я жила там, Клаус, и ничего не нашла! — огрызнулась я. — С нашей помощью все будет иначе, — он не и собирался униматься, продолжая настаивать и давить. — Ты так хочешь этого?! Мы пойдем туда, но не раньше, чем утром! Я устала, нуждаюсь в душе и отдыхе. Если ты против, то сворачивай мне шею и тащи меня бездыханную, только толку от этого будет мало! — гневно выпалив это, вдобавок я еще и посмотрела Никлаусу в глаза, подтверждая свой решительный настрой. И да, мне и правда было плевать на очередную смерть. — Как скажешь, — Майклсон, к удивлению всех присутствующих, пошел на попятный. — К тому же, я соскучился по дочери, хочу провести вечер с ней. — Вот и договорились, — гордо вздернув нос, я проследовала к лестнице, даже не попрощавшись с остальными членами осточертевшей мне семейки.       Видимо, я интуитивно знала, что это еще не конец, ведь когда я добралась до дверей своей спальни, то с прискорбием отметила, что они были выбиты и еле болтались на наполовину вырванных петлях, но главной моей проблемой все же являлся труп, лежащий посреди комнаты. Вдобавок к нему, рядом валялась еще и чужая оторванная голова.       Подхватив ее за слипшиеся от запекшейся крови волосы, я перемахнула через перила, решив использовать быстрый спуск, и спустя мгновение уже вновь стояла посреди двора поместья вместе с первородными, еще не собирающимися расходиться. — Ты пропустила, — протянув голову Ребекке, сообщила я, после обтерев испачканную ладонь об ткань своих джинсов. — О, Квинн, мне жаль, — пробормотала она, выглядя при этом достаточно искренне. — Что ж, похоже, придется искать другую комнату для ночевки, — констатировала я.       Ну вот зачем я сделала это при Коле? Ответ на этот вопрос мне знать, увы, не дано. — Могу предоставить тебе свои апартаменты, киска, — промурлыкал малыш древний, вызывая у младшей сестренки приступ хохота. — Ты был бы не ты, если бы не попытаться извлечь из этой ситуации выгоду, — сквозь смех произнесла Бекка. — Это мое первое правило, дорогая, — обворожительно усмехнулся обладатель глаз цвета корицы.       И эта усмешка враз увеличила мое недовольство до размеров гнева, толкающего на импульсивные поступки в состоянии аффекта. Нет, я не собиралась убить кого-нибудь из Майклсонов в качестве успокоительного вместо выпитой чашки ромашкового чая, скорее вздумала поступить по-обычному глупо. — Знаешь, я принимаю твое предложение, — скрестив руки на груди, абсолютно серьезно заявила я, в следующее же мгновение вспоминая, что моя ранняя попытка поставить своей инициативой Кола в неловкое положение вылилась очередную проблему. Да уж, Пейтон, ничему тебя не учит твой предыдущий опыт. Впрочем, все равно уже ничего не исправить.       Малыш первородный точно не хотел упускать свой шанс, поэтому отреагировал на мое согласие раньше своих родственников, все еще пребывавших в ошеломлении от этой ситуации, ведь все древние знали мое отношение к нему. Правда, я же подобной привилегией, если честно, похвастаться не могла.       Воспользовавшись моим секундным замешательством, пока я не успела опомниться, Кол подскочил ко мне, и через миг я уже висела вниз головой у него на плече. — Поставь меня на место, — злобно прошипела я, прикидывая, как бы лучше его двинуть, чтобы прекратить этот балаган. — И не подумаю, — невозмутимо возразил древнейший вампир. — Ты сразу же попытаешься сбежать, киска, а такой вариант мне не по душе. — Братец, вообще-то в этом доме и правда есть, где ей переночевать, пока ее комната не будет приведена в порядок. Прекрати вести себя, как дикарь, — Ребекка предприняла попытку отчитать разбалованного сорванца, но оказалось слишком поздно для этого. Я думаю, что нужно было прибегать к порке значительно раньше, чем сейчас, а теперь уже что есть, то есть.       Увы, старшие братья же не собирались испытывать судьбу, как белокурая Майклсон, поэтому просто молчали. Выражения их лиц я видеть не могла, может это даже к лучшему, учитывая поведение Кола.       Продолжая угрожать ему, в красках расписывая, что я с ним сделаю, как только он меня отпустит, тем не менее, я понимала мизерную возможность этого. Как и обладатель рыжевато-каштановой шевелюры, встречавший любые мои ругательства смехом. Ну вот, этот вампир еще и не воспринимает мою ярость всерьез. Это обидно, между прочим.       Стоило Колу только усадить меня на кровать, когда мы очутились в комнате, как я тут же схватила его за ворот куртки и притянула к себе. — Совсем рехнулся? — сквозь зубы процедила я, даже не задумываясь, насколько близко мы находимся друг к другу. — Еще скажи, что это новость для тебя, киска.       Его такое положение явно не смущало. Более того, мелкий Майклсон намеренно провел языком по губам, едва ли не касаясь им моих губ, словно проверяя мою реакцию на подобную выходку.       Кстати, она не заставила себя ждать, ведь я незамедлительно оттолкнула первородного от себя, и мое действие вновь было встречено его задорным смехом. Это взбесило меня еще сильнее, но древнего мало заботило мое настроение, как и всегда. Хотя здесь я преувеличивала, вот только в таком состоянии вряд ли могла учитывать это. — Какого черта ты ведешь себя так?! — выкрикнула я, вынуждая Кола прекратить хохотать и вопросительно взглянуть на меня. В глазах цвета корицы сверкнула недобрая искорка, но мне на это было плевать. Прямо пропорциональная реакция на его поведение. — Ты по-прежнему пытаешься отыскать во мне задатки джентльмена, Пейтон? Позабыла, кто я? Раньше ты не была такой наивной и неосмотрительной.       О, нет, с памятью-то моей как раз все в порядке. А вот с эмоциями — не очень. — Пытаешься запугать? Серьезно? Придумай что-нибудь получше, мелкий Майклсон, — насмешливо фыркнула я. — Меня сейчас одолевают фантазии другого рода, — не унимался он. — Ты на моей кровати. Добровольно. — Добровольно? — иронично переспросила я. — Почти, — качнув головой, нехотя согласился первородный вампир. — Дай угадаю, мы будем разговаривать, да?       Судя по тому, какими низкими томными нотками играл его голос, то именно этого древний-то как раз хотел меньше всего. Либо снова придуривался, что делал практически постоянно. Или же приводил в действие очередной свой коварный план, будто не мог без них жить. В общем, типичное поведение Кола. И, да, он раскусил меня. Опять. — Я так предсказуема? — прикрываясь притворной обидой, я опустила взгляд. — О, киска, я же прекрасно понимаю, что ты пришла сюда не ради меня. — Это ты принес меня сюда! И ты ошибаешься. — Да ладно? — Майклсон выглядел изумленным. — Ты же не считаешь, что это сделал я? — Что именно? — Вряд ли сейчас речь идет о какой-нибудь давней моей шалости, — протянул он. — И я не применял внушение для похищения свитка. Зачем мне делать это, если я и так имею к нему доступ? — Логично, — я не могла не согласиться с ним. — Жаль, что правдивость твоих слов мне никак не проверить. — Это, пожалуй, единственный мой козырь, способный тебя заинтересовать, ведь так?       Мне было не по себе под его испытывающим взглядом. Казалось, словно Кол заглядывал в мою душу, ища ответы там. И, похоже, поиск проходил не так уж и гладко. — Ты знаешь свои сильные и слабые стороны, не мне перечислять тебе их.       А что еще я могла ему сказать? — И как мне расценивать твой ответ? — Как хочешь, — выдохнула я, не рассчитывая даже, что малыш Майклсон вот так просто отпустит меня, но он отошел на несколько шагов назад, открывая доступ к двери, не собираясь препятствовать моему уходу. И я вновь поймала себя на мысли, что удивлена его поведением, наверное, в сотый раз за последние несколько дней.       Выяснять я ничего не стала, попросту не зная, как трактовать все поступки древнейшего. Мне требовалось поразмыслить над этим, поэтому, пожелав ему спокойной ночи, я отправилась искать себе место для ночлега, пытаясь исключить из вариантов возможность заявиться к Клаусу и устроить очередную нервотрепку.       Но гибрид нашел меня сам. Я едва ли не врезалась в него, выходя из комнаты его младшего брата.       Кивнув мне в сторону кабинета, Ник проследовал туда, и я вынуждена была пойти за ним. — Только не говори, что решил прийти на помощь, — ехидно произнесла я, когда мы оказались внутри и Майклсон закрыл дверь. — Считаешь, я не способен на такое? — Да.       Сразу после моего ответа, Клаус посмотрел на меня, но уже через мгновение переключил свое внимание на графин с виски, наливая себе выпить. Я же от алкоголя отказалась. — Ребекка предполагала, что тебя надолго не хватит, даже предлагала пари, — невозмутимо сообщил мне древний. — А твое воспитание не позволило тебе участвовать в нем? — язвительно поинтересовалась я. — Давай ближе к делу. — Я хочу, чтобы ты присмотрела за Колом, — изрек он. И вновь я столкнулась с этим тоном, не терпящим возражений. Хоть британский акцент и не окрасился оттенком приказного равнодушия, все равно это была не просьба. — Иными словами, я должна следить за ним? Из-за твоих подозрений? Мы возвращаемся к самому началу, Никлаус? — мой голос предательски дрожал от негодования. — Именно, — сухо произнес Майклсон. — Я больше не запуганная пленница, не забывай об этом! — Нет, — согласился первородный гибрид, — но не стоит мне перечить, Квинн. Я все еще могу существенно усложнить тебе твою вечность. К тому же, опасность угрожает и тебе. — Какой же ты мерзавец, Клаус, — разочарованно выдохнула я, еще раз убеждаясь в правдивости своих слов. — Жаль, что я не имела возможности поговорить с Кэролайн наедине. Ей и правда будет лучше без тебя. — Я знаю.       Ник просто кивнул и сделал глоток скотча, а после посмотрел мне в глаза. И на мгновение показалось, что всегда прочный берилл дал трещину, блеснув искренностью, скрытой под оболочкой из векового льда холодности, деспотичности и садизма. Я не верила, что этот древний мог открыться мне, но, похоже, это было так.       Впрочем, меньше чем через минуту все уже вернулось на круги своя.       Не проронив ни единого слова, я развернулась и двинулась к двери. — Куда ты? — торопливо поинтересовался Клаус. — Петь младшенькому колыбельную, — огрызнулась я через плечо.       И оставила первородного в привычной для него компании из спиртного и собственного эго высотой с трон короля Нового Орлеана. Уверена, что он был этому только рад.