The Retribution of bloody love

— Да-а, киска, ты явно рассчитывала не на такой исход, — криво ухмыльнулся Кол, склонившись надо мной.       И он был чертовски прав. Настолько, что мне хотелось взвыть и вцепиться ему в глотку еще сильнее, чем в момент, когда я на него набросилась. И все закончилось плачевно, кстати.       То ли мелкий Майклсон был слишком уж готов к нападению, то ли я перестаралась в своей самоуверенности, но его финалом стали неприятнейшие ощущения, которые не прекращались до сих пор.       Вообще я могла бы и догадаться, что все придет к чему-то подобному, ведь находилась на пределе своей ярости. Да, к тому же, еще и считала, что справиться с ведьмаком — раз плюнуть, пусть в его теле сейчас и пребывал представитель первородной семейки, обладающий неукротимой тягой к садистическим удовольствиям и испытывающий от них наслаждение, сравнимое ну разве что с сексом. В общем, Кола недооценивать нельзя. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Даже человеческий облик без повышенных сил древнейшего вампира не остановит его.       И это притом, что фактически он был против меня безоружен, ведь магия-то его на меня не имела никакого действия!       Но треклятый кинжал, которым его снабдила сестра, существенно увеличил его шансы. Точнее, возвысил до немыслимых высот. Примерно до того же уровня, где находилось мое самомнение, когда я вздумала наброситься на ведьмака.       Нет, ну вот чем я думала, а? Я наивно посчитала, что это сойдет мне с рук. Что я придушу его слегка, сломаю парочку хрупких человеческих косточек, ну, на крайний случай, оторву голову. И все это произойдет в считанные секунды, ведь что он может мне противопоставить, а? Оказалось, что трезвую оценку ситуации, расчетливость и самоуверенность покруче моей. Вот поэтому малыш Майклсон и выиграл, даже особо не напрягаясь.       Ринувшись к нему, ослепленная гневом и, наверное, еще и оглушенная, и практически находящаяся без сознания, раз я пропустила один-единственный сваливший меня с ног удар, я сделала выпад-другой и раскрылась, как полнейшая идиотка, а Кол в этот момент ворон не ловил, даже, скорее, поджидал подобного шанса…       И вот теперь я валялась у его ног с чертовым кинжалом в своем боку и чувствовала, что я вернулась в персональный ад, который когда-то устраивал мне Никлаус.       Позаботившись о родственничке, Фрея наделила дрянное лезвие своей магией, что, естественно, в контакте с моим телом имело ошеломительный успех, как я поняла уже тогда по жжению, а теперь же, когда оно торчало во мне, я во всех красках прочувствовала его мощь.       И меня это вообще не радовало! И приятными ощущениями происходящее со мной тоже не назвать! Дьявол!       Мало того, что рана, естественно, болела, не давая ни на минуту позабыть о ее наличии, так от нее еще и непрекращающейся пульсацией расходились пламенно-электрические импульсы, пронзающие каждую клеточку моего тела, от чего я содрогалась в конвульсиях, будучи при этом парализованной. В общем, полный фарш! Я бы не удивилась, если в определенном положении через этот кинжал ведьма Майклсон еще и спутниковое телевидение могла транслировать, учитывая, сколькими полезными функциями она его снабдила! Хотя я, конечно же, не могла возрадоваться этому, учитывая, что каждую из них я чувствовала на своей шкуре!       Откровенно говоря, мне хотелось умереть поскорее, но смерть что-то зазевалась и все не наступала, и я начала подозревать, что вот таким свойством она свое навороченное лезвие не обеспечила, а жаль! Именно оно бы сейчас невероятно пригодилось!       В общем, в этот раз, не считая меня, Фрея создала невероятно мощную штуку и я даже не догадывалась, каким образом. Возможно, душу Дьяволу продала. Но это было бы странно хотя бы потому, что он — один из ее братьев.       Других версий я пока не имела, но и такое положение к мозговой деятельности, не говоря уже об активности, не очень-то располагало.       Я попыталась было ответить древнейшему, но, раскрыв рот, не смогла вымолвить ни звука, услышав лишь приглушенное мычание, донесшееся из моего же горла. Ну вообще прекрасно! Не забудь поблагодарить белокурую ведьму за этот чудеснейший кинжал, Пейтон! — Не утруждай себя, — покачал он головой.       Во взгляде его голубых глаз была такая порция самодовольства сейчас, что хватило бы удобрить ею все поля не только в Луизиане и соседних штатах, но и по всей стране, и Канаде бы еще чуток осталось!       И исходя из его эмоций у меня имелись ну крайне паршивые предчувствия насчет продолжения нашей встречи, которую сам Кол нарек свиданием и повторял это неоднократно, что лишь нагнетало и без того напоминающую поверхность раскаленной сковороды обстановку. — Забавно, — цокнул языком Майклсон, склоняясь еще ниже, — но я догадываюсь, о чем ты сейчас думаешь, даже не умея читать мысли. Хотя от подобного умения я не отказался бы.       Я закрыла глаза и вновь распахнула их, пристально уставившись на него, и, кажется, боль усилилась даже от этого, а все нервные окончания будто лавой обожгло. И мне очень уж не понравилось представлять себя в виде крайне неустойчивого к жару вулкана. Столько всего я уже испытала, но сейчас на самой высокой строчке моего персонального рейтинга явно обосновался сей дрянной кинжал, проклятый мною уже трижды, только вот легче от этого не стало.       Нет, ладно, там с ним еще ютились: вообще первая смерть; первая смерть от укуса Клауса, потому что в дальнейшем я, будучи знакомой с ощущениями, уже знала, чего ждать и это немного сглаживало момент, когда волчий яд распространялся по моей крови, отравляя ее собой; ну и… если честно, то я могла бы продолжать этот список до бесконечности, учитывая изобретательность первородного гибрида. Все-таки каждая новая придуманная им пытка отпечатывалась на моем теле и моей психике, соответственно, шрамом, вывести который не под силу ни косметической операции, ни терапии. И если отметины, разрывавшие мне кожу, благодаря вампирской регенерации, со временем затягивались и исчезали без следа, то вот душевные травмы… они накладывались одна на другую, и я боялась представить, насколько высокой сейчас была пирамида, состоящая исключительно из них.       Поэтому объективным мое мнение в данный момент назвать нельзя. Я чувствовала себя настолько паршиво, что готовилась молить о кончине высшие силы, понятия не имея, распространяются ли их возможности на вампиров, гибридов и мутантов вроде меня. И что-то мне подсказывало, что нет. Наверное, интуиция.       Кстати, ей-то доверять тоже не стоит, ведь она подвела тогда, когда я решилась наброситься на Кола. — Ты гадаешь, что за штуку я принес с собой, — ухмыльнулся Майклсон, переведя взгляд на рукоять в моем боку.       Удивительно, но он оказался прав. Я действительно пыталась сообразить, что это за чертовщина с самой гадкой магией в мире. Только, естественно, безуспешно. — Я понятия не имею, киска, и заинтересован так же, как и ты. Сестренка, кажется, превзошла саму себя. Нет, не подумай, вершиной ее магического таланта являешься ты, конечно, но это оружие… — ведьмак любовно осмотрел его еще раз, — это нечто новое и необъяснимое.       Вздохнув, древний сжал кулак, так и не коснувшись кинжала, хотя собирался, это желание читалось в шальном маньячном блеске его глаз. Монстр жаждал и дальше исследовать действие сего лезвия на меня, но сдерживался из последних сил, то ли продлевая свое удовольствие, то ли оттягивая заветный миг. В общем, оба варианта не в мою пользу. — Вообще ты находишься в невероятно соблазнительном положении, киска. Такая беспомощная, — Кол медленно опустился в кресло, продолжая наблюдать за мной, цепко созерцая за каждым моим вздрагиванием или рваным вдохом. — Это дьявольски возбуждающе.       Я снова попробовала пошевелить губами, чтобы сказать, насколько он больной ублюдок, но ничего не вышло, как и в прошлый раз.       Зато Майклсон заметил мое беспокойство и приложил палец к моему рту: — Тише-тише, не нервничай. Я не стану обижать тебя, Пейтон. Не так. Мог бы, учитывая, насколько плохой девчонкой ты была все это время, как мучила меня, отталкивала. Знаешь же, что это распаляет еще больше. Но я хочу, чтобы ты в итоге оценила мою выдержку и самоконтроль. Ты не представляешь, насколько это сложно, — с придыханием сообщил он, шумно втянув носом воздух, запрокинув голову назад.       И опять моя попытка произнести что-либо не увенчалась успехом. Я лишь почувствовала, как из уголка моих губ скользнула по коже капля слюны, которую я не успела сглотнуть, захлебнувшись от очередной болезненной волны.       От внимания первородного это также не укрылось.       Взяв многострадальный платок Элайджи, он заботливо промокнул им мое лицо, коснувшись мизинцем щеки, от чего меня, кажется, тоже ударило током. Да что за полупроводниковая ситуация, ей-богу?! — Ладненько, пора заканчивать с этим.       За этой фразой могло крыться все, что угодно, поэтому спокойнее я себя чувствовать не стала. — Сейчас, дорогуша, мне нужно, чтобы ты пообещала, что не станешь больше кидаться на меня, — ласково промурлыкал Кол, и нотки британского акцента вернулись в его тягуче-приторный тон. — Моргни, если усвоила урок.       Я не колебалась ни единого мгновения, послушно закрыв и открыв глаза. Сложно сказать, перехотела ли я прикончить ведьмака, но желание перестать ежесекундно содрогаться от магических разрядов было сильнее, чем жажда превратить его шею в кровавые кожаные лоскуты. — Отлично. Теперь я вытащу его из тебя, и ты будешь послушной, киска. Договорились?       Я смотрела на него, не зная, стоит ли мне отвечать на этот вопрос озвученным им ранее способом или же его можно посчитать риторическим. — Хотя я мог бы помедлить с этим. Провести небольшое исследование. Например, что будет, если повернуть его немного? Или покрутить им так, словно переворачивая дичь, жарящуюся на вертеле?       Я готова была поклясться, что в моих глазах сейчас застыл неприкрытый страх, хоть я и не могла это подтвердить. Но его слова ударили по моим нервам еще сильнее, чем магия, что властвовала над моим телом. — Черт! — раскатисто выругался он. — Хотел бы я сейчас быть вампиром и слышать твое сердцебиение. Наверняка, твое сердечко заходится в таком неистовом ритме, что впору мечтать, чтобы оно билось так в моем присутствии и в обычные моменты.       Поднявшись с кресла и опустившись возле меня на корточки, Кол одной ладонью оперся на пол рядом с моей головой, а другой обхватил рукоять кинжала.       Его лицо было в аккурат напротив моего, и он легко мог прочесть весь тот затравленный ужас в моем взгляде, и я даже не сомневалась, что он там есть, как и была уверена насчет того, что малыш древний не шутил и не запугивал, а всерьез собирался провести эксперимент.       Зажмурившись, я знала, что блеск предвкушения в его взгляде, делавший его глаза похожими на пару вмерзших в лед топазов, практически сливающихся по цвету с холодом застывшей от мороза воды, не вытравить из моей памяти еще, минимум, век. Если я переживу этот месяц, конечно, потому что я бы на моем месте не стала загадывать настолько наперед.       И с этими мыслями я приготовилась встретить очередную порцию мук, возможно, сильнейшую с момента обретения мною бессмертия, ведь даже братья опасались Кола, а что уж говорить обо мне, учитывая, как я неоднократно провинилась перед ним ранее…       Но ее не последовало.       Я почувствовала мягкое и теплое прикосновение его губ к моему лбу, и в тот же миг — скольжение лезвия, покидающего мое тело. И мелкий Майклсон сделал это достаточно резко, хотя мог бы еще поиграть на своих козырях.       Напряжение разом спало, и я расслабилась, больше не страдая от тех обжигающих импульсов. А потом попробовала пошевелить пальцами правой руки. Вышло не сразу, но я упорствовала до тех пор, пока не смогла наконец согнуть указательный. — Ты как? — участливо переспросил Кол, выпрямившись и наблюдая за мной с высоты своего роста. — Ч-что это, черт возьми, было?! — прошелестела я пересохшими губами, отмечая, что язык мой сейчас напоминал обрывок наждачной бумаги. То еще ощущение, если честно. — Сказал же, сам не знаю. Но я выясню, не сомневайся в этом.       Гневно покосившись на него, я попробовала встать, и тут же осознала, что поторопилась с этим. Похоже, для спешки сегодня точно неподходящий день. — Я могу помочь. Если ты попросишь, конечно, — ехидно уточнил он. — Обойдусь, — огрызнулась я. — Это было паршиво, — спустя миг последовало мое признание. — Так же паршиво, как и целоваться с Ником? — иронично спросил ведьмак. — Да, примерно на одном уровне с твоими поцелуями, — фыркнула я. — Я бы мог разозлиться, киска, но не буду. Все-таки тебе пришлось несладко. — От кого ты подцепил вирус снисходительности, Кол? Кто заразил тебя им? Это смертельно? — с притворной обеспокоенностью протараторила я.       Это и правда не особо походило на малыша древнейшего. Но я уже замечала и раньше, что ему свойственно меняться, и может теперь настал черед перемен к лучшему? Конечно, вряд ли тысячелетний мальчишка, навечно застрявший в подростковом возрасте, смог бы эволюционировать в зрелого и обладающего завидной выдержкой мужчину вроде Элайджи, но чем черт не шутит?       Хотя я подозревала, что это лишь очередной его план, не более того. — Не сейчас, Пейтон.       Ну да, на откровенный ответ я и не рассчитывала.       Помолчав немного, Майклсон добавил: — Вероятно, тебе потребуется время, чтобы прийти в себя. Толку от тебя в таком состоянии мало. Поэтому я дам тебе передохнуть. Завтра ближе к ночи я наведаюсь сюда. Будь дома. — Я так понимаю, твоя песня о тоске подошла к концу? — проворчала я.       Что ж, в принципе, я делала ставку на подобный исход. Меня снова намеревались использовать. И если в прошлый раз, осознав это, я разозлилась, то в своем теперешнем состоянии я действительно мало что могла. Поэтому даже обрадовалась такой отсрочке. — Я этого не говорил. Но мне нужна твоя помощь. Нам, — выдохнул он, — точнее, нам. — Что прям всем и сразу? Майклсоны, вы у меня в печенках сидите, — возмутилась я.       Нет, ну это уже предел просто! Сначала сбежали, потом явились, пусть и не все сразу, и чего-то требуют. Да об их наглости учебники писать надо, чтобы тренировать маклеров и биржевых брокеров! — Осмелюсь предположить, что кинжал был у тебя примерно в той же области, — едко хохотнул Кол.       Я же его веселья, естественно, не разделила. Рана в боку только-только начала затягиваться, и самочувствие мое было отвратительным. Нет, лучше, чем десятью минутами ранее, но все-таки. — Ты ведь понимаешь, что если тебе повезло с ним раз, то дважды это уже не повторится? — Я готов проверить. А ты? Готова? — моментально оживился ведьмак. — Иди ты к черту, мелкий Майклсон! — поморщилась я. — До скорого, киска. Уверен, ты приснишься мне сегодня, — его мечтательный тон вынудил меня брезгливо скривиться, ведь намек был явно о моем беспомощном состоянии и его фантазиях на этот счет. — Ты же вроде любил поживее и поактивнее, — все-таки выдавила я из себя очередное язвительное замечание. — Все зависит от ситуации. С тобой мне нравится разнообразие. — Убейте меня кто-нибудь, — страдальчески протянула я. — И нет, это не приглашение. — Шутница, — хмыкнул Кол и, развернувшись, направился к двери, у порога еще раз оглянувшись на меня.       Я не стала ничего говорить ему вслед, а попросту растянулась на полу, будто после долгого сна, и старательно разминала затекшие конечности, что выходило с трудом.       Возможно, из-за этого картинка в моей голове пока не складывалась воедино. Имелись некоторые догадки, например, о новоиспеченном короле города и отношении Никлауса к этому, но я решила не делать поспешных выводов, учитывая, что в этой партии явно пасла задних, и набралась терпения. В конце концов, всегда можно еще раз попробовать сделать резкий выпад. В том, что мне еще выдастся такая возможность, я также не сомневалась, поэтому пока возвращалась в игру на правилах первородных, а дальше посмотрим.