raise the dead

- Ты меня убила, Алина. В Керамзине есть доступ на крышу. И в такие ночи, когда небо над ней усыпано звездами, когда в воздухе чувствуются первые дуновения зимы, она ценит это как никогда раньше. Алина спиной откидывается к дымоходу, вытягивает ноги перед собой и решает, как долго сможет игнорировать призрак непрошеного гостя. - У тебя были другие планы? Никогда достаточно долго. - Несколько. – Глаза Дарклина так же холодны, как и ветер, что пронизывает ее до костей. Взгляд жалит ее в два раза сильнее. – И ни один из них не предполагал, что ты обменяешь свою силу на то чтобы стать... Ничем. Она отвечает за него, крадет слова. Бывают моменты, когда она с ним согласна, но с каждым днем их все меньше и меньше. Алина бы думала, что она начинает исцеляться, если бы он не появляйся перед ней бледной тенью. - Это со всеми девушками срабатывало? Или только меня ты пытался убедить, что без тебя я – ничто? - Всеми девушками? Алина, – его ранят ее слова, конечно же, – единственным человеком, который что-то значил, была ты. Единственным, кто когда-либо был важен... была ты. И внутри нее что-то все еще отзывается. Шелк его голоса утаскивает ее в глубину тьмы. И худшее здесь не то, что ей это нужно. Алина, не смотря на все, что случилось с ней, начиная с того первого дня в Каньоне, чувствует себя в безопасности. Она этого хочет. Когда мир становится игровой площадкой для света и тьмы, когда они укрывают собой все, окрашивают каждый уголок в серебро и тени, она вспоминает о двух тронах, она вспоминает о нем и том, каким все могло бы стать. Но когда она протягивает вперед пальцы, чувствует только холод воздуха. Алина мерзнет. - И что же я значила? – Она говорит это ему, себе, теням в углах крыши. – Только то, что ты хотел. - То, что я хотел для тебя, было всем. - И это все еще не было выбором. - Гнев пропал, ушел, после всех этих месяцев. Она не уверена, что внутри хоть что-то осталось. - Не было даже его иллюзией. Всегда был только ты. Он опускается на колени. Рядом. И Алина не знает, реально ли тепло его тела либо же у нее слишком хорошо работает воображение. Она не хочет это выяснять. - А я бы был ужасным выбором? Алина фыркает, откидывает голову назад, закрывает глаза – больше не хочет его видеть. - Ты бы стал всем. - Отвечает, признается в правде хотя бы себе. - А я заслуживаю большего, чем просто растворится в другом человеке. Он сам ее этому научил.