В глубинах космоса

      Пробуждение оказалось не из простых. Как только Вацлав — сам он до сих пор не помнил своего имени — продрал глаза, то нашел себя там же, где и обычно себя находил ранее. Привычное окружение небольшой каюты вселяло уверенность, что мужчина жил здесь всегда. Сколько раз он просыпался, столько раз виднелись именно эти стены и потолок. И все же нутро противилось. Оно подсказывало, что окружение ложно. Мешанина непонимания происходящего не давала покоя и бурным потоком обрушивалась на разум, стоило только отойти от сна.       Сны? Точно ли это были сны? Каждый из них казался отдельно взятой реальностью, нежели просто сновидением. Но если это так, то что делал он и как узнал о них? Ответы можно было выведать только у одного человека, который был с ним все это время.       Мужчина поднялся. Покачиваясь, но все же держась на ногах, он засеменил к двери. Массивный шлюз не открылся, хотя, казалось, так должно было произойти само собой. Светодиод у дисплея поблизости моргал красным цветом. Постучав по нему костяшками пальцев, мужчина попробовал набрать произвольные числа на цифровой панели. Делал так до тех пор, пока от устройства не донесся женский знакомый голос.       — Пришел в себя? Хорошо. Я начал переживать, — с каких пор она говорила о себе в мужском роде? Это должно было быть нормой, но оставалось странным. — Думал, в этот раз ты проспишь так долго, что придется подключать тебя к аппарату.       — Я хочу пройтись.       — Да, подожди меня немного, пожалуйста. Надо уладить некоторые дела.       Прошло не меньше получаса. Утомительные полчаса, показавшиеся вечностью — заняться в каюте было абсолютно нечем. А затем появилась она: рыжая девушка в капитанской форме. Ее волосы на этот раз оказались собраны в хвост и только пара прядей падали на лицо.       — Как себя чувствуешь, Марк?       — Я не Марк, — отмахнулся мужчина.       — Ну что ж, — она усмехнулась. — Так как твое самочувствие?       Марк все еще не верил в правдивость своего имени, но решил временно присвоить его себе. Он нуждался в нем, словно без ярлыка мог пойти на дно.       — Я видел сны, — он нахмурился. — Но это ведь были не сны, так?       — Ах, сны… Значит, эта штука сработала.       — Штука? — нахмурился мужчина. В животе жалобно заурчало. — Ах, проклятье. Да я же голоден… Так о штуке: что за штука-то? Как по мне, я просто спал.       — О, вовсе нет, — девушка жестом указала на дверь. — Пройдемся? Разомнешься и заодно зайдем поесть.       Отказаться от такого предложения Марк не мог. Ему так и хотелось растрясти вялое тело, ноющее в суставах. Но что-то еще чувствовалось помимо голода, ощущение чего-то постороннего внутри.       Блуждая по пустым коридорам, давно не обслуживаемым, судя по грязи на стенах и полу и едва горящих потолочных лампах, Марк чувствовал себя не в своей тарелке. Здесь, кроме них, могли околачиваться разве что призраки. А конструкции! Массивность чувствовалась во всем.       — Где мы? — решился спросить Марк.       — На червоточечной станции «Край». В девяти тысячах световых лет от Земли.       — Впервые слышу о таких станциях, — а затем до мужчины снизошло озарение, и он замер: — Так мы что, в космосе?       — А ты что? — девушка недоверчиво посмотрела на него. — Уже забыл как оно бывает?       — Нет, просто я… — Марк попытался найти объяснения своим чувствам. Последнее, что он помнил: что он был на планете. Вероятно, мужчина всегда на ней и жил, а космос — представляя себя в нем — казался сейчас чрезмерно огромным. Он помнил, что межзвездные перелеты существовали, но не помнил свое участие при этом. — Я запутался.       — Эта станция старее, чем я и ты вместе взятые. Ты, наверное, слышал об Аватари-нет?       — Ты точно смеешься надо мной и моей памятью, — фыркнул мужчина. — Да, что-то припоминаю. Злая корпорация, которую победила добрая. Ну, или как-то так.       — Забавно. То есть имя свое ты не помнишь, а этот мусор — да?       Они остановились у шлюзовых ворот, которые, стоило девушке что-то ввести на панели, со стоном принялись раскрываться. Впереди показался зал с балконом центра управления — судя по надписи на стене — и дверьми, ведущими неведомо куда. Помещение было забито контейнерами разных размеров, накрепко закрытыми.       — Что в них? — Марк подошел к одному и попытался сдвинуть крышку. Вернее, разобраться для начала как эта штука открывалась.       — Оружие, запчасти, кристалл ксен — можно будет купаться в деньгах, если все это распродать. Жаль, что намертво закрыто.       — Да? — обернувшись, мужчина с некоторым удивлением посмотрел на свою спутницу. Лихая мысль уже обрисовывала, как он всех перехитрил и вскрыл эти коробки.       — Для Аватари-нет это было сродни перевалочной базы. В этой части галактики это единственные врата. Предугадывая твой вопрос: я не знаю куда они ведут. Знаю точно, что эта станция образует не только червоточечную связь с возможной другой станцией. Вернее, нет, она точно создает ее. Но необязательно в рамках одной вселенной.       — Это значи-ит… — попытался разобраться Марк.       — Это значит именно благодаря этой штуке я попал сюда. Мне потребовалось несколько жизней, чтобы разобраться, что к чему, — при этих словах она отвела взгляд и говорила все с неприязнью. Эта тема явно была девушке неприятна, однако Марк все еще не понимал ее до конца. — А теперь это мое убежище. Пока. Скоро сюда прибудут твои друзья.       — Друзья, — мужчина словно попробовал это слово на вкус. — Это хорошо, они-то уж точно помогут мне все вспомнить окончательно. В моей голове полная каша.       — Разумеется. Помог бы и я, да только ничего не могу поделать.       Пройдя дальше, они оказались в коридоре, где с середины простирались панорамные окна, представляя черноту космоса с разбросанными сияющими алмазами звезд. А еще виднелась часть конструкции станции: огромные, протяженностью в несколько километров лепестки, образующие нечто вроде трубки. Как Марк предположил, именно в них и происходило воздействие на корабли и срабатывание эффекта прыжка. Некое заряжающее устройство, помогающее преодолевать немыслимые пространства. А, может, и мыслимые. Может быть, эта станция и вовсе давно не работала.       — Почему ты говоришь о себе в мужском роде. Я, надеюсь, — мужчина нахмуренно посмотрел на девушку, — ты не с сюрпризом?       Та тяжелейше вздохнула. Вся боль человечества словно послышалась в этом вздохе.       — Я говорю так, потому что бо́льшая часть моих тел были мужского рода. Мне привычней говорить о себе с мужской стороны.       — А, да-да, припоминаю твои слова. Проклятье, из-за этих снов я потерял счет времени. Все поперепуталось местами. Мне бы к врачу… — он взглянул на девушку. — Так как мне тебя теперь называть?       — Фоксом. Мне так привычнее всего. Ну, что ж, расскажешь, что ты помнишь? Мне очень интересно это послушать! — на лице девушки расплылась широкая и хитрая улыбка, и Марк с недоверием несколько отпрянул от нее, остерегаясь подвоха.       Они отправились дальше. Мужчина в это время раздумывал над тем, что он действительно помнил. Его память будто бы предстала глиной, и, намешанная в неряшливое месиво, теперь предстояло выправлять ее. Марк приступил с самого начала, восстанавливая кусочек за кусочком. Он получил в свое распоряжение настоящий пазл, часть деталей которого была из другого набора. Продолжал разбираться ровно до того момента, когда последующая жизнь оставалась в тумане, как бы ты ни всматривался. Эта пропасть начала пугать, ведь что-то же происходило все то время. И в голову принялись забираться не лучшие мысли.       — Как-нибудь в другой раз, — отмахнулся Марк спустя время.       — Я буду ждать.       — Так, значит, мои друзья скоро прибудут сюда?       Остановившись в месте, похожем на столовую, мужчину передернуло. Что-то подобное он уже видел: столовая в старой станции, люди, давно потерявшие свою форму и превратившиеся в фантомов, и источник их беды. От осколка воспоминания отдавало горечью печали, страха и сожаления. Двое уселись за свободный стол. Само собой, никакого официанта здесь не появилось, они так и сидели, общаясь друг с другом.       — М-хм, как только решат мой ребус. Я не люблю головоломки, но люблю их подкидывать остальным, — Фокс усмехнулась. — Нет, ну, если они до сих пор не разобрались с ней, то я о них был лучшего мнения.       — А зачем это все? Загадки, головоломки?       — У нас была остановка на Земле. Нужно было сделать пару делишек. И так уж вышло, что твои дружки тоже оказались поблизости. Изначально я хотела набросать хлебных крошек, чтобы они прошли путь подольше, но раз они оказались рядом, то все вышло проще. Ты пока мирно пребывал в Снах, в то время как мне пришлось поработать. Ну а затем, пока мой корабль летел сюда, твои ребята решали ребусы. Македон и без того быстрый, но хотелось бы подготовиться к отлету. В конце мы воспользуемся теми вратами, — девушка указала в сторону, где были лепестки станции. — Все просто.       Мужчина мотнул головой. Капитан облокотилась о стол.       — Когда они придут, то никого, кроме тебя, здесь не останется. Мы с тобой простимся раз и навсегда. На этом наше короткое приключение закончится. Вы будете изучать это место или же доложите своим властям, или забудете, как о страшном сне.       — И куда же ты потом?       Фокс пожала плечами. Она приподняла взгляд, как если бы задумывалась над этим впервые.       — Я впервые забрался так далеко. По-хорошему, мне бы вернуться назад к простой жизни.       — Но?       Девушка улыбнулась. Мечтательно задумалась, откинувшись на спинку стула.       — Не знаю, — она хохотнула. — Честно, даже не знаю. Но, вообще, не думаю, что я смогу вот так жить спокойной жизнью со всеми своими знаниями. Наверное, я отправлюсь куда-то дальше. Выбрать бы только вектор. Но, — Фокс подняла палец вверх, — думаю, тебе интересно послушать о том, как эти сны у тебя появились. О той штуке. Время нам все равно надо как-то коротать.       — Нет, так-то, конечно, интересно. Я слышал об осознанных сновидениях. Пытался их достичь и достигал, но эти не идут ни в какое сравнение! Клянусь, это как если бы я пожил другой жизнью.       — Ты прав. В какой-то мере это действительно другая наша жизнь. Ее мы прожили так, как посчитали нужным. Плохо или хорошо. Штуковина, о которой я поведу речь, позволила тебе оказаться на месте иного тебя. Попал в место, которое спасет всех нас. Туда, куда нам придется убегать, если хотим выжить. Ну давай ближе к делу…       В очередной раз девушка улыбнулась, готовая приступить к своему рассказу и не давая Марку осыпать ее вопросами. Конечно, что-то она умолчала, что-то изменила, что-то привнесла свое — общую суть рассказа она оставила изначальной.              Действовать предстояло быстро. От вида Земли в этой вселенной становилось ужасно больно. Фокс не знала, как такое могло случиться, как человечество — если это произошло именно из-за него — привело к разрухе в таких масштабах? Планета выглядела умирающим от страшной чумы человеком, пытающимся выкарабкаться из последних сил. Никогда прежде она не видела картин, схожих с картинами апокалипсиса. Вокруг царили только руины.       Их еще не заметили, Македон был воистину отличным кораблем. К его многофункциональности стоило привыкнуть, но если правильно разыграть сильные стороны, то крейсер всегда выходил победителем. Команда тем временем продолжала действовать согласно плану, не привлекая ничье внимание.       Сканирование показало, что рядом с комплексом блуждало множество чудищ. Их присутствие селило в людях еще больше вопросов, ответы на которые вряд ли представятся. Комплекс же, на фоне руин вокруг, выглядел вполне себе целым. Некоторые его части обвалились, а на проходной отсутствовало множество букв из названия. Исследовательский центр Пасейтан пребывал в плачевном состоянии, но по воле случая он сохранился лучше всего остального.       Изначально Фокс только предполагала, что центр находился именно в этом месте. Знания былых лет и жизней не подвели. Аватари-нет возвел комплекс в свое время и кто бы ни был после них, он использовал его уже в собственных целях. Оставалось только одно — волнение не давало девушке покоя — это удостовериться, что именно там находился требуемый им агрегат.       Это путешествие было посвящено ее временному узнику. Фанатичная идея показать ему путь к спасению. Рассказать о том, о чем она не могла. А затем отправиться дальше. Ее команда постепенно начинала ненавидеть ее из-за своей одержимости. Если все в этой вселенной дело затянется дольше, чем рассчитывала капитан, то экипаж снова поднимет бунт и все пойдет насмарку.       — Мистер Питлби, приготовить группу высадки, — приказала девушка.       Внизу, помимо открытий и мародерства, их ждали монстры, силы которых могли быть слишком велики, чтобы идти парой человек. Легкие бронекостюмы, магнитные винтовки и необходимое снаряжение — отправляясь в опасное путешествие, они готовились соответствующе. Некоторые даже пытались подвесить к рюкзаку спальники, но товарищи их настойчиво отговорили.       Через двадцать минут Адам встретился с Фокс персонально.       — Восемь человек готовы, капитан. Мы все же придерживаемся первоначального плана?       На развернутой планировке девушка попыталась найти нужный зал.       — В прошлом это был лабораторный комплекс Аватари. В любом таком комплексе проводились радикальные и немыслимые исследования.       — Я знаю, — сдержанно ответил мужчина.       — В этом они пытались обуздать пространство. Динамическое перемещение, посредством технологий. Только подумайте, мистер Питлби, перемещение целой армии из одного континента на другой, — девушка примолкла, продолжая искать. — Но, как и с клонами, вы ведь помните ту историю, — Адам призадумался, а затем кивнул, — они пытались взять планку еще выше. Другое крыло занималось переносом «сознательной» частью человека.       Фокс знала, куда они целились, но помалкивала, оставляя всех в неведении. Считала, что её слова прозвучат бессмысленно без доказательств да и с ними вряд ли кто-то поверит в Сны Этернии.       — Я уверена, что там делали что-то еще. Можем попробовать поискать бумаги, если те щелкунчики, — капитан намекала на наемников, — этого захотят.       — Они хотят чего-то более стоящего, мэм, — устало выдал Адам. — Я общался с ними, и, несмотря на аванс и будущую оплату работы, от операции, вроде этой, люди ждут «сокровищ», которые можно удобно продать. В этом месте мы можем торговать разве что с Дарготом. Вы ведь понимаете, что головорезам с планеты не нужны никакие бумажки.       — В этих бумажках могут быть чертежи, формулы и документы проектов. Их можно удобно протолкнуть на черном рынке.       — Сомневаюсь, что они там это оценят, — все отправляющиеся были наняты еще на Дарготе. Желающих покинуть планету оказалось чрезмерно много, поэтому набрать людей не составило проблем. — Я видел пару раз документы Аватари, и, откровенно говоря, вряд ли они дальше рынка планеты куда-то уйдут. Впрочем, если опять затереть удивительную историю торговцам, — Адам потер лоб, а затем встретился взглядом с капитаном. — О, нет, только не говорите, что снова мне придется с ними общаться?       — Что за тон, мистер Питлби? — наигранно спросила Фокс. Она улыбнулась. Найдя место, схожее по описанию, капитан проложила к нему путь на объемной планировке. — Вы ведь не заскучаете тут без меня?       — Уж как-нибудь справлюсь.       — Вот и отлично. Тогда приступим. Дела не ждут! — последнее Фокс сказала несколько сиплым голосом.              Челнок высадил их прямиком на крышу. Первоначально капитан хотела сразу разбить группу на два отряда — все же здание могло претерпеть перестройку, а схема относилась к комплексу старого образца — но обилие нечисти в этом месте заставило задуматься над таким решением детальней.       У Фокса на визоре появился список людей с параметрами их здоровья. Часть из них она запомнила, остальные же представлялись для нее попросту массовкой. В жизни бывает так, что встречаются люди, пускай даже в какой-нибудь игре, которые кажутся действительно выделяющимися персонажами, так и здесь. Фокс в свободное время удосужилась ознакомиться с их прошлой жизнью, если они эту информацию, конечно, предоставляли. И видела лишь печальное зрелище.       Например, Маргарет Гоул всю свою жизнь проработала доктором. Она работала на любого работодателя, кто нуждался в ее услугах. Хороший врач на Дарготе на вес золота. Рассудок Маргарет начал мутнеть, когда она попала под влияние черного рынка органов. Полиция нижних уровней поставляла хирургам всякий сброд, а те, в свою очередь, должны были изъять товар в лучшем его виде. Фокс предполагала, что у женщины все еще не все дома, но Адам уверил ее, что она будет им незаменима. Да и та сразу же согласилась — как и любой другой — когда у нее появилась возможность освободиться от этого безумия. Руки Маргарет были протезированы. В громоздких изделиях хранилось самое необходимое: в правой руке шприцы с препаратами, а в левой же — хирургические инструменты.       Жан Лю̀пис, некогда коп, детектив, а затем беглец, насоливший одной банде, тоже решился оказаться за гранью власти местных гангстеров. На то время он прятался у одной женщины, которой Фокс продавала своего пленника (и которую удалось подкупить на эту авантюру, ради запутывания следов), являясь ей дальним родственником.       Манфред «Большая пушка», наоборот, был видным членом головорезов. Оставалось непонятным, как Адам Питлби нашел его, или, возможно, Манфред сам встретился с ним — в любом случае этот молчаливый верзила клюнул на богатства и интересное приключение. Хотел ли он начать новую жизнь вдали от его старой клетки?       Был среди них человек, отличавшийся только своей наглостью.       Вазилис Ксенакис взялся за работу, по сути, являясь выходцем из «белых воротничков», ничем не обремененный, как остальные люди. Впрочем, характер у него был еще тот. Фокс предположила, что его уже гнали с работы и ему попросту требовалось что-то найти. Возможно этот парень имел дело с оружием, все когда-то прибегали на Дарготе к нему, но этот парень вызывал сомнения. Вероятно, как думала команда Македона, он умрет первым.       Последним из «интересных» был Теодор Конвиль. Когда корабль только совершал первые посадки на Даргот, их встречал именно этот мужчина. Администрация верхних уровней была схожа на типичный бюрократический водоворот Земли (той Земли, что знала Фокс), и характеры людей там соответствовали. Теодор же оказался глотком свежего воздуха, среди балагана, и, по сути, именно благодаря ему удалось сравнительно быстро получить пропуск внутрь бетонного улья. Встречались они затем и после этого, с Питлби мужчина нашел общий язык. Конвиль напоминал дворянина старых лет, совсем нетипичный для места своего обитания и, по всей видимости, отправлялся в путь, чтобы развеять скуку.       Кто-то брал с собой свое оружие. Кто-то получал то, что имелось на Македоне. Питлби оставался прав: все они искали наживы. В большей степени или меньшей, но желание что-то получить, помимо простых воспоминаний, наполняло каждого. Возможно, только Маргарет была здесь по каким-то своим причинам — ее вообще оказалось тяжело понимать. И если наемники не найдут ничего внутри, то, скорее всего, они посягнут на имущество Македона. Кто захотел бы добровольно расставаться с такой экипировкой?       — Да с такими пушками мы перебьем кого угодно! — всхохотнул Вазилис. Из-за шлема его голос звучал глухо.       Манфред повернул голову в его сторону, так ничего не сказав.       — Смотрите в оба. Все, что нам встретится — опаснейший противник. Мы разобьемся на два отряда и внутри разделимся для поиска зала Х. Теодор, Вам придется возглавить вторых.       — Почту за честь, — ответил тот в своей манере.       Плутать по темным коридорам, покинутым и запыленным, предполагалось долго. Даже если планировка осталась та же — добраться до места будет непросто. Но как все начинается с малого, так и люди принялись делать первые шаги, среди песка и грязи оставляя свои следы.       Внутри был бой. Следы на стенах говорили сами за себя. И чем дальше они пробирались, тем больше свидетельств ужасного они замечали. Например, лабораторный зал, некогда деленный на множество комнат защитными стеклопакетами, теперь уже перебитыми. В коридорах между такими ячейками лежали иссохшие скелеты, а рядом покоилось их покореженное оружие: ружья, пожарные топоры и иные вещи, которые можно применить для самообороны.       — Странно, — внезапно сказал Жан. Все это время они шли молча. — Я вижу только человеческие скелеты.       — Дерьмище, что же тут произошло?! — Вазилис осмотрелся и заглянул в одну из лабораторных комнат, чьи стекла покрылись паутинами трещин. — Ох, — выдохнул он.       Внутри лежало несколько сравнительно целых останков. Закупоренные внутри, люди пытались выбраться наружу, но что-то пошло не так.       — Движение в двадцати метрах, — сказал Манфред. Фонари осветили дорогу впереди.       По мере приближения — мужчина сверялся с наручным датчиком движения — слышался частый глухой стук о гипсокартон. Как только расстояние до неизвестной цели сократилось вдвое, Манфред вскинул свой сдвоенный пистолет-пулемет Шульца и высадил очередь в потолок. Оттуда посыпалась пыль, а затем обрушилось нечто тяжелое. Свет выхватил существо — с человеком это никто не решился сравнивать — перебиравшееся на шести конечностях, руках и ногах, выгибавшихся под любым углом. Оружие загрохотало вновь. Чудище оказалось настолько юрким, что подобно перекати-полю, очутилось вдалеке, а затем скрылось с глаз.       — Еще большее дерьмище! Дорогуша, — несмотря на разницу в возрасте, Вазилис обращался к капитану именно так, — куда ты нас завела?       Жан толкнул его в спину, как только группа двинулась дальше, а парень продолжал озираться. Шли они медленней обычного. Под ногами похрустывал мусор, а некоторые и вовсе шумели, совершенно не смотря под ноги.       — Здесь ловушка, — сказал Манфред, присев на колено. Они стояли на выходе из лабораторного зала, из-за узости коридоров пришлось вытянуться в длинную цепочку. Дальнейшее помещение расширялось, и издали казалось, что это элеваторная. — Мы можем пройти как-то иначе? — он и без того знал ответ. Отсюда была только эта дорога. — Пол здесь чище. Пацан, — мужчина повернул голову к Вазилевсу, шедшему позади. — Ну-ка брось туда чего потяжелее.       — Я-то? Ну, давай, кину вот это, — Ксенакис приподнял кусок стены, отвалившийся от угла и бросил, куда указывал Манфред.       Пол поначалу провалился только в месте падения, а затем вся ловушка обвалилась. Послышалось чавканье и бурление откуда-то из глубин образовавшейся ямы. Большая пушка заглянул туда, а затем, выругавшись, отпрянул назад. Представшее перед глазами шокировало даже его.       Им пришлось перебороть себя и пересечь ужасный провал, который запомнился всем до самой смерти. Каждый постепенно начал понимать, что бороться за свою жизнь на Дарготе оказывалось не так уж и сложно. Какой бы расклад не предстал, там они сражались против человека. Чудища этого места уже казались им непобедимыми, а ведь путь только начинался.       — Отсюда мы разделимся. Продолжаем поддерживать связь. Вы, Теодор, спуститесь на этаж ниже и пройдите там. Высылаю вам данные, — Фокс вздохнула. — Держимся вместе и не умираем.       Проще сказать, чем сделать. Теодор отсалютовал и принялся командовать выделенными ему людьми. С ним успели познакомиться и явно недолюбливали в силу своего происхождения и статуса. Тем не менее он был единственным, кому капитан могла доверить командовать отрядом. Что касалось их самих — они отправились в путь. Манфред все так же шел впереди, ему через плечо смотрел Вазилис, а позади них следовали замыкающие Маргарет и Жан. Фокс находилась в центре колонны.       Манфред время от времени поглядывал на свое оружие кустарного производства, как если бы раздумывал над уже прошедшим выбором оружия. С этим Шульцем он прошел всю жизнь, но для нового врага требовалось что-то мощнее. Что-то продвинутое. Чутье подсказывало, что встреченное существо убежало далеко не со страха. Остальные же вряд ли поступят также и скорее разорвут его на куски, сделав это быстрее, чем умрут от шквального огня сами.       Они добрались до комнаты охраны. Раньше здесь переодевались, хранили оружие и совещались. Три комнаты, теперь пребывавшие в хаосе. В стене напротив входа зияло множество отверстий, а у порога лежали гильзы. В ходе небольшого расследования выяснилось, что у местной охраны располагалось именно огнестрельное оружие.       — Видимо, для нападавших они взяли игрушки помощнее, а эти оставили прозапас, — сказал Жан.       — Думаешь, они уже тогда дрались с этими чертями? — спросил Манфред, проверяя оружие и закидывая себе за спину столько, сколько он смог бы унести. Пистолеты он побросал в рюкзак.       — Да это Клондайк! — воскликнул Вазилис, на радостях открывая один из шкафов и заверещав оттого, что на него кто-то повалился.       Это оказался иссохший труп некогда прятавшегося здесь человека.       — Пацан, я тебе сейчас голову отстрелю! — не выдержал Большая пушка, сталкивая останки с парня.       — Дед, ты что? Он первый напал!       В ответ мужчина тихо выругался.       — Лучше бы ты на растяжке подтянулся, — бросил он уже слышнее, а затем продолжил собирать добычу.       Остальные не отставали, бо́льшая часть сохранившегося здесь арсенала исчезла. Фокс же тем временем стояла на входе, молчаливо радуясь, что мужчины нашли себе, чем набить карманы. Она сверилась со схемой, проверила другую группу, а затем осмотрелась еще раз. Поблизости была выломанная дверь в уборную, а дальше по коридору окно, чудом уцелевшее. Хоть и было раннее утро, но бронзовый свет уже пробивался внутрь. К сожалению, этого было мало, чтобы осветить коридоры Пасейтана. Глядя в окно, Фоксу совершенно не вовремя вспомнилось детство и ее любовь к летним вечерам подобного расцвета.       Вздохнув и усмехнувшись, она повернула голову в другую часть коридора. На нее, как если бы в ускоренном темпе и совершенно беззвучно, шел человек, легко покачиваясь из стороны в сторону. Его руки полотенцами опутывали туловище, а кожа напоминала скорее тонкую скатерть, чтобы прикрыть лишнее. Девушка вскрикнула. Ее стрельба прошла около ног существа, так и не задев его. Оно же успело сделать свой рывок и сомкнуть внезапно широко раскрытую пасть на руке капитана. Щитки не дали острым зубам добраться до кожи, но это отнюдь не спасало от ощущения, словно кости оказались в постепенно смыкающихся тисках.       Маргарет, единственная, кто не занималась мародерством и продолжала изучать другие комнаты, своевременно подоспела на помощь. Расстрелянное тело мешком повалилось на пол, а в руке Фокс продолжала чувствовать напряжение.       — Капитан, Вы в порядке? — поинтересовалась женщина, уже осматривая потенциального пациента.       Голос Маргарет звучал несколько странно. Как если бы она радовалась возможной работе и в предвкушении говорила тихо. И в её бормотании было тяжело разобрать — общалась ли она со спутниками или вымышленным другом. Доверять ей Фокс не хотела, и совершенно непонятно, почему Питлби настаивал на ее принятии.       — Капитан, у нас тут проблемы, — раздался голос Теодора по каналу связи. На заднем плане звучала пальба. Она же слышалась и вне передачи, где-то далеко.       — Докладывайте, Конвиль, — девушка посмотрела на руку, которую осматривала доктор, а затем взглянула ей за спину. Совершенно не хотелось снова вляпаться в такую непростительную ситуацию. Маргарет что-то лепетала, словно успокаивала капитана.       — Мы не знаем с кем, но мы встряли в перестрелку, — интенсивность стрельбы подчеркивала его слова. Некоторое время Теодор помалкивал, затем же продолжил: — Могу полагать, что мы у цели. Здесь… — и вновь мужчина сделал паузу, в этот раз намного дольше, отчего Фокс подумала о худшем. — Доложу, как разберемся, — сказал он в конце концов, после чего связь прервалась.       — Продолжаем, — прорычала Фокс остальным. — У нас полно работы!       Стоило Манфреду выйти, как он резко остановился, а в спину ему врезались остальные.       — В чем де… — голос Вазилиса потонул в грохоте стрельбы.       По стенам тянулись черные нити. Коридор скрылся за смольным дымом, откуда из глубин ада, в тишине, стали вырываться мерзкие чудища, никем ранее невиданные. Манфред так бы и стоял, если бы Жан не протолкнул его дальше. Повалившегося на пол Ксенакиса тут же ухватило одна из щупалец, потащив прямиком к десяткам когтей и зубов. Невозможно даже представить, из-за какого больного разума появились эти существа. Убить их было той еще проблемой: они постоянно преобразовывались, стоило им потерять часть своего тела, все сильнее и сильнее теряя сходство с человеком.       Манфред успел опустить свой топор на мутанта ровно тогда, когда его пасть, больше похожая на крабью клешню, сомкнулась на ноге Вазилиса. Парень заверещал что есть силы, Жан постарался оттащить его назад, но в него влетело тело, по большей части покрытое карапаксом, и от такого удара мужчина сам отлетел назад.       Не сказать, что Большая пушка кинулся помогать по доброте душевной. Ему было совершенно безразлична жизнь молодого человека, но считал, что ему пока рано умирать. В самый разгар миссии им требовался каждый ствол, а под конец уже можно разбрасываться людьми. При всем при этом Манфред уже начинал жалеть о своем поступке, оказавшись с монстрами лицом к лицу. И первому он успел воткнуть топор в черепушку, высадив пули в упор. Оттолкнув размякшее тело ногой — и едва не утонув в нем — мужчина вырвал оружие. Разорвать расстояние помогли и остальные. Маргарет все пыталась помочь Вазилису, которого то и дело пытались утащить. А из-за хватки как раз за больную ногу, он кричал все сильнее и сильнее.       Чудища повалились замертво аккурат, когда магазины опустели. Если Манфред перезарядился только сейчас, то другие это делали уже во второй раз. Маргарет рванула к ноге Ксенакиса, проведя по нему сканирующим устройством.       — Потерпи, мальчик, сейчас будет очень больно, — произнесла она с неким удовольствием.       — Ч-что? — только и смог спросить парень, чей голос успел сорваться.       Из правой руки Гоул вверх выехал шприц, с толстой и длинной иглой, способной пробить броню. Что собственно Маргарет и сделала. Укол она сделала прямиком в ногу и зеленая жижа в цилиндре моментально влилась в тело. Вазилис попытался вырваться, но его уже держали крепкие ручные протезы женщины, а самого молодого человека прижал к полу Жан. Крик разносился снова и снова, а затем снизошел до хрипа, когда Маргарет сменила левую руку на хирургическую пилу и за несколько секунд ампутировала ногу. Все тщательно обработав и закрепив на обрубке специальную пленку, она отряхнула руки, как обычно это делают после хорошо сделанной работы.       — Жить будет, — довольно подытожила Маргарет.       — Отлично, — негромко сказал Жан. — И что нам теперь делать?       — Здорово. Теперь у нас есть балласт, — Манфред тяжело вздохнул. — Бросьте его.       — Как бросьте?! — удивленно воскликнула Маргарет. — Я потратила на него ценные препараты и, между прочим, спасла от смерти! Никто ведь больше не ранен? От этих… — она кивнула в сторону тел. — Можно заразиться только так.       Фокс подошла и склонилась над Вазилисом. Она могла только предполагать, как выглядело его лицо под шлемом.       — Он в сознании?       — Более чем. Я вколола ему…       Жизненные показатели Вазилиса на экране визора спали до половины.       — Помоги поднять его, Жан.       — Это самоубийство, — мужчина тем не менее сделал то, о чем его просили.       — Коп прав, — добавил Манфред, стоя спиной ко всем. Он продолжал держать коридор под прицелом.       Фокс сделала по-своему. Вазилис помалкивал, используя капитана как опору для передвижения. Они были рядом с целью, оставалось совсем немного. Вновь послышалась стрельба, совсем близко, скорее всего даже под ними.       — Кажется, мне теперь ничего с Вами не светит, кэп, — прохрипел парень.       — Заткнись, — прошипела Фокс.       Очередная остановка произошла как раз в том месте, где по планировке должен был располагаться требуемый зал. И он действительно находился там. С проломленными дверьми и битыми стеклами, в этом месте также шел тяжелый бой.       — Теодор, это капитан.       — Слышу Вас, капитан, — тут же отозвался мужчина. Его голос звучал сухо.       — Мы нашли объект. Он на месте согласно схеме. Доложите свою обстановку.       — Двое погибших. Ни их, ни экипировку спасти не представлялось возможным.       — Вот как, — Фокс кинула взгляд на Вазилиса. Шанс того, что он окажется в списке двухсотых, заметно увеличился в связи с недавним ранением. — Направляйтесь к нам. Конец связи.       Исследовательский зал кристаллической энергии ксена оказался меньше, чем он должен был быть. Сокращенное почти что вполовину, теперь помещение больше походило на простую лабораторию, какие Фокс повидала уже множество раз. Впрочем, оно и к лучшему. Она уже обеспокоилась о множественных барьерах и, что хуже, преграждающих устройствах, которые в силу своей громоздкости и неработоспособности не позволили бы добраться до главного.       Главное же хранилось в отдельной комнате. Пришлось ее взломать, прежде чем найти множество капсул, в каждой из которых находилась перемещающаяся из конца в конец жидкость разного цвета, чем-то напоминающие лава-лампы. Однако внутри находился далеко не воск или иное вещество: в этом зале, как следовало из его названия, производились исследования с кристаллом ксена. Оттуда, откуда пришла Фокс, он также использовался, поэтому она имела представления о предмете. И о тех опасностях, что хранил в себе кристалл. Его энергия использовалась, чтобы питать корабли, машины и целые станции на многие-многие года, но в тоже время эта энергия, при неправильном обращении, приводила к трагедии. В этом месте пытались экспериментировать с ней, понять лучше природу ксена и, что главное, направить его воздействия не на машины или корабли, а на человека. Результаты вылились в эти цилиндры.       Фокс уже не помнила, сколько жизней ей пришлось пережить, чтобы разобраться в, как она сама называла, артефактах.       На входе опять завязалась перестрелка. Так некстати, когда девушка перепроверяла все цилиндры.       — Мистер Питлби, товар у нас. Место рандеву, как запланировали, — капитан прокашлялась. Ей показалось, что горло внезапно пересохло, а по телу пробежал холодок. Ощущение, что кто-то уставился девушке в спину не отпускало до момента, пока она не обернулась.       Рядом на стреме стоял Жан, в то время как остальные держали оборону. Со стороны входа, сквозь грохот, слышалась перебранка и крики, нечеловеческие визги и клекот. Фокс вышла из комнаты, аккуратно сложив все цилиндры в контейнер в рюкзаке, не прекращая осматриваться. Им следовало проваливать из этого проклятого места, и девушка отдала Теодору команду готовиться. Они все еще отстреливались, но так не могло долго продолжаться, иначе им пришлось бы драться уже голыми руками.       По стене вновь побежали те таинственные полосы. Взяв контейнеры за опору, Вазилис опустился на одно колено, получив устойчивую позу для стрельбы. Как только парень потянулся за сменой магазина, скрюченные руки и щупальца ухватили его. Они прижимали Ксенакиса все сильнее к стене. Вытащив с пояса нож, он принялся вонзать его в цепкие конечности, пытаясь освободиться. А затем вскрикнул. Жан вытащил пистолет из кобуры и избавил его от страданий. Вскоре изломанное тело повалилось на пол.              — К счастью, великому счастью, — все рассказывала капитан. — У Манфреда в рукаве был запасен туз. Полагаю, он подготовился лучше остальных, ведь, если так подумать, бо́льшая часть экипировки принадлежала ему. Честно сказать, если бы не его зажигательные гранаты, то сталось бы нам там стоять намного дольше. В целом назад уже выбрались довольно быстро. Некоторые стены оказались тонкими и кое-кто проламывал их протезами, чтобы расчистить путь.       — Жаль, конечно, что так с Вазилисом вышло.       — Милосердие бывает разным, — пожала плечами девушка. — Тогда я хотела все же спасти его, а теперь понимаю, что так было бы лучше для него. Так бы он умер в мучениях, а если бы и выжил, то и жизнь была бы дальше только сплошной мукой. Впрочем, я думаю, что убили они его вовсе не из-за милосердия. Понимаешь, это не те люди, которые будут обременять себя глубокими раздумьями о хорошем и плохом. Они пришли на работу и делали все, чтобы выбраться. Вазилис впоследствии мог сам стать одним из тех чудищ. А если нет, то тащить его на себе не взялся бы никто.       — А ты? — Марк посмотрел на все еще дымящийся напиток в стаканчике. По вкусу он был схож с кофе.       — Я уже сказал свое мнение. Мне жаль, что так получилось.       — Ясно. Ну, если так подумать, на что он надеялся? Я вообще с трудом представляю такого рода работу. Это же микс опыта и удачи. И в моих глазах видится, что удача влияет намного больше. Ну, ничего, хоть остальные вернулись. Теперь они куда, домой?       Фокс смотрела на него пустым взглядом, не отвечая на вопрос. Им не суждено было вернуться. Никому из них. И вспоминая об этом, внутри снова бурлила кровь.              — Капитан, мы на месте.       Голос Теодора прозвучал внезапно из динамика возле одного терминала.       — Что? — нахмурилась Фокс, подходя ближе к экрану.       На экране демонстрировался вид из нашлемной камеры Конвиль.       — Что происходит, Питлби? — спросила девушка у старпома. — Я не давала им приказа спускаться. Еще слишком рано и манекен совсем не готов, и… — она растерялась, не понимая, что происходит.       — Это я отдал приказ, капитан. Успокойтесь.       Открыв рот уже от удивления, Фокс смотрела на Адама и на лице читался вполне ясный и логичный вопрос.       — Понимаете, капитан. Мы посовещались с командой и решили сбросить лишний груз. Нам не нужны ни лишние проблемы, ни трата денег.       — Там наша экипировка!       — За деньги, что мы пообещали им, мы сможем купить несколько комплектов. Да и часть снаряжения у них личная.       — Черт побери, Адам, что ты делаешь?! — Фокс приникла к экрану и пыталась докричаться до Теодора. — Адам, какого дьявола ты делаешь? — не унималась девушка. — Что за самоуправство?!       — Капитан, это все вынужденная жертва. Ведь Вам вроде нужно выполнять свою миссию, не так ли?       Голос Питлби звучал спокойно, будто так все и должно было произойти. Это выводило капитана из себя еще сильнее.       — Там же люди!       — И мы люди. Неужели Вы обделите свою команду деньгами. Поймите, эти люди, за которых Вы так печетесь, мусор.       — Что ты наделал? — уже обессилено спросила Фокс.       Он вернул их назад. Туда, откуда они выбрались несколько часов ранее. Люди внизу были обречены, и девушка могла только с пустотой внутри наблюдать, как они отстреливались.       — Капитан, в чем дело? — прорычал Теодор. — Здесь слишком жарко, мы не сможем…       Адам отправил их туда по выдуманной причине. Дойти им наверняка удалось быстро.       — Манфред, поддай гранатами! — слышался мужской голос. Конвиль обернулся. Маргарет занималась своим привычным делом. Раненный у ее ног, прижатый к большому куску отвалившейся стены, продолжал отстреливаться. Теодор что-то крикнул ей, но из-за помех и грохота слов было не разобрать.       А Фокс хотелось провалиться сквозь землю. В голове, перескакивая через панику, разгонялись мысли, пытались прийти к идее спасения. И вот когда девушка решила отправиться туда сама с некоторыми подчиненными, Питлби нажатием на дисплей, погасил экран. В последний момент можно было увидеть как Теодор навел ствол в сторону коридора позади Маргарет.       — На этом мы поставим точку, капитан.       — Адам, — девушка зажмурилась. А затем собралась с силами и, тяжело вздохнув, повернулась к своему старшему помощнику. — Сдай свое оружие. Ты будешь помещен под стражу для дальнейшего разбирательства, — спокойным, но иногда подрагивающим голосом сказала капитан. Жестом руки она указала дежурным у шлюзовых ворот на мужчину и те обступили его с двух сторон.       Питлби не сопротивлялся. Он отстегнул с пояса кобуру и подсумки, сложив их на стол.       — Да, капитан. Нам лучше побеседовать, когда Вы успокоитесь.       Такого девушка ожидала меньше всего. Она много времени провела с Адамом и совсем не рассчитывала и не предполагала, что однажды он так далеко зайдет. Все это начинало вести совершенно не в ту сторону, куда планировалось двигаться изначально. И Фокс тяжело было ответить себе, что же ее больше возмущало: такое их предательство наемников или же своеволие старпома.              По официальной версии группе приходилось не раз спускаться вниз по тому или иному заданию, хотя вряд ли кто-то хватится за них настолько серьезно. Даже Теодор Конвиль — непонятно как Адам смог бросить его — по сути, являлся белой вороной среди остальных жителей высокого света. Дело о его пропаже не уйдет дальше Даргота. А если и уйдет, если же вдруг так случится, то ничего, кроме тупика, расследованию не светит. Так называемая официальная версия нужна на случай непредвиденных обстоятельств. Однако никто больше не увидит Македон, а значит эта история нужна только самой команде. И для узника. Ему не следовало знать о таких проблемах и волнениях.       — Значит, все же все погибли, — понуро сказал мужчина.       — Да. Я не мог даже догадываться, что Земля может стать настолько враждебной.       В момент очередной паузы, мужчина допил свой кофе, смял стаканчик и хотел было бросить его в урну, но ничего поблизости не увидел. Пришлось положить мятый картон обратно на стол.       — А те штуки, о которых ты рассказывала, — заговорил снова Марк после длительного молчания.       — Да, благодаря им и синтезировались твои, как ты их назвал, сны, — улыбнулась Фокс.       — Оу, то есть, ты хочешь сказать…       — Это не так-то просто объяснить. Могу лишь сказать, что, честно говоря, я не до конца уверен, что все сделал правильно. Но вроде пока ты выглядишь живым.       — И я ее вдыхал или пил, или…       — Она теперь едина с тобой, — прямо ответила Фокс.       — Погоди-погоди, — Марк закрыл глаза, а затем, обдумав эти слова, раскрыл. — То есть внутри меня что-то есть?       — Всё так. Скажи, ты помнишь что-нибудь об азуресах?       — Совсем мало. Только то, что это тоже какие-то люди, которые живут вместе с нами.       — В отличие от людей, они лишены возможности некоторых, м-м, телесных модификаций. Их чары, их способности, сами их тела отторгают продвинутое имплантирование, — девушка сцепила руки перед лицом и положила на пальцы подбородок.       — То есть?       — То есть, — теперь Фокс замялась. Она откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди, и выглядела так, будто сейчас обиделась на Марка. — Мне пришлось свести активность твоих имплантатов к минимуму.       — У меня есть имплантаты? — с глухим удивлением поинтересовался мужчина. Почудилось даже, что речь шла вовсе не о нем. — А-ах, — он нахмурился, посмотрев на руки, и до него начало доходить. — Так вот что это за странные чувства, — Марк взглянул на собеседницу. — И именно поэтому я помню все абы как?       Их разговор прервал голос из динамика. Он звучал откуда-то сверху, но, когда Марк вскинул голову, то не увидел ничего, что могло служить передатчиком.       — Капитан, мы фиксируем аномалию VA-11, — прозвучало вместе с треском.       — Пойдем, ты должен это увидеть, — Фокс ухватила мужчину за руку и повела за собой.       Они бежали по коридору, поднялись ярусом выше и оказались в неизвестном отсеке, с открытым куполом. Поначалу Марку действительно показалось, что никакого потолка над ними нет, но затем усмирил свои мысли.       Увиденное заставило его нутро похолодеть. Он имел некоторые страхи перед гигантскими существами — и сейчас совершенно не понимал и не помнил с каких пор это у него — но представшее перед глазами вселяло ужас.       Над ними, ровно как над станцией, величественно проплывали два змея феноменальных размеров. Не нашлось бы никаких слов, чтобы описать, насколько же они были огромны. Достаточно знать, что Марк не мог увидеть их целиком со своего места. Словно призраки голубого цвета, они неслись дальше, совершенно не обращая внимания на строение рядом с собой.       — Что это? — заворожено спросил мужчина, когда ужас отступил.       — Эти врата привлекают к себе не только путников, вроде нас, но и совершенно необъяснимых существ, вроде этих. Кто уж знает, какие Вселенные скрещивает эта станция? Так что понятия не имею кто они и как вообще могут существовать. К сожалению, — девушка усмехнулась, не сводя взгляда с левиафанов. — Это так и останется необъяснимой загадкой. Навсегда.       Сколько им пришлось вот так смотреть, пока драконы не исчезли, будто бы растаявшие в пустом пространстве космоса. В голове сыпались вопросы о природе таких великих чудищ, но Фокс была права: этой тайне никогда не стать явной.       — И я, и ты отправились в космос, потому что с детства он завораживал нас, — капитан перевела взгляд на Марка, присев в кресло, что стояло у погашенного терминала. — Он пуст и в то же время полон тайн. Я лишь могу предполагать, что станция как-то привлекла их и эти двое проплыли по этому пути.       — Ты уже видела этих существ? — Марк подошел ближе, все еще кидая наверх взгляд время от времени.       — Впервые я увидел их, когда мы только нашли эту станцию червоточин. И раз мы увидели их, что же еще могут таить Вселенные?       — Скажи мне, Фокс, — придвинув другое кресло, Марк уселся поблизости. Он прокашлялся из-за обсохшего горла и продолжил: — Ради чего ты все это делаешь?       — Для Снов Этернии. Чтобы человек смог найти там своё продолжение, — улыбнулась та, но в улыбке этой было больше усталости, чем радости или насмешки. — Знаешь, а ведь человек не так прост, — она сняла очки, положив их на свободное место терминала. Протерев глаза, Фокс начала смотреть с прищуром. Как заметил Марк, без посторонних предметов на лице она выглядела другим человеком. — А азуресы только привнесли больше вопросов. Что же мы такое на самом деле?       Откинувшись на спинку кресла, то жалобно застонало. Сидение могло развалиться, сиди там человек тяжелее.       — Я делаю это все ради своей идеи. Идеи сверхчеловека, духовно рожденного из старого. Вероятно, приход к тому, кем были те самые азуресы изначально. И эта идея пробудилась во мне однажды так неожиданно, что я растерялся от нахлынувших знаний. Тебе же знакомо это чувство: когда узнаешь часть чего-то огромного и гонишься познать то таинственное, при этом уверовав, что это решит всю твою судьбу? — Фокс вопросительно изогнул бровь.       Подумав, Марк покивал головой. Он что-то смутно припоминал подобное из своей жизни, но мозаика памяти все еще не собралась до конца. Все-таки, представив себе такую ситуацию, он бы наверняка взялся бы за нее с большим энтузиазмом.       — Вот и я. Поначалу я узнал о мультивселенных. Прочитал много статей и насмотрелся видео. Одно из них мне понравилось больше всего: в нем ученым, оторвав электрон с помощью лазерного мощнейшего импульса у атома гелия, удалось не просто получить ион гелия, а аж обездвижить, снизив его температуру считай до абсолютного нуля. У оставшегося же электрона, остановившегося на орбите, имелось две возможности развития событий: вращаться по или против направления часовой стрелки, — девушка развела руками. — Но, что-то пошло не так, и атом, раздвоившись, себя реализовал одновременно в двух состояниях. Как кошка Шредингера, наяву явившаяся и живой, и мертвой. И знаешь, — Фокс заговорщицки прищурилась, указав на Марка, — в этот момент я подумала: а если все действительно так — я уверовал, что именно так — то как достичь же состояния, чтобы перемещаться по этим самым вселенным?       — Послушай, что-то здесь не так. Как-то далеко это все и сложно, и нереально, — замотал головой мужчина.       — Это метафизика, Марк, — твердо выпалила девушка. — Ты ведь наверняка и сам догадывался, что мир не так-то прост. Или тебя не удивляет совместное проживание с жителями другой расы? — с наигранным удивлением вопросила она. — Или ты забыл, что у них своя история, способности и они совсем иначе смотрят на жизнь? И, несмотря на это, решил, что на этом все заканчивается. Подумай сам, Марк: у этих инопланетян история уходит в глубокое прошлое. Что они успели наделать в то время? Что осталось от них и почему они стали такими, какие есть? — Фокс покивала, улыбаясь, довольная сама себе. — И все-таки этих могучих существ победило Великое зло. А Великое оно потому, что не вписывается ни в одну принятую модель восприятия. Мы знаем ответвления, которые осязаемы и понятны. Но, боюсь, ушедшее однажды, оно готово вернуться вновь.       — Ч…что? Ты говоришь о конце света?       — Я знаю, но не знаю откуда, о месте, куда человеку придется бежать. Судя по всему, идее о сверхчеловеке придется сбыть там — в Снах Этернии.       Мужчина нахмурился. Это название было ему знакомым.       — И что же такое эти Сны Этернии?       — Кто уж знает! Ни что это, ни откуда они появились, ни где они. Хочешь знать мое мнение? Могучие азуреты создали карманное пространство, чтобы спастись от Великого зла. Их разум способен на проекты таких масштабов. Вот я и думал над тем, как же попасть туда.       — Полагаю, ты нашла способ как это сделать, — с некоторой неуверенностью сказал Марк.       — Да. Мне помогли. Перед тем, как я узнал о Снах Этернии, еще в начале своего пути, нашелся человек, который перевернул мое восприятие мира. Который помог мне проснуться окончательно, — на этот раз девушка улыбалась, наверняка припоминая старые деньки. — Мой дальнейший путь лежал в свое сознание. И начинал я с самого простого, — она уставилась на Марка, а тот начал нервничать и чувствовать, что какого-то ответа ждали от него.       — Осознанные сны, да? — ответ пришел сам собой. — Мы должны были научиться управлять там, прежде чем идти дальше. Я… Припоминаю что-то такое.       — Да, как-то так. Как далеко и мне, и тебе удавалось зайти? Ты ведь помнишь свой первый сон, который стал тебе подвластен? Те ощущения, те чувства после пробуждения. А еще поди разбери, где явь, а где сон!       — Хех, да, действительно. Я еще помню, что вычитал в Сети, что, мол, это все оккультизм, связь с какими-то духами, душами, и, короче говоря, приводит к смерти.       — Люди в принципе боятся того, что им непонятно. Но мы же не такие, да? Мы шли вперед. Почему же ты остановился?       — Не помню, — Марк вздохнул, говоря искренне. — Честно, не помню из-за чего это произошло. Может быть, я разочаровался в своем пути?       — Может быть. Такое бывает. Может быть стало лениво и повседневный мир накрутил тебя на свой вал. А что касается меня…       Фокс примолкла. Разговорившись и призадумавшись, она засомневалась в своем происхождении. Родилась ли девушка в нормальном мире, на Земле, или выходец из Снов Этернии — она не могла теперь точно сказать. Теперь уже воспоминания её самой змеились, путались, не давая построить временную линию от начала до конца. Раньше возможность перерождения не вызывала удивления, но с какого дня, с какого момента жизнь завертелась именно так?       — То ты уже знаешь, раз я сижу перед тобой. Я умирал так много раз, но каждый раз для меня былое, как сон.       — Постой. Я кое-что не пойму. Я вернусь немного назад, но все же: как ты попала сюда?       — В разных Вселенных проживают другие наши «я». Что касается меня, то я зашел слишком далеко, да не туда. Там, откуда я начал свой путь, произошло много всякого и хорошего, и плохого, из-за чего вот так произошло, — она врала. Марк понял об этом. Фокс знала, что он это понял. — Не считай меня каким-то сверхчеловеком, о котором я говорю. Я не умею пересекать время и пространство, я такое же существо, как и ты. Только вот учти, что все мною сказанное лишь моя вера. Теории, гипотезы, рассказы. В части из них я убедился. А другую часть мне следует проверить.       А затем сообщили о корабле, появившемся в зоне сканеров. Вот и всё. Эта история подходила к концу и Фокс радостно сообщила об этом своему узнику. Молча она пошла снова по осточертевшим Марку коридорам, а сам он шел следом. Если за ним пришли — думал он — значит, им действительно дорожили. При условии, что под друзьями действительно подразумевались друзья.       — Когда они придут сюда, меня уже здесь не будет. Ты продолжишь свою жизнь и… — капитан запнулась. — Продолжишь так, как посчитаешь нужным.       — Опять ты за свое, — фыркнул Марк.       — Мне лишь жаль, что наша встреча прошла так жестоко. Та штука, что стала едина с тобой — твой ключ к Снам Этернии. Я уверен, однажды ты воспользуешься им. Оценишь в полной мере.       — Надеюсь. Не скрою, больше напоминает трёп параноика, нахватавшегося всяких идей, слухом и теперь изливающего все на мою голову.       — Как уж есть, — Фокс не сдержала смеха.       Действительно, сумасшедший параноик - вот, кем она была! Так увлёкшаяся своими идеями и страхами, но потерявшую саму себя. Хохот не желал отпускать её, пока боль в животе не стала невыносимой. Посмотрев в глаза мужчине. Облизнув пересохшие губы, девушка положила Марку руки на плечи.       — Я хотела бы, чтобы ты понял, — Фокс внезапно заговорила о себе в женском роде. До этого в ее речи проскакивали такие обозначения себя, но Марк считал их за оговорки. — Что есть граница сознания, которую нужно пересечь, и которую ты однажды хотел пересечь сам. Это наша общая цель. Теперь же это попросту необходимо.       А Марк смотрел в ее глаза и думал. Думал над тем, как же удивительно, что он встретил такого человека. Увидеть себя самого, который зашел так далеко для себя, и сделал в рамках общей истории совершенно ничего.       Совершенно ничего.       — Постой, если я все правильно понял, то неужели твоя команда вот так солидарна с тобой?       — Ну…       — Они ведь ищут какую-то выгоду, так? И ведь, когда все закончится, то они будут недовольны.       — Вовсе нет. Они с этим кораблем отправятся, куда им захочется, а я уйду, куда надо мне.       Марк медленно обхватил ее холодные пальцы.       — Оставайся, — твердо сказал он, отчего девушка сначала непонятливо смотрела на него, а затем засмеялась.       — Остаться? После всего, что я сделала с тобой?       — Я все равно не помню, — Марк приподнял взгляд, пытаясь вспомнить, что же именно она с ним сделала, кроме как погрузила в чрезмерно глубокий сон и что-то в него занесла. — Так что пойдем.       — Твои друзья не разделят с тобой таких взглядов. Пойми, я украла тебя у них, запутала следы, чтобы они не могли никак тебя найти до поры до времени, мучила тебя. Они на это глаза не закроют.       — Тогда почему ты просто не поговорила со мной? Зачем ты делала такую многоходовочку, когда можно было просто договориться? Если мы — одинаковые, то разве не нашли бы мы общий язык.       — Потому что в прошлый раз, когда я пыталась поговорить с тобой, все затянулось слишком надолго. Ты либо не верил, либо не хотел слушать, а когда все же решился — моя команда взбунтовалась и покончила со мной, — лицо капитана омрачилось от печали. — Вац, я так много раз умирала и начинала жить заново, — она помотала головой. — Я не хочу снова повторять и терять время.       Они смотрели друг на друга, раздумывая о своем. Фрейя приближалась. Через четыре часа экипаж совершит высадку. Фокс чувствовала, что заканчивалось всё очень странно. И странность эта была связана по большей части с тем, что впервые ей удалось победить. Ни радости, ни восторга, лишь непонятное ощущение, которое никак не удавалось описать. Марк же тем временем улыбнулся, покивав головой своим мыслям.       — Я, — он опустил взгляд, а затем вновь приподнял. — Это ты?       — Кто уж знает? Пошевели мозгами! — девушка усмехнулась, указав большим пальцем на себя, а затем уперев руки в бока. — Одно я тебе могу сказать точно: я — Вацлав Флён.       И, находясь у края галактики, им удалось встретиться, чтобы вскоре расстаться.