***
«Каково это – заниматься сексом?» Джой выливает молоко мимо тарелки с хлопьями «Кэп Кранч». Она впивается взглядом в Айрин. «Ты собираешься спрашивать меня об этом каждое утро?» «Но ты уже выпила свой кофе». «Это не повод». «Ты сказала, я могу спрашивать что угодно». Джой не пытается отрицать, потому что Айрин лучше всех запоминает такие вещи. С этого дня ей стоит купить новую кружку для кофе, больше этой. «Рада, что мы на той стадии, когда можно свободно обсуждать секс». «И я», — Айрин улыбается, слишком искренне для того, кто хочет поговорить на запрещенную тему в восемь утра. Её лицо становится серьезным за секунду. «Так каково это?» Джой размешивает хлопья, матерясь себе под нос. Тупая Вэнди и её история в браузере. Надо было загрузить вирус на её ноутбук. «Приятно». «И все?» «Мм». «Ты могла бы прожить без него?» «Большинство людей нуждаются в физическом удовлетворении». Айрин режет приготовленную вкрутую яйцо по диагонали. «А если я не хочу заниматься сексом?» «Почему?» «Неинтересно». «Тогда у тебя проблемы», — Джой понимает, что неудачно выразилась, судя по резкой смене выражения лица Айрин. «Не ты, я имею ввиду твои отношения». Айрин от этого, кажется, становится легче. Она режет тост на мелкие части. «Почему ты не ешь? Хлопья размокнут». Джой откашливается. Стоит ли перевести тему? На хлопья? Ну, с этим она может справиться. «Знаешь, почему они размокают в молоке? Я читала статью о том, как ученые пробовали три вида хлопьев. У них, наверное, было полно свободного времени…» Ну и лузер. Кому какое дело до научного смысла в размокших хлопьях? Но все таки, лучше бы они пробовали «Кэп Хруст Все Виды Ягод» (однозначно самые вкусные в серии), а не «Кэп Хруст Арахисовое Масло» (отвратные). Спасибо, бесполезная болтовня Джой. Её хлопья окончательно размокли. Айрин не встает из-за стола, пока Джой не доест. «Айрин». «Да?» «В тебе нет ничего ненормального». Айрин улыбается. «Тебе стоит работать психотерапевтом. И да, лучше бы они взяли «Кэп Хруст Все Виды Ягод», а не те, с арахисовым маслом». Хоть Айрин задает очень странные вопросы, она все еще слушает бессмысленную болтовню Джой. Возможно, поэтому они так хорошо ладят.***
Вэнди и Айрин познакомились, когда Вэнди попросила порекомендовать ей книгу. У неё в руках был учебник по истории, так что Айрин предложила ей Дневник Анны Франк. Если бы она знала, что они начнут встречаться, то выбрала бы какую-нибудь романтическую новеллу. Тогда их отношения были бы намного интереснее. «Так как вы познакомились?» «Я посоветовала ей прочитать дневник, написанный еврейской девочкой во время Второй Мировой». По крайней мере это рассмешило Джой. Работа в книжном магазине - это, конечно, не работа мечты, но платят неплохо и Айрин нравится тихая атмосфера. К тому же, через дорогу есть магазин пончиков (пожалуй, любимая часть её работы). «Привет». Айрин подскакивает от неожиданности и роняет книгу на пол. «Извини», — Вэнди поднимает книгу Айрин. «Мои пары отменили, так что я подумала, что было бы неплохо с тобой увидеться». Айрин оглядывается. Менеджера нет. «Моя смена заканчивается через полчаса. Подождешь?» «Конечно», — Вэнди поворачивается к полкам. Они в отделе самоучителей по языкам. «Посоветуешь что-нибудь?» «Ты же ничего не купишь». «Но один раз я все-таки купила». «Один раз». «Все еще считается». Айрин выбирает случайную книгу и протягивает её Вэнди. «Думаешь, мне пора учить испанский?» «Почему нет? Красивый язык». Вэнди игриво улыбается. «Серьезно? Тогда скажи что-нибудь по-испански». Пауза. «Olé.”***
Оказывается, Вэнди спец в испанском и может говорить без остановки. Айрин слушает и слушает, потому что Вэнди выглядит привлекательно. Хотя, может это просто потому, что ей нравится голос Вэнди и она преувеличивает.***
У Айрин есть план. Открыто проявлять свои чувства к Вэнди, пока она не будет готова к стадии NC-17. Если бы это был (рейтинговый) мультфильм от Дисней, её проблемы могли бы магическим образом испариться, потому что настоящая любовь всегда побеждает. Но в реальной жизни все не так просто. Она никогда не будет готова, от одной мысли её передергивает, и Айрин на сто процентов уверена, что её план провалится, но она все равно должна попробовать. Вэнди та, кто всегда идет на контакт, поэтому становится понятно, почему она удивилась, когда Айрин взяла её за руку по дороге домой. «Тебе некомфортно?» Вэнди судорожно машет свободной рукой: «Нет, что ты! Просто, ну, ты обычно не — Неважно, все в порядке. В полном порядке», - она легко сжимает ладонь Айрин. «Тебя что-то беспокоит?» Айрин отрицательно качает головой. Она знает, как правильно врать, сказать так, будто это правда. Но ей нужна практика. Иногда это сложно — подобрать правильную эмоцию. «Я куплю тебе мороженое». Айрин благодарна тому, что Вэнди быстро сменила тему. Они гуляют по улице и держатся за руки. Вэнди покупает ванильное мороженое в стаканчике, Айрин берет фисташковое. «Можешь отпустить», — Вэнди кивает на их переплетенные пальцы. «Нам ведь нужны обе руки, чтобы есть, да?» «Извини», — Айрин отпускает руку Вэнди. Они делятся друг с другом мороженым. Пока что все хорошо. Она справится. Ради Вэнди. «Мы можем с этим не торопиться, знаешь. Поэтому не заставляй себя, хорошо?» «Ты о чем?» «Ты не умеешь обманывать», — Вэнди выскребает ложкой остатки мороженного и протягивает Айрин. «Конечно, мне нравится, когда мы держимся за руки и все такое, но я не хочу, чтобы ты это делала через силу. Только потому, что тебе кажется, что ты должна». Айрин крепко обнимает Вэнди. «Я люблю тебя и обнимаю потому что хочу». Год назад она бы не дала никому войти в свое личное пространство. «Знаю, я эгоистка, но мы можем подождать еще немного? Я люблю тебя. Спасибо за твое терпение. Ты точно была святой в прошлой жизни. Ты знаешь, как сильно я тебя люблю?» Вэнди смеется. «И я тебя люблю». «Если обниматься дольше двадцати секунд, то становишься счастливым. Говорят, это очищает от окситоцина, и я понятия не имею, о чем они». «Но тебе ведь некомфортно?» «Немного», — Айрин обнимает крепче. «Возможно, мне понадобится более двадцати секунд». «Люди смотрят». «Мне без разницы». Вэнди утыкается носом в плечо Айрин: «Мне тоже». Они обнимаются дольше сорока секунд. Айрин хочет её поцеловать, но Вэнди её опережает.***
У Сыльги тоже есть свои стандарты. Она не станет встречаться с парнем с «комплексом младшей сестры». И неважно, насколько он милый. «… А здесь моей сестричке было пять. Милашка, скажи? Ты только глянь на эти щечки. Хочется потискать. О, а здесь мы были на—» На самом деле он не такой уж и красавчик. Обычная внешность. Сальные волосы, но отличный вкус в одежде. «Извини, я тебя, наверное, утомил своей болтовней», — парень с комплексом младшей сестры откладывает свой телефон. Ха, значит у него все таки есть совесть. «Как твоя бабушка? Ты сказала, она сломала ногу». «Она в порядке, ничего серьезного». Её бабушка живет в другом городе и чувствует себя достаточно хорошо, чтобы обогнать Сыльги в забеге на пять километров. Но парень с комплексом младшей сестры — она не может вспомнить его имя, кажется, что-то, заканчивающееся на -хён — об этом не знает. «Семья превыше всего, да? Все нормально, я не виню тебя за отмену нашего свидания». «Спасибо, я навещу её после». У неё был отличный повод отменить свидание на прошлой неделе: Джой высосала из неё всю энергию. После этого они играли в Скраббл и Сыльги выиграла. Впервые выиграла у Джой, так что да, это был хороший повод отменить свидание. «Отлично провели время», — Что-то-там-хён подмигивает. «Хочешь встретиться на следующей неделе?» Сыльги скорее бы съела тарелку васаби. «Да, конечно, напиши мне». Парень наклоняется за поцелуем, но она делает вид, что не замечает и быстро уходит, игнорируя его «Сыльги, постой!» вслед. Пару месяцев назад она бы бросила все и пошла бы домой к Что-то-там-хёну, и неважно, сколько у него еще комплексов. Тупая Джой и её тупые стандарты.***
Сыльги должна была встретиться с Джой завтра, но почему бы не поменять все планы и не сделать это сегодня? Она стоит у входной двери Джой. Закрыто. Она стучит. Дважды. Нет ответа. Черт. «Привет», — звучит голос сзади. «О, ты та полуголая девушка?». «Пардон?» Она бы не стала раздеваться только наполовину. Все или ничего. «Я Айрин, соседка Джой», — Айрин открывает дверь и Сыльги следует за ней внутрь. «Ты можешь её подождать здесь, но, пожалуйста, не раздевайся». «Не знаю, о чем ты, но хорошо. Когда Джой вернется?» Айрин листает список входящих сообщений: «Она говорит, что её не будет сегодня». «Что? Дай я посмотрю». От: Джой Я с Ченом, а что? Чен? Кто это? «Здесь не сказано, что её не будет дома». «Джой обычно не приходит, когда они вместе», — Айрин тянется за телефоном, но Сыльги, кажется, не собирается его отдавать. «Ты злишься? Мне не стоило этого говорить?» Вместо того, чтобы начать материться, Сыльги мило улыбается. «Можешь ей кое-что передать?» «Но… Ты же сейчас ей пишешь». «Передай ей лично». «Почему бы тебе не сделать это самой?» «Слушай», — Сыльги ухмыляется. «Передай ей «дорогуша, ты невероятная блядина—» «Нет, это грубо». «Ладно, хорошо, ты бы все равно забыла». «Что у вас за отношения?» «Не твое дело». Сыльги выходит и захлопывает за собой дверь. Айрин поднимается, чтобы запереть её и читает сообщение, отправленное Джой. Она никогда не видела так много оскорблений в одном предложении, поэтому сразу извиняется. Для: Джой Извини, это не я. Это была та полуголая девушка, которая забыла свое нижнее белье в ванной в прошлый раз. Бип. 1 новое сообщение. От: Джой Я догадалась. Айрин почти уверена, что это был не последний раз, когда она видит Сыльги. И надеется, что новая встреча состоится не скоро.***
Есть вещи о которых никогда не стоит говорить. Одна из них – религия. И на то есть причины, думает Джой. Люди защищают то, во что верят. Если два человека по-разному смотрят на религию, то есть огромная вероятность того, что начнется очень жаркий спор. Джой и Чен часто спорят о науке, и, если их споры о религии будут такими же то она не хочет даже начинать. Но человеку свойственно быть любопытным. Джой часто ночует дома у Чена, и на его столе всегда лежит Библия. «Я сделаю кофе», — Чен придерживает дверь, помогает Джой снять пальто. «Как продвигается работа над проектом?» «Медленно», — Джой садится на диван. «Я начинаю жалеть об использовании нафталимида вместо сахарного азида в качестве ингибитора, потому что в итоге конечная формула не имеет смысла». «Повтори эксперимент и получишь результат, если повезет». «Или я просто могу подставить данные». Чен садится рядом и протягивает ей кофе. «Я так делал в университете. Все закончили свои проекты, а я сидел в лаборатории за десять минут до закрытия». Джой наигранно вздыхает, качая головой: «Какой позор». «Только не говори, что ты так не делала». «Возможно и нет». Джой пьет кофе. Свежий, потому что Чен не пьет растворимый кофе. Он пытался до этого убедить Джой перейти с растворимого кофе на заварной, но Джой всегда отказывалась. Конечно, на вкус куда лучше, но она не собирается заставлять себя каждое утро перемалывать кофейные зерна в кофеварке. Растворимый кофе занимает секунду, заварной – одну минуту. Она скорее потратит лишние пятьдесят девять секунд на сон. Когда Чен приходит в гости, Джой заваривает растворимый кофе. Он жалуется на вкус (но всегда допивает).***
«Пойдешь со мной в церковь завтра?» «Конечно», — Джой сидит на краю кровати Чена, скрестив ноги. Она не религиозна, но с удовольствием составит ему компанию. «Но мне надо будет вернуться к трем часам и встретиться с Сыльги». «Не думал, что вы все еще общаетесь». «Почему?» «Ты не любишь алкоголиков». «Она исправляется». «Она выблевала тебе на пальто в прошлый раз», - он запускает пальцы в волосы Джой. «Это ведь было твое любимое пальто». Джой помнит. Тогда ей пришлось отмывать Сыльги от блевоты в душе полчаса. И она даже не заплатила за счет из прачечной. Неблагодарная сука. «У Сыльги есть и хорошие качества… Надеюсь», — Джой рассматривает цепочку Чена. Он снимает свой крестик и кладет его рядом с Библией на стол. Зарывается лицом в изгиб шеи Джой, аккуратно касается её бедра и шепчет: «Обожаю тебя», - снова и снова, будто читает молитву. Джой не верующая, но чувствует себя грешницей. И она не хочет думать о чувствах Чена. Если Бог есть, то он, должно быть, любит черный юмор, потому что иначе бы Джой и Чен не познакомились. «Я ужасна». Чен целует её так, будто они любовники. «Мы все лицемеры».