Часть 9
23 октября 2017 г., 20:46
Примечания:
В этой главе я делаю первое предупреждение по поводу отдельных сцен. Возможно, я преувеличиваю, но думаю, есть читатели, которым не очень приятно читать подобное. Обращаюсь именно к таким, я не могу вам сказать, как поступить. Решайте сами, или пропустить часть, или пробежать глазами или пересилить себя. Как бы вы не решили, надеюсь вы продолжете читать. Всем оргомное спасибо за ваше неустанное внимание и помощь в ПБ.
— Эй, жирдяй! — точный бросок баскетбольного мяча заставил Аарона пошатнуться и схватиться за голову. Гулкий звон в голове смешался с издевательским смехом. — Прибери здесь всё, хоть какой-то толк от тебя будет, — Аарон успел повернуться спиной к группе парней, прежде чем в него полетели остальные мячи. Разноголосый удаляющийся смех раздался эхом по опустевшему спортивному залу.
— Не обращай на них внимание. Они придурки, — на плечо легла ладонь в поддерживающим жесте, отчего Аарон немного дёрнулся. Оказалось, он был не совсем один.
— Точно, — сдержанно буркнул Аарон, кивнув Родни, который смотрел на него жалостливым взглядом. А ведь раньше он не смотрел так. Ещё пару месяцев назад Родни был не то чтобы другом, он был кем-то вроде товарища по несчастью.
До недавнего времени Родни Тули на пару с Аароном числился одним из главных изгоев школы. Может, его и не преследовали, как Аарона, но он не понаслышке знал, какими жестокими могут быть дети. Он был один из немногих, кто не гнушался общением с Аароном, даже в каком-то смысле тянулся к нему. И если бы одним выходным вечером Аарон случайно не забрёл в подворотню на окраине города и не увидел, как Родни топит в железной бочке отчаянно вырывающегося кота, то, возможно, они бы даже могли быть друзьями. Но тот эпизод сильно оттолкнул его от Родни, который при виде знакомого лица, испуганно отпрянул и начал лепетать оправдания, что хотел спасти кота, который упал в воду. Но Аарон не поверил. После этого общался со странным мальчиком только в пределах математического клуба. Разница у них была в два года, но старший Родни был на голову ниже. Его рост и многочисленные белеющие гноем большие прыщи на лице, всегда ярко красного цвета, служили основной причиной издёвок одноклассников, а тихий, не общительный нрав, позволял им безнаказанно глумиться над ним. Вот только когда отец Родни подарил ему на шестнадцатилетие новенькую машину, он значительно вырос в глазах сверстников, и с тех пор смотрел на Аарона с жалостью, будто не он совсем недавно вытаскивал свои тетради из унитаза и пытался отодрать жевательную резинку из волос. Но Аарон не сильно печалился, он всё равно никогда не считал Родни чем-то большим, чем мальчиком, с которым он мог обсудить математические вопросы. Для него ничего не изменилось, как и в этот день.
Так заканчивался почти каждый урок спорта для Аарона. Он уже привык и был рад, что на этот раз его всего лишь закидали мячами, а не заперли в сетке, предназначенной для них или не привязали к скамье. Подождав ещё пару минут, чтобы убедиться, что одноклассники больше не вернутся, Аарон начал собирать инвентарь.
Когда он почти закончил, то заметил на нижней ступеньке трибуны что-то бордовое. Он почувствовал, как участился пульс при осознании, что это могло быть и кому оно принадлежало. Медленно, будто опасаясь, что при любом резком движении вещь исчезнет, Аарон подошёл и подрагивающей рукой поднял со скамьи женскую кофточку. Бережно, будто в его руках находился священный артефакт, парень расправил мягкий материал и аккуратно сложил, заботясь о том, чтобы на явно дорогой одежде не было лишних складочек. Прежде чем пойти искать владелицу своей находки, он украдкой оглянулся и, удостоверившись, что всё ещё находится один, поднёс руки ближе к лицу и с блаженством втянул цветочный аромат. Да, он всегда подозревал, что запах Рейчел сравним с чем-то лёгким и кружащим голову, и сейчас его догадка подтвердилась. Он был уверен, что кофточка принадлежит именно Рейчел Эванс. Если они находились в одном помещении, Аарон по возможности не сводил с неё глаз, поэтому ему не составило труда догадаться, кто позабыл свои вещи. С порванным рюкзаком через плечо Аарон поспешил найти владелицу. За все годы он наизусть знал распорядок дня девочки из параллельного класса, которая с первого дня заняла все его мысли, которая стала его смыслом жизни, которая и не догадывалась, что поблизости всегда был паренёк, которому одного её присутствия хватало, чтобы прожить ещё один день.
По плану Рейчел должна была после обеда идти на урок музыки, а так как она была единственная из всей ее компании, кто посещал этот курс, всем было известно, что туда Рейчел ходила одна, а не окружённая плотной толпой друзей и знакомых. Стоящий недалеко от класса Аарон с замиранием сердца выжидал, когда из-за угла покажется героиня его наивных грёз. Он думал, что будет легко позвать её по имени и протянуть забытую вещь, представлял, как её медовые глаза посветлеют и посмотрят на него с благодарностью, она подарит ему и только ему свою обворожительную улыбку, и он улыбнётся в ответ, и это будет его самый незабываемый день. Только в реальности всё вышло совсем иначе.
Стоило Аарону увидеть переливающиеся золотом волосы, идеально струящиеся по плечам, как его начало трясти, словно в лихорадке. Его бросило в жар, а от участившегося дыхания перед глазами всё начало покачиваться. Если он сейчас не соберется, то Рейчел пройдёт мимо, и он упустит свой шанс. Заставив себя дышать ровно, Аарон сглотнул пару раз в надежде, что скупая слюна смочит горло, и из его рта выйдут более или менее внятные слова.
— Р-Рейчел?.. — наконец выдавил он из себя, делая один шаг вперёд и привлекая к себе внимание.
Рейчел резко остановилась и удивлённо уставилась на Аарона, будто он вырос из-под земли, а не стоял всё это время у стены. Узнав, кто перед ней стоит, Рейчел неосознанно подалась на шаг назад и нахмурила брови. Её руки будто в защитном жесте сильнее прижали к себе учебные принадлежности.
— Аарон? Чего тебе? — Аарон даже не обратил внимание на нервный голос. Он пытался не впасть в шок от того, что Рейчел назвала его по имени. Она знала его имя! Его охватила настоящая эйфория, и губы растянулись в нервозную широкую улыбку, что заставило юную Эванс сильнее прижать к себе книги и сделать ещё один шаг назад.
— Я… это… в зале нашёл…после спорта, — Аарон покраснел по самые кончики ушей, пиная и ненавидя себя за то, что не в состоянии произнести и пару простых слов складно, без запинки. В его взвинченном состоянии, с бешено стучащим сердцем, он не замечал, как Рейчел продолжает отступать. Он всего лишь хотел отдать её вещь, поэтому интуитивно наступал небольшими шагами, не задумываясь, что блеск его глаз и странная улыбка могут навести на кого-то страх. — Я нашёл твою кофту! — он так старался сказать всё гладко и без запинок, что вышло это довольно громко и слишком воодушевленно. Довольный собой, он рванул вперёд одним большим шагом и резко протянул опешившей девочке забытую ею вещь. — Вот! — гордо выдал он, и уже предвкушал, как Рейчел будет рада и благодарна.
Рейчел же растерянно приняла протянутую вещь, даже не взглянув на неё. Аарон был взбудоражен и под всплеском эмоций, не задумываясь, поднял руку и осторожно провёл по светлым волосам.
— Ты такая красивая, — заворожённым голосом произнёс он, чувствуя дрожь во всём теле и не веря, что на самом деле касается Рейчел Эванс. И только когда его руку обожгла боль, он словно выпал из прекрасного сна и испуганно посмотрел на пылающую гневом девочку.
— Что ты себе позволяешь? — выкрикнула Рейчел почти истерично, отскакивая от ошарашенного парнишки. — Что тебе надо?
Аарон ничего не понимал. Он ведь не сделал ничего плохого, он лишь заботится о Рейчел. Потирая ужаленную ударом руку, он усердно пытался сказать хоть что-то, но вместо этого издавал лишь невнятные звуки, начиная злиться, что опять стрессовая ситуация не позволяла ему выражаться внятно. Ему словно вату в рот напихали. А Рейчел всё пятилась и пятилась.
— Эй, детка, хорошо что ты ещё… — из-за угла, откуда пару минут назад появилась Рейчел, вышел Дерек Паркер и, узнав собеседника своей девушки, ускорил шаг. — Жирдяй, а ты что здесь делаешь?! — презрительно выпалил он, вставая рядом с Рейчел.
— Дерек, — с облегчением выдохнула та, бросаясь в его надёжные руки.
Аарон не понимал, почему девочка его мечты так себя ведёт. Он ведь не желал ей зла. Он ведь хотел помочь. Он просто хотел, чтобы она всего лишь один раз ему улыбнулась. Загнанным взглядом он смотрел на жавшуюся к Дереку девочку.
— Что он тебе сделал? Он обидел тебя? — Дерек угрожающе глянул на мнимого обидчика, собираясь кинуться на него, пусть Рейчел скажет только слово.
— Проводи меня в класс, — вместо ответа немного дрожащим голосом попросила Рейчел, поднимая взгляд на Дерека и улыбаясь ему слабой улыбкой, от которой у Аарона пошла голова кругом. Почему Паркеру? Почему не ему? Это ведь он принёс ей кофточку. Он ведь заслужил хоть маленькую улыбку или хотя бы спасибо.
— Хорошо, — согласно кивнул Дерек и бросил на Аарона пренебрежительный взгляд. — Вали отсюда, пока я тебе не помог, — выплюнул он с угрозой.
До Аарона начало доходить, что всё пошло не так, его красивые цветные картинки в голове разбились вдребезги. Нимб, который он в своё время надел на голову безупречной девочки, начал накреняться, её светлый незапятнанный образ начал меркнуть в его сознании. Он почувствовал, что к горлу подступает тошнота. Это неправильно. Она вела себя неправильно. И прежде чем Рейчел успела сказать хоть слово и тем самым исказить свой образ в его голове ещё сильнее, Аарон бросился бежать. Забежав за угол, он остановился на короткий момент, услышав, что Дерек снова спросил, что хотел тупой жирдяй.
— Он странный, — услышал Аарон нервный смешок. — Я просто не ожидала. Он принёс мне кофту, которую я забыла на спорте. Отмороженный какой-то он.
— Я поговорю с ним. Он больше тебя не потревожит, — Аарон буквально видел, как Дерек цедит слова сквозь зубы.
— Только не переусердствуй. Просто попроси его больше меня не преследовать. Это и правда жутко, — голос Рейчел уже звучал более расслабленно, с легкой надменностью.
— Он преследует тебя?! Почему ты раньше ничего не говорила? — взвинчено воскликнул Дерек, и Аарон вжал голову в плечи, подозревая, что теперь-то парень Рейчел точно не даст ему жить спокойно. Он и его дружки и без этого любили усложнять его жалкое существование, а после этого и вовсе не будут давать ему прохода.
— Ну, он не делал ничего, просто всегда таскался следом. Было даже мило как-то, как собачонка, — Рейчел хохотнула, а у Аарона потемнело перед глазами, а грудь болезненно резануло от чувства разочарования и нарастающей пустоты. Вот значит каким она его видела, жалкой никчёмной собачонкой, над которой можно лишь насмехаться. — Сегодня он первый раз заговорил со мной, что было довольно дико.
— Больше он с тобой не заговорит, — решительно ответил Дерек.
Zack Hemsey — Facing Demons
По щекам потекла солёная влага. Аарон надрывно втянул воздух и, сжав кулаки, ожесточенным шагом пошёл прочь. Паркер прав — он больше никогда не подойдёт к Рейчел. Каждый стремительный шаг отдавался новым взрывом злости в голове. Его ноздри раздувались, а грудь тяжело вздымалась. Шедшие ему навстречу школьники со страхом шарахались в стороны. Он не замечал их. Он шёл всё быстрее, пока не перешёл на бег. Он бежал, не видя ничего перед собой, глаза заполонила тьма. Отшвыривая в сторону каждого, кто попадался на пути, он мчался через всё здание школы. Лёгкие горели, но это лишь подгоняло бежать ещё быстрее, оставить позади себя боль от разочарования, от предательского смеха, от надменного тона, от недоверия в полюбившихся медовых глазах. Каким глупым, каким наивным он был, когда поверил, что она не такая, как все! Нет для него ничего хорошего, нет никакого дурацкого света. Всё ложь. Обман. Горячие слёзы оставляли новые дорожки на раскрасневшихся щеках. Яростно смахивая их с лица, Аарон продолжал бежать, пока ноги не принесли его к дому, где ему так же не были рады и где ему не место. Ему нигде не место. Он никому не нужен. И ему тоже никто не нужен! Его все презирают! Он себя презирает! Он никто. Зачем он вообще родился? Водоворот мыслей безжалостно разрывал голову. Он чувствовал, что она сейчас лопнет. С рваным дыханием он промчался мимо озадаченных приёмных родителей, взлетел по лестнице и с грохотом закрыл дверь в свою комнату. Но знакомые стены не принесли успокоения. Напротив, оказавшись взаперти, там, где провёл бесчисленные дни и ночи, терзаемый сомнениями и отчаянием, его организм словно изверг вулкан из яростного крика, и он начал крушить всё, что попадалось под руку. Его сила будто возросла во много раз. Деревянный стул полетел в окно, разбивая его на множество осколков, одиночная кровать была перевёрнута, так же как и ветхий стол, с которого в разбитое окно полетело всё, что на нём находилось. Уничтожить. Он жаждал всё уничтожить, каждое свидетельство его существования. Если он никто и никому не нужен, если у него ничего не осталось, то и следов от него не должно остаться. Ему стоит просто исчезнуть. Он не слышал, как кричали его имя за дверью, пока та не распахнулась и разгневанный приёмный отец не вырос на пороге. С расширенными от шока глазами при виде устроенного погрома, он что-то начал кричать, гневно размахивая руками. Но в разум Аарона словно вселилось безумие, неконтролируемая ярость заставила кинуться на отца, тот отлетел на несколько метров назад, сбивая с ног свою жену, которая начала истерично визжать в ужасе от происходящего. На лестнице показались вечно издевающиеся над ним братья. И перед глазами всплыли все обиды, которые они ему нанесли. Полностью отключенный от реальности разум больше не повелевал им. Гнев, мрак — вот что вело его. Первый из братьев не успел опомниться, как от удара кулаком в лицо врезался в стену. Старший трусливо бросился бежать, но успел достичь только первого этажа, как его настигла та же участь, что и младшего. Сверху раздавались крики сестры и матери, но они не могли достать до его души. Он чувствовал, что она у него умерла. Так же как и он скоро, наконец, покинет ненавистный мир. Расправа над приёмной семьёй не принесла облегчения. Бурлящая по венам кровь создавала огненный поток, принуждая вновь бежать, неважно куда. Не оглядываясь, он нёсся по улицам, не замечая удивлённых лиц прохожих. Он просто бежал в надежде, что когда силы иссякнут, то и ярость утихнет. Аарон не соображал сколько времени он провёл вот так, то задыхаясь от бега, то переходя на шаг, то снова устремляясь вперёд. Начинало темнеть, когда он сообразил, что находится за трибунами стадиона школы. Без сил он упал на прохладную зелёную траву и, не моргая, уставился в серое небо. Грудь высоко вздымалась, бешеный пульс отдавался шумом в ушах, вспотевшее тело покрылось ознобом от порыва ветра, принёсшего с собой приторный запах «травки», подсказывая, что Аарон здесь не один. Следом за этим недалеко раздался приглушённый смех. Старшеклассники нередко по вечерам прятались под трибунами, поэтому Аарон настороженно приподнялся на локтях. Новый приступ гнева в миг вытеснил любые позывы к самосохранению, когда он опознал обоих парней, только что выбравшихся из-под трибун. Кайл Вильямс и Дерек Паркер, гогоча во всё горло, двигались в его сторону. Фиксируя взглядом ненавистного Паркера, Аарон медленно поднялся и ведомый бесчисленными образами, в которых Паркер и его дружки всячески над ним издевались, пошёл им навстречу. — Уродец? — уже через секунду удивление Дерека сменилось презрительной усмешкой. — Эй, тупая башка! А я думал, мне придётся тебя вылавливать. Я как раз говорил Кайлу, что нам нужно с тобой поговорить. Чисто по-мужски, знаешь? А нет, не знаешь. Ты же вроде как баба, — оба громко заржали, тыкая в него пальцем. Возможно, виной была дурь, которой они обкурились, или же в их сознании просто не было места варианту, что затюканный всеми пацан может оказать сопротивление, поэтому они не обращали внимания на побелевшие до костяшек сжатые кулаки и налитые кровью редкого цвета глаза, которые в угрожающем прищуре были направлены на Паркера. Вот оно. Снова. В этом проклятом маленьком городишке любая новость за короткое время становилась достоянием общественности, в том числе и недуг приёмыша гробовщика. Он научился не обращать внимания на унизительные прозвища, но сейчас хор голосов повторял каждое из них, напоминая Аарону, каким ничтожеством он был в глазах других. Под распаляющий злость гул в голове он, не задумываясь о последствиях, кинулся на всё ещё ухмыляющегося Дерека. Не ожидавший нападения Паркер не успел отреагировать и рухнул на землю под тяжестью навалившегося тела. Не имеющий опыта в драках Аарон действовал интуитивно. Сбив обидчика с ног, он начал махать кулаками. Его удары были сильными, но не целенаправленными. Он не видел, куда бил, потому что мозг сконцентрировался на одной картинке, той, которая болезненнее всех остальных разжигала в нем огонь ненависти. Мягкая улыбка Рейчел, подаренная лицемерному Паркеру. Её благодарный взгляд направленный её лжеспасителю. С животным рычанием он слепо молотил по слабо сопротивляющемуся Паркеру. — Ах ты, скотина! — уворачиваясь от ударов и пытаясь освободиться, Дерек выплюнул окровавленную слюну. — Кайл, идиот, сними его с меня! Чего ты стоишь?! Очнувшись от шока, Кайл бросился на помощь, но при попытке оттащить бушующего Аарона, тот намертво вцепился в волосы Дерека, долбя его голову о землю. Тому удалось удачно взбрыкнуть и перевернуться, оказываясь над рычащим Аароном. Но ненадолго. Уже через пару секунд, он снова отбивался от жестоких ударов, лежа на спине. — Что, бля, здесь происходит?! — для Аарона ошалелый выкрик остался без внимания, но не для Кайла с Дереком. — Жирдяй напал на Дера. Он совсем озверел! — в панике воскликнул Кайл, указывая подошедшим Паркеру старшему и Большому Джону на очевидное. — Дер, мать твою, ты что, не можешь справиться с уродцем? — Дарио не спешил прийти брату на помощь. Вместе с Джоном они остались стоять рядом с покатывающимися по траве телами, пренебрежительно ухмыляясь. — Хватит ржать, Дар. Помоги мне от него избавиться! — прохрипел Дерек, когда пальцы сомкнулись на его шее. — Он бешеный! — с налитого кровью лица над ним капали крупные капли пота. Как он ни старался, ему не удавалось разжать удушающую хватку. — Дар… — послышался его слабый стон, побудивший старшего брата вмешаться. — Джон, помоги, — сплюнув, Паркер старший схватил Аарона за шиворот и начал тянуть назад. — Что за хрень? — с лёгким недоумением, выругался он, когда первая попытка обернулась для него ударом локтя в живот. — Ах ты, говнюк… — разозлённый, он изо всех сил рванул Аарона за правую руку, чуть ли не выдёргивая её из сустава. От пронзительной боли в плече Аарон отпустил Дерека, но ему не дали очнуться, как стоящий слева Джон схватил его за волосы, заставляя подняться на ноги. Всё ещё под властью безумия, Аарон бросился уже на него, не соображая, что против возвышающегося над ним парня у него не было шансов. Большой Джон и Дарио были старше и превосходили его в росте и силе. Но это не останавливало Аарона размахивать кулаками. И вот пара удачных попаданий в челюсть и в глаз обернулись для него кошмарными последствиями. — Скотина! — взревел Джон, отшатнувшись от тяжело дышащего Аарона и вытирая струю крови с уголка рта. — Теперь тебе пиздец. Ты сам напросился! — его улыбка напоминала больше оскал хищника в предвкушении нападения. Защищаясь от нападения, Аарон сам не ожидал, что его выставленная вперёд нога попадёт в пах Джона, отчего тот взвыл, загибаясь в три погибели. — Сука-а-а! Я тебя убью, слышишь?! — проскулил Джон, зажимая пах обеими руками, поворачивая голову к Аарону, который не совсем осознавал, как ему удалось остановить атаку такой горы, как Большой Джон. — Ну всё, хватит! — рявкнул Дарио, остававшийся всё это время в стороне. — Похоже, выродок забыл, где его место. Дер, Кайл, берём его! — по команде старшего, Кайл, который помог к этому времени подняться очухавшемуся Дереку на ноги, окружили в панике начинающего осознавать своё положение Аарона. Со всех сторон на него обрушились методичные удары. Вкус крови во рту появился почти сразу, так же как и резкая нехватка кислорода, когда чей-то кулак врезался в живот. Удары продолжали сыпаться, даже когда он упал на землю скручиваясь, чтобы защитить голову. — Пока довольно, — вдруг скомандовал старший Паркер. — Продолжим в другом месте. Свидетели нам не нужны. Джон, подгони машину. А вы двое, снимайте ремни, нужно его связать, — из-за пронзившей всё тело боли Аарону с трудом, но удалось разобрать слова, от которых кровь в жилах застыла. Даже если бы он нашёл в себе силы встать и попробовать бежать, ему бы не дали шанса даже подумать об этом. Чьи-то ботинки пинками перевернули его на живот. Он резко втянул воздух, когда обе руки вывернули за спину и начали стягивать ремнём. Второй был намотан на лодыжки, а после Аарон был снова перевёрнут лицом вверх. Мятая трава и кусочки земли прилипли к его лбу и щекам. Левый глаз начинал заплывать, но зрения хватило, чтобы увидеть нависающие над ним три злобно ухмыляющихся лица. — Ну что, мудило, всё такой же отважный? — напыщенно бросил Дерек, и сплюнул сгусток смеси из слюны и крови, попадая Аарону в лицо, который и не думал уворачиваться, так как леденящий душу страх сковал движения. Дерек хотел сказать что-то ещё, но был прерван звуком двигателя и скрипом тормозов. — Джон, помоги мальцам закинуть его в багажник, — хладнокровный голос старшего Паркера наводил на Аарона больше ужаса, чем искажённые презрением лица других троих. Джон на пару с Дереком подхватили окаменевшего парня и в два счёта закинули в открытый Кайлом багажник Доджа, которым Дарио хвастался, получив от отца щедрый подарок на восемнадцатилетие. Аарон упал на стреляющее болью правое плечо, и в первый раз из него вырвался громкий стон. — Ты будешь у меня на коленях ползать и молить пощады, будешь выть, как собака, когда я с тобой закончу. Ты понял меня, сучёныш? — наклонившись над стонущим парнем, прошипел Джон зловеще, чем вызвал видимое содрогание, и удовлетворённо заржал. — Заткни его чем-нибудь, ещё криков нам не хватало, — раздался приказ Дарио. До этого момента Аарону и в голову не приходило, что он может кричать, может позвать на помощь. Ему никто никогда не помогал, потому что никто не хотел связываться с выродком Донельски. Он не был достоин даже жалости. Только отвращение и пренебрежение. Так чем помогут его рваные крики? — Чем я его тебе заткну? — тупо спорил Джон, поворачиваясь к Дарио. — Мне плевать! Используй свой шейный платок. — Ладно, — с неохотой Джон снял с шеи платок. — Дер, помоги, — когда его голову грубо дёрнули влево, Аарон увидел перед собой ухмыляющееся лицо Дерека. — Заставь его открыть рот. Цепкие пальцы с силой сжали его скулы, и Аарону ничего не оставалось, как разинуть рот. Пропитанный старым потом платок во рту вызвал рвотный позыв. Услышав подозрительные звуки, Джон схватил местами пропитанные кровью волосы и дёрнул на себя. — Блеванёшь в тачку Дарио, он тебя на кусочки изрежет, — предупредил Джон. Аарона не было нужды предупреждать. Приступ ярости испарился, оставляя после себя дрожащее тело и непередаваемый страх перед неизвестностью. Предчувствие и прошлый опыт общения с этими парнями нашептывали: чтобы они не задумали, это будет больно, и он просто должен постараться выжить. Потому что он больше не хотел умирать. Может, он и желал этого, охваченный неподвластными ему эмоциями, но сейчас из глаз лились слёзы. Ему было стыдно и больно за себя, за то, что он не мог сдерживать вырывающиеся наружу из-под платка звуки, отдалённо напоминающие рыдания. Он хотел быть сильным и смелым, и умным, но он был слабым и немощным, и тупым. Но он хотел жить. В сознании проснулась твердая уверенность, что так не должно закончится его существование. Никто не заслуживает заканчивать свою жизнь таким образом. В багажник, в котором и без того жаркий воздух усложнял дыхание, проник едкий дым. Видимо, сыновья шерифа чувствовали себя неподвластными закону, если смели употреблять наркоту прямо в машине посреди города. Глаза горели, барабанные перепонки рвало от оглушающих басов музыки. По относительно непродолжительной поездке и паре крутых поворотов, при которых его обездвиженное тело болезненно болталось из стороны в сторону, Аарон мог только догадываться, куда его привезли, когда машина наконец остановилась. Музыка стихла, и он невольно содрогнулся, когда хлопнули двери. Он начал так трястись, что даже режущий углы рта платок не мешал зубам стучать друг о друга. Багажник открылся, и возвышающийся над ним Дарио со сложенными на груди руками улыбнулся ему такой жуткой улыбкой, что Аарон, каким бы связанным он не был, начал инстинктивно брыкаться, уставившись на главного в этой шайке распахнутыми от ужаса глазами. — Вытаскивайте его, — спокойным голосом бросил Дарио и отошёл, давая возможность Джону и натужно пыхтящему Кайлу вытащить его, перенести чуть дальше, туда, где всё ещё включенные фары слепили глаза, и грубо бросить на землю. Запах хвои и свежей земли ударил в ноздри. Лес. Они привезли его в лес. Город граничил с государственным заповедником. Он был огромным и диким. Незнающим лес советовали не заходить вглубь слишком далеко без проводника. В этой глуши с ним могли сделать всё, что хотели. Теперь ему уже ничто не поможет. Обречение и безысходность — всё, что ощущал Аарон. — Развяжите его, — странное чувство опустошения навалилось на Аарона, когда по команде Дарио Кайл и Дерек освободили его от кожаных пут. — Передай мне один, — взяв в руки один из ремней, Дарио подошел ближе и резким ударом армейского ботинка в район почек, отчасти привёл онемевшего Аарона в чувства. — Вставай! — стальным голосом велел он. Может, если он будет делать, что они хотят, они пощадят его? Может, если он извинится за своё грубое поведение, они не будут слишком жестокими? Ведь раньше это иногда помогало. Раньше у цыган его не били, если он был послушным. И приёмные родители не так часто распускали руки, если он вёл себя правильно. Он покажет им, что он может быть послушным, и они не дадут ему умереть. Пусть поиздеваются, пусть побьют, но они не дадут ему умереть. На затёкших ногах Аарон послушно поднялся и с опущенной головой покорно встал перед Дарио. Первый удар ремня по рёбрам пронзил болью даже через рубашку. Второй обжёг предплечье, после третьего Аарон не удержался и взвыл. Одна щека и часть челюсти смертельно горели. Соль от слёз будто прижигала язвы на ранах на лице. Потом на него обрушились нескончаемые удары по всему телу. Аарон не мог определить, после которого его ноги не удержали, и он упал на колени, скуля, пытаясь выпросить пощады. — Это тебе за моего, хоть и придурка, но брата, — процедил Дарио, бросая ремень на землю, и дёргая за тёмные волосы, принуждая Аарона посмотреть вверх. Он даже не запыхался. Ему ничего не стоило просто отхлестать кого-то, и даже капельки пота не выступило на его лбу. — Он ваш, — брезгливо сплюнув, он отошёл в сторону и сложил руки на груди. — Моя очередь, — с тошнотворным предвкушением слова Джона прозвучали для Аарона, как приговор. — Даже не знаю с чего начать, — гоготнул он, подходя ближе. — Ты уже воешь, как сучка в течке, — вдруг он осёкся и громогласно заржал. — Так ты и есть сучка, баба недоделанная. А знаешь, что я с бабами делаю? — оскалился Джон, хватая дрожащего парня за шиворот. — Их я трахаю. Я обожаю трахаться, и знаешь что, тебя я тоже трахну. Ты же баба, а бабам нравится, когда их ебут, трахают во все дыры. Посмотрим, в какие дыры тебя можно выебать. Нет. Они не могут. Это незаконно. Так нельзя. Ужас, настоящий животный ужас охватил все существо Аарона, все намерения быть послушным вылетели из головы, оставляя лишь одну мысль: он не переживёт это! Стоя на коленях, он машинально попятился назад и замотал головой. Нет. Нет, они не могут так с ним поступить. Они же тоже люди. Даже они не могут быть такими зверями. Его полный мольбы взгляд обратился на остальных, но встретил там лишь равнодушие и ухмылки. Это конец. — Куда это ты, сучка или сучёныш, — Джон ржал над собственными тупыми шутками, хватая Аарона за волосы и волоча обратно под свет фар, хотя ночь ещё не совсем вступила в свои права. — Эй, подержите его. Дерек был тем, кто схватил трясущего Аарона, опрокинул его на спину и уселся сверху на грудь. — Отлично, держи его, пока я со штанами разберусь, — возня с ширинкой сопровождалась натужным пыхтением. — Да ты всё же не совсем баба, — хохотнул Джон, стащив протёртые джинсы вместе с трусами до самых лодыжек. — У тебя на самом деле есть член. Нет, вы посмотрите, у него есть член! — на его издевательское удивление другие отозвались смехом. — Загни этого выродка, чтобы я мог показать ему, что он упускает, будь он настоящей сучкой. Вес Дерека исчез, и дышать стало легче. Его безвольное тело перевернули и скрутили, ставя его снова на колени. Звук замка ширинки прозвучал в ушах, как пронзительный скрип. Аарона ткнули головой в землю, в ягодицы упёрся проталкивающийся внутрь член, и в этот момент сознание его словно отслоилось от приговорённого к истязаниям тела и взмыло вверх, и оттуда оно услышало разрывающий душу крик боли, увидело, с каким диким наслаждением Большой Джон намеренно грубо дёргал бёдрами, оставляя алые следы своих рук на бледных ягодицах. Его сознание замечало, как сотрясается в рыданиях его собственное тело, что кажется лишь распаляло Джона двигаться ещё быстрее. — Ну, как тебе, сучёныш? Теперь ты знаешь, за что меня зовут Большим Джоном, — насмехающийся голос Джона звучал приглушённо, но можно было понять каждое слово. — Вовсе не за мой рост, понимаешь? — снова Джон решил, что удачно пошутил и заржал, ударив покрасневшее место с особой силой. — Как же. Я. Обожаю. Трахаться! — каждое слово сопровождалось жестоким проникновением. Сознание Аарона догадывалось, что тело, наверное разрывает на части, но оно никак не могло ему помочь. Так было лучше. Только так он может пережить это. — Сука-а-а… раздался длинный стон, и Джон, ухнув, отпрянул и поднялся на ноги. — Следующий, — хохотнул он, застёгивая ширинку. Невольно сознание содрогнулось. Это ещё не конец. — Эм, Джон, я пасс, — неуверенно отозвался Дерек, всё ещё прижимающий шею содрогающегося тела. — Ээ нет, вы тоже должны, — Джон твёрдо кивнул на согнутую фигуру. — Я не буду один участвовать в этом дерьме. — Да не хочу я его трахать, — Паркер младший посмотрел на брата. — Дар, скажи ему. — Джон прав, — непреклонность в голосе старшего подсказывала, что у них нет выбора. — Вспомни, что всегда говорит отец. — Если влезли в дерьмо, то делайте вместе, — обреченно процитировал Дерек. — Но у меня на него даже не встанет, — как ребёнок проконючил Дерек и заработал издевательский смех от Джона. — А ты представь свою драгоценную Рейчел. Ведь её-то ты хочешь трахнуть, а, Дер? Или ты уже трахнул? А, Дер? Ты засунул свой член в её девственную дырочку? — продолжал издеваться Большой Джон. — Заткнись, Джон, — рыкнул Дерек, оглядываясь на растерянного Кайла. — Может, у тебя вообще не стоит, а, Дер? Тогда я могу трахнуть твою красотку. У меня всегда стоит, а на твою Рейчел у меня может стоять часами, — Дерек подскочил и озлобленно пихнул ржущего Джона в плечи. — Заткнись, говорю! — Тогда трахни уже, наконец, урода, и покончим с этим, — прорычал Джон, угрожающе нависая над опасливо отступившего назад парня. — Подрочи, если надо. Это ты можешь? — Джон, уймись, — вмешался Паркер старший авторитетно. — Дер, мы тут по твоей просьбе. Ты хотел проучить его? Ты сам говорил, что Рейчел просила тебя с ним разобраться. Какая теперь разница, каким образом. Мы теперь все замешаны. Действуй и побыстрее. Нас скоро отец искать начнёт. — Ладно, — буркнул младший, возвращаясь к не сдвинувшемуся с места телу. Упоминание о той, кто разрушил детские мечты, отдалось новым всплеском гнева, но за ним неожиданно утвердилась мысль, что при всей ненависти он не желал Рейчел той же участи, а она её точно бы настигла, если бы Большой Джон добрался бы до неё. Сознание вернулось к происходящему на земле, когда потуги Дерека заставить свой член встать сопровождались хмыканьем Джона. Поникший Кайл, ожидая своей очереди, с некой досадой достал свой возбуждённый член из штанов, и теребил его рукой, доводя до полной готовности. — Смотри-ка, Дер, ты говоришь у тебя не стоит, а Кайл уже почти кончил, — конечно Джон заметил, что Вильяму не потребовалось сильно напрягаться, его торчавший орган указывал на его состояние. — Заткнись, Джон, — вяло запротестовал Кайл. Дерек злобно фыркнул, устраиваясь позади покрасневших ягодиц, и сознание приготовилось услышать новый крик боли, когда Паркер, будто пытаясь доказать, что у него нет проблем с эрекцией, взял не без труда, но всё же отвердевший член в руку, направив его, резко проник и начал с остервенением двигаться. Но почему-то не последовало крика, вместо этого сознание увидело, как пальцы зарывались в рыхлую землю, и острые сухие иголки впивались под ногти, когда голова повернулась, и рот был открыт в безмолвном крике. Единственный слышимый звук создавали два хлопающих друг об друга тела, изредка прерванный подбадривающими выкриками Большого Джона. Пытка Дерека закончилась быстрее. За ним подошёл Кайл, который провозился над практически бесчувственным телом ещё поспешнее. Его тело не двигалось, лишь мелкая дрожь создавала вибрацию в каждой клетке, но это не помогало согреться. Возможно, ледяной озноб возник от прохладного вечера, а, возможно, слишком много боли вывели важные функции организма из строя. Но это ведь поправимо. Он оправится. Страшное чувство боли навсегда клеймом останется в его сознании, но тело-то оправится. Они получили, что хотели, и теперь они могут закинуть его в багажник, отвезти обратно в город, и он согласен даже быть выброшеннмм где-нибудь на дороге, где его смогут найти. — Эй, Кайл, да ты скорострел! Тебе стоит чаще тренироваться, а то твоя будущая жёнушка сбежит от тебя быстрее, чем ты кончаешь, — похоже даже Дарио надоело слушать бред Джона, поэтому он заставил его заткнуться резким взмахом руки. — Нужно сворачиваться. — Может, ещё по кругу? Ну, чтобы он точно запомнил урок? Да и у меня снова стояк, — Джон потёр выпирающий пах и осклабился. — А с тебя, Дер, должок за наши старания. — Расчитаемся ещё, — беразлично ответил Дерек. Пожалуйста… Пожалуйста… Не нужно больше… Пожалуйста… Я умоляю… Не нужно… Сознание в неслышимых слезах взмолилось, оно кричало, потому что ещё больше раздирающей боли и адских мук тело не выдержит. — Эй, Дарио, он вырубился… — Кайл казался в замешательстве, когда глянул на изувеченное тело у его ног. — Чего? Урод сдох что ли? — без капли сожаления и беспокойства выдал Джон, подходя ближе. — Врежь ему, очнётся… — сухо бросил Дарио, но тоже подошёл и встал рядом с Джоном. Нет, нет, нет… Я прошу… Больше не надо… Он всё понял… — Вот ведь хрень! Он не шевелится! — как и приказал Дарио, Кайл несколько раз приложился ногой по телу, но безрезультатно. — И что теперь?! Что мы с ним делать будем? — высоким голосом взвизгнул Дерек, нервно хватаясь за голову. — Без паники, щегол, не сдох он. Отключился, наверное, просто… — на снисходительный тон Джона взвинченный Дерек не обращал внимание. — А если нет?.. Чёрт, Дарио, его нужно было просто припугнуть, а не… — Заткнись, Дер! Ты попросил, мы сделали, — огрызнулся Джон, садясь на корточки, чтобы убедиться, что изнасилованный ими парень на самом деле без сознания. Помогите ему… Он больше не может… Пожалуйста… Он умирает… Помогите… — Так что мы с уродом делать будем? Может, просто здесь бросим? — скептический спросил Джон, выпрямляясь и вопросительно глядя на Дарио. — Придурок! Отец, если обнаружит… — Дерек видимо впадал в панику. — Дарио, отец нас убьет, если… — В лес его. Там с ним звери разберутся. Если останки найдут… Ну пошёл пацан в лес погулять и заблудился… Кто его вообще искать будет? Кому он нужен… — безэмоциональным голосом Дарио вынес свой вердикт главаря и издевательски ухмыльнулся, другие поддержали его с облегчением, что решение наконец было принято. Нет… Нет, вы не можете… Не смейте, пожалуйста… Не нужно в лес… Они не могут, не могут. Сознание начало рваться вниз, оно отчаянно пыталось вернуться к своему телу, чтобы очнуться. Он обязан очнуться! Ему не выжить в лесу. Все кошмары детства вспыли в памяти, он уже видел клыки зверей, разрывающих его тело на куски, слышал крики собственной агонии, когда они начнут рвать его в разные стороны. — Дер, давай, хватай его, нужно надеть на него шмотки, чтоб без подозрений потом… — велел Джон. — Почему я должен его одевать? — Потому что твоя подружка захотела его проучить, вот и действуй! — подтвердил жёстко Дарио, и Дереку ничего не оставалось, как послушаться. На помощь другу пришёл Кайл. Вместе они быстро справились с джинсами. — Если уродец выживет, то точно больше к твоей королеве не подойдёт… — хохотнул Джон, когда подцепил обе руки и поволок тело к машине. Не подойдёт! Обещаю! Пожалуйста, только не делайте ему больше больно. Помогите ему… Ему холодно… Ему так холодно… Не бросайте его… Прошу, не бросайте его… Машина тронулась, и сознание не желало верить, преследуя, крича и умоляя сжалиться, одуматься. В собственном бессилии оно наблюдало, как машина заехала чуть дальше в лес по широкой тропе, как Джон и Дерек словно мусор выбросили тело под дерево, обменялись пятерней и, сев в машину, исчезли из виду. Когда звук мотора стих, воцарилась зловещая тишина. Ни щебетания птиц, ни шума ветра. Будто сама природа склонилась в почётном трауре перед разыгравшейся в её владениях трагедии. Несуществующие слёзы беззвучно капали с неба на собственное тело, с которого сознание не сводило поражённого взгляда. Но в какой-то миг что-то изменилось. Поток внезапного ветра закружил сознание. И движение ускорилось, словно засасывая его в трубу торнадо. Реальность ускользала, окружающий мир вдруг превратился в сумасшедшую вереницу размываемых картинок из прошлого. Его затягивало и затягивало, пока какая-то неописуемая сила притяжения не рванула вниз, и тогда сознание почувствовало, что снова воссоединилась с телом, и это навело страх. Настоящий, опустошающий душу страх, потому что тело ничего больше не ощущало. Оно будто намертво заледенело. Наверное, так приходит смерть. Онемение и опустошение. Но он ошибся. Холод исчез мгновенно, без предупреждения, и его начал пожирать огонь, тот, который он видел перед собой. От которого не было спасения. Он заживо сжигал его плоть, и в этом пожаре сформировалось очертание чего-то тёмного, чего-то уже давно знакомого. Чудовище с пылающим глазами и огромными зубами. Демон, пришедший за ним. С торжествующим хохотом оно неумолимо приближалось откуда-то издалека, из тьмы. И когда он подобрался совсем близко, он разинул свою пасть — и последние остатки веры были поглощены огнём, и Аарона поглотила тьма.
