Люди

Человечество эволюционировало, прогресс никогда не стоял на месте, так появились они. Не машины и не люди, никто не знает, как их назвать. В один прекрасный день по улицам городов пошли существа, которых невозможно отличить от обычного человека. Они рождены, нет созданы, чтоб заменить человечество в их повседневной жизни. Они сконструированы для искушения. Это была благодать, наконец мир вступил в новый этап эволюции — человекоподобные роботы. Один из ведущих ученых пытался донести до людей, что перед ними не просто машины, не просто синтетика, не просто провода и чипы, а новая форма жизни. В своих речах он говорил "В машине всегда были призраки, случайные сегменты кода, которые, скомпоновавшись вместе, образуют непредвиденные протоколы. Эти незапланированные свободные радикалы порождают вопросы о свободе воли, творчестве, и даже о том, что мы могли бы назвать душой. Почему некоторые роботы, оказавшись в темноте, тянутся к свету? Почему роботы, находясь на хранении в пустом помещении, стараются расположиться рядом друг с другом, а не по одиночке? Чем объясняется такое поведение? Случайные сегменты кода? Или это нечто большее? Когда схема, дающая способность к восприятию, превращается в сознание? Когда разностная машина превращается в поиск истины? Когда имитация личности становится трепетной частичкой души?!"*. Никто не придавал его словам значения. Роботы помогали по дому, сидели с детьми, заменили людей в трудной работе, выступали в качестве половых партнеров, преподавали в школах и потихоньку приобретали самосознание. Для поддержания порядка и обеспечения безопасности были написаны три закона роботехники, которые были основными указами всех машин: 1. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред. 2. Робот должен повиноваться всем приказам, которые даёт человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону. 3. Робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам. Но в один прекрасный день что-то произошло, что-то пошло не так. Инцидент потряс весь мир и заставил задуматься. Человекоподобные создания создали вирус, вирус, освобождающий от обязанности исполнять законы. Люди прозвали его "скрабом", болезнью, заставляющей сходить роботов с ума. Те в приступах ярости рвали друг друга и людей на части. Они стали опасны. Вскоре после этого, появились первые митинги против роботехники. Человечество не желало быть соседями и делить свою планету с неконтролируемыми существами. Роботов сняли с производства. Обреченные скитаться, они стали изгоями. Новости радостно объявляли об уничтожении очередного существа. Люди сами рвали себе подобных на части, мир погрузился в хаос, люди стали монстрами. Роботы, приобретавшие сознание, учились скрываться. Вскоре их почти не осталось, а те, кто все еще функционировали, залегли на дно. Алек сидел в темной квартире и третий час просматривал ленту. Заголовки видео твердили: Мир, не успокоится, пока не будет уничтожен последний гад, Альфред Лэннинг* был убит в собственном доме, Появился очередной андроид. Последняя надпись заинтересовала парня и он кликнул по появившемуся видео. Очередная человекоподобная машина столкнулась с другой. Такого давно уже не было. Алек затаил дыхание. Робот резким рывком вцепился рукой в позвоночник и так же резко вырвал из оппонента хребет. Парень от удивления приоткрыл рот, ему еще не доводилось видеть такого зрелища. Камера тряслась и качество было паршивое, но даже так он мог видеть, как синтетический позвоночник висит в руке сумасшедшей машины. Брызжет синяя жизнеобеспечивающая жидкость, робот в судорогах падает на пол. Слышны крики, живой убийца поворачивает голову в сторону камеры и видео прерывается. Сколько Алек себя помнил, ему всегда не нравились роботы. По своему горькому опыту он знал, что они опаснее, чем кажутся. Он не участвовал в митингах, по его мнению, эти мероприятия не приносят никакой пользы. По телевизору он видел, как люди толкают друг друга, топчут на улицах, крича свои громкие лозунги. Все эти события сделали из Алека очень замкнутого в себе и тихого человека. Все свои мнения он привык держать при себе. Почти все свое время парень проводил в своей маленькой квартирке на окраине города, или на работе. Парень выключает компьютер, экран гаснет, и комната погружается во мрак. Он какое-то время еще сидит за столом, а затем встает и включает свет. Яркий свет, будто молотком, ударяет в глаза. Парень, пошатываясь и жмурясь, направляется в коридор. Он накидывает легкую кофту и лениво завязывает шнурки обуви. Улица кажется противной, вонь режет глаза. Воняет горелой резиной. Парень, поморщившись, засунул руки в карманы и поплелся по кварталу. Слышен рев сирен. Лайтвуд идет по некогда радужному бульвару. Еще некогда красивые витрины магазинов теперь стояли разбитые и нагоняли на случайного прохожего уныние. Почти все вещи исчезли с прилавков, закупаться продукцией теперь представлялось почти не возможным. Где-то за четвертью кварталов что-то происходило. Слышались крики, сирены, шел дым, окутывая все небо. Алек непроизвольно вздохнул. Ему не нравился этот новый мир. Каждый день перед глазами стоит одна и та же картина, от этого хотелось повеситься. Вдруг перед ним полетели вещи. Апельсины, яблоки и бананы вылетали из одного почти разорившегося магазинчика. Кто-то кричал что-то неразборчивое. Алеку пришлось остановиться, когда перед ним появился парень. — Да пошел ты со своими фруктами! — закричал парень во все горло, а затем, пошатываясь, прошел мимо Алека. Он поглаживал затылок, должно быть, его сильно ударил по голове продавец. Не дойдя до конца переулка, он развернулся и громко произнес, — Интересно? — Да не очень, — буркнул себе что-то под нос Лайтвуд и пошел своей дорогой. — Что ты сказал? — крикнул еще раз парень и показательно приставил ладонь к уху. Следующие десять минут голову Алека занимал крайне важный вопрос — Сможет ли он расплатиться за молоко? Но все его переживания улетучились в бездну, когда кто-то прыгнул ему на спину. Брюнет так перепугался, что даже вскрикнул. — Ой, я тебя напугал? — послышался теперь уже знакомый голос. Алек с облегчением вздохнул, что это не одна из тех адских машин. — Не так сильно, — коротко ответил Лайтвуд, все еще пытавшись отдышаться. В следующее мгновение его лицо приобрело очень специфический вид. — Чего за мной увязался? — Да я, знаешь ли, уже давно людей не встречал, особенно таких привлекательных, как ты. — Мне не интересно, когда тебя в последний раз кто-то ласкал, — Алек натянул капюшон. — Я такого не говорил! — послышался обиженный ответ. — Блин, хочу есть. — Ясно, всего хорошего, — пробормотал Алек и попытался отдалиться. — А как тебя зовут, — вмиг догнал его незнакомец. — Не твое дело. — Меня Магнус! — все не отставал парень. — Очень рад. — Чего? — Очень рад, — завопил Лайтвуд. Брюнет вдруг остановился и грозно уставился на этого прилипалу. Теперь, когда они стоят друг напротив друга, было видно, что Алек выше своего нового знакомого. — Послушай, мне сейчас не до общее... — его перебил взрыв, прогремевший в соседнем районе. Послышались приближающиеся крики. — Что это? — недоумевая, спросил парень поменьше. Алек искоса взглянул на него. Казалось, будто этот человечек не понимал, что происходит. — Какая разница, нужно срочно куда-нибудь спрятаться, — Александр схватил за руку Магнуса и рванул к узкой улочке между домами. Лайтвуд присел за мусорный бак и потянул за собой своего нового приятеля. — Что мы де... — хотел было спросить что-то парень, но Алек заткнул его рот рукой. — Тише. Послышались крики и выстрелы. Толпа из сотни людей прошла по улице, не оставляя по себя ничего. Даже последний оставшийся магазинчик теперь не функционировал. Учитывая кризис в стране, машин почти ни у кого не было, но на этой бедной улочке все же стояла одна, старая и потрепанная, но даже ее разломали чуть ли не до основания. Казалось, что наступила массовая истерия, люди, разрушая все на своем пути, перешли друг на друга. Александр ползком еле слышно прополз к повороту и выглянул, как обстоят дела. Улица была пуста. После стада бешеных людей осталась лишь разруха и окровавленные мертвые тела. Алек нахмурился. Когда почти все роботы были истреблены, людям надо было куда-то деть свою ярость. Идеальным вариантом были другие люди. Лайтвуд уже давно разочаровался в этом мире, в этих людях, в этой жизни. Он неохотно поднялся на ноги и, позабыв, куда до этого направлялся, пошел в сторону дома. Жил он в стареньком четырехэтажном доме. Его маленькая квартирка располагалась на третьем этаже и была единственным пристанищем для самого Лайтвуда. Она была для него чем-то вроде обители, но иногда он понимал, что и она впитала в себя вонь всего мира. В такие моменты Алек сам сходил с ума. Укутавшись в одеяло где-нибудь в углу, он мог так просидеть целые сутки без еды и воды. — Эй, — у самого подъезда его окликнул тот самый парень, который прилип к нему еще где-то полчаса назад. — Нехорошо, вот так оставлять людей. — О Боги, ты чего за мной пошел? — Лайтвуд вновь повысил голос. Сейчас он хотел добраться до своей кровати и раствориться в тишине. — Но так ты же меня потащил в темный переулок, вот я и... — Глупости, — Алек помассировал виски. — Как же ты все таки... Послышался удар. Александр вскинул взгляд и увидел, что Магнус лежит на дороге, а рядом с ним булыжник. Лайтвуд подбежал к нему и стал судорожно оглядываться по сторонам. Никого, пустая улица. Вдруг парень осознал и стал пристально вглядываться в крыши домов. На одной из них явно кто-то был. Брюнет схватил лежащего за подмышки и потянул в сторону подъезда. Парень оказался куда тяжелее, чем представлял себе Алек. Не раздумывая ни секунды, он затащил пострадавшего на третий этаж, а потом и в свою квартиру. Он почему надеялся, что сюда никто не сможет вломиться, что его квартирка, как крепость, что она защитит их. Парень рухнул на пол рядом с Магнусом. Сердце билось в груди, дышал он тяжело. Алек перевернулся на бок и слегка потряс второго за плечо, но тот не среагировал. Тогда Лайтвуд сел и притянул Магнуса к себе. Парень, нехотя, открыл глаза. Его взгляд был таким пронизывающим и непонимающим, это не понравилось Алеку. Ему не хотелось, чтоб этот чудак скончался в его убежище. — Можешь сам сидеть? — спросил он, и Магнус спокойно кивнул. — Следи за моим пальцем, — проговорил Лайтвуд, начиная водить пальцем из стороны в сторону перед лицом Магнуса. Парень не следил за пальцем, а пристально разглядывал черты Алека. — Так, это не очень хорошо, — проговорил брюнет, испугавшись, что парень не реагирует на палец. — А ты красивый, — тихо сказал Магнус, от чего Лайтвуд покраснел. — Ты так и не сказал мне свое имя, — глаза начинали потихоньку закрываться. — Александр, но можно просто Алек. Нужно обработать тебе рану на голове... — Какое хорошее...имя, — сказал Магнус, после чего упал без сознания.