Люди

"— Умри, умри. Ты слабак, Магнус, ты даже не смог спасти меня, своего единственного друга. Тебе не стоит жить на этом свете. Ты всем лишь мешаешься под ногами. Как такое ничтожное существо, как ты, смогло пережить эти пять лет и не сойти с ума? — Алек с кровавой грудью злобно смотрел на парня. Лайтвуд потихоньку начинал отдаляться, его очертания становились все более размытыми, его фигура начинала скрываться за пеленой тумана. — Пора, Магнус, пора!" Бейн очнулся в мусорном баке на гнилых мешках, от чего парня стало тошнить в ту же секунду. Он не смог еще полностью прийти в себя, а невыносимая вонь сразу ударила ему в нос. Он застонал и, попытавшись быстро встать, врезался головой о крышку бака. Магнус застонал, схватившись руками за ушибленное место, но немного погодя, ему все же удалось выбраться на свет божий. Он прекрасно помнил, что именно привело к тому, что проснулся он в помойке. Алек был мертв, а Бейн остался жить дальше. Это ощущение сбивало его с ног. Вот был человек и не стало его. Все произошло слишком быстро, что парень лишь сейчас начал понимать, что на самом деле случилось. Чувство вины, злости и скорби вскурижили его голову и Магнус громко разрыдался. Он не желал верить, он хотел вернуть друга назад, но ничего уже нельзя было сделать, было уже поздно. Не было смысла и плакать. Зачем Магнусу плакать и скорбеть по Алеку? Кто он ему? Всего лишь случайный знакомый в этом огромном сломанном мире? Или он теперь нечто большее, которое не хотелось терять? Ах, если бы он тогда защитил его, если бы он тогда заслонил его своей грудью? Был бы Александр жив? Магнус не мог себе простить такого. Зачем он был ему нужен, он лишь путался под ногами и его всякий раз приходилось спасать. Он даже успел ему напомнить о его страшном прошлом, когда у самого его не было и никогда не будет. Почему именно он, человек без прошлого и без семьи остался жить? Жизнь человека, который мог сделать еще много хорошего прервалась и по вене Магнуса. Да, там точно было нечто большее, чем дружба. Пусть они теперь навсегда остануться друг для друга друзьями, но Магнус чувствовал к Алеку приятную привязанность, а может даже и симпатию. Магнус никогда не испытывал ни с кем ничего подобного, Александр был первым, ведь помнил он о себе необычайно мало. В его сердце поселилась скорбь, что пожирала его изнутри. Он помнил, как той ночью Алек коснулся его губ, ведь Магнус не спал, он следил за Алеком из прикрытых глаз. Привязанность, сковавшая его тело, оставалась все такой же сильной, даже после смерти любимого человека. Но в смерти этого человека виновен никто иной, как сам Магнус и это его убивало. Его подсознание поняло это раньше и парень увидел видение, такое страшное и одновременно долгожданное, в котором покойный Александр хотел смерти Бейна, за то, что второй позволил ему умереть. Почему Магнус должен жить, когда его любимый не живет? Вот именно, он не будет. Магнус, не взглянув на перекресток, где находилось страшное зрелище, подошел к пожарной лестнице и, вцепившись мертвой хваткой, подтянулся вверх, после чего вскорабкался на саму крышу дома. Высота была не маленькая - пять этажей, и даже тут парню казалось, что этого для него мало. Он ненавидел себя. Рыдая, он подошел к ограде и перелез через нее, накрепко вцепившись. Голова закружилась. Он не помнил, чтоб когда-нибудь забирался выше третьего этажа. Одним глазком он взглянул вниз. — А когда-то все именно с этого началось, — указал Магнус на разбитую ветрину с силиконовыми протезами частей тела. — Разве? — Алек взглянул на ветрину и покачал головой. — Ну да, а ты разве не помнишь, как все стали ходить с многофункциональными руками и вживляли себе чипы в мозг? — Вот теперь что-то припоминаю. Был у меня один друг, который как раз не отставал от прогре... Первая пуля прошла навылет сквозь левое плечо. Магнус вскрикнул и быстро очутился с обомлевшим Алеком, но не успел. Вторая пуля ударила ниже и парень полетел на асфальт, притягивая за собой и Магнуса. Футболку парня испакала кровь, она текла и текла, ее было не унять. Магнус лихорадочно дышал, лежа рядом с другом, который не отвечал. Плохие мысли завладели Бейном, не уж-то... Послышался третий выстрел, а затем и четвертый, и пятый, Магнус шелохнулся и быстро, практически не монимая, что он делает, пополз в сторону мусорного бака, стоявшего на маленькой улочке. Забравшись внутрь, парень отключился и не услышал, как несколько людей прошли мимо него. Час пробил. Сердце стукнуло сильнее и Магнус, полетел вниз, еле удержавшись за перила. Кое-как вскарабкавшись обратно он уселся и застыл, крепко сжимая перила. Он прикоснулся потным лбом к холодной металлической палке и, просидев так несколько секунд, изо всех сил принялся биться головой об нее. Он ненавидел себя, у него даже не хватило духу спрыгнуть с крыши сдания. Он все еще боялся смерти. И чего же он ожидал от себя, от такого слабого человека? Ему было тошно и не только от того, что голова раскалывалась, а от того, что он полностью в себе разочаровался. — Чего ты там делаешь? — послышался до мурашек знакомый голос. Магнус сплюнул, не желая принимать свои галлюцинации. — Что ты делаешь там на крыше? — Пытаюсь спрыгнуть с нее, — пробубнил парень. Ответа не последовало и тогда он сказал это громче, а потом уже прокричал. — Зачем? — Пытаюсь покончить с собой, — громко сказал Магнус и сдвинулся с мертвой точки. Его окоченевшие пальцы оторвались от перил. — Что ты там пытаешься сделать, идиот? А ну дуй сюда! Я тут, блин, от боли стону, а он с крыши сигануть собрался, — вот точно знакомый голос. Бейн дрожжа взглянул вниз, где лежало нисколечки не мертвое тело Алека. — Александр, ты жив!? — удивлению парня не было придела. — Конечно я жив, вот..., — договорить Алек не успел. Тяжелый кашель с кровью вырваля из его груди. — Но..., — Магнус медлил. Он совсем растерялся в данной ситуации, тело все еще было каменное. У него не находилось сил подняться и побежать вниз. Он думал, что потерял своего друга, своего Александра, но если сейчас он ничего не сделает, то он его точно потеряет. Магнус на автомате поднялся и через несколько секунд уже спускался по лестнице вниз, а еще через несколько уже был рядом с Лайтвудом. Самое время было оттащить друга в сторону прочь с дороги. По словам Алека он пришел в себя недавно и еще какое-то время не мог понять, где он находился. Лежал он на спине, двигаться не было сил, и какая-то жгучая боль распространялась в груди. Он подметил красивое небо, вспомнил, что произошло и вновь испугался, необнаружив Магнуса с собой. Однако чей-то силует появился на крыше одного из домов, он долго там стоял, пока не потерял равновесие, с трудом оставшись на крыше. Когда незнакомец сверху ответил и послышался знакомый голос, Алек слегка успокоился, но лишь слегка. Какого черта Бейн вдруг вздумал кончать с собой? Спустя час поисков в заброшенных домах по квартирам Бейн со всеми медикаментами взглянул на раны. Футболка полностью промокла в крови, свернувшаяся она воняла, что даже отбивала вонь рядом стоящей помойки. Первая рана на плече выглядела не очень хорошо, но явно лучше второй. Второе ранение по мнению Магнуса сильно воспалилось, был виден гной, а кожа вокруг нее приобрела необычный синеватый оттенок. Бейн обеспокоенно взглянул на Алека, который хотел бы оказаться далеко отсюда, но не стал усугублять ситуацию, держа свои мысли при себе. Трясущимися руками парень протер кожу вокрут отверстий и так же обработал перекисью водорода. Не было времени задумываться о сроке хранения, хоть что-то да было. Он одной из грязных тряпок, которые нашел, придавил вторую рану и крепко прижал Алека к себе, который, к слову, уже снова начал терять сознание. Второй тряпкой он придавил выходное отверстие второй раны и замер вмете с Лайтвудом. Они сидели в тишине, которую никто не собирался нарушать. Кровь Александра испачкала и без того уже грязную футболку Магнуса. Алек очнулся, почувствовав, как что-то мокрое коснулось его шеи, после чего последовало сапение. — Ты что, плачешь? — изумился парень. Подтверждением послужила тряска и тяжелое дыхание. — Ну чего ты, не надо, не плачь, — крайне ласково сказал Алек. — Александр, — еле проговорил Магнус. - Ты точно умрешь, ты не сможешь дожить до завтрашнего дня, — из последних сил выкрикнул Бейн и ударился в плач. Какое-то время Алек просто молчал, слушая неприкращающиеся всхлипывания друга. — Магнус, я буду жить, — после этих слов он снова закрыл глаза, а Бейн громко шмыгнул носом, продолжая рыдать. Дело было вечером. Если бы у парней были часы, то они бы показали, что уже семь вечера и начинало потихоньку темнеть. Магнус тащил на себе перевязанного Алека до оржавевшей машины. Она стояла в самом центре маленьких улиц Манхеттена и у парней все еще оставалась надежда, что она была еще в рабочем состоянии. Устроив Алека на пассажирском сидении, сам Магнус будучи техником приоткрыл капот машины. Там все довольно таки в неплохом состоянии, не считая легкой карозии, сам их транспорт давно уже покрылся ржавчиной из-за частых дождей. Двадцать минут Магнус пытался подсоединить проводки машины, что в конечном итоге у него таки плучилось. Да, не все так хорошо и быстро, как в некоторых фильмах. Лишь спустя два часа парням удалось выехать за пределы города. Им приходилось вновь и вновь объезжать опасные места, да и город-то сам был не маленький. Магнус, как оказалось, прекрасно водил и в дороге был сосредоточен. Алек уголком глаза наблюдал за другом. Двигаться у него не было сил, он сидел, весь скукожившись, держа ладонь у сердца. Он все еще помнил слова Бейна и ему не хотелось в них верить. Алек только-только почуствовал жизнь, начал двигаться и... любить. Ему не хотелось так быстро все это терять. Вторая рана болела и гудела, не переставая, кожа вокруг нее начинала зудеть еще сильнее. Казалось, будто эта рана начинала уничтожать Лайтвуда изнутри вместе с той пулей, будто она миг за мигом приближает его конец. Дышать раз за разом становилось труднее, ребра просто напросто не желали больше раскрываться, а легкие неизбежно сжимались. Кожу вокруг кололо, это ощущение доходило до самого живота. Алека за всю его жизнь уже несколько раз ранили, но такого с ним еще никогда не было, рана болела, будто от нее постепенно отрывали очередные ткани, все вокруг раны начинало пульсировать. Но что было самым странным, такого не было с первым отверстием на плече, оно так сильно не пугало по ощущения. — О, Боже, — левое легкое резко сжалось, заставив Лайтвуда скрючиться пополам. Он задыхался, воздуха стало намного меньше, мир поплыл у него перед глазами. — Александр, — Магнус попытался дотронуться до друга, чтобы успокоить его. — Потерпи еще чуть-чуть, скоро приедем в Стэмфорд, тебе станет лучше. — Магнус, Магнус, дорога! — из последних сил выкрикнул Лайтвуд и сжался от боли. Бейн, который отвлекся на умирающего друга, сейчас пытался вырулить из петли, в которую они попали. Машина его не слушалась, уже не было смысла крутить руль. Их занесло. Машина трижды совершила сальто, под конец проехавшись на потолке. Парни застыли вниз головой. Магнус пришел в себя с тяшелой болью в груди и ниже таза, где ремень зажимал его, не давая упасть. Одним щелчком парень убрал ремень и больно припечатался на потолок машины. Он пытался перевести дыхание, вспоминая, что повлекло за собой аварию. Магнус испугался, вдруг их с Алеком кто-то мог увидеть, после чего резко спохватившись, подполз к другу. Алек висел вниз головой с закрытыми глазами, его руки тянулись к низу. Парень, превозмогая собственную боль, опустил друга к себе. Магнус, еле касаясь лица брюнета, провел пальчиками по щеке. На глазах у парня начинали наворачиваться слезы. Он умер, Алек был мертв, теперь уж точно. Его тело было холодным, его друг больше не дышал. Магнус, разозлившись на самого себя, закричал со всей силы, вскоре потеряв голос. Взгляд Магнуса метнулся к испачканной в крови груди. Это не могло быть правдой, так как было невозможно, но ребра будто уменьшились в размерах, а грудь словно вмялась. Парень аккуратно снял бинт и ахнул. Никакой раны не было, потому что это уже нельзя было назвать раной. Оно на глазах постепенно разваливалось, кожа и мышечные ткани рассыпались в прах. Дыра в груди все увеличивалась, а кровь, крови не было. Она так же превратилась в песок. Синтетический скилет, способный выдержать огромную нагрузку и не ржаветь, и тот подвергулся процессу, превращаясь в пыль. Магнус затаил дыхание, его руки потянулись к любимому и крепко прижали разваливающегося Алека к себе. Парень нежно поцеловал друга за ухом. — Александр, ты не умер, так как сам никогда и не жил.