Не в свете счастье... 1. Отступница.

Когда вихрящийся портал остался позади, трое всадников протерли глаза, привыкая к яркому свету. Они стояли на широкой, обсыпанной мелким гравием дорожке, ведущей через небольшой парк к высокому, этажей в десять, зданию, которое как будто бы строилось несколько веков: первые два-три этажа были старинным особняком, выстроенном в стиле классицизма, выше был ренессанс и модерн, а самые верхние этажи были все из стекла и бетона. Как ни странно, это сочеталось довольно-таки органично, а само здание удачно вписывалось в картинку парка с вековыми деревьями и аккуратно подстриженными газонами. – Это и есть Академия? – спросила Китилана, оглядываясь вокруг. – Не-е, это Библиотека Жнецов. – сказал Грелль. – Здесь хранятся все собранные пленки воспоминаний и личные дела всех сотрудников. – А почему библиотека выглядит так… странно? – поинтересовалась Кити. – Понимаешь, – начал Сатклифф. – Дело в том, что даже в огромной Библиотеке Жнецов рано или поздно закончится место. Вот так и случилось в середине девятнадцатого века. Тогда понемногу стали пристраивать еще этажи, вот те, верхние, построили года два назад, там почти ничего не хранится. А те, что ниже, забиты под завязку, даже лишние стеллажи кое-где еще остались стоять. Но это все неважно, пора к Уилли, нашему начальнику. – Настойка спиртовая, а не начальник. – недовольно пробубнила Кишилана. – Не обижай Уилли, он хороший! – возмутился Грелль. – А где можно оставить лошадь? – спросила Китилана. – А где ты её обычно держишь? – с ехидством пропищала Киша. – Ну… в Валькири… – сказала Кити. – А отсюда можно туда заглянуть? – Конечно, я сама там Хола и Фаера держу. – и Кишилана указала на свою и Греллеву лошадей. – Хол и Фаер*, так их зовут? Интересные имена. – сказала Китилана, после чего соскочила со своей лошади. – А у меня Тень. На всех языках – Тень. Тут Кити открыла висевшие у нее на шее часы и приложила палец к циферблату. Стрелки под тонким стеклышком завертелись с бешеной скоростью, и на месте их разверзлась бездонная черная пропасть, которая быстро увеличилась до высоты человеческого роста. Китилана взяла свою лошадь под уздцы и ввела прямо в портал-пропасть. Тень спокойно прошла и исчезла в темноте. Тут же часы стали прежнего размера, а крышка закрылась сама собой. Кишилана сняла с шеи круглый медальон и открыла его. На мгновение внутри мелькнула пожелтевшая фотография женщины с рыжими волосами в бальном платье и блондина-мужчины во фраке, и медальон тут же превратился в портал в бездну, как до этого часы Кити. Киша соскочила с коня. – Слезай с Фаера, я его в адскую бездну отправлю! – приказала она Греллю. – Н-нет! Нельзя мою прелесть в адскую бездну!!! – и Сатклифф обнял коня за шею, заставив того нервно переступить с ноги на ногу. – Слез быстро, он только там жить и может! – взорвалась Кишилана. – А он там не… того? – испуганно поинтересовался Грелль. – Не, будет в целости и сохранности! Слезай уже. – и красноволосый с явным сожалением неуклюже спрыгнул с коня. Киша, как несколькими минутами ранее её сестра, взяла двух коней под уздцы и подвела к порталу. В отличии от Тени, Хол и Фаер сопротивлялись и испуганно ржали. Кишилана толкала их в черноту, дергала за гриву и кричала, но кони только взвивались на дыбы и лягали задними ногами воздух, еще больше зля хозяйку. В конце концов, подошла Кити и ласково положила руку на гриву одного из коней. Тот тут же успокоился и, покорно преклонив голову, вошел в портал и растворился в нем. То же было с другим животным. Когда, наконец, портал закрылся и Киша, зло зыркнув на сестру, одела медальон на шею, два Жнеца Смерти и Китилана двинулись через парк в противоположном от Библиотеки направлении. Там за деревьями стояло новое здание с большими зеркальными окнами. – Здесь находятся все офисные отделы Департамента. – пояснила Киша. – Там наш Ти Спирт и заседает. – Он Спирс! – возмутился Грелль. – Ой, ладно, формалин. – выдала Кишилана и торжествующе посмотрела на Сатклиффа. Этим спор закончился. Троица вошла в здание через большие стеклянные двери. Все вокруг было белым: стены, потолок, немногочисленная мебель, даже лампы на потолке сияли холодным белым светом. Из этой ослепительной чистоты резко выделялись сновавшие туда-сюда люди в черных костюмах и галстуках и одинокий зелёный фикус в белом горшке у стены. Прямо перед дверями стояла стойка, как в больнице, а за ней сидела приятной наружности улыбчивая девушка с короткими каштановыми волосами и зелеными, как у всех Жнецов, глазами, в круглых очках в тонкой оправе. Киша направилась прямо к стойке. – Здравствуйте, мисс Калерия! – сказала она девушке. – Здравствуйте, стажер Уиллоу. – ответила ей Калерия. – Здравствуйте, диспетчер Сатклифф, здравствуйте, юная леди. – поздоровалась она с остальными. – Мисс Калерия, могу я вас кое о чем попросить? – спросила Кишилана. – Да, о чем? – Предупредите сера Ти Спирса о нашем приходе, хорошо? – О, конечно! Я сейчас же ему позвоню! – и девушка стала набирать номер на старинном телефоне с цифровым кругом. Кишилана не стала дожидаться, пока начальник возьмет трубку и повела своих спутников к серебристым дверям лифта. Она нажала на кнопку, и двери открылись тут же. Кишилана завела своих спутников в лифт и нажала на кнопку с цифрой «9». Двери закрылись, и лифт двинулся наверх. Скоро Жнецы и Китилана уже стояли в просторном коридоре со множеством дверей. Кишилана уверенно двинулась вперед и остановилась перед дверью с табличкой: «Начальник отделения, Уильям Т. Спирс». Киша смело постучала, выбив на двери сложное послание азбукой Морзе, после чего вошла, вслед за ней в кабинет ступили Грелль и Китилана. Кабинет был также выполнен в вездесущем белом цвете, из которого выделялись книжные шкафы из темного дерева и стол, за которым сидел Уильям, подписывая какие-то бумаги. Его коса-секатор стояла у стены неподалёку. – Уилли! – радостно взвизгнул Грелль и кинулся начальнику на шею, но не долетел – получил по голове секатором и растянулся на полу. – Ах, ты такой жестокий!.. – томно пролепетал он и встал, отряхивая пальто. – Здравствуйте. – сказал Т. Спирс, вставая из-за стола и не выпуская секатора из рук. – Здравствуйте, сер. – сказала Кити и сделала, по привычке, книксен. Киша ограничилась приветствием. – Как я понял, юная леди, вы собираетесь учиться в Академии Жнецов? – обратился Уильям к Китилане. – Да, сер. – коротко ответила девочка. – Я одобряю ваше решение, но дело в том, что несовершеннолетних обычно определяют в Академию ответственные за них Жнецы. А мне не хотелось бы привлекать к этому делу Легендарного, то есть вашего близкого знакомого, Гробовщика: могут возникнуть проблемы. Что прикажете делать? – Не смею приказать, сер, но он уже привлечен. – То есть? – почти хором спросили Жнецы. – Я чувствую, что он рядом. Явился сам. – лаконично объяснила Кити. Воцарилась тишина. Жнецы шокировано смотрели на Китилану, как вдруг чуть скрипнула входная дверь, и в неё вошел Гробовщик собственной персоной. Но каким же он был другим! Длинные седые волосы завязаны в высокий хвост, из-под небрежно упавшей на лицо челки блестят зеленые глаза Жнеца Смерти, на губах – легкая улыбка. Теперь все, кроме объятой ледяным спокойствием Китиланы, восхищенно-удивленно смотрели на него. Первым пришел в себя Уильям, напустил на себя привычный серьезный вид, встал из-за стола и поклонился. – Здравствуйте. – коротко сказал он. – И вам, Ти Спирс. – со смешком в голосе ответил Гробовщик. – Эх, – обратился он к Кити. – а если бы ты не объявляла, было бы еще больше удивления. – Ты же знаешь, что я не умею держать что-то в себе. – оправдалась девочка, а Легендарный обнял её за плечи. – Э?.. – совершенно некстати вступил Грелль. – Это что сейчас было вообще такое? Убей меня Себастьян, но я ничего не понял. – Ну ты и!.. – начала Кишилана, но тут же получила секатором по затылку. – Начальник! Ну что за манера?! – потирая шишку, возмутилась она. – Невежливо встревать в разговор между вышепоставленными Жнецами. – холодно сказал Уильям, попутно доставая из стола какие-то бумаги. – Действительно, а где же хваленая аглицкая толерантность?! – взвизгнула Киша и получила еще одну шишку, теперь уже ножнами от меча Китиланы. – И ты туда же! Злые вы, уйду я от вас! – и она, нарочито громко топая по светлому паркету, вышла и хлопнула дверью. За ней в той же манере вышел Сатклифф. Гробовщик захихикал, глядя вслед ушедшим, Китилана чуть улыбнулась и сплела пальцы с аккуратным маникюром в замок. – Господа, – начала она. –быть может, ближе к делу? – Действительно. – подтвердил Легендарный Жнец. – Что мне нужно сделать? – Вам – подписать здесь, здесь и здесь. – немного смущенно указал Уильям на бумаги. Пока Гробовщик расписывался, Кити получила возможность получше рассмотреть кабинет. Она обнаружила коллекцию перьев для письма с металлическими наконечниками, лежавшую под стеклом на самом видном месте, наполовину засохший цветок в вазе и миниатюрную статуэтку Легендарного. Но вот Гробовщик положил ручку на стол и снова чуть обнял Китилану. Девочка посмотрела на бумаги и была почти восхищена замысловатостью его росписи. Она уже начала, по привычке, подыскивать в голове красивые эпитеты, но голос Т. Спирса вывел её из мира фантазий. – Вы тоже должны расписаться. – сказал ей Уильям и показал на нужное поле на листе. Китилана взяла ручку и аккуратно вывела три переплетенных буквы: KLW. Буква “K” получилась немного похожей на крест. Гробовщик чуть улыбнулся, видимо, заметив это сходство. – Отлично. – заключил Т. Спирс. – Разрешите откланяться. – сказал Легендарный Жнец и исчез за дверью. – Что теперь, сер? – спросила Кити. – Ваш экзамен начнётся в двенадцать часов, а пока у вас есть время повторить материал. Вам выделена комната №27 в общежитии Академии Жнецов Смерти. Можете пойти туда, стажер Уиллоу проводит вас. – сказал Уилл. – И еще вопрос, сер. – проговорила Китилана. – Сколько времени длится обучение в Академии? – Это будет зависеть от того, насколько хорошо вы сдадите экзамен и какие у вас будут результаты в первый месяц обучения. Но, как минимум, три месяца, вам надо будет отучиться, а после этого – от года стажировки. – Ясно. Спасибо. До свидания. – и Китилана вышла за дверь. В коридоре её ждала Кишилана, Сатклиффа и след простыл. Увидев сестру, Киша буквально накинулась на неё с вопросами: – Ну что-как, учиться будешь? Что сказал Спирс? Скажи, Гробовщик крут?! – Да, буду учиться, все хорошо. Да, Гробовщик крут. – монотонно ответила Кити. – А что… – начала Кишилана. – Ничто! Отведи меня в двадцать седьмую комнату в общежитии Академии. Я устала. – с плохо скрываемым раздражением попросила Китилана. – Ой, ладно! – сказала Киша и потрепала младшую по волосам. – Ну какой же он… Легендарный! Такие глаза, такая осанка! А как он тебя под свое крыло взял, это же чудо! – продолжила она восхищаться Гробовщиком. – Да что такого? Ну да, он красив, и что? Как по мне, характер важнее, чем внешность. – задумчиво протянула Кити. – Ага! Но и ты признаешь чужие достоинства! – Всегда признавала. – Ан-нет! Сейчас я тебя насквозь вижу! И ты влюбилась! – Глупости. – Не, никакие не глупости! Подумать только, влюбиться в Легендарного Жнеца! Да еще и получить подобие ответных чувств, это ж надо! – А мне все равно. – А меня поражает твой пофигизм! – Тогда давай пойдём тихо. Дальше по коридору девочки действительно шли тихо. Тихо они спустились на лифте на первый этаж и вышли в парк. Кишилана повела сестру по широкой аллее под липами, ветви которых сплетались над головой, а сквозь них красиво пробивался свет. – Прямо как на мансарде в башне… – сказала Кити. Но вскоре аллея кончилась, и девочки вышли к величественному зданию из стекла и бетона. На входе в здание была клумба с аккуратно подстриженными кустиками и скромными, но красивыми цветами, к которой Китилана подошла посмотреть. – Пойдем уже! – сказала Киша, выдергивая сестру из цветочных грез. Когда Кити поднялась с гравия, Кишилана продолжила рассказ. – Это – Академия Жнецов Смерти, тут ты будешь учиться, если сдашь экзамен, конечно. – и старшая сестра гаденько захихикала. – А если не сдам? – Дай подумать… домой поедешь, будешь править страной и ме-е-едленно разлагаться… – и Киша мечтательно закатила глаза. – А вот назло тебе сдам! Точно сдам! И отучусь! – А я думаю, не сдашь. Ты же у нас жизнь любишь, ты же против тьмы! Тебе до Жнецов, как до луны! – Ладно, время покажет. Девочки вошли в здание. Здесь тоже все было выполнено в строгом белом цвете, туда-сюда сновали молодые Жнецы в строгих костюмах, а девушек среди них было мало. Кишилана провела сестренку по длинному коридору, в переход, соединявший Академию и стоявшее за ней точно такое же здание общежития. Здесь было тихо, у стен стояли цветочные горшки, чуть-чуть разбавлявшие всеобщую белизну, а вокруг было множество дверей с цифрами, как в гостинице. Девочки поднялись на второй этаж, где и находилась выделенная Китилане комната. Дверь оказалась незаперта и бесшумно открылась, стоило Кити взяться за дверную ручку. Комната оказалась небольшой, но наполненной всем необходимым и даже больше похожей на квартиру: кровать, письменный стол, миниатюрная кухня, даже уборная и душевая свои. Из широкого окна открывался вид на парк и Академию. – Ого! – невольно восхитилась Кити. – Будешь тут. Вещи не раскидывай, ничего не ломай, у тебя час на подготовку. – строго сказала Кишилана, поправила очки и молча вышла. Кити села на кровать, раскрыла свою тетрадь и стала повторять материал. К двенадцати часам Китилана стояла у двери нужного кабинета вместе с Кишиланой, вздумавшей вдруг поддержать её. Кити прижимала к себе чистый блокнот, а Киша злобно ухмылялась. Вот звякнул колокольчик около двери, призывая зайти. Китилана толкнула дверь и скрылась в кабинете. Кишилана присела на лавочку у стены, нервно перебирая пальцами.