Checking From Behind

По пути к раздевалкам ноги Исака дрожали, но он все равно тихонько улыбался сам себе, наслаждаясь физической изнуренностью, усталостью в мышцах, перспективой долгого душа без целого взвода парней, ждущих своей очереди. В пол уха Исак слушал рассказ медленно раздевающегося Эвена о том, как тот тренировался с «Акулами». Вальтерсен начал понимать, насколько легче им было общаться один на один. Легче, но Насхейм все равно притормозил, чтобы размотать ленту с клюшки, и в душ с Исаком не пошел. Вместо этого он снял свитер, защиту и коньки, но остался на скамье перед шкафчиком, сидя широко расставив ноги и позволив влажным от пота волосам упасть на раскрасневшееся лицо. Исаку должно было быть все равно, но он почувствовал укол разочарования, когда Эвен остался позади. Вальтерсен рассчитывал, что к этому моменту тот доверял ему достаточно, чтобы снять наконец-то свою чертову одежду. Не то чтобы это было так важно, но определенно неудобно, потому что покинуть раздевалку они должны были вдвоем, а теперь Исаку придется его ждать. Когда Исак в одном полотенце вернулся к шкафчикам, Эвен успел раздеться до нижнего белья и длинной водолазки. Последние две недели Исак не слишком присматривался к его привычкам или прессу, теперь же ему пришлось сглотнуть, чтобы отогнать свои подозрения, в очередной раз подтвержденные нелюбовью Насхейма к раздеваниям на публике. Исак попытался отвести взгляд, чтобы снова не смутить Эвена, но опять провалился. Он понятия не имел, чего в Эвене такого особенного, что пробуждает к нему интерес больший, нежели к остальным парням в команде. Может, дело было в том, что Исак никак не мог разгадать Насхейма; что ему приходилось изо всех сил стараться подружиться с ним. А еще в том, что теперь Эвен улыбался куда чаще, по крайней мере, когда они были одни, и это заставляло Исака нервничать. В его голове встревоженным роем крутились вопросы, к которым неизбежно присоединялось понимание, что Эвен несомненно привлекательнее всех прошлогодних новичков. Исаку было просто суждено залипнуть на Насхейме, когда на том было только белье и прилипшая к груди кофта. — Ты чего так долго? — слабо пошутил Эвен и наконец-то стянул с себя водолазку. Будто у него не было возможности просто присоединиться к Исаку. Вальтерсен пожал плечами. — Первый пустой душ за долгое время, — он развернулся от Эвена, развязал полотенце и потянулся за боксерами. Когда Исак повернулся обратно, щелкая резинкой трусов по бедрам, то увидел, как на губах Эвена расползлась дразнящая улыбка, брови приподнялись, а сам он коротко засмеялся. — Ага, я не об этом. Насхейм, все еще улыбаясь, что-то промычал, потом подхватил свое полотенце и все еще облаченный в белье скрылся в душевой. Исак, смотрящий ему вслед, слишком резко выдернул брюки из сумки. Больше никакой слежки за Эвеном. Все заходит слишком далеко. * В среду им не удалось устроить еще одну лишнюю тренировку, хотя во время основной Эвен пребывал в удивительно приподнятом настроении. Возникало ощущение, что он пережил инцидент субботы и то, что его спровоцировало, и приступил к поискам компании с чуть большим энтузиазмом. На самом деле, конечно, он общался только с Исаком, который, в свою очередь, притворялся, что не замечает этого, но тихонько гордился сам собой. Во время разминки Вальтерсен наконец-то забил свою первую за сезон шайбу. Бросок вышел хорошим, Эвен сыграл в нем немалую роль, и когда они стукнулись перчатками, Исак увидел на губах Насхейма самую широкую улыбку, что видел за все время их знакомства. В конце тренировки Исак думал, что они с Эвеном останутся, но тренер утянул того за собой. Остальная команда тоже покинула лед. Исак нарезал пару кругов по площадке, остывая, забросил пару шайб в пустые ворота, а потом до него дошло, что разговор тренера с Эвеном не был похож на обычный. Мужчина будто утешал Эвена, положив руку тому на плечо, но все еще держась как можно дальше. Без раздумий Исак подкатил ближе, к коридору, что вел в раздевалки. Сойдя со льда, Вальтерсен расслышал слова тренера: — Мне жаль, что это происходит раньше, чем ты планировал, но я не могу изменить расписание. Дай знать, если тебе что-нибудь нужно. — Что такое? — спросил Исак, снимая шлем и рассматривая Эвена, пытаясь оценить его настроение. Тот казался расстроенным. Пока не сердитым, но близко к этому, будто боролся сам с собой, пытаясь выглядеть как можно более безразличным, пока внутри него все кипело. Прежде, чем ответить, тренер прокашлялся. В его голосе сквозило неподдельное сожаление. — Из-за накладки в расписании в эту субботу вы сыграете с «Акулами» вместо «Поморников». Нам не с руки встречаться с ними так рано, но ничего не поделаешь. — Это все еще домашняя игра? — спросил Исак, не сводя глаз с Эвена. Тот упрямо смотрел только на свои коньки, но Вальтерсен все равно видел, как тряслись его плечи. — Да. Пойду расскажу о новостях команде, но с тобой, Эвен, я хотел обсудить это заранее. Ты всегда можешь обратиться ко мне, если тебе понадобится какая-либо помощь. Исак подождал, пока тренер отойдет на достаточное расстояние, чтобы ничего не услышать, и заговорил: — Итак, — начал он, не совсем понимая, как может поддержать Эвена. — Ты сохранил связь с кем-нибудь из «Акул» после ухода? — Не, — покачал головой Насхейм. — Я все еще разговариваю с Микаэлем, но это все. — Все будет нормально? Должно быть странно встретиться с ними после… — Исак снова прервался. Его незнание произошедшего мешало помочь Эвену в полной мере. Он был в курсе, что Микаэль — прошлый партнер Насхейма в защите, но Исак не был уверен, хотел ли Эвен услышать его комментарий на этот счет, поэтому промолчал. С Насхеймом всегда было лучше перестраховаться. — Да, — протянул тот, беря в руки клюшку. — Просто жаль, что у нас нет шанса обыграть их. — Но он есть! — на автомате заспорил Исак, хотя с той же ясностью, что и Эвен, знал — их шансы чудовищно малы. — Сегодняшняя тренировка прошла отлично. — Ты забил шайбу, но мы получили четыре. И мы будем играть не против Вильяма, отвлекающегося на каждый тычок. В этом сезоне к «Акулам» вернулся Юсеф, они поставили его с Махди, и эта связка станет настоящим адом для нас. Исак знал, о ком говорил Эвен — он встречался с ними в прошлом сезоне. Не с Юсефом — их капитаном — ведь у того была травма, но с Махди. После ухода Эвена тот стал лучшим игроком в команде, и Исак с удовольствием сыграл бы против него, если бы ему не приходилось уходить со льда после каждого их пересечения. — Нельзя знать точно, — снова попробовал Вальтерсен. — Конечно, мы едва ли сможем обойти их, но не думай об этом. Может, мы забьем ту самую шайбу, и именно она станет решающей. Эвен вновь сошел на лед и тут же развернулся к Исаку. Медленно катясь назад, он проговорил: — Они пока без тренера. Может, это им и помешает. Только после его слов Исак вспомнил об этой новости. — И это отлично. Эвен коротко улыбнулся, но улыбка так и не затронула его глаз. Никогда не затрагивала, когда он говорил об «Акулах». — Отлично, да. Знаешь, я бы не стал играть, будь он здесь. * Тем вечером Исак должен был уснуть в мгновение ока. Он вернулся к своему привычному расписанию, состоящему из тренировок и учебы, которые едва ли оставляли ему свободное время, в которое он мог бы втиснуть домашнюю работу и встречи с Евой и Вильде. Обычно глаза Исака закрывались, как только он касался головой подушки, особенно учитывая дополнительное время на льду, но в этот раз он не чувствовал усталости. Вальтерсен продолжал ворочаться в постели, думая об Эвене и предстоящей игре. Насхейм был очередным новичком, но жизнь Исака будто сместила свою орбиту и начала вращаться вокруг Эвена с первых же дней его пребывания с «Волками». Исак даже не мог сказать, проводил ли он действительно так много времени с Насхеймом или просто так часто думал о нем. Чем бы то ни было, Эвен в последние дни был будто повсюду. Прямо сейчас Исак размышлял, каково Насхейму будет встретиться со своей прежней командой после того, как те предали его, его некогда лучшие друзья и семья. Если Исак стрессовал из-за одной перспективы игры, то для Эвена это точно должно было быть пыткой. На тренировке Насхейм выжал из себя все, но его мысли явно были заняты чем-то другим. Исак искренне хотел помочь ему, но понятия не имел, как. В конце концов он поднялся с кровати, натянул спортивные штаны с футболкой и вышел на кухню. К собственному удивлению, там он увидел Вильде, задумчиво рассматривающую внутренности холодильника. — Привет, — осторожно поздоровался Исак, но Вильде все равно испуганно подпрыгнула, захлопывая дверцу и оставляя их обоих в темноте. Исак, подойдя к выключателю, зажег основной свет. — Не можешь уснуть? — спросил Вальтерсен у девушки, одетой относительно так же, как и он: в домашний розовый халат. — Нет, — призналась Вильде. Она походила на оленя, застигнутого фарами врасплох, и Исак напомнил себе говорить с ней как можно осторожнее. — Ты хотела перекусить? Я бы не отказался от яичницы. Глаза Вильде стали еще больше, и она ответила: — Нет. В полночь есть нельзя, Исак. — Ты голодна? Вильде закусила губу, снова мотая головой. — Ужинала? И снова отрицание. — Как ваш сезон? Эвен говорит, ты отличный игрок, даже лучше, чем он сам. Он сказал, что ты точно перейдешь в профессионалы после университета, так что все хорошо, да? Один проигрыш не значит, что вы проиграете все! Она тараторила, отвлекая Исака, и он прекрасно это видел. Как бы часто Вильде не загоняла Исака в тупик, так же часто она иногда походила на открытую книгу. Подойдя к холодильнику, Вальтерсен достал пару яиц. — Что еще Эвен сказал про меня? Несколько мгновений Вильде смотрела на него с осторожностью, а потом села за обеденный стол. — Немногое. Хотя ты нравишься ему больше всех. Сказал, что ты хороший капитан. И снова то же самое. Еще больше странной информации об Эвене. Еще больше его слов или действий, в которых не были никакого смысла. Исак взял сковороду, налил в нее немного масла и включил плиту. — Если я нравлюсь ему больше всех, как так вышло, что и ругается он чаще всех именно со мной? — Вильде не торопилась отвечать, и Исак просто смотрел на разогревающееся масло перед собой, позволяя вопросу повиснуть в воздухе. Потом он развернулся. — К Эвену приставал его прошлый тренер? Отрицание, которого так отчаянно ждал Исак, разбилось о до смерти перепуганное выражение лица Вильде. Ей даже не нужно было ничего говорить, чтобы Исак понял — он прав. Подозрение и знание не должны ощущаться так по-разному, но именно так и было. На секунду в голове Исака стало совершенно пусто, а потом он выключил плиту и оперся о тумбу, опасясь, что если не будет держаться, ноги откажут ему. Эвен. Объективно Исак знал, что это глупо, но он не мог подумать об этом. Эвен был выше его, сильнее, он играл в хоккей, умел драться, знал, как защитить себя. То были первые мысли Исака, но он тут же отбросил их. Они не имели значения. Что случилось, то случилось, и у Исака нет права обсуждать, почему это произошло. — Его тренер? — выдавил он внезапно севшим голосом, будто не разговаривал несколько дней. Вильде медленно кивнула. — Я не говорила тебе, — прошептала она. — Ты уже знал, да? Это не я. — Нет. Я догадался, — он хотел спросить почему, как, когда, но знал, что с Вильде обсуждать это неправильно. Если и стоит задавать эти вопросы, то только Эвену. Чего никогда не случится, потому что Насхейм скорее всего слетит с катушек, стоит Исаку только заикнуться об этой теме. И в этом не будет его вины. — Поэтому он борется с тобой. Или боролся в начале. Ты — авторитет, его капитан. И ты близок с тренером, вы друзья, а после «Акул» ему сложно доверять кому-то столь вовлеченному в команду. Исак кивнул. Конечно, сложно. Конечно, Эвен не прыгает с ним в душ при первой же возможности. Конечно, он не терпит нападок Вильяма. Конечно, он вышел из себя в лобби в отеле в прошлые выходные. — Тренер знает? — спросил Исак. — Да. Но, думаю, только он, так что пожалуйста, пожалуйста, не поднимай эту тему. — Не буду, — Исак даже представить не мог, как вообще о таком можно начать говорить. Это все меняло, каждый момент на льду, каждую тупую шутку. — Просто… он в порядке? То есть, конечно нет, но… Будет? Вы говорите об этом? — С тех пор как он рассказал, нет. Но теперь ты понимаешь, как я доверяю ему? Почему считаю, что ты тоже должен? Он рассказал мне свой самый страшный секрет, сказал, что ему нужен кто-то знающий, если он собирается остаться здесь. С самого начала он был так честен со мной, так верил мне, но только потому, что я не «Волк». Я не имею к этому всему никакого отношения. Всего было так много. Исак снова принялся за яйца, чтобы отвлечься хотя бы на секунду. Ему так хотелось что-нибудь ударить. — Почему «Акулы» уволили тренера? — Это мы пока не обсуждали, Эвен был так занят хоккеем, так что я не знаю. — Лучше бы они придушили его, — Исак с ненужной силой разбил яйца в сковороду. Его сердце грозило вырваться из груди. Он слышал, как Вильде поднялась на ноги, а потом почувствовал ее руки вокруг своей талии. На секунду Исака шокировало такое проявление поддержки, а потом он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Теперь он знал. Знал, но ничего не мог сказать Эвену об этом. Исак понятия не имел, как посмотрит завтра ему в глаза, как Эвен не поймет, что что-то неуловимо изменилось. Сосредоточившись на еде, Вальтерсен умял свою половину яичницы в полной тишине. В какой-то момент Вильде присоединилась, и Исак искренне ей улыбнулся. — Ты уже купила коньки? — наконец-то заговорил он. Нет и шанса, что он забудет о том, что только что произошло, но прямо сейчас Исаку отчаянно нужно было переключиться на что-то другое.