Несмотря ни на что

После того, как Саске узнаёт про письмо Ино, он становится более нервным. В моём присутствии он чуть спокойнее, но со своей командой не стесняется в выражениях. Не знаю, понял ли он, что я знаю про их встречи с Карин, но теперь разговаривает с ней открыто. Может, это просто экономит ему время. Я всё чаще и чаще ловлю себя за привычкой постукивать пальцем по столу, но, так как это выдаёт напряжение с головой, стараюсь делать это мысленно. Отлично помогает. Я ведь всю жизнь училась скрываться. Я - омут. Из которого не вынырнуть, в котором не видно дна. В омутах наших душ хранятся самые жуткие тайны, но мне нужны вовсе не они, а что-то более осязаемое. Информация. Я наблюдаю за Суйгецу и Саске целую неделю, прежде чем подойти и поговорить. Он не вспомнит наш разговор, а вот я хорошенько запомню его ответы. Несколько последних дней меня мучает тревога, поэтому мне надо знать правду. Шпион, который не может делать свою работу, не нужен Конохе. Я использую одну из продвинутых техник гендзюцу, основанных на техниках Учих. Долгое время наши кланы враждовали, поэтому Хьюго знают о своих врагах очень много. Этому обучают всех, кто-то преуспевает, кто-то - нет. Мы можем защищаться, можем подстраиваться и иногда атаковать. Несколько гипнотизирующих техник изобрёл мой отец и его брат. Недаром же их считают гениями... Правда, для этой требуются почти тепличные условия. Я щёлкаю пальцами, и Суйгецу поворачивает ко мне голову. Я улыбаюсь легко и нервно, а потом кладу руку ему на плечо. Первые вопросы "Ты выглядишь потерянным, всё в порядке?" чередуются с вливанием моей чакры в его нервную систему. Сейчас его взгляд следит за всеми моими движениями и перестаёт воспринимать наш разговор как реальность. Его уносит в сон, это сродни гипнозу, но не ощущается как провал памяти. Это менее подозрительно. Я спрашиваю ещё кое-что. Спрашиваю у Суйгецу, знает ли он секреты Саске. Он говорит, что некоторые, наверное, знает. Уверена, улыбка у меня выходит очень нервная. Ладонь, которая лежит на плече парня, потеет. Я чуть сжимаю пальцы и смотрю в его глаза пристальнее. Расскажи мне всё. Его зрачки расширяются. Он облизывает губы, а я вся замираю. Как кошка и мышка - оба ждут, кто пошевелится первым. Вот только кто здесь хищник? Я добавляю чакры и пристальней смотрю в глаза - здесь главное не потерять контакт, иначе всё пропало. В техниках Учих им нужно лишь поймать чей-то взгляд - и вот вы уже в ловушке. Тем, кто не обладает врождённой способностью, нужно зацепить жертву на крючок - сделать подсечку - и ни за что не отпускать. Расскажи мне! Суйгецу даже в таком состоянии остаётся собой и ухмыляется. Он говорит, что Саске мучают кошмары... Я хмурюсь. Говорит, что ещё один секрет - законченная форма Сусаноо, но это я знаю. Говорит, что Саске восхищается Наруто и завидует ему... Моя рука уже дрожит, а дышать становится тяжело. Мы сидим в уголке зоны отдыха, здесь приятный влажный воздух из-за искусственного озера и тропических растений, но у меня пересыхают губы. Расскажи мне все секреты Саске, которые ты знаешь... Суйгецу продолжает. День рождения, Сакура, сцена из детства... Сомнения и сожаления, которые его мучат всю жизнь. Боль от смерти клана. Предательство и любовь к единственному брату... И вот Саске остаётся один... Из моих глаз льются слёзы, я больше не могу выдерживать зрительный контакт и аккуратно разжимаю закоченевшие пальцы. Только бы не испортить всё сейчас... Сердце в груди сжимается в маленький тяжёлый комок, лёгкие забиваются и сквозь мутную пелену в глазах я смотрю на Суйгецу. Смахиваю слёзы, и наша связь рассеивается. Пару секунд мы оба приходим в себя. Мне нужно это время, чтобы убрать с лица слёзы, а Суйгецу просто сидит. Когда я смотрю на него в следующую секунду, его глаза всё ещё немного осоловелые. И я снова кладу руку ему на плечо и спрашиваю, когда нам нужно быть на конференции по вопросу проведения турнира.

***

Я не узнала от Суйгецу ничего, что может быть полезно Конохе. Только то, что сложно будет скрыть от Саске и что заставляет чувствовать неясную боль в груди. Виски гудят, но на виду у всех я только прикасаюсь к голове кончиками пальцев. Приготовления к благотворительному фестивалю в Звуке почти закончены, мы обсуждаем последние мелочи. Завтра мы уходим в Коноху, в этот раз не как шпионы. Я гляжу на Саске краем глаза, совсем незаметно. Здесь он чувствует себя явно лучше, чем в родной деревне. Свободнее. Он более открыт. В Звуке к нему прислушиваются. Вокруг него витает новая аура. Которая ненадолго появлялась и раньше. Например, когда мы были на задании в пустыне, а вокруг нас - отряд вооружённых противников. И ещё - когда я плавала в озере, а он говорил со своей командой. Когда он защищал кого-то. Когда отдавал приказы... Также и сейчас. Спокойная уверенность. Саске сейчас выглядит для меня как живое олицетворение этой фразы. Почему-то хочется оставить его образ только для себя, сохранить в груди, чтобы ни Ино, ни... Сакура не знали об этом. И я сохраню. С этой миссии для Конохи хватит и останков Обито. Сегодня, когда мы поднимаемся на верхний уровень Звука, прощаемся со всеми - Саске улыбается очень умиротворённо - и сходим с холма по зелёной сочной траве, я чувствую счастье. Может, мне передаётся это состояние от Саске, может, заряжает своей взрывной энергией Суйгецу, но я чувствую радость. В это время мой теневой клон выполняет свою миссию и испаряется - в АНБУ мной довольны, проверки закончены, и я чувствую облегчение. С нами идут трое звуковиков в полном обмундировании, с начищенными стальными бляхами - на солнце они пускают солнечных зайчиков. Наша одежда изменяется - мы пришли как шпионы, но выходим как посланцы - почему-то я тоже вхожу в их число. На нас длинные тёмные плащи, которым не страшен дождь, в них прохладно и под палящим солнцем. Макушки закрыты конусообразными тростниковыми шляпами, такую я однажды привезла со своей первой миссии чуунина. На поясе у меня прекрасный новый меч, который подарил Саске, в ножнах с натуральными камнями. Я чувствую его вес и прохладное лезвие на левом бедре, даже через одежду и ножны. Вспоминаю его остроту и блеск. Солнце стоит высоко в прозрачном голубом небе. Давно я им не любовалась! Мы оказываемся в Конохе через два дня.

***

Здесь настроение немного портится, хоть я и рада видеть свою семью и Ханаби. Когда мы разговариваем как сёстры, а не как шиноби, между нами нет стен. Я забегаю домой ненадолго, только чтобы поздороваться, ведь в составе делегации я обязана появиться перед Хокаге, отчитаться в миссии и разобрать груду бумажных отчётов. Я вздыхаю. Всю нашу команду принимают не в личном кабинете, а в конференц-зале. Когда я собираюсь отойти в сторону, чтобы не мешать, Саске обхватывает моё предплечье и не отпускает меня. Я сажусь по левую руку от него, Суйгецу - по правую. Он ухмыляется. Какаши выглядит удивлённым, хотя точно по его закрытому маской лицу сказать нельзя. Вообще-то, я тоже удивлена, Саске берёт меня за руку под столом и ободряюще сжимает пальцы. Моё дыхание становится медленнее. Какаши что-то понимает... Меня тянет улыбнуться. Я гляжу на Суйгецу, который едва сдерживается, чтобы не засмеяться. Мы - делегация от Звука.

***

После нескольких часов в резиденции Хокаге я иду по пыльной улице, словно выпила залпом стакан саке. Всё очень чёткое, яркое и немного кружится. Я не знаю, как относиться к новому званию шпиона, к тому, что я вхожу в делегацию Звука и что меня просят присутствовать на фестивале как стороннего наблюдателя. Я просто запрокидываю голову к небу и улыбаюсь солнцу до тех пор, пока из глаз не начинают течь слёзы. Ноги приносят меня к цветочному магазину Ино, но сегодня продавец не она, а её мама - я здороваюсь, покупаю маленький букет полевых цветов и кладу их к мемориалу шиноби, погибших в последней войне. После всё-таки решаю навестить Ино, хоть и боюсь, что настроение будет испорченно. Я с замиранием сердца стучу в дверь и кусаю губы, пока жду. Громкий топот - и на пороге растрёпанная блондинка, Яманако бросается ко мне, чтобы обнять, и тут же начинает рассказывать последние новости. Оказывается, она как раз собирается к Сакуре, её только что на носилках забрали в больницу - срочное обследование, о котором ни одна из них не знала. И мы отправляемся в госпиталь. Здесь всё чётко, посетителей далеко не пускают, раз уж мы просто подруги, а не семья. В регистратуре нас просят подождать и держат в приёмной полчаса. Потом выходит Цунаде, она уже сняла перчатки и маску, на ходу завязывает зна спине тесёмки халата. Подзывает нас и ведёт в свой кабинет. Я всё больше и больше не хочу здесь находиться, но Ино стискивает мою руку, и я левой ладонью глажу наши переплетённые пальцы. Ребенок Сакуры - политическое событие. Вот что говорит нам Цунаде. Это как гром среди ясного неба, хоть я и была после сегодняшнего утра готова ко всему. Но всё намного серьёзнее, чем может показаться на первый взгляд. Необходимо провести анализ на отцовство, иначе... Да, процедура немного опасна, но не когда её проводит лучший медик в мире. Сейчас с Сакурой всё хорошо, результаты будут готовы завтра, а сегодня беременной девушке нужно отдохнуть - она под лёгким успокоительным и сама хочет остаться в больнице. Ино смотрит на меня и выглядит так, будто впервые что-то поняла. Улыбается краешком рта и встаёт с места. Цунаде была и её учителем тоже, и они задерживаются у стола, перебрасываются парой фраз, пока я жду у двери. Улыбающаяся Ино берёт меня под локоть и ведёт по коридору больницы к выходу. Кажется, выдыхает. Мы бродим по городу и болтаем на отвлечённые темы. Покупаем уличную еду, а потом по чашке рамена, ведь остаёмся голодными. На прощание она обнимает меня так крепко, что мне кажется - кости затрещат и рассыпятся. Целует в щёку. Мне так нравится Ино, что я тоже крепко обнимаю её и глажу по шелковистым волосам. Шепчу в ухо, что всё будет хорошо. Желаю удачи им с Саем. Она сжимает мои руки, прежде чем отпустить, - и уходит лёгкой пружинистой походкой. Я стою так некоторое время, прежде чем отправиться в родной квартал. Захожу без стука, но меня, кажется, услышали, ведь навстречу выходит Ханаби и облокачивается о дверной косяк. Она говорит мне не подниматься наверх, не переодеваться в домашнюю одежду, а идти сразу в общий зал - это торжественный зал для приёма гостей. Я, не успев снять даже обувь, застываю и хмурюсь. Неужели мой жених, отказавшийся от жены-шпионки, передумал? Ханаби ничего не отвечает. Ну ничего, с этим я как-нибудь разберусь. Я забегаю в свою комнату за мечом, который оставила дома ещё утром чтобы не мешал. Креплю его к поясу, поправляю знаки отличия, смахиваю пылинку с чёрной одежды и пристально смотрю на себя в зеркало. Я разберусь со всеми проблемами. Но разбираться не приходится. В зале сидит Саске со всей делегацией Звука, а за столом напротив - мои отец и мать. Мама почему-то выглядит очень радостной, а по лицу отца ничего нельзя понять. На столе множество закусок - у меня бы потекли слюнки, если бы я не пообедала в городе. Атмосфера странная, но ничего страшного Саске мне сказать не сможет. Или? Я прищуриваюсь, надеясь, что он даст мне подсказку в мире шарингана. Но он улыбается. Приветствует меня. А потом смотрит на моего отца. Интересно, что Саске нужно в моём доме? По лицам семьи я чувствую, что их тоже очень волнует этот вопрос.