Только попробуй — как дам!

«Чертов неврастеник! Как он меня достал! Любовь любовью, но хамить-то зачем?! Пусть валяется там один, пусть бесится!» Сейчас Джону было нисколько не жаль своего соседа. Откровенно говоря, он от него просто устал и решил провести выходной подальше от его утомительной мизантропии. Он выпил чаю, оделся и отправился в объятия Лондона — сходить в кино, пообедать в полюбившемся кафе, погулять. День обещал быть приятным, и Джон решил провести его в полном одиночестве, так как за последнее время Шерлок со своими истериками выпил из него всю кровь. Правда, не удержался, и в кинотеатре познакомился с очень симпатичной девицей, но тут же проклял все на свете. Девица глупо хихикала, больно толкала в бок локтем, что-то жарко шептала на ухо — в общем, фильм посмотреть не дала. Да еще и прицепилась потом как репей, так что Джон еле-еле от нее избавился, сославшись на внезапно заболевшую тетушку. Обед в кафе доставил ему истинное наслаждение, так как он живо представил, что было бы, пригласи он в кафе свою случайную знакомую. Ее отсутствие сделало Джона настолько счастливым, что он даже о Шерлоке позабыл. Потом он долго гулял в парке, читал газету, уютно устроившись на скамейке, даже мороженого поел, хотя не очень его любил. Наконец он понял, что устал, да и вечер приближался неумолимо. Пора было идти домой. *** Джон надеялся, что Шерлок не набросится на него прямо с порога — после прекрасно проведенного дня ссориться совсем не хотелось. Но Шерлок вел себя тихо, позвякивал на кухне колбами и ограничился только тем, что буркнул: — Ты бы еще до ночи шлялся. Джон тяжело вздохнул — реальность встала перед ним во всей красе. И, скорее всего, голодная. — Ты ел? Шерлок посмотрел хмуро и снова уткнулся в свой микроскоп: — Я же не ты. Мне не обязательно набивать живот всякой дрянью. «Точно, голодный», — сразу же понял Джон. — Я сварю кофе и сделаю сэндвичи. — Вот еще! Но на сэндвичи набросился с жадностью, только что зубами не щелкнул, и кофе выпил две кружки. При этом усиленно делал вид, что есть совершенно не хочет и лишь уступает Джону, чтобы тот от него отвязался. Джон сидел напротив, тоже пил кофе и больше не обижался. «Вот дуралей, — думал он, глядя на жующего Шерлока с неожиданным умилением, — как бы не подавился». Вечер прошел на удивление мирно. Шерлок занимался своими делами и на Джона внимания не обращал, из чего Джон сразу же сделал вывод, что тот по нему соскучился. Это было приятно. Еще приятнее было сидеть у камина и читать, а потом готовить легкий ужин под красноречивое молчание Шерлока и видеть затем, как этот ужин исчезает с его тарелки. Одним словом, не вечер — мечта. Но, как говорится, приятного понемножку. Глаза Джона слипались, а голова уже несколько раз резко склонилась на грудь. Да и день у него был более чем насыщенным. Пора было отправляться на отдых. — Все, Шерлок, я в ванную и — спать. — Гель для душа заканчивается, — раздался ворчливый голос. — Что ж, куплю новый, — ответил Джон и поднялся с кресла, зевая и зябко передергивая плечами. — Надеюсь, ты не купишь такой же отвратительно мерзкий и вонючий. И это при том, что Джон всегда покупал именно тот гель для душа, который Шерлоку особенно нравился. — Нет, Шерлок, я куплю отвратительно не вонючий. Спокойной ночи. Вслед ему что-то раздалось, но Джон уже не слушал. Устал. *** Ночью его разбудил жалобный звук. Спросонья ему показалось, что это плачет домовладелица. Но придя в себя, он понял, что это скрипка. Ну конечно, а что же еще может быть в два часа ночи. Сон как рукой сняло. «Он совсем помешался». Но мелодия была очень приятной, разве что тоскливой сверх всякой меры. «Страдалец…» Джон лежал и слушал. Двадцать минут слушал… Тридцать… Сорок… «Все это хорошо, но завтра мне на работу». Джон решил, что концерт пора бы закончить. Шерлок сидел на полу у камина, уставившись на огонь, и надо признать, это было красивое зрелище. Пламя играло в его кудрях оранжевым бликом, и весь он был какой-то сказочный, неземной. Джон заворожено смотрел на его гибкую спину, и не мог оторвать взгляда. — Не пялься! Джон вздрогнул. — Я не пялюсь. Просто слушаю. Что это? Кто автор? — Да так, один… Не спится? — Хороший вопрос. — Хочешь сказать, это я тебя разбудил. — Хороший ответ. Шерлок грациозно поднялся, повернулся к Джону, и тот сразу же сгруппировался, готовясь дать отпор любой ядовитой фразе. Но Шерлок подошел близко, посмотрел печально и сказал тихо: — Прости меня, Джон. За все прости. И ушел. А Джон долго стоял столбом, не в силах даже пошевелиться.