Crazy in love with you

      Ким, чувствуя себя белой вороной, наблюдала за матерью и так называемым «отцом», которые сейчас, кажется, никого не замечали. Подчиненные Джокера, привыкшие к нравам босса, при первой же возможности стали расходиться и заниматься своими делами: всё-таки у психопата может резко смениться настроение, а расставаться с какой-либо частью тела, не говоря уже о целой жизни, никто не хотел. Харли, попавшаяся на лукавость возлюбленного, готова была свернуть горы, чтобы вновь поучаствовать в безумном «шоу» Короля Готэма. До Ким донеслись обрывки диалога:       — Завтра состоится банкет, организованный Брюсом Уэйном, в честь какого-то гостя из-за границы, но это не так важно. В числе всех присутствующих есть и тот, кто обязательно должен увидеть шоу с бонусом в виде пропуска за кулисы, — Джокер злобно улыбнулся. — Мы обязаны позаботиться о том, чтобы гость насладился представлением.       — Разумеется, Пудинг, я его оповещу, — Харли весело засмеялась, угадывая весь план психопата. — И кто же удостоился такой чести?       — О-о-о, он называет себя Подрывником. Видишь ли, совсем недавно мы вновь играли с Бэтсом… Но в тот момент, когда я уже был близок к тому, чтобы прикончить его, раздался взрыв, снесший, помимо соседнего здания банка, нашу игровую площадку! Я пошел было за Бэтсом…       Харли, разыграв великое удивление, с ещё большим интересом вслушивалась во всё, что говорит Джокер, время от времени сочувственно восклицая: «О нет!» или «Не может быть!»       — Да-да, дальше приехали наши друзья в форме, и мне пришлось удалиться… — нарочито грустно закончил психопат, однако тут же лицо озарила улыбка. — Что ж, я давно забыл все обиды и решил повеселить его в знак примирения!       — Как это здорово, мистер Джей! — Квинн, сияя от радости, предвкушала новое шоу.       — Нашему другу посчастливилось узнать одну важную информацию, поэтому, детка, я хочу с ним поговорить лично, — с нажимом на последнее слово возвестил Джокер. — У меня есть небольшой план, Тыковка.       Мужчина, поднимаясь на второй этаж, поманил за собой Харли, которая тут же кинулась вслед за возлюбленным, но резко обернулась, услышав возмущенное:       — Мам!       — Ох, Ким, — Квинн, будто только что вспомнила о существовании дочери и с удивлением уставилась на неё. — Ах, да… Солнышко, можешь пока подняться ко мне в комнату, я скоро! — и, метнув беспокойный взгляд в сторону удаляющегося Джокера, поспешила за ним.       — Отлично, просто замечательно! — заключила Ким и тихо выругалась.       Замечая на себе уже не такие смелые взгляды, девушка с удовольствием отметила, что теперь не является для них легкой добычей, и, глянув на всех с некоторой угрозой, пошла в комнату Харли.       В помещении сновали несколько человек, убирая всю пыль и грязь, которая скопилась там за долгое отсутствие хозяйки. Подчиненные Джокера не обращали никакого внимания на новоприбывшую, полностью погрузившись в свое дело. «Да, видимо, оплошать никто не смеет…» — подумалось Ким.       — Минут через пятнадцать всё закончим, — её размышления прервал голос, раздавшийся из-за спины. Он принадлежал тому самому Стиву, которого и отправили выполнять приказ.       — Э-э… Ну, хорошо… — неуверенно выдавила Ким.       Вид мужчины несколько стеснил девушку: он не выглядел, как обычные шестерки, бегающие туда-сюда и отличающиеся вечно тупым выражением на лице. Нет, Стив был куда серьезнее и опаснее всех тех, кто находился в комнате, но при этом, к счастью, не проявлял никаких признаков агрессии.       — Ты можешь пока подождать внизу, однако не советую с кем-либо связываться, Джокеру абсолютно наплевать на твою смерть, тебя защищает лишь покровительство Квинн… Пока, — и с этими словами мужчина присоединился к уборке, показывая девушке, что разговор закончен.       Ким ещё немного постояла на месте, ошарашенная таким заявлением, но тут же была вынуждена согласиться со Стивом. Разумеется, как она и предполагала, психопату всё равно на её судьбу, а, когда и Харли станет ненужной, их в лучшем случае просто вышвырнут за дверь.       Спустившись на первый этаж, девушка побрела в неизвестном для себя направлении, пытаясь найти какой-нибудь выход, суливший хотя бы маленький шанс на то, что они выберутся живыми. Полностью погрузившись в раздумья, она не сразу заметила идущего навстречу мужчину и в самый последний момент отскочила. Тот, по-видимому, даже не собирался сворачивать, чтобы избежать столкновения, более того, он наградил Ким уничижительным взглядом и добавил: «Смотри, куда прешь…» Девушка была до крайней степени возмущена, но так ничего и не ответила, решив, что нарываться сейчас не самый лучший вариант, тем более что на них смотрело немалое количество подчиненных Джокера, которые остались в особняке и развлекались при отсутствии поручений.       Делая новый круг по первому этажу, Ким всё чаще замечала неодобрение в глазах банды, но тут же вспомнила, что именно она лишила жизни парочку их «друзей», когда пыталась спасти мать от психопата. Только сейчас девушка поняла, что она сделала. «Убийца» — это слово пронеслось в голове Ким и застряло, не желая отпускать сознание. Да, именно она подняла пистолет и выстрелила в человека, но правильно ли это? Однако никакой жалости Ким не испытывала, убеждая себя, что те бандиты заслужили такую участь. Она никогда не была законопослушной девочкой; сейчас воровство и драки — пустяковое дело, ставшее привычным… В тот момент Ким не волновали какие-то жалкие черви, преградившие ей путь, но так ли это на самом деле? Неужели в ней не осталось никакой человечности?       — Я не такая! — выкрикнула Ким, обратив на себя недоуменные взгляды, и тут же притихла.       «Я не такая! Не стану, как он!» — повторила она мысленно. Возможно, убийство и насилие могли быть для неё обычным делом, но не сейчас. Девушка развернулась и пошла на второй этаж, яростно убеждая себя, что не станет такой же, как Джокер. Этот человек, а вернее монстр, разрушил жизнь матери. Сделал из неё куклу, которая не в состоянии понять, что нежные слова, исходящие от психопата, вовсе не являются искренними. Разумеется, Харли не была примером хорошей матери, но она всегда защищала дочь от всех напастей. Теперь настала очередь Ким отплатить тем же.       К её приходу уборка уже закончилась, комната вновь заиграла красками. Никакой пыли и грязи не было, кровать очищена от паутины и застелена новым ярко-красным покрывалом, чертежи куда-то делись и на их месте теперь покоились цветы и пакеты с… Одеждой? Ким обследовала всё с величайшим интересом, не веря, что когда-то это принадлежало матери. Плюхнувшись на кровать, девушка уставилась в окно; что ж, если не учитывать то, что она в доме самого главного психопата Готэма, то её вполне всё устраивает.       Раздался стук в дверь, через секунду порог переступил уже знакомый мужчина.       — А-а… Стив? — тихо спросила Ким, не очень хорошо понимая, может ли так к нему обращаться. Не увидев никаких признаков недовольства, она с облегчением выдохнула.       — Да, я хотел бы поговорить, — он зашел без приглашения и сел рядом. — Ты, надеюсь, осознаешь, что сейчас находишься в полной заднице, — серьезно сказал Стив, удивив девушку своей прямотой. «Некоторое чувство такта ему бы не повредило…» — подумала Ким, но не согласиться с ним она не могла.       — Ты, как все успели убедиться, немного разбираешься в оружии, — заключил мужчина.       — Ага… — согласилась Ким, не особо понимая, к чему тот ведет.       — Видишь ли… Твоих знаний недостаточно, чтобы остаться в живых, однако я могу тебе помочь.       — Зачем? — быстро спросила девушка, пытаясь понять, где подвох.       — Когда-то давно Квинн вытащила меня из передряги и тем самым спасла мне жизнь. Не уверен, что она это сама осознает, но я не люблю оставаться в долгу.       — И чем же ты мне можешь помочь? — спросила Ким, еле сдерживая смех. До того нелепым ей казалось это предложение. И что он может сделать? Вытащить их? Дать им сбежать? Глупость.       — Я научу тебя стрельбе, рукопашному бою, владению холодным оружием… Думаю, что ты хотя бы сможешь постоять за себя. Пока Джокер жив, Харли не станет… Мм… Нормальной. А босс слишком хорошо умеет манипулировать, так что убить его ты не сможешь. Квинн бросится под удар, чтобы защитить его, либо придушит, но самостоятельно.       — Что? — с недоумением спросила Ким.       — Знаешь, твоя мать не такая уж и глупышка, чтобы во всем потакать ему. Она замечает все попытки Джокера убить её или предать, но беда в том, что стоит только дернуть за нужные ниточки, как всё встает на свои места. Пара манипуляций, и Квинн вновь его верная приспешница, — мужчина мрачно смотрел на девушку, ожидая её ответа.       — Но откуда…       — Я в этой банде примерно пять лет, не считая перерыва. Я застал времена до побега Харли, когда Джокер вышвыривал её за дверь, но та всегда возвращалась. Девятнадцать лет назад я стал его подчиненным, однако после серьезного ранения покинул эту скользкую дорожку, все думали, что я погиб, но, как видишь, выкарабкался.       — Зачем же вернулся?! — Ким непонимающе смотрела на Стива. Джокер уж точно не внушал доверие, а его обращение с подчиненными иногда вызывало ужас.       — Однажды оступившись, очень сложно вернуться к привычной жизни, — заключил мужчина. — И что ты скажешь на моё предложение?       — Я… — Ким смотрела по сторонам, ища подсказку. А не станет ли она тогда копией Джокера? Может Стива специально подослали к ней, манипулируют и делают из неё оружие. Однако другого выхода девушка не видела, ей нужно было выжить здесь… Да и страсть к нарушению закона она питала немалую. — Ладно… Хорошо, я согласна, — уверенно заявила Ким.       — Отлично, завтра можем начинать. Босс с бандой уедут на задание, прихватив Квинн, поэтому никто не будет нам мешать, — мужчина встал и вышел из комнаты, оставив дверь приоткрытой.       «…прихватив Квинн…» — фраза до сих пор крутилась в голове. Ким всё же не верилось, что Харли может питать чувства к этому монстру. Она поморщилась при мысли об этом и тут, как назло, через приоткрытую дверь донесся странный приглушенный смех вперемешку с криками и стонами. Ким резко встала на ноги, стараясь не прислушиваться к тому, что происходит в соседней комнате. Подойдя к двери, она захлопнула её так сильно, что чуть не сорвала с петель. Сейчас, несмотря на всю ненависть к психопату, ей больше всего хотелось думать, что Джокер просто пытает её, а лучше, если бы эти звуки вообще не относились к матери. Ким вновь плюхнулась на кровать, скорчившись от отвращения.