Испорченная фея

      Она только переступает порог его дома, но он уже чувствует, что сегодня случится что-то необычное. Всегда лучезарно улыбающаяся Люси сейчас выглядит словно львица, поймавшая, наконец, свою добычу. Медленной походкой, плавно покачивая округлыми бедрами, она подходит к оцепеневшему на секунду парню. Его брови слегка приподнимаются, а в глазах загорается огонек интереса. Слегка ухмыльнувшись, она останавливается в паре шагов от него. — У тебя тут так чисто, Нацу… Нужно снять туфли, — и насколько позволяет её положение, невинно улыбается, сквозь опущенные ресницы продолжая наблюдать за парнем. Он прислоняется к дверному косяку, сунув руку в карман штанов, стараясь сдерживать внутренний порыв. Резко подняв на него свои глаза она стала медленно наклоняться, открывая ему вид на… нижнее белье? Взгляд Драгнила мгновенно меняется. Призывно дразня и маня одновременно, она легким движением расстегивает замочки и отбрасывает каблуки прочь. Девушка делает еще пару шагов навстречу, потянувшись рукой к открытой груди парня. Тот, легонько покачнувшись, отодвигается, сдвинув брови и изобразив что-то наподобие презрительной улыбки. — И ко многим ты ходишь в таком виде, Люси?       Она в ужасе поднимает на него глаза, поежившись от такого ледяного тона. Никогда он не смотрел на нее так, только если…       Блондинка аккуратно опускается на колени, руками опираясь на пол около бедер. «Борешься со своей темной стороной, Но все усилия на ноль, когда ты со мной…» — Всего лишь прихоть.       Он, явно удовлетворенный такой умной девочкой, подходит к ней, ласково беря ее за подбородок и поднимая голову. — Ты всегда была сообразительной, Люси… — шепот возле уха, от которого тянет низ живота приятной истомой, а мурашки табуном пробегают по её коже. Пальцы скользят вниз, задевая выпирающую ключицу, очерчивая полукруг, и под разочарованный выдох возвращаются обратно к лицу. Ей ужасно мало этих секундных прикосновений, она жаждет больше, но сегодня он главный, поэтому она терпит, чтобы не наброситься на него, не разорвать эту чертову жилетку, так сексуально облегающую подтянутую фигуру и рельефный пресс парня.       Драгнил еле сдерживается, продолжая эту игру. Кровь огненного дракона горяча, а рядом с этой девчонкой она вообще может сжечь его изнутри. Рывком поднимает её, а после вжимает в стену, рыча куда-то в область шеи. Не смеет его трогать без разрешения, таковы уж правила их сегодняшней игры. — Руки… — и она понимает, чего он хочет. Поднимает руки над головой, слегка отворачивая голову. Решив поощрить, он медленно проводит горячим языком по фарфоровой коже, слегка закусывая её клыками. Узел завязывается внизу живота, тянет, от напряжения сводит мышцы, но он продолжает. Резко отрывает ее, поворачивает спиной и заставляет упереться руками в стену. — Считай, — низкое, гортанное шипение вырывается вместе с первым шлепком, а после девичьим вскриком. — Я сказал, считай! — второй шлепок ощутимее, но наряду с болью чувствуется что-то приятное. Кожа горит, но контраст от холодного воздуха, просачивающегося сквозь открытое окно, дарит незабываемые ощущения. — Два! — выкрикивает, хотя лучше сказать выстанывает, зажмуривая глаза. — Я ненавижу, когда кто-то трогает то, что принадлежит мне, — шлепок. — И не забывай, мой нюх очень хорош, — ещё шлепок. — Поэтому если ещё раз я услышу запах какого-то мужика от тебя, то ходить ты сможешь не скоро, — шлепок. — Я доступно объяснил? — Д-да… — сквозь всхлипы и стоны выдавливает она. Похоже, он разгорячился и немного не подрасчитал силу. Зад горит огнем, но в душе разливается приятное тепло, чуть гася неприятные ощущения.       Эта игра затеяна лишь для того, чтобы не выдать, как он ревнует ее. Это было бы чертовски мило, если бы не было так больно. — Умничка, пять раз тебе достаточно для осознания своей ошибки, — он нежно проводит руками по покрасневшей коже, помогая ей разогнуться и прийти в себя. Один миг и вот он уже стоит прижатый к той самой стене, причём сжатое причинное место не даёт ему и шанса отбиться. — Моя очередь наказывать тебя, Нацу Драгнил… — ядовитый шепот в ухо, но такой интимный, что воображение рисует не самые приличные картины. Не церемонясь, она впивается в его губы, раздвигая их языком и врываясь в его пространство. Но так просто никто не побеждает, поэтому парень сразу берет это в свои руки. Не менее агрессивно он свободной рукой наматывает ее локоны на кулак, приближая ее ближе к себе, а второй проскальзывая в пространство между так удобно устроившихся на нем ножек. Стон, от которого сносит крышу обоим, раздается с её стороны, и на остатках разума он понимает, что нет ничего прекрасней этого звука.       Блондинка впивается ногтями в его жилетку, разрывая её, слыша приглушенное рычание, а следом и треск ткани своего нового бюстгальтера. — Чертов мудак… — тихо шепчет сквозь поцелуи, исследуя руками каждый миллиметр свободного от одежды тела. — Похотливая сучка, — шипение в ответ, а потом резкая смена главенствующей роли. Руки парня перемещаются на попу девушки, подхватывая ее и унося в другую комнату. Прерываясь, чтобы глотнуть спасительный кислород, они похожи на двух изголодавшихся животных, которые не могут насладиться друг другом, боясь, что у них отберут лакомый кусочек. Роняя по пути вазы, фотографии и все, что мешало их пути, они буквально влетают в комнату парня. Стараясь не обронить на пол столь драгоценную ношу, он сажает её на кровать. «Твои дьяволы в душе за милым личиком, Нашептали мне, что ты пылаешь искрами. И я знаю, ты могла бы жить по правилам, Но причиной стали легкие касания…»       Придавливает её хрупкое тело своим, но для неё это приятная тяжесть. Проводит дорожку поцелуев, начинает с шеи, дразня, нарочито медленно спускаясь к груди. Люси старается плотнее сжать ноги, чтобы хоть как-то унять напряжение между ними, но парень был слишком хитёр, поэтому рывком раздвигает их и устраивается поудобнее. Он слегка прикусывает сосок, слышит протяжный стон, а она невольно хватает его за волосы, то ли притягивая, то ли отстраняя от себя. Обводит языком, сжимает вторую в руке, поглаживая.       Её руки уже давно знают его тело, но каждый раз — как первый. От нетерпения она тянет такую ненужную сейчас резинку штанов, а парень, сжалившись над ней — или над собой — помогает ей, отбрасывая последние элементы одежды прочь. Его пальцы забираются под ткань её трусиков, надавливая на самое сокровенное, чувствуя, насколько сильно она хочет его: ничуть не меньше, чем он ее. Поэтому без лишних предисловий — они и так упустили много времени на воспитательные работы — он входит в неё. От неожиданности она вскрикнула, блаженно улыбаясь, притягивая его ближе и целуя настолько чувственно, что сводит конечности. Ускоряя темп с каждым толчком, он резко выходит, переворачиваясь и усаживая на свои бедра почти изнеможённую девушку. Капельки пота стекают по их разгоряченным телам, хриплое дыхание и громкие стоны нарушают тишину ночи, ритмичные движения тел в унисон дают понять, как сильно они чувствуют друг друга. Последний толчок и внутри неё разливается что-то горячее, дающее экстаз и ощущение космического полёта. И он ее целует, притягивает в кольцо своих рук, утыкается носом в макушку, проваливаясь в сон и не слыша самые главные слова…