Multiverse

      К вечеру довольно-таки знаменательного дня, который можно смело назвать вторым днем рождения, когда Фишер осознал, что у него частичная амнезия, он сильно продвинулся в плане узнавания жизни заново. Конечно, были детали, казавшиеся Даррену необыкновенным изобретением. Например, темная линия на бордюрах, которая с наступлением сумерек загорелась и постепенно становилась ярче, контуром выделяя тротуары. Однако к диковинам Фишер быстро привыкал – он же всегда жил в этом мире, в этом городе, просто травма делала все незнакомым.       Но это были сущие мелочи по сравнению с красотой вечернего Вашингтона! Вывески освещали улицы ровно настолько, чтобы не резать глаза чересчур кислотным цветом букв и символов; флайеры и иной транспорт включили фары и цепочки огоньков на крышах; из кафешек звучала спокойная музыка, настраивающая на отдых и поедание вкусняшек; людская суматоха и громкие разговоры сменились неспешными прогулками под тихие беседы.       Постояв во всеобщей атмосфере умиротворения, Даррен почувствовал, что так недолго и задремать посреди пешеходного проспекта. Дорогу до дома он помнил, ориентируясь не только на Капитолий – кстати, тоже подсвеченный прожекторами, отчего главное здание страны выглядело цирковым, и это нисколько его не красило.       Купив в магазинчике рядом со своим жильем пару банок тоника – хотелось пива, но являться на новую работу после алкогольного вечера несерьезно, Фишер зашел в подъезд вместе с девочкой лет двенадцати, ведущей на поводке рыже-белого корги. «Удачно, – отметил Даррен, следуя за ними к лифту. – Потому что как входить и вызывать лифт, я пока не знаю».       – Вам на какой? – спросила девочка, открыв створки лифта приложением ладони к их поверхности.       – М-м, шестнадцатый, – свой этаж утром Фишер вроде бы высчитал, спускаясь утром, забыл утвердиться в правильности. А вот номер квартиры он запомнил – сто восьмая.       Внутри лифт был значительно понятен, чем снаружи: на стене слева от входа размещалась плоская панель с цифрами. Девочка ткнула в «12», затем в «16».       – Спасибо, – поблагодарил Даррен. – Славный пес, ведет себя культурно – не гавкает.       – Микс воспитанный, – с гордостью за питомца отозвалась девочка.       Подтверждая слова хозяйки, корги тряхнул головой, будто кивая, и разулыбался, высунув длинный розовый язык.

***

      Трудностей со входной дверью не возникло: она, как и лифт, отреагировала на отпечаток ладони.       Когда Фишер возвращал часы и паспорт в ящик стенного шкафа, спальня напомнила о своем неприятном, если не сказать, гнетущем воздействии, и Даррен уверенно перебрался с постельными принадлежностями в другую комнату. Жаль, за одеждой придется ходить в то ли каюту, то ли морскую раковину, в которой Фишер ощущал себя устрицей. Но это все ерунда по сравнению с уютом новой спальни, тем более что для большего удобства и комфорта можно разложить диван.       Отпивая горьковатый тоник, Даррен направился на кухню. И снова малоизвестные гаджеты, о назначении которых стоит только догадываться. Но у Фишера уже имелся план дальнейших действий по познанию окружающего мира, так что скоро его неосведомленность закончится.       В двухметровом холодильнике нашелся контейнер с магазинной наклейкой «Жульен куриный», картонный пакет с просроченным кефиром и зелень вроде петрушки. Вот и очередная разгадка семейного положения Даррена – он жил один. О наличии жены свидетельствовал бы дамский гардероб, какой не обнаружился. А о наличии девушки – более заполненный холодильник. Относительно родственников Фишер сделал вывод: если их контакты не нашлись в телефоне, значит, или таковых нет, или по какой-то причине их номера отсутствуют. И если родственникам понадобится Даррен, то они выйдут с ним на связь.       Данную тему Фишер оставил в покое, но вновь взялся за освоение телефона, сев с ним на диван в комнате. Изучение дало многое. Во-первых, пополнение баланса. Делалось оно методом перевода средств с банковской карты, идентификационный код которой надлежало ввести в специальное поле. Карта, скорее всего, лежала где-то в «раковине» – лишний раз туда ходить не прельщало, и Даррен отложил поиски карты на потом.       Во-вторых, быстро работающий интернет. А он, как известно, является бездонным кладезем знаний – информационный аналог сосуда, наполняемого данаидами. Только при помощи интернета можно и добавлять новые сведения, и черпать уже имеющиеся.       Первым словом, напечатанным в поисковую строку, стало «Вайннери».       Фишер, конечно, не предполагал, что до травмы он трудился в правоохранительных органах, что сообщила Гленн Картер, или в пожарной части – вряд ли ему под силу такие «геройские» профессии. Но до банальности в виде компании, занимавшейся продажей канцелярских товаров, Даррен уж бы точно не додумался. И какая же у него должность? Ответ дал раздел «Персонал» официального сайта «Вайннери»: менеджер. Один среди множества ему подобных.       Испытав разочарование, Фишер закрыл сайт и отложил телефон. Хотя чем плоха эта работа? Не чета внештатному консультанту в АБР – это верно. А все-таки нужная: скрепки, степлеры и блокноты… Без них никуда. Утешения не подействовали, наоборот, заставили размышлять о том, как должно быть скучно заниматься распространением вещей, которые вытесняются электронными средствами фиксации и хранения информации.       Еще надо бы узнать, что находится в здании «Квадриума», в какой клинике принимает пациентов лечащий врач Даррена Рамис Ченинг – ему-то подробности автоаварии наверняка известны больше, чем Фишеру, но завтра рано вставать. А на часах половина двенадцатого ночи. Тем не менее, Даррен еще пошарил в интернете, чтобы понять, как зарядить телефон. До этого он облазал все доступные места – полки, выдвижные ящики, тумбочки и подоконники, не может же зарядка валяться в глубине шкафов или за книгами – и ничего подходящего не нашел.       Как обычно, все гениальное было простым, а тайное располагалось на виду. Телефон заряжался от овальной черной матовой платформы толщиной чуть больше самого аппарата, стоявшей на низком деревянном столике в облюбованной Фишером комнате. На боку платформы, ранее принятой за сувенир-безделушку, сбоку оранжевым загорелась маленькая лампочка, едва платформы коснулся телефон. Загорится зеленый свет – зарядка завершена.       Перед отходом ко сну Даррен поставил будильник на том же телефоне на шесть тридцать – адрес АБР и как туда добраться он тоже еще не нашел, чем и займется утром.

***

      – Что будем делать, доктор Ван? – спросил женщину в белом халате ее коллега, мужчина с недовольным лицом: ему ужасно хотелось бросить все дела, выбежать из лаборатории и дома рухнуть на кровать. – Он заинтересовался аварией.       – Напишите ваш вариант, Рекс, – ответила доктор Ван, словно совсем не уставшая, перерабатывая лишние два часа после девяти положенных по графику.       – Вам же он показался жестоким, – от переутомления раздражительность Рекса усилилась сарказмом.       – Зато он кажется реальнее, чем мой. А впрочем, я сама напишу, идите отдыхать.       Подавив радостный вопль «Ну наконец-то ты меня отпустила!», Рекс сорвал опостылевший за смену халат, бросил абы как на вешалку, схватил сумку и, как планировал, выскочил из лаборатории.